Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Литература arrow Ораторское искусство

Российские традиции ораторского искусства

Представления о древнерусском человеке с точки зрения его речевой этики и правил речи разбросаны по множеству сочинений. Так, «Книга притчей Соломоновых» содержит изречения и наставления, касающиеся тех или иных правил действия со словом: «от плода уст своих человек насыщается добром»; «уста правдивые вечно пребывают, а лживый язык — только на мгновения»; «при многословии не миновать греха, а сдерживающий уста свои — разумен» и многие другие. Подобные правила или советы выводятся из православного «Молитвослова», где в перечне греховных поступков названы и речевые ошибки. Термин «риторика» впервые появляется в переводе греческой рукописи «Об образех» в 1073 г., но вплоть до начала XVII в. отсутствуют какие-либо учебники на русском языке. Обучение искусству говорить ведется на основе подражания образцам религиозно-торжественного и поучительного красноречия. Практические наставления по разговорной речи были разбросаны по многим письменным источникам («Слово о законе и благодати», «Повесть временных лет», «Слово о полку Игореве», «Пчела», местные летописи княжеств и др.). Риторика и «витийство» упоминаются и в «Изборнике» 1073 г., где сказано о «хитростном изобретении», означающем искусное нахождение материала речи.

После Смутного времени с восстановлением русской государственности появляется необходимость в развитии наук — «свободных мудростей». Создается краткий трактат «Сказание о седми свободных мудростех». Возможно первым вариантом русской риторики был учебник, написанный митрополитом Макарием (1617 или 1619). Примечательно, что он состоял только из двух книг (разделов) — «Об изобретении дел» и «Об украшении». Тем самым как бы подчеркивается особая роль слова, которая «делам придает и прибавляет силы». В самом конце XVII в. (1699) эта риторика была переработана и дополнена Михаилом Усачевым. В 1620 г. появляется первая «Риторика», явившаяся переводом с латинского языка на древнерусский учебника немецкого гуманиста Филиппа Меланхтона, куда переводчик вставил ряд отредактированных отрывков из риторической главы «Сказания...». В последующем три филологических сочинения, нередко соседствующих в древних рукописях, — «Грамматика» Мелетия Смотрицкого, указанная «Риторика» и «Диалектика» Иоанна Дамаскина составили основу цикла учебных предметов, который традиционно читался и переписывался в великорусских землях вплоть до петровских преобразований и служил основой «внешней мудрости».

Петровские преобразования вызвали расцвет русских рукописных риторик. Основные сочинения созданы примерно с середины 90-х годов XVII в. по 1710 г. Затем они переписывались и переиздавались на протяжении всего XVIII в. Это «Риторика» М. Усачева, «О риторичестей силе» Софрония Лихуда, «Книга риторскаго все- краснаго златословия» Козмы Афоноиверского (1710), «Риторическая рука» Стефана Яворского (1705), четыре «Риторики» Андрея Белобоц- кого (примерно с 1695 по 1705). Именно в этих не опубликованных до сих пор рукописных учебниках исчерпывающе показан состав будущей терминологии русской риторики, поэтики, стилистики, теории словесности[1].

В 1705 г. появляется курс лекций «О поэтическом искусстве», а в 1706 г. — «Об ораторском искусстве» Феофана Прокоповича, что свидетельствовало не только о развитии словесно-религиозного, но и светско-поэтического красноречия. Курсы были написаны на латинском языке.

Параллельно в XVIII в. существуют латинские руководства, по количеству превышающие русскоязычные. Латинские учебники переписывались в Москве, в Киеве, Смоленске, Пскове, Суздали, Твери, Вологде, Рязани и других городах России. Переписыванием занимались в основном монастырские монахи-«книжники».

Знаменательным периодом развития отечественной риторической теории было учение М.В. Ломоносова (1711—1765), который по праву занял положение главы первой филологической школы. Создание Ломоносовым учебника риторики — событие большого исторического значения. Риторика Ломоносова — это свод правил, которому предлагалось следовать в тех устных и письменных произведениях, в которых затрагивались преимущественно государственные, общественные и религиозно-философские темы. Первый вариант риторики под названием «Краткое руководство к риторике на пользу любителей сладкоречия» написан в 1744 г. и остался в рукописи; второй, уже напечатанный и более пространный, под названием «Краткое руководство к красноречию. Книга первая, в которой содержится риторика, показывающая общие правила обоего красноречия, то есть оратории и поэзии, сочиненная в пользу любящих словесные науки» появился в 1748 г. Эта риторика существенно повлияла на последующее развитие риторической мысли в России.

Ломоносов определяет риторику как науку о письменной и устной речи, а также как искусство убеждать и даже переубеждать.

Красноречие есть искусство о всякой данной материи красно говорить и тем преклонить других к своему об оной мнению.

При этом следует отметить, что эффект красноречия он понимал как более действенный, чем тот, который «от насильства единого происходит». В своих трудах он разделяет риторику как учение о красноречии вообще, касающееся прозы и стихов; ораторию как наставление к сочинению речей в прозе и поэзию — наставление к сочинению поэтических произведений. Ломоносов выделяет четыре части собственно риторики: изобретение, украшение, расположение, произношение. Эти части в дальнейших разработках уточнялись и дополнялись другими исследователями. Совершенствовалось также и понимание риторики.

М.В. Ломоносов обратил пристальное внимание не только на значение в речи логической аргументации (силлогизмов), но и важность психологических оснований, выявление причин, «...от каких представлений каждая страсть возбуждается...». Он призывал ориентироваться не только на произнесенное (а потом записанное) слово, но и на письменные образцы публичной речи. Заслугой первого российского академика в развитии отечественной риторики явилось обоснование необходимости использования национального языка во всем его стилистическом многообразии, прежде всего через художественную речь. Он отмечал, например, что убедительность речи зависит не только от содержания и значения употребляемых терминов, но и от союзов, соединительных слов. Большинство последующих российских работ по риторике были основаны на трудах М.В. Ломоносова.

Расцвет русской ученой риторики с постепенным становлением курсов теории и истории словесности в полном объеме осуществился в период 1800—1860 гг. Начало этого периода совпадает с царствованием Александра I, Отечественной войной 1812 г. и последующими преобразованиями. По количеству изданий выделяются наиболее влиятельные авторы — И.С. Рижский, А.Ф. Мерзляков, Н.Ф. Кошанский, И.И. Давыдов, Н.И. Греч, К.П. Зеленецкий. Ими разрабатываются общая и частная риторики. Общая риторика занимается правилами изобретения, расположения и слововыражения, распространяющимися на все роды и виды словесности. Частная риторика описывает построение речи в отдельных видах словесности, причем глубоко изучалась не только изящная литературно-поэтическая словесность, но и научные и учебные сочинения, документальная проза, ораторское красноречие, письма, разные виды разговоров и диалогов.

В XIX в. написаны многие риторики, в том числе «Общая и частная риторики» неизвестного автора, «Опыт риторики» И.С. Рижского, «Краткая риторика» А. Ф. Мерзлякова, «Теория красноречия для всех родов прозаических сочинений» А.И. Галича, «Правила высшего красноречия» М.М. Сперанского, «Общая риторика» и «Частная риторика» Н.Ф. Кошанского и др. По этим риторикам велось преподавание в учебных заведениях. В своих работах авторы настойчиво требовали от речи единства формы и содержания, осознавая, что только правильное их соотнесение может создать настоящее произведение искусства, имеющее образовательное и воспитательное значение[2].

Все работы по риторике имели прагматическую направленность. Так, А.Ф. Мерзляков писал о том, что «...соответствовать своей цели — сие первое существенное правило всех риторик». Практические требования предъявляются и к основному средству достижения этих целей — слогу, а следовательно, к фигурам, употребление которых должно быть весьма осторожным и «сообразно с целью автора». Этот же прагматический аспект отражен и в самом факте появления частных риторик и их содержании. Так, Н.Ф. Кошанский уделяет много места анализу языка науки, ученых сочинений: книг, рассуждений, диссертаций, периодических изданий и т.п. К.П. Зеленец- кий проявляет интерес к деловым, государственным бумагам.

Взлет интереса к риторике в России конца XVIII — первой половины XIX в. постепенно видоизменяется, происходит ориентация на словесность.

Период постепенного упадка и перехода риторики в частную дисциплину словесности приходится на 1850—1920 гг. Серебряный век отечественной культуры наложил свой отпечаток на риторику и ее проблемы. Преувеличенное внимание стало уделяться изящной словесности, языку «литературных генералов» XIX в. в ущерб истории словесности в ее полном объеме. Становление научного языкознания и литературоведения также способствует постепенному вытеснению риторики из состава преподавания.

Престиж риторики продолжает падать, несмотря на расцвет конфронтационного по своей сути судебного красноречия, когда в золотой фонд русского ораторского искусства входят речи известнейших юристов: П.А. Александрова (1838—1893), С.А. Андреевского (1847— 1918), А.Ф. Кони (1844-1927), Ф.Н. Плевако (1842-1908), В.Д. Спа- совича (1829—1906), Н.И. Холева (1858—1899). Он падает, несмотря на расцвет академического красноречия, представленного именами виднейших ученых: И.С. Сеченова, Д.И, Менделеева, В.О. Ключевского, К.А. Тимирязева, С.П. Боткина, И.В. Склифосовского.

Сама теория словесности ограничивается устным народным творчеством и художественной словесностью. Изменение содержания филологического образования активно осуществлялось с середины XIX в. усилиями ряда филологов (А.А. Потебня, А.Н. Веселовский), революционно-демократических критиков (В.Г. Белинский и др.), многими писателями и поэтами. Основными фигурами в общественно-речевом процессе становятся литературный критик и поэт. Ритор как человек прозаического слова и дела (наука, политика, педагогика, суд, быт) отступает на второй план, а все риторики вне их научной традиции объявлены «пошлыми и бездарными». Реформаторские преобразования в области крепостного права, суда, земельного устройства активно способствовали утверждению новой проблематики словесности и риторики.

В 1918 г. в Петрограде усилиями С.М. Бонди, В.Э. Мейерхольда, Л. В. Луначарского и других открывается первый в мире Институт живого слова. Преподаватели этого института предлагают программы курсов лекций по теории красноречия и теории спора. Его основание инициировало появление серии теоретических работ по риторике. Так, Н.А. Энгельгардт написал «Программу курса лекций по истории красноречия (риторики)». К.А. Сюннеберг подготовил статью «О границах ораторской речи». Обе работы остались неопубликованными.

В 20-е годы советского периода актуальными были вопросы теории и практики речи, так как сам успех большевистской революции во многом был обеспечен словесной пропагандой, риторической деятельностью. Риторика снова реформируется. Ученые-филологи

A. В. Миртов, В. Гофман, С.П. Поварнин и другие много пишут о практике речи, «живом слове», ораторском искусстве, языковом строе, «увязывая» проблематику с революционной практикой. Например,

B. Гофман в статье «Анализ ораторских образцов» (1931) писал:

Изучение ораторской практики прошлых времен и в особенности современности должно подвести нашего массового оратора к овладению такими ораторскими методами, которые способны дать наивысший коэффициент полезного социального действия. Такова важнейшая задача науки об ораторском искусстве, науки, заново восставшей по приказу революции из древней ораторской пыли.

Однако с началом политической реакции 30-х годов тематика риторического искусства теряет актуальность и своих исследователей.

Появившиеся новые лингвистические направления (культура речи, функциональная стилистика, лингвистика текста), к сожалению, не заполнили «риторического» вакуума в смысле достойного внимания к проблемам высокого ораторского искусства. Отставание в области изучения речевой жизни общества не могло не сказаться на проявлении языка в социально-политической и экономической сферах. Он не использовался как эффективный инструмент управления и организации деятельности. Но в довоенные годы были созданы письменные языки многих народов Советского Союза, что означало качественное развитие родных языков, формировало основу для распространения теории ораторского искусства среди основной части населения огромной страны.

С начала 70—80-х годов XX в. начинается рост интереса, восстановление и развитие отечественных риторических традиций. Содержательным и добросовестным является труд Л.К. Граудиной и

Г.И. Миськевич «Теория и практика русского красноречия». Ораторскому мастерству посвятили свои исследования В.П. Вомперский и

В.И. Лннушкин. Изданы и переизданы содержательные учебники, среди которых «Основы общей риторики» С. С. Гурвича, В.Ф. Пого- релко и М.А. Германа.

Повышается интерес к старым классификациям риторики, появляются новые. Некоторые авторы пытаются представить совокупность риторических фигур в предельно упрощенном виде для доступного восприятия школьниками. Такова, например, работа Г. Бонхейма «Как сделать современной классическую риторику». Появились также работы, в которых описание красноречия, его фигур и других элементов представлено более сложно. Это относится, в частности, к системе риторических средств, предложенной в «Общей риторике» (Ж. Дюбуа и соавт.) Современным является исследование Ц. Тодо- рова «Тропы и фигуры». Классификация, которая там представлена, отражает новейшие достижения семиотики и знаковой теории, но меньше связана с логическими и диалектическими основами речевого мастерства.

Усилия, предпринимаемые в области современной российской неориторики, дают положительные результаты: изучается деловая проза (научная, политическая, документальная и т.д.), восстановлена риторическая педагогика, созданы новые теории и история словесности, активно изучается опыт отечественной и зарубежных ри- торик, отлаживается функционирование книжного рынка, компьютеризация речи и многое другое. Меняющийся речевой мир ставит сложные задачи его осмысления и оценки. Как будут решены эти задачи, появятся ли позитивные изменения в обществе с осознанием роли языка в создании новой жизни, зависит не в последнюю очередь от «словесных» поступков специалистов, чья профессия непосредственно связана с использованием языка.

  • [1] См.: Аннушкин В.И. Опыт периодизации истории русской риторики // Риторика. - 1995. - № 2. - С. 131-132.
  • [2] См.: Аннушкин В.И. Указ. соч. С. 134.
 
Посмотреть оригинал
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >
 
Популярные страницы