ТЕОРЕТИКО-МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ И ОРГАНИЗАЦИОННО-ЭКОНОМИЧЕСКИЕ ПРЕДПОСЫЛКИ РАЗВИТИЯ СИСТЕМЫ ВНУТРЕННЕГО ФИНАНСОВОГО КОНТРОЛЯ В ТРАНСПОРТНЫХ КОРПОРАЦИЯХ С ГОСУДАРСТВЕННЫМ УЧАСТИЕМ

Экономические теории, лежащие в основе развития системы внутреннего финансового контроля

Система внутреннего финансового контроля, как область научных знаний, своими корнями тесно связана с экономической теорией, которая выступает общей методологической предпосылкой ее развития. Выделение направлений влияния экономической теории на развитие системы внутреннего финансового контроля в транспортных корпорациях с государственным участием позволяет вывести решение исследуемой проблемы в фундаментальную плоскость, тем самым, придав результатам проводимого исследования глубоко научный характер.

В последние годы на развитие системы внутреннего финансового контроля исследуемых корпораций влияют главным образом три ведущие экономические теории: неоклассическая теория финансов, институциональная теория и теория постиндустриального общества (рисунок 3). Первая из них прагматична, вторая - онтологична, третья - футурологична.

Выделение установившихся направлений влияния этих научных теорий на развитие системы внутреннего финансового контроля в транспортных корпорациях с государственным участием позволяет утверждать о сложном и комплексном характере общеметодологического начала в исследованиях настоящего объекта.

Интегрированная методологическая база автором рассматривается как теоретическая предпосылка для исследования перспектив развития системы внутреннего финансового контроля. Такой подход в силу своей диалектичности автоматически отрицает устоявшуюся точку зрения, связанную с необходимостью выбора какого-либо одного научного направления (мейнстрима) и признания его доминантой над всеми остальными течениями.

Выделим направления влияния каждой из названных экономических теорий на развитие системы внутреннего финансового контроля в транспортных корпорациях с государственным участием.

Теоретико-методологические предпосылки развития системы внутреннего финансового контроля в транспортных корпорациях

Рисунок 3 - Теоретико-методологические предпосылки развития системы внутреннего финансового контроля в транспортных корпорациях

с государственным участием

Неоклассическая теория финансов представляет собой свод обобщенных положений и практических методик, направленных на обоснование выбора экономическим субъектом рациональных вариантов своего взаимодействия с финансовыми рынками.

В общем виде неоклассическую теорию финансов определяют как систему знаний об организации и управлении финансовой триадой: ресурсы, отношения, рынки. Ей присущи такие особенности, как равновесный подход, экономическая рациональность, формализация принимаемых решений, а базовыми положениями выступают следующие постулаты [136, с. 86; 216, с. 863-864]:

  • • экономическая мощь государства и устойчивость его финансовой системы в значительной степени определяются экономической мощью частного сектора, ядро которого составляют корпорации;
  • • финансы частного сектора являются основой финансовой системы страны;
  • • вмешательство государства в деятельность частного сектора целесообразно минимизируется;
  • • основными источниками финансирования деятельности организаций выступают прибыль и финансовые рынки;
  • • интернационализация финансовых рынков приводит к тому, что общей тенденцией развития финансовых систем отдельных стран является стремление к интеграции.

В основе неоклассической теории финансов лежат три гипотезы:

  • 1) гипотеза экономического человека, утверждающая, что действия любого лица нацелены на приумножение собственного богатства и выгод путем осуществления выбора оптимального решения из числа существующих альтернатив;
  • 2) гипотеза эффективного финансового рынка, предполагающая наличие широкого круга участников рынка, свободный доступ для каждого участника к финансовым ресурсам, отсутствие трансакционных издержек в связи с заключением контрактов и возможности банкротства при их исполнении;
  • 3) гипотеза информационной эффективности финансового рынка, устанавливающая взаимосвязь между степенью информированности рынка и достоверностью справедливой стоимости финансовых активов.

Таким образом, выбор неоклассической теории финансов в качестве методологической базы исследования развития системы внутреннего финансового контроля вполне очевиден и закономерен. Он продиктован фактом все большего смещения акцентов финансовой науки в пользу негосударственных финансов, а, следовательно, исключает применение ограниченного инструментария классической теории финансов

(фондирование, распределение и перераспределение финансовых ресурсов, расчет норматива собственных оборотных средств и др.).

Классическая теория финансов, являющаяся, по справедливому утверждению Л. Косса, наукой о накоплении государственного имущества [137, с. 2], сегодня призвана обслуживать главным образом публичные финансы. Применительно к предпринимательской сфере объектами ее приложения остаются в основном унитарные предприятия.

Ключевыми элементами неоклассической финансовой науки выступают теории стоимости денег во времени, соотношения риска и доходности, денежных потоков, портфеля, оптимальной структуры капитала, дивидендов (таблица 3).

Таблица 3 - Основные элементы неоклассической теории финансов, объясняющие развитие системы внутреннего финансового контроля

п/п

Название

теории

Базовая научная работа

Характеристика теории

1

2

3

4

1.

Теория стоимости денег во времени

И. Фишер «Покупательная сила денег» (1911)

Фокусирует внимание на реальной покупательной способности денежных средств и ее влиянии на будущую стоимость активов

2.

Теория соотношения риска и доходности

Ф. Найт «Риск, неопределенность и прибыль» (1921)

Содержит положения, объясняющие причины эффективности финансовых рынков и различий в степени доходности обращающихся на них активов

3.

Теория

денежных

потоков

J. Williams “The Theory of Investment Value” (1938)

Исследует вопросы эффективного размещения денежных средств в разрезе конкретных видов деятельности, контрактов, проектов, операций,активов

1

2

3

4

4.

Портфельная

теория

Н. Markowttz “Portfolio Selection” (1952);

W. Sharpe

“Capital Asset Prices: A Theory of Market Equilibrium Under Conditions of Risk” (1964)

Исследует вопросы влияния структуры инвестиционного портфеля на степень совокупного инвестиционного риска

5.

Теория

оптимальной

структуры

капитала

Ф. Модильяни,

M. Миллер «Сколько стоит фирма? Теорема ММ» (1958);

F. Modigliani,

М. Miller “Corporate Income Taxes and the Cost of Capital:

A Correction” (1963)

Изучает проблемы влияния выбранной схемы финансирования бизнеса на его рыночную стоимость

6.

Теория

дивидендов

M. Miller,

F. Modigliani “Dividend Policy, Growth and the Valuation of Shares” (1961)

Исследует влияние проводимой дивидендной политики на максимизацию рыночной стоимости бизнеса

Источник: Составлено автором на основе анализа базовых научных работ по неоклассической теории финансов (графа 3)

Теория стоимости денег во времени И. Фишера [221] фокусирует внимание не столько на номинальном объеме денег, имеющихся в распоряжении организации, сколько на их реальной покупательной способности.

Основным положением рассматриваемой теории является тезис о том, что стоимость принадлежащих организации финансовых активов должна измеряться будущими потоками денежных средств, то есть потоками, планируемыми к получению в течение всего срока их полезного использования. Поскольку возврат вложенных средств реально происходит в будущих периодах, покупательная способность номинально равных поступлений постоянно снижается, что обуславливает необходимость приведения всех будущих потоков в текущие цены. Для этой цели производится процедура дисконтирования с использованием математического аппарата модели оценки дисконтированной стоимости денежного потока (Discounted cash flow model, DCF-model).

3. Боди и P. Мертон, обосновывая влияние теории стоимости денег во времени на принятие финансовых решений, делают вполне закономерный вывод о целесообразности совершения рациональных действий с суммами положительных чистых потоков [68, с. 158].

На наш взгляд, для целей системы внутреннего финансового контроля рассматриваемая теория имеет не меньшее значение. Ее использование, прежде всего, позволяет научно обосновать установление контрольных показателей «величина текущего денежного потока», «номинальная величина будущего денежного потока», «приведенная (реальная) величина будущего денежного потока», «предельная величина прироста положительного чистого потока» в разрезе текущих, инвестиционных и финансовых операций.

Теория соотношения риска и доходности Ф. Найта [159] содержит положения, объясняющие причины эффективности финансовых рынков и различий в степени доходности обращающихся на них активов. Главный вывод рассматриваемой теории сводится к утверждению о потенциальной эффективности большинства финансовых рынков в краткосрочной перспективе (по сравнению с менее эффективными рынками материальных активов). При этом доходность и риск на финансовых рынках всегда взаимообусловлены: степень риска формирует уровень доходности и наоборот.

По справедливой оценке Ю. Бригхема и Л. Гапенски, теория соотношения риска и доходности одинаково важна для инвесторов и менеджеров. Первых она ориентирует на определение приемлемого уровня риска, формирование диверсифицированного портфеля инвестиций, минимизацию трансакционных издержек, а вторым подсказывает, что нельзя увеличить стоимость фирмы исключительно с помощью операций на финансовом рынке [72, с. 19].

Рассматривая теорию соотношения риска и доходности в качестве предпосылки развития системы внутреннего финансового контроля, нельзя не отметить узость ее прикладного значения, ограниченного рамками операций с финансовыми активами. В тоже время сам риск- ориентированный подход вполне может быть принят за методологическую основу исследований перспектив развития системного финансового контроля в транспортных корпорациях с государственным участием.

Теория денежных потоков Дж. Уильямса [427] исследует вопросы эффективного размещения организациями денежных средств в разрезе конкретных видов деятельности, сегментов, контрактов, проектов, операций, активов. Согласно положениям этой теории, деятельность любой коммерческой организации рассматривается сквозь призму притоков и оттоков денежных средств, а главным критерием результативной деятельности служит показатель чистого потока денег (положительная или отрицательная разница между денежными поступлениями и платежами). Совокупный эффект от движения денежных средств проявляется в виде роста стоимости организации либо в виде прямо противоположного результата - ее банкротства, принудительной реструктуризации, поглощения.

Рассмотрение теории денежных потоков в качестве общеметодологической базы развития системы внутреннего финансового контроля позволяет выделить и научно обосновать признаки классификации контролируемых денежных потоков. Основными классификационными признаками следует считать: направление, характер и результативность движения денежных средств.

Так, в зависимости от направления движения денежных средств контролируются текущие, инвестиционные и финансовые денежные потоки. Первые из них обусловлены осуществлением организациями своей основной деятельности (производство товаров, выполнение работ, оказание услуг), вторые связаны с приобретением, созданием или выбытием внеоборотных активов, третьи вызваны привлечением финансирования на долевой или долговой основе.

По характеру движения денежных средств целесообразно контролировать поступления (притоки) и платежи (оттоки) денег. Для оценки результативности движения денежных средств рационально выделять два контрольных показателя - совокупный поток (сумма всех поступлений и платежей) и чистый поток (положительная или отрицательная разница между денежными поступлениями и платежами).

Портфельная теория Г. Марковица и В. Шарпа [406; 420] первостепенное значение уделяет исследованию вопросов влияния структуры инвестиционного портфеля на степень совокупного инвестиционного риска. В предметном плане ее следует рассматривать как развитие теории соотношения риска и доходности.

Главные идеи портфельной теории сводятся к следующим положениям:

  • • структура портфеля определяет степень совокупного инвестиционного риска, оказывающего прямое влияние на уровень доходности финансовых активов и косвенное влияние на стоимость капитала корпорации;
  • • формирование рациональной структуры портфеля обеспечивается благодаря оптимальному соотношению доходности и совокупного инвестиционного риска (действует формула «минимальный риск при ожидаемой доходности»);
  • • основным способом минимизации совокупного инвестиционного риска является диверсификация - распределение вложений между совокупностью финансовых активов с низким коэффициентом корреляции поведения доходов;
  • • управление портфелем происходит на основе математической модели оценки доходности финансовых активов (Capital asset pricing model, CAPM-model).

Таким образом, общеметодологический аспект портфельной теории становится еще одним аргументом в пользу ориентации системы внутреннего финансового контроля на минимизацию инвестиционных рисков.

Теория оптимальной структуры капитала Ф. Модильяни и М. Миллера [157; 409] занимает особое место в неоклассической теории финансов вследствие оригинальности содержащихся в ней положений и дискуссионности сделанных выводов. Центральной проблемой этой теории является вопрос: способна ли выбранная корпорациями схема финансирования деятельности оказывать влияние на рыночную стоимость бизнеса? Наибольшую актуальность проблема оптимизации структуры капитала имеет для корпораций, привлекающих средства одновременно из собственных и заемных финансовых источников и проводящих политику повышения благосостояния участников посредством роста рыночной стоимости акций.

Если брать за основу идеальную финансовую среду с присущими ей условностями (свободный доступ к ресурсам, отсутствие налогов и трансакционных издержек и др.), то ответ на поставленный вопрос будет отрицательным. Согласно теореме 1 (“М&М Theorem 1”), сформулированной и доказанной Ф. Модильяни и М. Миллером, «рыночная стоимость фирмы не зависит от структуры ее капитала и определяется нормой капитализации ожидаемого дохода в фирмах ее класса» [157, с. 44].

Реальная финансовая среда исключает равенство доступа экономических субъектов к ресурсам, а привлечение последних всегда сопряжено с определенными трансакционными издержками. Корпорациям также вменяется в обязанность облагать полученную прибыль налогом на прибыль, а выплачиваемые из нее дивиденды — налогом на дивиденды. В этих условиях, по справедливой оценке Ф. Модильяни и М. Миллера [409], оптимальная структура капитала способна обеспечить корпорациям получение дополнительного дохода, благодаря чему происходит рост стоимости фирмы. Однако процент соотношения собственных и заемных источников финансирования сугубо индивидуален для каждой корпорации и конкретного периода времени.

По нашему мнению, теория оптимальной структуры капитала, несмотря на ряд имеющихся в ней условностей, может быть использована в качестве общей методологической базы развития системы внутреннего финансового контроля. Расширение горизонтов исследований за счет включения в них вопросов оценки долгосрочных перспектив деятельности транспортных корпораций с государственным участием позволяет существенно пересмотреть взгляды на роль контроля в стратегическом управлении корпоративными финансами.

Теория дивидендов М. Миллера и Ф. Модильяни [408] представляет собой совокупность положений относительно влияния дивидендной политики корпораций на максимизацию рыночной стоимости их капитала. По исследуемой проблематике, равно как и по противоречивости вытекающих рекомендаций, теорию дивидендов можно поставить в один ряд вместе с теорией оптимальной структуры капитала.

Краеугольным камнем дивидендной политики является вопрос выбора участниками корпораций рационального способа получения дохода на вложенный капитал. При этом рассматриваются две альтернативные формы инвестиционного дохода - реальные дивиденды либо будущий прирост стоимости акций, обеспечиваемый реинвестированием объявленных дивидендов в развитие бизнеса.

Ю. Бригхем и Л. Гапенски справедливо выделяют три направления в теории дивидендов [72, с. 447-453]: теорию иррелевантности дивидендов (dividend irrelevance theory), теорию «синицы в руках» («bird-in-the hand» theory) и теорию налоговой дифференциации (tax differential theory). Сравнение этих направлений позволило авторам сделать справедливый вывод об их полном различии. В частности, теория иррелевантности дивидендов утверждает, что оптимальной дивидендной политики не существует, поскольку участники безразличны к выбору между дивидендами и доходом от прироста капитала. При этом стоимость капитала определяется способностью корпораций приносить прибыль и степенью риска, то есть зависит от проводимой инвестиционной политики. Согласно теории «синицы в руках» дивидендная политика сопряжена с меньшими рисками, чем инвестиционная политика, а участники чаще всего отдают предпочтение текущим дивидендам, нежели возможному росту курса акций в будущих периодах. Следовательно, для максимизации своей стоимости корпорация должна производить стабильные дивидендные выплаты в настоящем периоде. Теория налоговой дифференциации большое значение придает фактору налогообложения доходов.

Поскольку дивиденды облагаются налогом по значительно большей ставке, чем доход от прироста капитала, сторонники этой теории в целях максимизации рыночной стоимости корпорации рекомендуют выплачивать минимальные (нулевые) дивиденды.

Таким образом, вопрос выбора корпорациями дивидендной политики является сугубо индивидуальным и, следовательно, на наш взгляд, должен решаться в соответствии с предпочтениями самих участников. В целом теория дивидендов вполне может претендовать на роль неоклассической предпосылки развития стратегического финансового контроля.

Институциональная теория - научное направление, занимающееся исследованием проблем комплексного влияния общественных институтов (социальных, экономических, политических, правовых и др.) на развитие экономической деятельности.

Наибольшую востребованность институциональная теория получила в странах с переходной экономикой, в число которых входит Россия. Профессор Р.М. Нуреев объясняет устойчиво растущий интерес к рассматриваемому направлению экономической мысли двумя причинами. «С одной стороны, это связано с сильным влиянием марксизма, который рассматривал традиционный институционализм как своего потенциального союзника. ... С другой стороны, это связано с сознательными попытками преодолеть ограниченность ряда предпосылок, характерных для «экономике» (аксиомы полной рациональности, абсолютной информированности, совершенной конкуренции, установления равновесия лишь посредством ценового механизма и др.) и рассмотреть современные экономические процессы комплексно и всесторонне» [165, с. 21].

Использование институциональной теории в качестве общеметодологической предпосылки развития системы внутреннего финансового контроля в транспортных корпорациях с государственным участием предполагает принятие за основу принципов целостности и диалектичности исследовательского подхода. Согласно первому из них выбор любым индивидуумом оптимальной для себя линии поведения объясняется не столько эгоистическими мотивами, сколько общественными установками, определяемыми различными институтами - семьей, корпорациями, рынком, государством, религией, модой и др. Второй принцип наряду с изучением природы института ориентирует на проведение анализа происходящих институциональных изменений. При этом, соглашаясь с точкой зрения Дж. Коммонса, любой институт должен рассматриваться «как коллективное действие по контролю, освобождению и расширению индивидуального действия» [325, с. 70].

Таблица 4 - Основные элементы институциональной теории,

объясняющие развитие системы внутреннего финансового контроля

п/п

Название

теории

Базовая научная работа

Характеристика теории

1

2

3

4

1.

Теория

транзакционных

издержек

R. Coase “The Nature of the Firm” (1937)

Исследует вопросы влияния зрелости общественных институтов на эффективность взаимодействия экономических агентов в условиях ограниченной информированности

2.

Теория игр

Дж. фон Нейман, О. Моргенштерн «Теория игр и экономическое поведение»(1944)

Исследует вопросы принятия оптимальных решений в условиях неопределенности и конфликта сторон, имеющих различные интересы

3.

Теория

поведенческих

финансов

A. Tversky,

D. Kahneman “Judgment under Uncertainty:

Heuristics and Biases” (1974)

Изучает влияние иррационального поведения людей на принятие финансовых решений

4.

Теория

агентских

отношений

M. Jensen,

W. Meckling “Theory of the Firm: Managerial Behavior, Agency Costs and Ownership Structure” (1976)

к!аправлена на выработку рекомендаций по достижению экономической эффективности за счет оптимального взаимодействия всех заинтересованных лиц

Источник: Составлено автором на основе анализа базовых научных работ по институциональной теории (графа 3)

Современная институциональная теория представляет собой конгломерат, объединяющий традиционный институционализм, неоинституционализм и новую институциональную экономику. Несмотря на относительную автономность каждой области, все они взаимно дополняют друг друга. В прикладном плане наибольшее применение получили теории трансакционных издержек, игр, поведенческих финансов, агентских отношений (таблица 4).

Теория трансакционных издержек, сформулированная Р. Коузом [395] и получившая развитие у Дж. Коммонса, Д. Норта, О. Уильямсона и у других авторов, исследует вопросы влияния зрелости общественных институтов на эффективность взаимодействия экономических агентов в условиях ограниченной информированности. Особую актуальность эта теория имеет для российской экономики переходного периода, в которой выход корпораций на финансовые рынки и осуществление инвестиций сопряжены с высокими трансакционными издержками.

«Элементарными единицами экономического исследования» в рассматриваемой теории являются трансакции и трансакционные издержки. Понятие трансакции, введенное в научный оборот Дж. Коммонсом, означает устоявшуюся форму взаимоотношения между индивидами, связанного с отчуждением и присвоением созданных прав собственности и свобод [325, с. 72]. В свою очередь, трансакционные издержки представляют собой любые затраты, связанные с координацией и взаимодействием лиц [168, с. 133].

Тезис О. Уильямсона о том, что «основной целью и результатом функционирования экономических институтов капитализма является минимизация трансакционных издержек» [210, с. 51], должен стать одним из векторов развития системы внутреннего финансового контроля. Исследование вопросов выявления, типизации, оценки и установления пороговых значений трансакционных издержек создаст внутренние предпосылки для их снижения.

Теория игр, предложенная Дж. фон Нейманом и О. Моргенштерном [161], исследует вопросы моделирования оптимальных решений в условиях неопределенности и конфликта сторон, имеющих различные интересы. Основное предназначение теории игр ее основоположники Дж. фон Нейман и О. Моргенштерн видят в «попытке точного описания стремления индивидуума к извлечению максимальной пользы или, в случае предпринимателя, к получению максимальной прибыли» [161, с. 27].

Непременным условием использования теории игр и построения теоретико-игровых моделей конфликтов является наличие у участников различных интересов. Прежде всего, это справедливо для экономической сферы, где стремление каждого участника направлено на получение оптимального финансового результата. Достижение поставленной цели требует от него эффективного взаимодействия со всеми участниками (партнерами, контрагентами и пр.). Поэтому результат действий индивидуума в деловой среде зависит не только от его собственных усилий, но также и от действий других лиц.

Таким образом, с позиции теории игр любая конфликтная экономическая ситуация может быть интерпретирована как стратегическая игра. Каждый участник этой игры стремится максимизировать некоторую функцию («результат»), не все аргументы которой находятся под его контролем. Руководствуясь исключительно индивидуалистическими принципами, он не способен устанавливать значения всех переменных, определяющих собственную выгоду.

Приведенная характеристика теории игр позволяет сделать однозначный вывод о возможности использования ее инструментария при решении вопроса оптимального построения системы внутреннего финансового контроля в транспортных корпорациях с государственным участием. Исходной предпосылкой для игрового подхода к стоящей проблеме выступают интересы различных групп лиц - менеджеров, собственников, стейкхолдеров. Следствием частого их несовпадения становятся агентские конфликты, преодолевать которые в современных условиях крайне затруднительно без оптимального задействования всех функций управления, прежде всего, потенциала контрольной функции.

Теория поведенческих финансов А. Тверски и Д. Канемана [425] - направление корпоративных финансов, занимающееся исследованием влияния иррационального поведения людей на принятие финансовых решений. В предметном плане эта теория находится на стыке неоклассической теории финансов и психологии.

Управление корпоративными финансами при частой смене рыночной конъюнктуры не может опираться исключительно на расчет и здравый смысл. Апологеты поведенческих финансов, основываясь на обширном эмпирическом материале, пришли к выводу, что неопределенность и риски далеко не всегда способствуют принятию эффективных решений. В этих условиях рационализм уступает место таким психологическим факторам человеческого поведения как устоявшиеся стереотипы, консервативные оценки и др.

Приложение рассматриваемой теории к управлению корпоративными финансами позволяет установить две группы причин иррационального поведения менеджеров - неверная оценка имеющейся информации и эмоции - способных вызывать ряд психологических «эффектов» [365]: оформление, изоляция, иллюзия контроля, компетентность, информационный каскад, капкан, консерватизм, определенность, наличные деньги, предрасположенность, отражение, «сверхреакция», иллюзия значимости. Иррациональные психологические «эффекты» становятся угрозой для адекватного восприятия действительности, провоцируя менеджеров на совершение непредсказуемых действий. В конечном итоге у организаций возрастают риски утраты своей платежеспособности, снижения рыночной стоимости бизнеса, появления упущенной выгоды и др.

На наш взгляд, следует согласиться с доводом А.В. Лукашова о том, что «поведенческие издержки могут быть весьма значительными, и их невозможно снизить никакой системой контрактов и оплаты труда, если менеджеры неправильно понимают свои интересы и действия» [329, с. 36]. Поэтому решение на теоретическом уровне проблемы иррационального поведения финансовых менеджеров мы видим за счет использования комплексного подхода к проведению исследований. В контексте настоящей работы речь идет о синтезе теорий внутреннего финансового контроля и поведенческих финансов.

Теория агентских отношений М. Дженсена и У. Меклинга [401] занимает ведущие позиции в теоретическом обеспечении корпоративного управления. Как составная часть институциональной теории контрактов она ориентирована на выработку рекомендаций по достижению экономической эффективности за счет оптимального взаимодействия всех заинтересованных лиц.

Согласно рассматриваемой теории, агентские отношения возникают в тех случаях, когда одни лица (принципалы) нанимают других лиц (агентов) для оказания управленческих услуг и затем наделяют агентов полномочиями по принятию решений. В контексте корпоративных финансов первичные агентские отношения складываются, во-первых, между собственниками и менеджерами, а, во-вторых, между кредиторами и собственниками [72, с. 20].

Центральное место в теории агентских отношений занимает проблема агентского конфликта, суть которого состоит в подмене общих целей деятельности корпорации узкокорпоративными интересами агентов. При отношениях «собственники — менеджеры», характеризующихся разделением функций владения и управления корпоративной собственностью, приоритетной целью менеджеров нередко становится приумножение собственного благосостояния за счет повышения финансовых и социальных привилегий, тогда как собственники заинтересованы в увеличении дивидендных выплат либо росте курса акций. Возможность прямого доступа к финансовым ресурсам и полная информированность о состоянии дел позволяют менеджерам ставить собственные интересы выше общественных, создавая тем самым почву для управленческого оппортунизма.

Агентский конфликт, затрагивающий отношения «кредиторы - собственники», также имеет своим источником противоречия между принципалами и агентами. Если принципалы (кредиторы) заинтересованы в повышении кредитного рейтинга корпорации и ее ответственности перед всем обществом, то агенты радеют о росте собственного благосостояния (стоимости бизнеса, дивидендных выплат), что не всегда возможно увязать. В результате оппортунизм агентов увеличивает кредитные риски принципалов.

Стремление каждого принципала локализовать агентский конфликт обуславливает агентские затраты, которые являются частью трансакционных издержек. Согласно классификации, предложенной М. Дженсеном и У. Меклингом, агентские затраты включают в себя три группы расходов:

  • • расходы на мониторинг действий агентов;
  • • расходы на связь с агентами;
  • • расходы на ограничение действий агентов.

Все вышесказанное позволяет сделать однозначный вывод о возможности использования потенциала теории агентских отношений для развития системы внутреннего финансового контроля в исследуемых корпорациях. По нашему мнению, последний вместе с системами поощрения и наказания менеджеров должен выступить инструментом локализации агентских конфликтов.

Теория постиндустриального общества является смежной областью экономической науки и социологии, уделяющей основное внимание изучению воздействия различных факторов (естественных, технических, технологических и др.) на происходящее социально- экономическое развитие. Для настоящего исследования наибольший интерес представляет та часть этой теории, которая способна наметить и обосновать развитие системы внутреннего финансового контроля под углом зрения информационной революции и революции знаний.

Центральное место в теории постиндустриального общества занимает доктрина о трех ступенях исторического прогресса и соответствующих им общественно-экономических укладах. Выделение особенностей каждого этапа происходит посредством понятийного аппарата, отличающегося широким диапазоном дефиниций. Например, профессор Д. Белл в своем фундаментальном труде «Грядущее постиндустриальное общество. Опыт социального прогнозирования» (1973) использует понятия «доиндустриальное», «индустриальное» и «постиндустриальное» общества [60], профессор Э. Тоффлер в работе «Третья волна» (1980) вводит в оборот понятия «первая волна», «вторая волна» и «третья волна» цивилизации [207], профессор В.Л. Иноземцев в монографии «За пределами экономического общества: постиндустриальные теории и постэкономические тенденции в современном мире» (1998) оперирует понятиями «доэкономическое», «экономическое» и «постэкономическое» общества [120].

Не смотря на футурологический и даже утопический уклон большинства концепций нового общественного порядка, в целом теория постиндустриального общества обладает глубоким

общеметодологическим потенциалом. Она открывает простор для проведения научных исследований с позиции когнитивного подхода, рассматривающего творческо-созидательную деятельность человека (метазнание) в качестве первоосновы всех специальных знаний.

Согласно классической концепции Д. Белла [121, с. 5-6] понятие «постиндустриальная экономика» используется для обозначения системы, в которой индустриальный сектор утрачивает свою ведущую роль, а основной производительной силой становится наука. При этом характерными чертами новой экономики являются: ускорение научно- технического прогресса, уменьшение в совокупном общественном продукте доли материального производства, развитие сферы услуг, изменение мотивов и характера человеческой деятельности, появление нового типа ресурсов, существенная модификация всей социальной структуры. Постиндустриальная экономика противопоставляется Д. Беллом индустриальной и доиндустриальной экономическим системам по трем важнейшим параметрам:

  • • основной производственный ресурс (превалирование информации над, соответственно, энергией и сырьем);
  • • тип производственной деятельности (последовательная обработка в противоположность, соответственно, изготовлению и добыче);
  • • характер базовых технологий (вытеснение наукоемкими технологиями, соответственно, капиталоемких и трудоемких технологий).

Другие исследователи, уточняя и развивая идеи постиндустриализма, внесли в них ряд модифицированных конструкций. В частности, Э. Тоффлер в своей концепции супериндустриализма делает акцент на том, что происходящие сегодня изменения затрагивают не только экономику, но также протекают на многих других уровнях - социальном, политическом, культурном и даже антропологическом, приближая, тем самым, приход новой цивилизации [244, с. 42]. В.Л. Иноземцев при характеристике разработанной им концепции постэкономического общества подчеркивает, что «под постэкономическим обществом мы понимаем такой тип социального устройства, где хозяйственная деятельность человека становится все более интенсивной и комплексной, однако не определяется более его материальными интересами, не задается традиционно понимаемой экономической целесообразностью». На этой стадии основным типом человеческой деятельности становится «творчество, не мотивированное утилитарным образом, но направленное, прежде всего, на максимальное развитие личности самого творческого субъекта» [121, с. 13-14].

В теории постиндустриализма ведущее место занимают концепции информационной экономики и экономики, основанной на знаниях. Исходный тезис этих концепций сводится к признанию информации и знаний главными производительными силами современного этапа экономического развития, что позволяет определить конкретные области их приложения в рамках управления корпоративными финансами (таблица 5).

Таблица 5 - Основные элементы теории постиндустриального общества, объясняющие развитие системы внутреннего финансового контроля

п/п

Название

теории

Базовая научная работа

Характеристика теории

1

2

3

4

1.

Теория

асимметричной

информации

Дж. Акерлоф «Рынок «лимонов»: неопределенность качества и рыночный механизм»(1970)

Исследует пути и способы преодоления информационной асимметрии в отношениях между собственниками, менеджерами, сте йкхолдерам и

2.

Теория

интеллектуального

капитала

Т. Стюарт «Интеллектуал ьн ы й капитал. Новый источник богатства организаций» (1997)

Изучает вопросы справедливой оценки организациями своего интеллектуального капитала

3.

Теория

инновационных

финансовых

продуктов

(финансовая

инженерия)

Дж. Маршалл,

В. Бансал

«Финансовая

инженерия: полное

руководство по

финансовым

нововведениям»

(1992)

Занимается созданием (разработкой) производных финансовых инструментов и новых финансовых стратегий

Источник: Составлено автором на основе анализа базовых научных работ по теории постиндустриального общества (графа 3)

По мнению Т. Стюарта, первым годом информационного века следует считать 1991 г., когда инвестиции в информационную технику превысили расходы на приобретение промышленного оборудования, составив 112 млрд. долл. США против 107 млрд. долл. США [202].

Исследователи, признавая информацию неисчерпаемым социальным благом, наделяют информационную экономику следующими признаками [262, с. 14-15]:

  • • самовозрастание капитала заменяется самовозрастанием информации, совместное пользование которой приводит к появлению новых социальных отношений;
  • • формирование единого мирового и национальных информационных пространств;
  • • становление и в последующем доминирование в экономике стран, наиболее далеко продвинувшихся на пути к информационному обществу, новых технологических укладов;
  • • создание рынка информации, фактическое удовлетворение потребностей общества в информационных продуктах и услугах (электронное правительство, электронная почта, электронные платежи, доступ к базам данных, интерактивное видео и др.);
  • • возрастание роли инфраструктуры в системе общественного производства;
  • • повышение значимости проблем обеспечения информационной безопасности личности, общества и государства, создание эффективной системы обеспечения прав граждан и социальных институтов на свободное получение, распространение и использование информации;
  • • становление и в последующем доминирование в экономике новых технологических приложений, базирующихся на массовом использовании информационно-коммуникационных технологий: телеработа, телемедицина, телебанкинг, телеобучение и др.

Концепция информационной экономики дает возможность по- новому взглянуть на проблемы эффективного управления корпоративными финансами. В этом плане наибольший интерес представляет теория асимметричной информации Дж. Акерлофа [271].

Рассматриваемая теория исходит из того, что большинство рынков, включая финансовый рынок, не являются совершенными общественными институтами вследствие неравномерного (ассиметричного) распределения информации между всеми участниками. То же самое относится к корпоративным отношениям, где существующая информационная асимметрия создает серьезные препятствия доверительному взаимодействию менеджеров, собственников и иных заинтересованных лиц.

При агентской модели управления корпоративными финансами агенты-менеджеры всегда находятся в более привилегированном положении, чем принципалы-собственники, поскольку они обладают инсайдерской информацией, а значит, лучше осведомлены о текущем состоянии внутренних дел и стратегических планах организации.

Неравномерное распределение информации между менеджерами и собственниками часто становится причиной возникновения управленческой асимметрии. Как следствие, собственники лишаются возможности принимать адекватные решения, а менеджеры получают шанс манипулировать имеющимися данными в личных интересах. Аналогичная ситуация возникает в отношениях между собственниками и стейкхолдерами, мажоритарными и миноритарными акционерами.

Дж. Акерлоф в своем исследовании пришел к выводу о способности неполной информации оказывать разрушительное воздействие на рыночные индикаторы, что вполне справедливо и для финансовых показателей - уровня капитализации, суммы дивидендов на одну акцию, инвестиционного рейтинга корпораций и др. Используя терминологию Дж. Акерлофа, механизмами преодоления информационных асимметрий выступают сигналы, позволяющие заполнять информационный вакуум в корпоративных отношениях.

По нашему мнению, в условиях финансовой нестабильности наряду с такими традиционными способами коммуникативной сигнализации, как достоверная отчетность, объективная реклама, налаженные связи с общественностью, продуманная дивидендная политика и др., на передний план должна выйти система внутреннего финансового контроля со своим потенциалом обратной связи.

Сегодня в теории постиндустриального общества передовую позицию занимает концепция экономики, основанной на знаниях. Ее доминирование над информационной парадигмой можно объяснить следующими причинами.

Во-первых, высшим идеалом общества знаний становится образование. В отличие от индустриального общества, где по утверждению Т. Веблена «в образовании вообще и в высшем образовании в особенности как раз наиболее ярко и проявляются идеалы праздного класса» [82 с. 334], для общества знаний образовательные потребности преодолевают классовые рамки, становясь общечеловеческой ценностью.

Во-вторых, знания, наряду с информацией, относятся к неисчерпаемым экономическим ресурсам. Темпы воспроизводства и распространения знаний резко возрастают. По оценкам специалистов, общий объем знаний увеличивается в среднем вдвое за десятилетие [344, с. 5].

В-третьих, ведущую роль в экономическом развитии начинают играть виды деятельности, основанные на знаниях - электроника, информатика, генная инженерия, консалтинг, аудит и др. Так, в совокупном ВВП стран-членов Организации экономического развития и сотрудничества удельный вес группы отраслей, основанных на знаниях, превысил 50 % [262, с. 39].

В-четвертых, основным объектом инвестирования становится человек. Если в начале XX в. вложения в основной капитал превышали более чем вдвое вложений в человека, то к концу столетия структура долгосрочных затрат радикально изменилась. Например, в США уровень инвестиций в интеллектуальный капитал достиг 93 % [262, с. 33].

В-пятых, увеличивается разрыв в оплате труда и социальном обеспечении различных категорий персонала организаций. Доходы «работников знаний» (менеджеров, инженеров, аналитиков, консультантов и др.) имеют тенденцию к повышению, тогда как доходы низкоквалифицированного персонала - снижаются[1].

Прикладное значение концепции экономики, основанной на знаниях, для корпоративных финансов раскрывается одновременно с нескольких сторон. Достаточно назвать две области приложения этой концепции - теорию интеллектуального капитала и теорию инновационных финансовых продуктов (финансовую инженерию).

Интеллектуальный капитал, являясь центральной категорией экономики, основанной на знаниях, до сих пор не получил однозначного толкования в научной литературе. Известные экономисты, профессора Р.П. Булыга и М.В. Мельник, обобщив подходы различных исследователей, под интеллектуальным капиталом предлагают понимать всю совокупность неосязаемых факторов производства (знания, идеи, технологии, управленческое мастерство, корпоративную культуру и др.), а также систему экономических отношений по его использованию с целью создания стоимости бизнеса. Согласно приведенной ими классификации, содержанием категории «интеллектуальный капитал» выступает человеческий, клиентский, инфраструктурный и организационный капитал [75, с. 86-88].

В последние годы вопросы измерения интеллектуального капитала приобрели актуальность для многих корпораций, стремящихся обеспечить справедливую оценку своего бизнеса. Среди существующих методик широкое распространение получил финансовый подход к решению данной проблемы, предложенный профессором В.Ф. Палий.

Согласно ему, величина интеллектуального капитала должна измеряться через прирост рыночной капитализации корпорации и рассчитываться как разность между биржевым курсом ее акций и справедливой стоимостью активов [343; 344; 345]. Тем самым, знания, трансформируемые в интеллектуальный капитал, рассматриваются не только как главный фактор создания прибавочной стоимости продукции (работ, услуг), но и как основа роста стоимости корпораций.

По нашему мнению, стоимость интеллектуального капитала, оцениваемая с позиции финансового подхода, в силу своей объективности вполне может претендовать на роль контрольного показателя. Однако предложенный подход еще требует многих уточнений, так как, во-первых, он рассчитан только на публичные корпорации, во-вторых, не исключает влияния рыночной конъюнктуры и спекуляций.

Финансовая инженерия - вид интеллектуальной деятельности, включающей в себя по утверждению Дж. Маршалла и В. Бансала «проектирование, разработку и реализацию инновационных финансовых инструментов и процессов, а также творческий поиск новых подходов к решению проблем в области финансов» [151, с. 33]. Рассматриваемая область приложения концепции экономики, основанной на знаниях, является сравнительно новым направлением корпоративных финансов. «Товарный ряд» финансовой инженерии образуют производные финансовые инструменты и финансовые стратегии.

К первой группе продуктов относятся инструменты, связанные с собственным капиталом (опционы на акции, эксклюзивные права подписки, конвертируемые облигации, индексные фьючерсы и опционы, инвестиционные паи и др.) и кредитные (опционные, форвардные, своповые, индексные и др.) деривативы. Многие специалисты считают кредитные деривативы самым выдающимся творением финансовой инженерии. В 2007 г. объем рынка дефолтных свопов составил около 62 трлн. долл. США, превысив почти в пять раз ВВП США и на 20 % капитализацию мирового фондового рынка [136, с. 560]. Справедливости ради нужно добавить, что данное «выдающееся творение» спровоцировало в 2008 г. глобальный финансовый кризис.

Ко второй группе продуктов финансовой инженерии относятся инновационные финансовые стратегии. Самыми распространенными из них стали хеджирование рыночных рисков, дюрация денежных платежей, стратегии реализации непрофильных активов и др.

Любое знание по своей природе всегда относительно, следовательно, оно требует постоянного пересмотра, уточнения и обновления. Не в меньшей степени это относится к инновационным финансовым продуктам. Поэтому финансовая инженерия, будучи неотъемлемой частью экономики, основанной на знаниях, без всякого сомнения, должна рассматриваться в качестве когнитивной предпосылки развития системы внутреннего финансового контроля в исследуемых корпорациях. Новое качественное наполнение контрольной функции корпоративных финансов позволит трезво оценивать реальные возможности каждого финансового продукта, а также управлять сопряженными с ним рисками.

  • [1] О.С. Бурякова, проводя сравнительный анализ концепций информационной революциии революции знаний, идет еще дальше. По ее справедливому утверждению оба конструктаимеют под собой политическую и идеологическую почву. Информационная парадигма вомногом отвечает целям неолиберальной глобализации: открытости и саморегулированиюмирового рынка, «дружественным» поглощениям компаний, распространению Интернета,мобильной связи и др. Отсюда столь пристальное внимание к ней международныхфинансовых организаций - МВФ, Всемирного банка, Европейского банка реконструкциии развития и др. Знаниевая парадигма более плюралистична, так как отражаетпроисходящую трансформацию ие только в экономике, но и в иных сферах человеческойдеятельности - образовании, науке, культуре, политике и др. Данный конструкт разделяютмногие гуманитарные организации, прежде всего, ЮНЕСКО [244, с. 56-57].
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >