КАЗАКИ В ЭМИГРАЦИИ

ЖИЗНЬ НА ЧУЖБИНЕ

Образ казачества складывается из многих фрагментов отражения реальности. Условно эти фрагменты можно относить, во-первых, к той части истории, которая передает характер жизни казаков в России; а во- вторых, к внешнеполитическим аспектам, связанным с тем, как воспринимало казачество население тех стран, где они были вынуждены поселиться после бурных революционных событий 1917 г. и Гражданской войны.

Исправление восприятия этой второй части международного имиджа казачества происходит на основании не только опубликованных материалов, анализа эмигрантской периодики, но и раскрытия новых документов. 20 марта 2015 г. в Ростов австрийские краеведы привезли уникальные документы, хранящие информацию о донских казаках, погибших в годы Первой мировой войны. Ценные вещи, фотографии, исторические справки были собраны в экспозицию «Сломленные биографии и тяжкое бремя». Оказалось, что австрийцы, для которых казаки формально были врагами, в наши дни следят за состоянием захоронений воинов, хранят информацию о казаках. Были найдены документы о жизни десяти русских военнопленных в 1916 г. в тирольском городе Фоль- дерсе. На одной из фотографий изображены четверо уроженцев Дона. А в Ростовской области австрийцы пытаются отыскать потомков этих донских казаков[1]. К сожалению, таких примеров не очень много. Однако от понимания того, почему казаки в эмиграции так настойчиво прилагали усилия по сохранению идентичности, зависят не только создание исторически целостной картины, но и поиск механизмов создания геополитического имиджа казачества в наши дни.

Одной из основных черт этого имиджа, сохранившегося в условиях эмиграции, можно назвать стремление казаков сохранить свой особый уклад станичной жизни. Этому способствовала их привычка к сельскому и любому другому тяжелому физическому труду. Так, казаки были заняты на шахтах пирита в окрестностях Доньи-Милановац, на руднике «Кленовик» возле города Пожаревац. И то, что казаки готовы были браться за любую работу, делало безработицу в их среде ниже, чем у других групп российских эмигрантов. Так, среди кубанских казаков в 1923 г. безработных насчитывалось всего 23%[2].

Находилась работа, но с военным уклоном и для казаков из военных корпусов. После того, как эшелоны казаков в мае 1921 г. были переправлены в Болгарию и Сербию, через Салоники и сербский пограничный пункт Гевгели 1 июля прибыли саперные полки Донского и Кубанского корпуса. Их причислили к штату Министерства строительства и направили на постройку стратегических дорог: Вранье - Босилеград и Гостивар - Дебар, Косовска - Митровица - Рашка, Штип - Кочане. Первая из них впоследствии даже стала называться «Русский путь». Казаки вообще много трудились на стройках железных дорог. Донские казаки строили железные дороги Кральево - Рашка и Мала - Крена - Топ- чидер в Бихаче, Босанска - Крупе, а позднее, вместе с кубанскими казаками - железную дорогу Ормож - Лютомер - Птуй в Словении. Запорожский казачий эскадрон при 3-м полку Кубанской дивизии прокладывал железную дорогу Ниш - Княжевац. Находилась и другая работа. Эскадроны кубанцев-гвардейцев собирали трофеи на полигонах битв Первой мировой войны вблизи Битоля и некоторое время служили в составе пограничных войск страны. После завершения постройки железной дороги в Словении около 250 казаков в 1924 г. переехали на постоянное жительство в Бараню и Славонию, поступив на службу к барону Виктору Гутману на сахарный завод имения Браньино-Брдо близ города Бели- Манастир, на лесозаготовки в Белище и в известное государственное имение «Белье».

Стремясь к поддержанию соотечественников, казаки откликнулись на осеннее 1921 г. обращение бывшего Донского атамана генерала П.Н. Краснова об организации станиц и хуторов с названиями, соответствующими месту жительства. Активнее всего этот процесс развивался в Королевстве сербов, хорватов и словенцев (КСХС). В марте 1922 г. Краснов утвердил «Положение об управлении станицами и хуторами за границей», которое определяло круг ведения хуторов, входящих в станицу, и станиц, образование которых утверждалось Донским атаманом. Им назначались станичные атаманы.

На станичные правления возлагались обязанности регистрации и учета всех казаков, организации бюро труда и касс взаимопомощи, оказания юридической и медицинской помощи, защиты инвалидов, одиноких женщин и безработных, сбора сведений о могилах казаков, проведения военных и традиционных казачьих праздников, осведомления хуторян и станичников о событиях на Дону, в России и в эмиграции. Также в станицах организовывались суды. В 1924 г. в состав «Комитета казачьих организаций», созданного в Париже, вошло 64 станицы: во Франции - 31, в Болгарии - 12, в Сербии - 10, в Чехословакии - 6, в Румынии - 1, в Венгрии - 1, в Польше - 2 и в Германии - 1. В Королевстве Югославия в конце 1920-х гг. насчитывалось 17 станиц и хуторов, одной из крупнейших была Белградская общеказачья станица имени Петра Краснова, основанная в декабре 1921 г. Была и Нью-Йоркская станица, основанная в 1923 г. Ее жители построили в Нью-Йорке храм Христа Спасителя, организовали Общество помощи военным инвалидам в Америке, Общество помощи детям русской эмиграции. Однако к началу Второй мировой войны из-за уменьшения числа казаков, проживающих в таких станицах, эти образования также стали исчезать[3].

Вторая черта, отличавшая эмигрантскую часть казачества, отражала природную смекалку и любознательность казаков, многие из которых в эмиграции стремились получить или завершить образование. Центрами сосредоточения казачьей интеллигенции и студенчества стали Белград, Варшава, Париж, Прага и София. Из Новочеркасска в Королевство СХС прибыли два средних учебных заведения: Донской Императора Александра III кадетский корпус и Мариинский Донской девичий институт. В Праге действовали Общество изучения казачества, Общество кубанских журналистов и писателей, Общество кубанцев в Чехословакии и другие. Благодаря поддержке Общества кубанцев около трехсот казаков получили дипломы инженеров, врачей, экономистов и пр. Казачья станица в Нью-Йорке оказывала помощь молодым казакам в поступлении в престижный Колумбийский университет[4]. Донской казак А.М. Пятницкий в 1930-е гг. работал геологом и исследователем флоры и фауны Аргентины. Одна из горных вершин была названа его именем.

Казаки сразу же попытались выстроить основы политики памяти, закладывая основы исследования жизни казачества до эмиграции и во время нее. Например, при Кубанской канцелярии в Белграде в казачьей военной периодике публиковались работы на эту тему. Там же была создана Делегация по охране кубанских военных регалий, знамен и военных трофеев, отданных на временное хранение в Военный музей на Калемегдане. Председателем делегации состоял генерал-лейтенант П.И. Кокунько. Некоторые казаки из числа военных ветеранов писали и публиковали свои исследования и воспоминания, связанные с участием казачества в сражениях Первой мировой и Гражданской войн.

Третья характеристика связана с творчеством казаков, которые в эмиграции проявили талант писателей, поэтов, художников, скульпторов, актеров, ученых. Художественным творчеством казаки также стремились выразить свою идентичность. Успехом пользовались выступления на лошадях, во время которых казаки показывали чудеса акробатического мастерства.

Джигиты отмечали места для публики, натягивая веревки, прикрепленные к кольям. Стульев и скамеек не было, поэтому публика смотрела представление, сидя прямо на земле. Для оповещения жителей о готовящемся выступлении джигиты, одетые в парадные формы, черкески, башлыки, с кинжалами и шашками, проезжали по главным улицам города и кричали, что казаки готовы показать искусство верховой езды. После того, как в Европе публика уже познакомилась с этим мастерством казаков, генерал И.Д. Павличенко, являвшийся организатором выступлений, стал вести переговоры с правительством республики Перу о переселении туда большой группы казаков для освоения ненаселенных территорий. Но попытка создать казачью земледельческую колонию закончилась неудачно, о чем казаки генерала Павличенко пели модифицированную казачью песню:

Эх, Перу, ты наша каторга,

Заграничная тюрьма.

На твоих лесах тропических Дух казачий умирал...

В эмиграции выпускница Екатеринодарской консерватории Лидия Гавриловна Казамарова до Второй мировой войны была солисткой оперы в Белграде, а после войны продолжила музыкально-вокальную и режиссерскую деятельность в Аргентине. Появились казачьи танцевальные коллективы и мужские хоры: Донской хор под управлением Сергея Алексеевича Жарова (Сержа Жарова, Сержа Жароффа), выступавший с гастролями в Латвии, Финляндии, Бельгии, Голландии, Англии и Швейцарии; Донской хор имени Платова под управлением Николая Федоровича Кострюкова, гастролировавший в Австрии, Чехословакии, Румынии; Кубанский хор сотника Соколова в Чикаго (США), Терский хор в Лионе (Франция).

Четвертая особенность казачьей эмиграции заключалась в устойчивости конфессиональных традиций. И это касалось не только православия. С казаками в КСХС прибыли несколько сотен калмыков из донских степей. Руководителем калмыцкой колонии в Сербии был полковник Абуша Алексеев. В 1929 г. эта этническая общность построила свой буддистский храм, единственный в Европе. В постройке храма участвовал Эренджен Хара-Даван. Храм стал популярной достопримечательностью Белграда как для сербов, так и для иностранцев. В 1930 г. он был отмечен в Путеводителе по Белграду, а улица, на которой стоял этот храм, была переименована в Буддийскую улицу (серб. Будистичка улица, ныне Будванска). Это сооружение было частично разрушено во время Белградской стратегической наступательной операций (28 сентября - 20 октября 1944 г.). Через несколько лет храм был снесен.

Пятая черта казачьей эмиграции связана с естественной для казаков потребностью сохранить военные традиции казачества. Иногда это стремление находило поддержку государств, принявших казаков. Так, в 1920-1930-е гг. некоторые роты и духовой оркестр казачьей Кубанской дивизии принимали участие в парадах и торжествах КСХС.

В 1924 г. барон Петр Николаевич Врангель, с сентября 1918 г. носивший прозвище «черный барон» за свою традиционную повседневную форму одежды - черную казачью черкеску с газырями, будучи Главнокомандующим, принял решение о необходимости создания организации, которая объединила бы всю военную эмиграцию. 1 сентября 1924 г. он подписал приказ об образовании Русского Общевоинского Союза (РОВС).

В состав этой организации вошло большинство офицерских организаций, которые находились в Западной и Восточной Европе, на Ближнем и Дальнем Востоке, а также на Американском континенте. В РОВС воинская дисциплина не просто сохранялась, а даже усилилась. Чинам было запрещено состоять в политических организациях. И в результате этого решения Союз Активных Борцов за Россию (САБЗАР), созданный в 1923 г. генерал-лейтенантом Андреем Григорьевичем Шкуро, не был принят в РОВС, так как он являлся политической организацией.

Кроме того, сами политические настроения и эмиграции в целом, и ее казачьей части были весьма пестрыми. В них отличались монархические течения, демократические с федералистским заслоном, националистические и социалистические. Все они имели множество разновидностей, были представлены как яркими, так и не очень заметными лидерами, опирались на конкретные эмигрантские слои. С точки зрения формирования имиджа казачества в эмиграции особый интерес представляют достаточно националистически настроенные казаки, которые рассматривали казачество как отдельный народ. Они провозглашали необходимость обеспечения независимости казаков и создания суверенного, объединенного государства «Казакии». Участники этого политического течения проявляли непримиримость к коммунистам, но были готовы сотрудничать с движениями и организациями, выступающими за государственную независимость. Также они охотно пользовались материальной поддержкой зарубежных структур, не считая это предательством идеи независимого государства казаков. Вместе с тем существовали и более мягкие настроения по поводу Советской России. В частности, Общеказачий сельскохозяйственный союз (ОСХС) и Союз возрождения казачества (СВК) склонялись к поиску компромиссов с Советской властью.

Для сбережения традиций казачества важна была не столько политическая ориентация таких движений, сколько их готовность поддерживать дух казачества в непростых условиях. К авторитетным эмигрантским казачьим организациям относился Объединенный совет Дона, Кубани и Терека. Он отражал идею объединения южно-российских казачьих областей, с которой разные деятели казачества выступали в годы революции и Гражданской войны. Хотя один из командиров Добровольческой армии и руководителей Белого движения на Юге Африкан Петрович Богаевский и другие лидеры этого совета выражали стремление действовать обособленно от РОВС, они не намеревались идти на полный разрыв отношений с ним.

Время Второй мировой войны стало периодом испытания казаков, оказавшихся в эмиграции, на верность Отчизне. И здесь пролегла линия раскола казачества, часть которого поддержала гитлеровскую Германию. К 1941 г. в Третьем рейхе было создано Общеказачье объединение во главе с генерал-лейтенантом Донского казачьего войска Евгением Ивановичем Балабиным. Однако сведения о казачьих частях в составе Красной Армии усилили противоречия в среде казачьей эмиграции. Этим противоречиям способствовала и двойственная политика германского руководства в отношении к казачеству. Сначала, по проекту Альфреда Розенберга, предполагалось создать казачью полуавтономию «Дон и Волга». Но позже Восточное министерство Третьего рейха отказалось и от идеи учреждения искусственных территориальных образований, и от признания казаков особой национальной группой. Было решено включить земли донских казаков в состав рейхскомиссариата «Украина», а кубанских и терских - в состав будущего рейхскомиссариата «Кавказ»[5]. В 1944 г., терпя поражения на Восточном фронте, немецкие командиры попытались более активно задействовать подразделения казаков. Но было уже поздно. Война вскоре завершилась победой сил Антигитлеровской коалиции.

Согласно договоренностям Ялтинской конференции, англо-американские союзники обязались выдать СССР после окончания войны всех перемещенных лиц, бывших гражданами СССР на 1939 г. Союзники перевыполнили свои обязательства, выдав и значительную часть эмигрантов первой волны, которые не были советскими гражданами. По разным источникам, было выдано от 45 до 60 тысяч казаков, которые воевали на стороне Германии во время Второй мировой войны, преимущественно находились в составе частей Казачьего Стана и 15-го казачьего кавалерийского корпуса. Но в это число входят также беженцы - женщины, дети, старики, ушедшие с немцами с Терека, Кубани и Дона[6].

Основные события выдачи казаков разворачивались в австрийском городе Лиенце, а также в Юденбурге и некоторых других местах. Эта акция сопровождалась большим количеством жертв. Первоначально 28 мая обманом, под видом вызова на «конференцию», англичане изолировали около полутора тысяч офицеров и генералов от основной массы казаков и выдали их органам НКВД. Выдача казаков продолжалась до середины июня 1945 г. Позже Военная коллегия Верховного суда СССР объявила решение о казни П.Н. Краснова, С.Н. Краснова, А.Г. Шкуро, С-Г. Клыча, Г. фон Паннвица с обоснованием, что они вели посредством сформированных ими белогвардейских отрядов вооруженную борьбу против Советского Союза, проводили активную шпионско- диверсионную и террористическую деятельность против СССР. Все осужденные были повешены в Лефортовской тюрьме 16 января 1947 г.

Большая часть выданных казаков, включая женщин, были отправлены в лагеря ГУЛАГ. Там многие из них погибли. По указу Президиума Верховного Совета СССР «Об амнистии советских граждан, сотрудничавших с оккупационными властями в период Великой Отечественной войны» от 17 сентября 1955 г. оставшиеся в живых в основном были амнистированы. Оставшись жить и работать в СССР, они предпочитали не вспоминать публично ни годы эмиграции, ни военное время.

В послевоенный период новым центром расселения казаков-эмиг- рантов стали Соединенные Штаты Америки. Есть сведения, что казаки воевали на стороне северян еще во время Гражданской войны в США. Отставной русский офицер Иван Турчанинов после Крымской войны подал в отставку, проехал Европу через Францию и Лондон, перебрался за океан. Во время Гражданской войны Турчанинов воевал в армии северян, дослужился до звания бригадного генерала. Среди южан ходили легенды о жестоком казаке, генерале северян. В конце XIX - начале XX в. в США было популярным шоу Buffalo Bill's «Индейцы и казаки». В 1920-х гг. в Голливуде казаки вместе с индейцами снимались в первых вестернах и прекрасно ладили между собой. По данным Верховного атамана казаков Южной и Северной Америки С. Цапенко, в США и Канаде существует 48 казачьих станиц, в которых проживают около восьми тысяч казаков[7].

В Латинской Америке казаки-эмигранты оказались участниками Чакской войны (1932-1935) между Парагваем и Боливией из-за пограничной нефтеносной территории Чако-Бореаль, расположенной между реками Парагвай и Пилькомайо. В ходе войны Боливия добивалась также выхода к морю через эти реки. Парагвай получал помощь оружием от Аргентины, а Боливия - от Чили и Перу. На стороне Парагвая сражались около сотни офицеров и казаков, эмигрировавших из России, среди них - начальник Генерального штаба Парагвая генерал Иван Тимофеевич Беляев и русский военный деятель, генерал-майор Генштаба Русской императорской армии, генерал-лейтенант Парагвайской армии Николай Францевич Эрн. Они участвовали в Первой мировой войне и активно применяли ее опыт во время боя в Чакской войне. Любопытно, что русские офицеры отменили красные звезды в парагвайской авиации, являвшиеся ее опознавательным знаком[8]. И также парагвайские солдаты маршировали под переведенные с русского языка строевые песни. В 1935 г. парагвайские войска вступили на боливийскую территорию. В июне 1935 г. под Ингави состоялось последнее сражение, закончившееся победой Парагвая. Было заключено перемирие. В июле 1938 г. Парагвай и Боливия подписали мирный договор, по которому примерно две трети спорной территории отошли к Парагваю, одна треть - к Боливии. В результате этой войне обе стороны, кроме экономического истощения, имели потери около 250 тысяч убитых и раненых.

В 2013 г. В.А. Казариным был создан Фонд поддержки и возрождения казачества «Казачья Диаспора». Фонд ставит задачи: совершенствования механизма и создания экономических условий для привлечения членов казачьих обществ к несению государственной и иной службы; развития духовно-нравственных основ, традиционных образа жизни, форм хозяйствования и самобытной культуры российского казачества; повышения роли российского казачества в воспитании подрастающего поколения в духе патриотизма и его готовности к служению Отечеству; поддержки международного сотрудничества российского казачества, установления международных контактов российского казачества с организациями казаков государств - участников Содружества Независимых Государств и дальнего зарубежья; безвозмездной юридической и материальной помощи всем казакам без исключения независимо от принадлежности к реестровым и нереестровым обществам; помощи в трудоустройстве казакам младшего и старшего поколения.

Диаспору казаков можно считать скрепой Русского мира. Потомки эмигрировавших из России казаков помогают организации научно-методических, образовательных и культурно-просветительских мероприятий, посвященных сохранению языковой, этнокультурной и духовной идентичности российских соотечественников-казаков. Они способствуют популяризации русской культуры и русского языка в мире.

  • [1] Из Австрии в Ростов привезли уникальные документы времен Первой мировой // URL: http://www.regnum.rU/news/society/1907379.html#ixzz3YlemhszC.
  • [2] Ратушняк О.В. Кубанское казачество в эмиграции (1920-1939 гг.) // Историческая и социально-образовательная мысль. 2013. № 4. С. 34-41.
  • [3] Худобородов А.Л. Вдали от Родины: Российские казаки в эмиграции. Челябинск: Факел, 1997.
  • [4] Федоров Н.В. От берегов Дона до берегов Гудзона. Ростов-н/Д: Литера-Д,1994.
  • [5] Крикунов П.Н. Казаки между Гитлером и Сталиным. Крестовый поход против большевизма. М.: Яуза, Эксмо, 2005.
  • [6] Науменко В.Г. Великое предательство. Выдача казаков в Лиенце и другихместах (1945-1947). Сборник материалов и документов. В 2 т. Н.Й.: Всеславянское издательство. Т. 1., 1962; Т. 2., 1970; Толстой Н.Д. Жертвы Ялты. М.: Русский путь, 1996; Хоффманн Й. История власовской армии. Paris: YMCA-press,1990.
  • [7] Казаки - друзья индейцев // URL: http://www.istpravda.ru/bel/digest/12968.
  • [8] Кондратьев В. Красные звезды над Гран-Чако // Авиамастер: журнал. 1998.№ 5-6. С. 12-18.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >