Мораль как система ценностей.

Наиболее значимые идеи принято называть ценностями. Они составляют основу ориентаций человека. Мораль в качестве средств для таких ориентаций предлагает прежде всего представления о смысле жизни, свободе, счастье. Именно эти представления составляют высшие моральные ценности.

Вопрос о смысле жизни в этом ряду ценностей — наиболее сложный. Не одно поколение мыслителей билось над его разрешением. Этим вопросом задается и современный человек. Но на него до сих пор нет окончательного ответа. Утверждая осмысленность жизни, ее ненапрасность, человек тем самым как бы раздвигает границы своего конечного существования. По мнению многих исследователей, поиск смысла жизни — это борьба за бессмертие (хотя бы в моральном плане, так как физически человек смертен).

В истории этики сложились также такие линии рассуждений о смысле жизни:

О поиски смысла жизни следует искать в самой жизни, в сфере основных человеческих желаний и интересов;

О жизнь должна получить смысл из авторитетного источника;

О в земной жизни много пороков и зла, она несовершенна, не имеет определенных целей и неизменно ведет к смерти. Поэтому земная жизнь может приниматься во внимание лишь по отношению к чему-то высшему, лучшему (вечной жизни, Богу), что находится вне ее пределов. Бытие человека само по себе не важно, важно его соотнесение с абсолютной ценностью. Иначе жизненная суета не получит морального оправдания. Для религии поиск такого «высшего» не составляет особого труда: существование человека имеет смысл постольку, поскольку оно ориентируется на божественные заповеди и ценности, освященные церковью.

Но и вне религии идеи добра и справедливости также оказывают сильное воздействие на человека. В конечном счете смысл жизни — плод работы души человека, и, возможно, смысл жизни человеку следует искать не вне, а внутри себя. Человек может быть лучше, и, пока эта возможность имеется, есть смысл жить по-человечески.

Смысл жизни нельзя отождествлять с конкретной целью. В противном случае, достигнув цели, человек всякий раз терял бы смысложизненный ориентир. Очевидно, что надо не столько получить информацию о смысле жизни, сколько пережить смысл, почувствовать его. Смысл бытия нужно постигать практически, реально живя. Смысл жизни надо создать своей жизнью и на деле утвердить свой способ жизни как имеющий смысл. Своей судьбой надо подтвердить правильность выбора жизненного пути. В этом, наверное, и состоит главный смысл человеческого бытия. Смысл жизни не задан, его надо утвердить и доказать, если человек хочет быть. Это значит, что вне реализации моральная ценность как бы не существует.

Свобода — наиболее существенная ценностная ориентация личности. В разных этических учениях даются свои определения свободы:

О возможность достижения выгоды (прагматизм);

О абсолютная свобода деятельности, реализация эгоистических интересов (экзистенциализм);

О постижение Бога, следование законам божественной морали (религиозная этика);

О определение человека целью деятельности (антропоцентризм).

Но человек не может быть абсолютно свободным. Он ограничен множеством необходимостей, подчинен законам: природным, социальным, юридическим, правилам поведения и т.д. Все это данность, необходимость, предзаданная человеку. Свобода человека заключается в осознании объективных границ деятельности, попытке их расширения. Взаимосвязь свободы с необходимостью зафиксирована в трех наиболее общих подходах:

О детерминизм, абсолютизирующий всевластие необходимости;

О индетерминизм, противопоставляющий свободу необходимости;

О принцип единства, взаимообусловленности свободы и необходимости.

Исследователи считают наиболее конструктивным третий подход, рассматривающий проблемы свободы и необходимости диалектически. Например, можно вести речь об абсолютной и относительной свободе, имея в виду под первым понятием обозначение некоторого идеального, существующего всегда в перспективе состояния, связанного с предельной самореализацией субъекта. Абсолютная свобода в качестве регулятивной идеи может оказывать ощутимое влияние на реальность, в которой, однако, наиболее явно представлена свобода относительная. Субъект всегда так или иначе ограничен, многие обстоятельства его бытия находятся за пределами его власти. Следовательно, полной независимости свободы от необходимости не бывает.

Познание моральной необходимости — обязательное, но не достаточное условие реализации нравственной свободы, хотя в процессе этого познания индивид может реализовывать свою нравственную суверенность. Непременным условием реализации нравственной свободы является моральный выбор. Часто человек готов отказаться от свободы, только бы не реализовывать мучительный для него выбор. При выборе позиции (особенно между добром и злом) высока степень риска, сопровождающего свободную деятельность. Важным является также умение предвидеть возможные последствия выбора.

Выбор возможен при наличии альтернатив и ориентиров (ценностей, идеалов). В случае если человек не имеет позитивных ориентиров, он может оказаться не в состоянии воспользоваться свободой во благо.

Важнейшим качеством моральной свободы является признание другого человека, его свободы высшей ценностью, целью, но не средством достижения личных целей. Свобода одного человека ограничена свободой другого человека. Поэтому человеку важно оставаться в границах принятых норм, не допускать произвола.

Степень и специфика реализации нравственной свободы прямо связаны с моральной ответственностью, выражающей способность личности самостоятельно управлять своей деятельностью, отвечать за свои поступки. Именно морально-ответственное поведение дает человеку право на обладание свободой.

Непосредственное отношение к проблемам моральной свободы имеет проблема взаимосвязи цели и средств деятельности. Нравственные требования, определяющие соотношение целей и средств деятельности, прежде всего касаются их содержательной гармонии: положительная нравственная цель предполагает соответствующие ей по характеру (т.е. положительные, высокоценные) средства достижения. При нарушении этого правила, когда выбираются небезупречные средства, может измениться сущность цели или же она окажется практически недостижимым идеалом. Ориентация на неправедные средства, как бы она ни мотивировалась субъектом, всегда чревата негативными для его морального бытия последствиями.

Счастье — одна из нравственных высших ценностей для человека. Неоспоримость счастья как нравственной высшей ценности обусловило появление в истории этической мысли эвдемониче- ского (от греч. eudamonia — блаженство) направления, многочисленные представители которого не только утверждали счастье в качестве высшего блага, но и полагали возможным на этом основании решать все важнейшие моральные проблемы.

Несмотря на обостренный интерес к проблеме счастья, до сих пор не существует общепризнанного определения данного понятия, поскольку содержательные контексты счастья настолько разнообразны, что их трудно свести к единому знаменателю. Наиболее приемлем такой вариант: счастье — особое психологическое состояние, сложный комплекс переживаний человека, связанный с положительной оценкой им своей жизни в целом. Это определение нельзя считать исчерпывающим, но оно может служить ориентиром в осмыслении понятия счастья, которое состоит из множества разнообразных элементов, причудливо связанных между собой. Но все эти элементы можно свести к одной основе — удовлетворенности индивида своей жизнью.

Счастье выражает положительную и интегрирующую оценку жизни. Его можно рассматривать и как мотив деятельности. В этой роли оно первично по отношению к деятельности, программирует ее. Счастье часто связывают либо с процессом достижения значимой цели, либо с его результатом. Важно, конечно, то и другое, но индивидуальные характеристики людей часто определяют их выбор чего-то одного. Например, одни горят нетерпением получить желаемый результат, переживают, если его достижение откладывается, другие, напротив, стараются затянуть данный процесс, поскольку боятся разочарования при достижении цели, а третьи вообще не задумываются над стратегическими целями жизни. Но, как бы человек ни относился к своей жизненной стратегии, избежать определенных переживаний ему не удается.

Счастье включает в себя разнообразные эмоциональные состояния. Они могут быть не только положительными, но и отрицательными. Так, установка на «сплошное блаженство» может искажать систему ценностей и порождать разочарование жизнью. Погоня за удовольствиями приводит к пресыщению (если она «успешна») или к неудовлетворенности своим существованием (если нет возможности удовлетворить жажду наслаждений). В любом случае человек, ориентированный подобным образом, оказывается не в состоянии противостоять неблагоприятным обстоятельствам, достойно переживать неминуемые огорчения и страдания. Избежать страданий в жизни невозможно, поэтому стремление к счастью предполагает, вероятно, готовность к страданию, формирование правильного к нему отношения. Иногда страдание может быть даже конструктивным. Так, страдание от отсутствия удовольствия, воздержание дает возможность достигнуть впоследствии высшей степени наслаждения.

Достаточно широким является также спектр условий счастливой жизни. Их комбинация, субординация и значимость определяются как объективными факторами, таки своеобразием субъекта. Для большинства людей значимы такие условия счастья:

О оптимальное удовлетворение материальных потребностей (но к сфере материального бытия в истории культуры складывалось и иное отношение — аскетизм, предполагающий самоотречение от внешних благ, подавление чувственных потребностей ради достижения более высокого уровня духовного развития);

О оптимальная самореализация личности, раскрытие ее внутреннего, духовного богатства.

Установка на первостепенную значимость духовности является стратегически верной жизненной ориентацией, искажения которой препятствуют достижению счастья.

Моральные принципы, нормы, идеалы и ценности выступают не независимо друг от друга, они взаимосвязаны и взаимообусловлены.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >