ИЗМЕНЕНИЯ В ОСНОВАХ ОБЩЕСТВЕННОГО СТРОЯ, ГОСУДАРСТВЕННОМ МЕХАНИЗМЕ СССР И ПРАВАХ ГРАЖДАН В ПЕРИОД КОРЕННОЙ ЛОМКИ ОБЩЕСТВЕННЫХ ОТНОШЕНИЙ (1930-1941 гг.) И ИХ ЗАКРЕПЛЕНИЕ В КОНСТИТУЦИИ СССР 1936 г.

«СТАЛИНСКАЯ МОДЕРНИЗАЦИЯ» 1930-х гг. И ПРИНЯТИЕ КОНСТИТУЦИИ СССР 1936 г. ИЗМЕНЕНИЯ В ОСНОВАХ ГОСУДАРСТВЕННОГО И ОБЩЕСТВЕННОГО СТРОЯ СССР, ПРАВОВОМ СТАТУСЕ ГРАЖДАН И ИХ КОНСТИТУЦИОННОЕ ЗАКРЕПЛЕНИЕ

Необходимость воплощения в жизнь очередного догоняющего и даже обгоняющего отечественного модернизационного проекта возникла в результате кризиса нэпа в конце 1920-х гг. Партийное руководство провозгласило новый этап развития советского общества, выдвинув программу форсированного строительства социализма. Форсированный характер этого проекта объяснялся ускорившимся развитием стран Запада, которые перешли к автоматизированным конвейерно-поточным технологиям производства, а также враждебным внешним окружением. В противостоянии с ним могло помочь только технико-экономическое превосходство СССР. Целями форсированного строительства социализма провозглашались достижение технико-экономической независимости от Запада, создание передовых механизированных мощных вооруженных сил, ликвидация эксплуататорских классов и рост жизненного уровня трудящихся.

Результаты «сталинской модернизации» были поистине революционны и нуждались в соответствующем политико-правовом закреплении на уровне конституционного права. В 1935 г. ЦИК СССР сформировал Конституционную комиссию и 12 подкомиссий, в которых и происходила работа по составлению будущей Конституции. Основную роль в руководстве Конституционной комиссией играл признанный вождь страны победившего социализма И.В. Сталин. В силу ликвидации в ходе мобилизационной модернизации последних остатков внутрипартийной оппозиции никаких споров и дискуссий в комиссиях уже не возникало. Точка зрения партийного лидера стала единственно правильной. В 1936 г. на VIII Чрезвычайном съезде Советов СССР Конституция СССР была принята единогласно.

Итогом «сталинской модернизации» (в соответствии с ее целями) стало декларированное построение социализма. Появившаяся в результате советская экономическая система имела характерные особенности. Они заключались в ограничении действия товарно-денежных отношений, директивном характере управления промышленностью и сельским хозяйством, централизации и бюрократизации народного хозяйства. В Конституции эти изменения были оформлены декларированием установления новой экономической основы советского государства — социалистической системы хозяйства и социалистической собственности на орудия и средства производства. Социалистическая система хозяйства означала, прежде всего, директивное регулирование хозяйственной жизни страны народнохозяйственным планом. Кроме того, это понятие предполагало обязанность всех граждан трудиться под руководством и контролем государства, получая от него вознаграждение в соответствии с его интересами под лозунгом «от каждого по способности, каждому — по его труду». Социалистическая собственность на орудия и средства производства, исключавшая эксплуатацию человека человеком, имела, согласно Конституции, две формы. Господствующей являлась государственная, поскольку считалась принадлежавшей всему народу. Крайне широким был список закрепленных в Конституции объектов исключительной государственной собственности. Он значительно расширялся сравнительно с тем списком, который был отражен в Конституции РСФСР 1925 г. Теперь это были не только земля, ее недра, леса, заводы, фабрики, шахты, рудники, но и в соответствии с реальными итогами индустриализации и коллективизации железнодорожный, водный, воздушный транспорт, банки, средства связи, организованные государством крупные сельскохозяйственные предприятия (совхозы, машинно-тракторные станции), а также коммунальные предприятия и основной жилищный фонд в городах. Второстепенной формой социалистической собственности являлась собственность кооперативно-колхозная. К ней могли относиться лишь средства производства и продукция колхозов и кооперативных предприятий. Особо предписывалось получение колхозниками основного дохода от работы в колхозах, а приусадебный участок работника коллективного хозяйства, на котором он мог производить продукцию для личного потребления и продажи, мог быть лишь небольшим. Конституция признавала и возможность наличия частного хозяйства крестьян и кустарей. Однако, в отличие от частной собственности на средства производства, оно должно было быть мелким, не использовать эксплуатацию. Кроме того, в соответствии с юридическим термином государство ограничивало возможность распоряжения хозяйством. Признавалась личная собственность граждан. Она отличалась от частной в первую очередь ограничением ее объектов, которые носили чисто потребительский характер, не могли быть автономны от государства и использоваться для независимой производительной деятельности или тем более эксплуатации.

Экономический прогресс позволил закрепить в новой Конституции новую группу прав граждан — социально-экономические. В их числе были права на труд, отдых, образование, материальное обеспечение в случае старости, болезни и потери трудоспособности. Причем эти права имели конституционные гарантии и в общем и целом реально соблюдались государством, позволяя гражданам отстаивать свои социально-экономические интересы.

В социальной сфере построение социализма означало ликвидацию эксплуататорских классов — нэпманов в городе и кулаков в деревне. Численность главной опоры советской власти — пролетариата — стремительно увеличивалась за счет перемещения крестьянского населения в индустриализируемые города. Крестьяне превратились из частных собственников на средства производства в коллективных, производственная деятельность которых находилась под жестким государственным контролем. Таким образом, политическая лояльность крестьянства более не вызвала сомнений у руководства правящей партии. Место потенциально опасной для советской власти нетрудовой интеллигенции, получившей образование и сформировавшейся до революции, заняла трудовая интеллигенция, созданная режимом и активно поддерживавшая его. В духовном плане сформировалось так называемое морально- политическое единство народа, проявлявшееся в том, что подавляющее большинство населения разделяло идеологические установки правящей партии.

Все эти изменения также нашли свое отражение в конституционных новациях. Даже сама процедура разработки и принятия нового конституционного акта включала в себя обсуждение его не только партийными и советскими органами, но и всеми трудящимися (на заводских, колхозных, армейских собраниях). В Конституции 1936 г. было изменено определение социальной опоры советской власти. Теперь акцент был сделан на утверждении полновластия трудящихся (не будучи упраздненной, доктрина диктатуры пролетариата в Конституции не упоминалась). В связи с этим советы получили наименование «советы депутатов трудящихся». Социальная, экономическая и идейная однородность населения позволила власти, демонстрируя демократичность новой Конституции, даже закрепить группу прав, которыми должны были пользоваться все граждане, — личные права. «Сталинская Конституция» гарантировала гражданам неприкосновенность личности, а также неприкосновенность жилища и тайну переписки. Однако в силу отсутствия независимости судебной власти (а тем более прокуратуры), наличия возможности внесудебной расправы такая гарантия превращалась в фикцию.

В силу социальных изменений отпала необходимость и ограничений в избирательном праве. Теперь оно внешне стало соответствовать демократическим стандартам, т.е. превратилось во всеобщее, прямое, равное при тайном голосовании. Демократизм избирательного права подкреплялся обязанностью регулярного отчета депутата перед его избирателями. Сохранялось, однако, закрепленное в Конституции право государства лишать избирательных прав граждан по приговору суда. Эта норма широко использовалась властью для того, чтобы оградить себя от потенциально опасных для нее социальных элементов. Кроме того, очевидно, что в условиях отсутствия правовых гарантий демократичности режима (плюрализма, многопартийности, разделения властей, реализации демократических свобод) демократическое избирательно право не определяло демократичность режима. Реальная избирательная практика сразу же пошла по пути безальтернативных выборов, когда в избирательных бюллетенях появлялась лишь одна фамилия кандидата, предварительно утвержденная соответствующими партийными и государственными органами. Характерно, что под видом конституционного закрепления свободы объединения в общественные организации Конституция узаконивала монопольное право руководства ВКП(б) управлять государством и всеми общественными организациями, а норма о свободе религиозной пропаганды в интересах ликвидации последних остатков идеологического плюрализма была в новой Конституции упразднена. Однако, с другой стороны, необходимо отметить, что введение демократического избирательного права, несомненно, содействовало общей политической социализации населения и повышению его политической культуры.

Окончательно сформировавшийся на базе достижения однородности общества тоталитарный режим не мог отказаться от конституционных гарантий государственно-партийного контроля над всеми сторонами жизни общества и человека. Такими гарантиями являлись конституционные обязанности граждан. Они распространялись практически на все стороны человеческой жизни. Гражданин должен был не только соблюдать Конституцию государства, исполнять его законы, защищать Отечество, но и «блюсти дисциплину труда, честно относиться к общественному долгу и уважать правила социалистического общежития», а также «беречь и укреплять... социалистическую собственность». Причем режим конституционно закреплял и террористический характер контроля государства над обществом и человеком. Это закрепление выражалось в совершенно невиданном для конституционного права явлении — карах, которыми угрожали гражданам, посягавшим на основы режима. Так, за покушение на социалистическую собственность, согласно Конституции, следовало объявление врагом народа, а измена Родине должна была караться по всей строгости закона как самое тяжкое злодеяние.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >