Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Право arrow Правовое регулирование исполнения наказаний, не связанных с изоляцией осужденного от общества

Проблемы правового регулирования предупреждения правонарушений уголовно-исполнительными инспекциями

Коренное изменение уголовно-исполнительной политики государства, направленное на сокращение числа осужденных, отбывающих наказания в условиях лишения свободы, выдвигает на первый план в системе учреждений и органов УИС уголовно-исполнительные инспекции. Концепция развития уголовно-исполнительной системы Российской Федерации до 2020 года (далее - Концепция) предполагает решение задачи по расширению сферы применения наказаний и иных мер, не связанных с лишением свободы.

Концепция предполагает наделение УИИ полномочиями по осуществлению контроля за условно-досрочно освобожденными осужденными, соответствующий законопроект был подготовлен Минюстом России.

Можно предположить, что число лиц, которые будут состоять на учетах У ИИ к 2020 г., увеличится на треть, в среднем за год через инспекции страны будут проходить около полутора миллионов человек.

В. И. Селиверстов в своем докладе приводит интересные данные о проведенных НИИ ФСИН России выборочных научных исследованиях. В течение трех лет после освобождения совершает новое преступление в среднем 55,0 % освобожденных их колонии общего режима и 29,6 % - из колонии строгого режима (данные приведены на основе деятельности колоний общего и строгого режимов Томской и Кемеровской областей).

Постпенитенциарный рецидив среди условно-досрочно освобожденных из колонии общего режима составил 68 %, а по отбытию срока этот рецидив равен 47, из колонии строгого режима соответствен- но-39 и 21 %'.

В настоящее время уровень повторной преступности среди осужденных, не лишенных свободы, гораздо выше, чем у содержащихся в исправительных учреждениях. В 2010 г. в ИУ для содержания взрослых было зарегистрировано 944 преступления, в воспитательных колониях - 8, а осужденными, состоящими на учетах УИИ, совершено 18145 повторных преступлений, за которые они были осуждены. Численность осужденных, отбывающих наказание в исправительных учреждениях и состоящих на учетах УИИ примерно сопоставима.

В обзорном письме ФСИН России «Об итогах деятельности уголовно-исполнительных инспекций в 2010 г.» отмечается, что УИИ на неудовлетворительном уровне применялись меры предупредительнопрофилактического характера, к которым отнесены:

  • - возложение дополнительных обязанностей судом на осужденного по представлению УИИ;
  • - продление испытательного срока осужденного[1] [2].

В своем исследовании И. Н. Смирнова утверждает, что мужская преступность существенно преобладает над женской, в частности среди осужденных к обязательным работам 84 % мужчин и 16 % женщин, исправительным работам 79 и 21 % соответственно; ограничению свободы - 90 и 10 %

Важной социально-демографической характеристикой осужденных без изоляции от общества является их возраст. Так, наибольший удельный вес составляют лица в возрасте от 18 до 40 лет. Указанные сведения отражают современную тенденцию омоложения преступности. Следует учитывать, что в этой самой многочисленной группе количество лиц, получивших высшее образование, в максимуме достигает 22 % (осужденные к лишению занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью), получивших среднее, неполное среднее, среднее профессиональное до 84 % (осужденные условно).

Не менее значимыми факторами являются наличие собственной семьи и работы, жилища, в криминологии указанные факты относят к категориям, сдерживающим рецидивную преступность.

Статистические данные позволяют нам смоделировать усредненный образ осужденного, состоящего на учете уголовно-исполнительной инспекции современной России. Это чаще мужчина в возрасте от 25 до 35 лет, получивший среднее образование, не состоящий в браке и не имеющий на иждивении детей, он проживает в городе, обычно занят на невысоко квалифицированной и малооплачиваемой работе, осужден условно к лишению свободы за совершение преступления, связанного с открытым или тайным хищением имущества, с вероятностью один к трем он был ранее судим.

Российское уголовное и уголовно-исполнительное право традиционно связывает наказание с исправлением осужденного, одним из средств которого является воспитательная работа. Мировая практика показала, что теория перевоспитания, сформулированная Дж. Говардом и заимствованная большинством уголовных кодексов развитых стран, провалилась. Французский философ М. Фуко писал, что тюрь- [3]

ма доказала свою неэффективность как средство перевоспитания, они (тюрьмы) вообще мало имеют отношения к искоренению преступности. На самом деле они созданы, чтобы демонстрировать эффективность власти в борьбе с преступниками[4].

В Европе классическую политику перевоспитания преступников заменили политикой нормализации, в 1973 г. были подготовлены Европейские тюремные правила. Главной целью заключения было провозглашено приближение условий тюрьмы к обычной жизни, что должно облегчить возврат осужденного в общество.

Важным этапом политики уменьшения применения объема заключения стало принятие резолюции Генеральной ассамблеи ООН от 14 декабря 1990 г. № 45/110, которой были утверждены Минимальные стандартные правила Организации Объединенных Наций в отношении мер, не связанных с тюремным заключением (Токийские правила). Правила имеют целью обеспечить более активное участие общественности в осуществлении правосудия по уголовным делам, особенно в обращении с правонарушителями, а также содействовать развитию у правонарушителей чувства ответственности перед обществом.

Важным положением Правил является вменение обязанности судебным органам принимать во внимание потребности правонарушителя с точки зрения его возвращения к нормальной жизни в обществе, интересы защиты общества и интересы жертвы, с которой в надлежащих случаях следует консультироваться. Удовлетворение потребностей преступника в справедливом наказании, а жертвы - в возмещении ущерба, инструмент, который способен не только формально восстановить законность и реализовать правосудие, но и в действительности примирить виновного и потерпевшего, установить естественное спокойствие в обществе.

Необходимость применения наказаний, альтернативных лишению свободы, расширение их перечня не вызывает сомнения, в этом направлении весьма активно проводится законотворческие и научные изыскания. В Концепции, например, рассматриваются вопросы совершенствования законодательства, связанного с исполнением нака-

заний, альтернативных заключению, придания социальной направленности работе УИИ, вовлечения в процесс исправления и ресоциализации органов местного самоуправления, общественных организаций и др. Однако составители Концепции, провозглашая цель сокращения рецидива преступлений, не соотносят ее с осужденными, не лишенными свободы. Данное положение не соответствует основополагающим началам уголовного и уголовно-исполнительного права.

Две из трех целей наказания и цели уголовно-исполнительного закона тождественны и выступают в диалектической взаимосвязи. В научной юридической литературе длительное время ведутся споры о том, какие цели должны быть закреплены в законе и имеют существенное значение. Условно множество взглядов и направлений по отношению к проблеме цели наказания можно разделить на следующие группы. Первая - наказание есть кара, возмездие преступнику. Идея пропорционального причинения страданий преступнику за нанесенное зло господствовала вплоть до конца XVIII века. В русской науке теория возмездия справедливо критиковалась.

Ко второй группе можно отнести взгляды и идеи о целесообразности наказания, которые рассматривали целью наказания общее и частное предупреждение преступлений, возмещение причиненного вреда.

По мнению С. В. Познышева, наказание имеет целью предупреждение преступлений, которое возможно в форме физического удержания (для преступников) или в форме психологического противодействия преступлению (для других членов общества).[5] [6] М. Д. Шаргородский поддерживал данную идею и считал целью наказания предупреждение преступ- лений (общее и специальное) . Аналогичного мнения придерживались и такие известные ученые, как А. Е. Наташев, А. Е. Стручков, Н. А. Беляев.

Развитие науки советского уголовного и исправительно-трудового права связало с целями наказания исправление и перевоспитание преступников. Современный законодатель в 1996 г. отказался от цели перевоспитания преступника, посчитав ее декларативной и недостижимой.

Статья 1 УИК РФ провозглашает целями уголовно-исполнительного законодательства исправление осужденных и предупреждение совершения новых преступлений ими и иными лицами. Примечательно то, что исправление дополнительно нормативно закреплено, получило содержательное определение, установлены основные средства его достижения (ст. 9 УИК РФ). Анализ указанной статьи и структуры уголовно-исполнительного закона позволяет сделать вывод о том, что законодатель связывает исправление прежде всего с осужденными, лишенными свободы (структура разд. 4 УИК РФ). Проведение воспитательной работы с осужденными без изоляции от общества предусматривается ч. 3 ст. 33, ч. 3 ст. 39, ч. 1 ст. 54 УИК РФ, однако ни уголовно-исполнительный закон, ни Положение об уголовноисполнительных инспекциях не раскрывают содержание воспитательной работы, ее основные направления, методы и формы. И если обязанность воспитывать ставится УИИ в отношении определенного круга осужденных, то задача по предупреждению новых правонарушений адресована в отношении каждого осужденного, состоящего на учете (ч. 1 ст. 1 УИК РФ, п. «в» ч. 4 Положения об УИИ).

При оценке свойств превенции, доступной УИИ, следует согласиться с мнением профессора В. Е. Южанина, который полагает что, термин «новое преступление» как более широкий по отношению к понятию «рецидив» преступлений позволяет говорить как о частном предупреждении, так и об общей превентивной деятельности[7] [8].

Обзор литературы свидетельствует о том, что наукой не достигнуто согласия в трактовании таких понятий, как «профилактика преступности», «предупреждение преступности», «борьбы с преступлениями». Мы разделяем мнение В. И. Гуськова о том, что предупреждение преступности и профилактика преступности не тождественны по сути, а соотносятся «как вид с родом». Криминология разделяет превенцию на общую и частную (специальную).

3

Частное предупреждение - это деятельность различных институтов общества и государства, направленная на предупреждение преступления со стороны конкретного определенного лица, в нашем случае это лицо со специфическим правовым статусом, уже совершившее преступление и осужденное к наказанию. Часть из них имеют судимость, и в данном случае целесообразно говорить о предупреждении рецидивного преступления.

На наш взгляд, судимость как квалифицирующий признак преступления могла бы существенно влиять на криминогенный состав осужденных, не лишаемых свободы. Статья 18 УК РФ гласит, что рецидивом признается совершение умышленного преступления лицом, имеющим судимость за ранее совершенное умышленное преступление. Но при признании рецидива не учитываются судимости за преступления, осуждение за которые признавалось условным либо по которым предоставлялась отсрочка исполнения приговора, если условное осуждение или отсрочка исполнения приговора не отменялись и лицо не направлялось для отбывания наказания в места лишения свободы.

Какой вывод позволяет нам сделать толкование ст. 18 УК РФ? Указанная выше законодательная конструкция разрешает не изолировать системных преступников и не учитывать их прежние фактические судимости при назначении наказания. На наш взгляд, при назначении наказания без изоляции от общества суд должен рассматривать все имеющиеся фактические данные о личности преступника, в том числе погашенные и снятые судимости, особенно факты отбывания наказания в исправительном учреждении. Целесообразно в нынешних условиях усиление карательного заряда наказаний без изоляции от общества для ранее судимых осуждаемых лиц. Дополнительные пра- воограничения или обязанности, установленные судом, должны усилить предупредительную функцию наказания, причем суд не должен быть связан законодателем или практикой исчерпывающим перечнем таких ограничений, а исходить из того, с какой эффективностью установленное ограничение будет достигать целей наказания.

Эффективность предупредительной деятельности УИИ должна определяться с учетом практики назначения наказания без изоляции от общества судом. Только в том случае, если суд правильно оценит личность преступника, можно будет осуществить воспитательно-профилактическое воздействие, которое в конечном итоге станет успешным.

Не случайно ФСИН России уделяет повышенное внимание данному направлению деятельности УИИ. В 2007 г. были подготовлены и направлены в территориальные органы УИС Методические рекомендации по предупреждению повторной преступности среди осужденных к наказаниям и мерам уголовно-правового характера без изоляции от общества, которые определили стратегию предупреждения преступлений. ФСИН России полагает, что она должна носить упреждающий характер профилактики. Основным ее видом является индивидуальная профилактическая работа, под которой понимается выявление осужденных, которые способны и намерены продолжать антиобщественный образ жизни, совершать правонарушения и воздействие на них в целях предупреждения преступлений[9].

В 2008 г. были подготовлены Методические рекомендации по применению предупредительных мер к условно осужденным[10], в 2009 г. получены разъяснения Верховного Суда России о возможности применения таких мер[11].

Указанные рекомендации предполагают использование двух методов, обеспечивающих предупреждение преступности, - убеждения и принуждения. Метод убеждения традиционно выражается в форме воспитательной работы, к которой относят психологическое сопровождение и ресоциализацию. Метод принуждения связывают с принудительными мерами, предусмотренными соответствующими статьями уголовно-исполнительного закона, которые выражаются в форме контроля за поведением осужденных и применением мер воздействия к ним (ст. 29, 32, 46, 58, 190 УИК РФ).

Соответственно суждение об эффективности предупредительной работы инспекций в настоящее время опирается на количественные показатели воспитательной работы, которая у большинства практических работников ассоциируется с профилактикой; применение мер воздействия, например: количество вынесенных предупреждений, удовлетворенных судом представлений о замене наказания, возложении обязанностей и др.; на количество и виды совершенных осужденными правонарушений.

Так, ФСИН России была разработана и применяется методика оценки деятельности УИИ (рейтинг), которая включает в себя следующие показатели уровней: продление испытательного срока; возложение дополнительных обязанностей; отмена наказания со снятием судимости; привлечение к обязательным работам; привлечение к исправительным работам; несвоевременное привлечение к обязательным работам; несвоевременное привлечение к исправительным работам наказанных сотрудников УИИ в связи вынесением органами прокуратуры представления об устранении нарушений закона в деятельности УИИ.

Рассматривая указанные показатели, можно отметить, что первые два связаны с реализацией УИИ частно-предупредительной функции непосредственно и нормативно закреплены в уголовно-исполнительном законе (ч. 2, ч. 3 ст. 190 УИК РФ). Такие индексы продуктивности предупредительной работы УИИ, как количество повторных преступлений, количество замен наказания, испытательного срока условно осужденных на лишение свободы, из рейтинговой оценки были исключены, но тем не менее учитываются и рассматриваются руководством Федеральной службы.

Следовательно, система оценки реализации частно-предупредительной функции УИИ сегодня представлена четырьмя составляющими:

  • 1. Количественного учета реализации меры воздействия в виде возможности продления испытательного срока осужденных условно, не исполняющих требования закона, или обязанности, установленные судом (ч. 3 ст. 190 УИК РФ).
  • 2. Количественного учета реализации меры воздействия в виде возможности возложения дополнительных обязанностей на осужденных условно и к ограничению свободы (ч. 3 ст. 58 УИК РФ, ч. 2 ст. 190 УИК РФ).
  • 3. Количественного учета возбужденных уголовных дел в отношении осужденных, подучетных УИИ.
  • 4. Количественного учета реализации меры воздействия в виде возможности замены назначенного наказания без изоляции от общества на лишение свободы или отмены испытательного срока осужденного условно.

По нашему мнению, имеющийся подход к оценке не отражает всех возможностей предупреждения, предоставленных УИИ законом:

  • - не оценивается и не берется в расчет индивидуальная профилактическая работа с осужденным и связанная с ней воспитательная функция, психологическое сопровождение, ресоциализация личности, не рассматриваются и данные об основном объекте профилактики УИИ - осужденном;
  • - не уделено внимание оценке организации взаимодействия с судебной системой, правоохранительными органами, региональными органами власти. В ряде регионов страны, например в Архангельской, Рязанской областях, успешно апробированы и действуют программы оказания помощи лицам, освобождаемым из исправительных учреждений, на уровне территориальных органов внутренних дел и службы исполнения наказаний подготовлены совместные инструкции по организации взаимодействия между ОВД и УИИ и др.

В 70-х годах XX века советские криминологи пришли к выводу о том, что успех предупреждения специального рецидива не может зависеть лишь от применения мер уголовного и уголовно-исполнительного принуждения. В основе проблемы эффективного предупреждения повторной преступности осужденных лежит противоречие между необходимостью ее системной нейтрализации и отсутствием социально - экономических возможностей как у государства, так и в обществе. Уголовно-исполнительная политика на деле носит карательный характер и связана прежде всего с реализацией принудительных мер воздействия.

В начале 90-х годов И. И. Карпец писал, что наказание выполняет ограниченную функцию защиты общества от преступлений и преступников, что оно действует положительно на ту категорию людей, которые не являются социально запущенными, но оно не предотвращает ни рецидива, ни роста преступности[12].

  • [1] См.: Селиверстов В. И. Утопия вместо концепции. URL: http:// crim-pravo.ru/blog/ugolo vno-ispolnitelnay_systema/768.html#cut.
  • [2] См.: Об итогах деятельности уголовно-исполнительных инспекций в 2010 г. :обзорное письмо ФСИН России от 5 марта 2011 г. № 19-3618-01 // СПС «Консультанты л юс».
  • [3] См.: Смирнова И. Н. Особенности характеристики осужденных, состоящих на учете уголовно-исполнительных инспекций // Человек: преступление инаказание. № 1 (72). 2011. С. 63.
  • [4] 2 См.: Фуко М. Надзирать и наказывать: рождение тюрьмы. С. 373. иЛЬ:И Цр: //кгоШ V. п Г)/1 Ф_8ес/21 _Рй1к/о_04. Ыт. 120
  • [5] См.: Познышев С. В. Основные вопросы учения о наказании. М., 1904.С.262-263.
  • [6] См.: Шаргородский М. Д. Наказание, его цели и эффективность. Л., 1973.С. 22, 31.
  • [7] См.: Южанин В. Е., Жидков Э. В. Частное предупреждение преступленийкак цель применения уголовного наказания в виде лишения свободы и средстваего реализации. М., 2007. С. 106.
  • [8] Гуськов В. И. Социально-правовые вопросы профилактики рецидивнойпреступности. Рязань, 1975. С. 21.
  • [9] См.: Письмо ФСИН России от 19 ноября 2007 г. № 10/19-270.
  • [10] См.: Там же. 18 ноября 2008 г. № 10/19-256.
  • [11] См.: Там же. 21 сентября 2009 г. № 10/1-3782. 124
  • [12] См.: Карпец И. И. Преступность: иллюзия и реальность. М., 1992. С. 122- 128. 126
 
Посмотреть оригинал
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >
 

Популярные страницы