Война — насильственный способ реализации внешней политики

Наряду с дипломатией войны всегда выступали средством достижения внешнеполитических целей только с помощью вооруженной силы. По определению известного прусского военного теоретика Карла фон Ктузевица (1780—1831), «война есть не только политический акт, но и подлинное орудие политики, продолжение политических отношений, проведение их другими средствами». Как правило, войны между народами и государствами возникают в силу социально-политических причин и в этом смысле являются политическим актом. Говоря о сущности войны, Клаузевиц писал, что война

представляет собой странную троицу, составленную из насилия как первоначального своего элемента, ненависти и вражды, которые следует рассматривать как слепой природный инстинкт; из игры вероятностей и случая, что делает ее свободной душевной деятельностью; из подчиненности ее в качестве орудия политике, благодаря чему она подчиняется простому рассудку.

Во все времена человеческие сообщества отнюдь не считали мир высшим благом. Одни стремились подчинить своему господству чужие страны и народы, другие жаждали воинской славы, третьи считали, что лучше умирать стоя, чем жить, оставаясь на коленях. Большинство древних исходили из того, что война и мир сами по себе ни есть ни благо, ни зло. Оценка зависит от конкретных обстоятельств. Ибо, если преуспевающее государство может и должно стремиться к миру, то при неудачном стечении обстоятельств ему следует воевать.

Древнегреческий философ Демосфен разделял войны на справедливые и несправедливые. Первые, по его мнению, ведутся ради зашиты отечества от разорения и уничтожения врагом, во имя справедливости. Несправедливые войны — это те, которые ведутся из-за корысти, выгоды в нарушение принципов справедливости.

Однако что считать справедливым, а что несправедливым, как правило, всегда входило в прерогативы самих инициаторов войны. Так, древние всегда находили оправдание войне, если она велась во имя, как они считали, благой цели. А римские императоры, как известно, обеспечивали мир тем, что всегда готовились к войне. Последующие же поколения по части совершенствования и изощренности методов ведения войны и ее оправдания не идут ни в какое сравнение с своими предшественниками.

Приверженность силе, силовая политика отнюдь не утратили и не могут утратить своего значения в определении облика современного мирового сообщества. Вся история человечества свидетельствует о том, что война является неотъемлемой врожденной составляющей человеческой природы, точно так же как тяга к игре, пению, снятию стресса, потребность в сатурналиях, вальпургиевых ночах, маскарадах и т.д. Конечно, войны порождаются вполне осязаемыми, материальными, экономическими, социальными, династическими, религиозными и иными факторами. Однако история предоставляет множество примеров, демонстрирующих, что устранение этих и подобных факторов не всегда приводило к исчезновению войн из жизни стран и народов.

Понять сущность войны и найти соответствующие пути и средства ее предотвращения возможно лишь при условии анализа как всего комплекса социальных, социокультурных, экономических, территориально-географических, политических и иных факторов существования человеческих сообществ, так и всех атрибутов природы человека (несовершенство самого человека, его страсти, зависть, алчность и т.д.). Среди этих качеств наиболее значимой является агрессивность, которая представляет собой, по-видимому, одну из врожденных сущностных характеристик человеческой природы. Агрессивные побуждения связаны с такими человеческими качествами, как честолюбие, устремленность к активному действию, ориентация на успех и другие, которые могут мотивировать и разрушительные, и созидательные деяния людей. Разумеется, эти побуждения в той или иной форме должны иметь выход, ибо их постоянное подавление тяготит человека и чревато непредсказуемыми негативными последствиями.

В принципе все войны носят идеологический характер в том смысле, что каждая из вовлеченных в нее сторон так или иначе посягает на образ жизни и систему ценностей своего противника. В то же время, поскольку война — это соперничество за власть и влияние во всех их формах и проявлениях, она служит политическим актом. Но как бы то ни было, агрессивность государства питается прежде всего агрессивностью составляющих его людей. С мотивом агрессии теснейшим образом связано чувство враждебности к чужим. Весь исторический опыт свидетельствует о том, что люди просто не могут обходиться без врагов. По-видимому, в самой человеческой природе коренится потребность иметь врага — злобного и беспощадного, и в силу этого подлежащего уничтожению. Оппозиционность, неуживчивость, конфликтность, враждебность представляют собой такие же естественные формы проявления отношений между людьми, как и взаимная симпатия, солидарность, коллективизм и т.д. Инстинкт самосохранения и инстинкт борьбы составляют две стороны одной и той же медали. Очевидно, что в современной войне природная агрессивность человека как бы отходит на задний план, определяющую значимость приобретают целенаправленный расчет и рациональный выбор.

По аналогии с поведением человека можно рассмотреть поведение государства. Так, Томас Гоббс считал, что выгода, безопасность и репутация составляют три главные мотивирующие цели человека. Человек стремится к высокой репутации, потому что является существом, наделенным гордостью и эгоистическим интересом. Гордость заставляет его быть завистливым в силу боязни, что его сотоварищи сочтут его менее достойным, чем они сами, толкая этим предпринять соответствующие шаги.

Такой образ мыслей присущ народам и нациям не в меньшей степени, чем отдельным индивидам. Отсюда то большое значение, которое в международной политике придается категории «национальная честь». В соответствии с ней международные переговоры ведутся таким образом, чтобы ни одна нация не «потеряла лицо». «Национальная честь», которая воплощается в понятии «престиж», определяется прежде всего экономическими и политическими возможностями государства. Но зачастую престиж достигается с помощью силы, особенно успешной, победоносной войны, в результате которой одно государство навязывает свою волю другому государству. С этой точки зрения одна из главных функций войны состоит в том, чтобы определить международную иерархию по шкале престижа и тем самым выявить, какие именно государства являются главными акторами международной системы. Как правило, каждый раз именно доминирующие акторы утверждали свои права на господствующее положение и навязывали нормы и правила игры более слабым членам этой системы.

До недавнего времени войну рассматривали как вполне рациональное средство достижения политических целей. Клаузевиц считал, что стратегия не может иметь рациональной основы до тех пор, пока она не построена на осознании цели, которую она преследует. Именно это он имел в виду, когда характеризовал войну как продолжение политики другими средствами.

Однако появление ядерного оружия в определенной степени разорвало связь между политикой и войной, поскольку теперь разумная политика, призванная реализовывать на международной арене национальные интересы, не может допустить применения ядерного оружия, обладающего чудовищной силой разрушения.

В период холодной войны ядерное оружие, выполняя роль эффективного инструмента взаимного сдерживания двух сверхдержав, продемонстрировало ограниченность своих возможностей. С созданием ядерного оружия стало очевидно, что речь уже идет не просто о совершенствовании средств ведения войны, не просто о наращивании военной мощи. Появление ядерного оружия коренным образом изменило саму природу, принципы и нормы ведения войны. Основной задачей ядерного оружия стало сдерживание атаки противника, угрожающего жизненным интересам страны. Отчасти в силу того что стратегическое оружие служит именно этой цели, в центре международной политики в течение пяти послевоенных десятилетий воцарился мир, в то время как на периферии часто бушевали войны. Ракетно-ядерное оружие нельзя более рассматривать в качестве средства продолжения политики: теперь соперничающие державы являются одновременно партнерами по выживанию, спасению жизни на земле, а мирное сосуществование, не означая всеобщей и полной гармонии, диктуется императивами выживания человечества.

Казалось, что окончание холодной войны и двухполюсного миропорядка должно было радикально поменять характер взаимоотношений между народами и странами, способствовать формированию нового многополярного миропорядка, где нет места межгосударственным конфликтам и войнам. Многие политики и исследователи заявляли, что в современную эпоху, по мере утверждения во всем мире западной демократической модели жизнеустройства, войны становятся достоянием истории. Иллюзия о том, что с исчезновением фронтального системного, идеологического и военнополитического противостояния ведущих акторов мировой политики якобы исчезли предпосылки для использования войны в качестве инструмента разрешения межгосударственных и международных споров, быстро прошла.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >