Ответственность за нарушения международно-правовых норм в сфере защиты культурных ценностей в случае вооруженного конфликта и контроль их соблюдения

Все объекты культуры — произведения живописи и скульптуры, архитектурные памятники, декоративно-прикладное искусство — требуют бережного обращения, постоянного наблюдения, реставрации для того, чтобы быть сохраненными на века. Но не только время является разрушающим фактором; к таким факторам следует причислить загрязнения окружающей среды, проведение общественных работ, хищение, нападение или незаконное уничтожение[1].

Проанализируем контрольный механизм, предусмотренный Конвенцией 1954 г., Дополнительным протоколом II (1999 г.) к ней, а также Дополнительным протоколом I (1977 г.) к Женевским конвенциям 1949 г. в отношении защиты культурных ценностей в случае вооруженных конфликтов.

Контрольный механизм Конвенции 1954 г. предусматривает два вида контроля: международный и внутригосударственный (национальный).

Охрана культурных ценностей в основном осуществляется внутригосударственными средствами. Каждое государство само следит за сохранностью своего культурного наследия, проводя определенную политику по организации и поддержанию музеев, регистрации объектов культуры, финансированию реставрационных работ и т. д. В то же время, большое значение придается и международному сотрудничеству в данной области. Это сотрудничество необходимо для обмена опытом, для оказания необходимой помощи, для предотвращения уничтожения и борьбы с хищениями. Оно координируется ЮНЕСКО, в рамках которой вырабатывается рекомендации и конвенции по рассматриваемому вопросу; в нем принимают участие и другие международные организации — правительственные и неправительственные.

Международные отношения в области культуры — часть международных отношений, регулируемых нормами международного права. Это означает, что охрана культурных ценностей на международном уровне осуществляется на базе общепризнанных принципов современного международного права, таких, как неприменение силы и угрозы силой, равенство, уважение суверенитета, невмешательство во внутренние дела и пр.

Сотрудничество государств в области контроля нарушений международно-правовых норм по защите культурных ценностей осуществляется с использованием выработанных международной практикой методов и средств, т. е. предполагает заключение договоров по разным вопросам, принятие решений международными организациями, созывы международных конференций. Оно имеет место и во всемирном масштабе, и на региональном уровне; осуществляется двустороннее сотрудничество государств.

В рамках внутригосударственного (национального) контроля страны вправе сами создавать соответствующие органы, определять их полномочия и компетенцию, поскольку Конвенция 1954 г. не содержит соответствующих положений.

В Аргентине и Бельгии созданы комиссии, на которые возлагается общая функция по имплементации норм, посвященных защите культурных ценностей[2]. В Швейцарии и Австрии существуют частные организации, занимающиеся защитой культурных ценностей[3]. В Нидерландах — подразделение инспекторов по охране культурных ценностей.

Согласно Конвенции 1954 г., национальный контроль возлагается так же на представителей государств, занимающихся защитой и охраной культурных ценностей.

Международный контроль, согласно Конвенции 1954 г., состоит из института Держав-покровительниц (по Женевским конвенциям 1949 г.), Генеральных комиссаров, инспекторов и экспертов по культурным ценностям, лиц, осуществляющих функции представителя от имени Держав-покровительниц.

Каждая из сторон конфликта должна назначить Державу-пок- ровительницу, призванную следить за соблюдением гуманитарного права и защищать ее интересы во время конфликта. Чтобы наилучшим образом обеспечить сохранение культурных ценностей, Державы-покровительницы могут назначить своих делегатов по их защите. Делегаты констатируют нарушения Конвенции, расследуют обстоятельства, при которых произошли последние, и предпринимают демарши с тем, чтобы их прекратить. При необходимости они уведомляют о них Генерального комиссара. Должен быть назначен Генеральный комиссар по культурным ценностям. Он согласованно выбирается сторонами конфликта из международного списка лиц, способных выполнить соответствующие функции.

Генеральный комиссар имеет право приказать произвести расследование или вести его сам, предпринимает все демарши, которые он считает полезными для применения Конвенции, представляет необходимые доклады сторонам конфликта и Генеральному директору ЮНЕСКО, выполняет ряд функций Державы-покровительницы.

Однако, учитывая трудности, возникавшие в прошлом при назначении Генерального комиссара, в последнее время Генеральный директор ЮНЕСКО предпочитает пользоваться услугами своих личных представителей для проведения дипломатических переговоров с заинтересованными государствами в целях улучшения защиты культурных ценностей.

Протокол 1999 г. предусматривает создание после его вступления в силу двух новых учреждений, а именно — Комитета по защите культурных ценностей в случае вооруженного конфликта и Фонда для защиты культурных ценностей в случае вооруженного конфликта.

Комитет по защите культурных ценностей в случае вооруженного конфликта будет состоять из двенадцати сторон, которые будут избираться на совещании государств-участников. Последние будут стремиться обеспечить справедливое представительство различных регионов и культур мира, заботясь о том, чтобы Комитет в целом включал в себя специалистов, компетентных в области культурного наследия, обороны и международного права.

На Комитет возлагаются, в частности, следующие функции: предоставление, приостановление или отмена усиленной защиты в отношении культурных ценностей; составление, обновление и распространение Списка культурных ценностей, находящихся под усиленной защитой; наблюдение за осуществлением Протокола и необходимый контроль, рассмотрение докладов об имплементации Протокола, которые Стороны направляют в Комитет раз в четыре года, и представление замечаний по ним.

Государство — участник Протокола может запросить у Комитета: международную помощь в отношении культурных ценностей, находящихся под усиленной защитой, и помощь в подготовке, разработке и претворении в жизнь законов, административных положений и мер, которые должны быть приняты в отношении этих ценностей в соответствии с п. «Ь» ст. 10.

Фонд для защиты культурных ценностей в случае вооруженного конфликта учреждается как целевой в соответствии со статьями Положения о финансах ЮНЕСКО. Средства Фонда будут состоять из добровольных взносов Сторон, взносов, пожертвований и завещанного имущества: других государств; ЮНЕСКО или других организаций системы Организации Объединенных Наций; иных межправительственных или неправительственных организаций; государственных или частных органов или отдельных лиц; любых процентных начислений на средства Фонда; собранных средств и поступлений от мероприятий, организуемых в интересах Фонда и всех других средств, разрешенных руководящими принципами, применимыми к Фонду.

Выплаты из Фонда будут использоваться лишь на те цели, которые будут определяться Комитетом в соответствии с руководящими принципами, сформулированными совещанием Сторон, для оказания финансовой помощи преимущественно в поддержку: подготовительных мер, принимаемых в мирное время; чрезвычайных, временных или иных мер, принимаемых для защиты культурных ценностей в период вооруженного конфликта и немедленного их возвращения после окончания военных действий.

В области контроля надлежащей имплементации Конвенции 1954 г. и Протоколов к ней обязанности государств-участников оказываются менее сложными, чем это может показаться на первый взгляд при ознакомлении с различными документами. Выполнение этих обязанностей может сочетаться с мероприятиями, которые уже осуществляются в сфере планирования и подготовки к стихийным бедствиям и другим чрезвычайным ситуациям.

Организации, такие, например, как Международный комитет Синего щита, могут сыграть важнейшую роль в содействии охране культурных ценностей и имплементации касающихся их международных договоров. «Синий щит» — международная независимая профессиональная организация, ставящая целью предупредить причинение ущерба культурному наследию при различного рода катастрофах путем осуществления комплекса профилактических, подготовительных, защитных и восстановительных мер. Национальным отделениям «Синего щита» в различных странах рекомендовано способствовать ратификации и имплементации Конвенции 1954 г. и Протоколов к ней.

В этой области действуют также другие комитеты и организации. Для содействия имплементации международного гуманитарного права многие государства учредили межведомственные комиссии по гуманитарному праву, которые оказывают помощь, в том числе консультативную, правительственным структурам в распространении и имплементации этого права. Среди приоритетных задач этих органов должны быть координация и стимулирование деятельности заинтересованных или отвечающих за охрану культурных ценностей в случае вооруженного конфликта министерств и ведомств, например в области выявления и описи культурных ценностей местными властями и другими компетентными органами.

Национальные общества Красного Креста и Красного Полумесяца, играющие особую роль в распространении и имплементации международного гуманитарного права, целесообразно было бы привлечь к пропаганде и распространению договоров о защите культурных ценностей. В рамках своей традиционной деятельности они могли бы помогать государствам в обеспечении уважения защитной эмблемы культурных ценностей или иной деятельности, направленной на имплементацию Конвенции 1954 г. и Протоколов к ней, как индивидуально и по собственной инициативе, так и в рамках сотрудничества с другими организациями на местах. Национальные комиссии по гуманитарному праву или национальные комитеты Синего щита также можно рассматривать как потенциальных партнеров по деятельности на внутригосударственном уровне.

Кроме того, в рамках полномочий, представляемых ЮНЕСКО ст. 19 и 23 Конвенции 1954 г., посреднические вспомогательные функции возлагаются на Генерального директора ЮНЕСКО. Генеральный директор вправе от свого имени и от имени ЮНЕСКО обратиться к враждующим странам с просьбой соблюдать положения Конвенции и Протокола 1954 г.

В международно-правовой литературе отмечались недостатки контрольного механизма, являющиеся следствием его громоздкости и недостаточной организованности.

Н.А. Потапова указала, что система контроля нелегка для реализации. В нее вовлечено слишком много должностных лиц самых разных рангов. Их выбор, назначение, введение в должность и само выполнение возложенных на них функций связано с громоздкой процедурой. Следовало отдать предпочтение общим средствам содействия, нежели мерам контроля (таким, как иммунитет, привилегии и т. д.), а также мерам воздействия с целью выполнения предписаний Конвенции (не прибегая к системе контроля)11.

На наш взгляд, если классифицировать лиц, осуществляющих международный контроль, по объему их полномочий, то на первое место следует поставить Генеральных комиссаров, не забывая, что часть их функций может быть передана инспекторам; на втором месте следует расположить представителей Держав-покровитель- ниц, а на третьем — личных (специальных) представителей Генерального директора ЮНЕСКО.

Рассмотрим меры ответственности за нарушения международно-правовых норм, касающихся защиты культурных ценностей в случае вооруженного конфликта. [4]

Меры, осуществляемые государствами для имплементации защиты культурных ценностей, включают в себя идентификацию, распространение и уголовную ответственность.

Идентификация. Стороны должны заключить между собой специальные договоренности о защите культурных ценностей и внести последние в предусмотренные для этого реестры.

Распространение. В этом случае для распространения данных документов необходимо обеспечить их перевод на национальный язык (национальные языки). Меры по распространению включают в себя доведение сторонами до сведения лиц из состава своих вооруженных сил содержания обязанностей, касающихся культурных ценностей (Протокол I, ст. 82—83 и 87; Протокол II, ст. 19). Один из самых новаторских аспектов Второго протокола, несомненно, составляют криминализация ряда деяний (которые квалифицируются как «серьезные нарушения») и создание системы пресечения нарушений. Втторио Майнетти отмечает, что Гаагская конференция 1954 г. отвела этому вопросу скромное место. Согласно Конвенции, уничтожение и разграбление культурных ценностей, неправомерное использование отличительного знака, нападение, хищение, а также любая угроза в отношении персонала, осуществляющего охрану культурных ценностей, влекут за собой санкции. При этом в отличие от исходного проекта, где санкциям была посвящена целая глава, в окончательной редакции текста осталось всего одно положение, да и то крайне общее и схематичное — ст. 28, в которой все же был закреплен принцип индивидуальной ответственности. В соответствии с этим положением, которое воспроизводит ст. 49/50/129/146 Женевских конвенций 1949 г., Высокие Договаривающиеся Стороны обязуются принимать в рамках своего уголовного законодательства все меры (превентивного характера и меры пресечения), необходимые для того, чтобы были выявлены и подвергнуты уголовным санкциям лица (независимо от гражданства), нарушившие или приказавшие нарушить Конвенцию. Гаагская конвенция 1954 г. предусматривает ответственность любого лица, нарушившего ее положения, — совершившего нарушения непосредственно, лично, либо опосредованно, отдав приказ об их совершении. Отметим, что слову «преступление» был предпочтен термин «нарушение» — более емкий и охватывающий все нарушения Конвенции, а не только самые серьезные из них. К тому же, несмотря на формулировку текста, где сказано «нарушившие» и «приказавшие совершить», «нарушение» охватывает как действие, так и упущение.

Говоря об ответственности за нарушение норм права вооруженных конфликтов, в доктрине выделяют санкции, применяемые к государствам, репрессалии, коллективную ответственность государств и санкции, применяемые к отдельным лицам. Мы остановимся на индивидуальной ответственности и ответственности государств за совершение преступлений против культурных ценностей, как наиболее вероятных формах ответственности[5].

Вопрос индивидуальной ответственности развивался поступательно. Сначала IV Гаагская конвенция 1907 г. закрепила, что «всякий захват, разрушение... станет предметом правового преследования» (ст. 56 IV Гаагской Конвенции 1907 г.), без указания того, в каком порядке и каким образом это будет происходить.

Позже ст. 28 Конвенции 1954 г. закрепила, что государства обязуются принимать в рамках своего уголовного законодательства все меры, необходимые для того, чтобы были выявлены и подвергнуты уголовным или дисциплинарным санкциям лица, независимо от их гражданства, нарушившие или приказавшие нарушить настоящую Конвенцию. Но и здесь не были указаны составы и не были закреплены юрисдикционные процедуры.

Уголовное законодательство должно содержать следующие элементы: принцип универсальной юрисдикции, предусматривающий пресечение преступного деяния независимо от места его совершения и гражданства исполнителя (ЖК I-IV, ст. 49/50/129/146 и п. 1 ст. 85 Протокола I, содержащий ссылку на них); ответственность начальников (Протокол I, п. 2 ст. 86); пресечение нарушений, являющихся результатом совершения соответствующих деяний или непринятия мер (Протокол I, п. 1 ст. 86); соблюдение судебных гарантий (Протокол I, п. 4 ст. 75).

Действующее российское уголовное законодательство содержит ряд статей, посвященных уголовному преследованию за данные деяния, но, к сожалению, только в мирное время. В частности, ст. 164 п. 2 УК РФ[6] содержит следующие положения:

  • 1. Хищение предметов или документов, имеющих особую историческую, научную, художественную или культурную ценность, независимо от способа хищения, наказывается лишением свободы на срок от шести до десяти лет с конфискацией имущества или без таковой.
  • 2. То же деяние:
    • а) совершенное группой лиц по предварительному сговору или организованной группой;
    • б) совершенное неоднократно;
    • в) повлекшее уничтожение, порчу или разрушение предметов или документов, указанных в ч. 1 настоящей статьи, —

наказывается лишением свободы на срок от 8 до 15 лет с конфискацией имущества.

Статья 188 «Контрабанда»:

1. Контрабанда, т. е. перемещение в крупном размере через таможенную границу Российской Федерации товаров или иных предметов, за исключением указанных в ч. 2 настоящей статьи, совершенное помимо или с сокрытием от таможенного контроля либо с обманным использованием документов или средств таможенной идентификации либо сопряженное с недекларированием или недостоверным декларированием, —

наказывается лишением свободы на срок до пяти лет.

2. Перемещение через таможенную границу Российской Федерации наркотических средств, психотропных, сильнодействующих, ядовитых, отравляющих, взрывчатых, радиоактивных веществ, радиационных источников, ядерных материалов, огнестрельного оружия, взрывных устройств, боеприпасов, оружия массового поражения, средств его доставки, иного вооружения, иной военной техники, а также материалов и оборудования, которые могут быть использованы при создании оружия массового поражения, средств его доставки, иного вооружения, иной военной техники, в отношении которых установлены специальные правила перемещения через таможенную границу Российской Федерации, стратегически важных сырьевых товаров или культурных ценностей, в отношении которых установлены специальные правила перемещения через таможенную границу Российской Федерации, если это деяние совершено помимо или с сокрытием от таможенного контроля либо с обманным использованием документов или средств таможенной идентификации либо сопряжено с недекларированием или недостоверным декларированием, —

наказывается лишением свободы на срок от трех до семи лет с конфискацией имущества или без таковой.

Статья 190 «Невозвращение на территорию Российской Федерации предметов художественного, исторического и археологического достояния народов Российской Федерации и зарубежных стран»:

Невозвращение в установленный срок на территорию Российской Федерации предметов художественного, исторического и археологического достояния народов Российской Федерации и зарубежных стран, вывезенных за ее пределы, если такое возвращение является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, —

наказывается лишением свободы на срок до восьми лет с конфискацией имущества или без таковой.

Статья 243 «Уничтожение или повреждение памятников истории и культуры»:

  • 1. Уничтожение или повреждение памятников истории, культуры, природных комплексов или объектов, взятых под охрану государства, а также предметов или документов, имеющих историческую или культурную ценность, наказывается штрафом в размере от 200 до 500 минимальных размеров оплаты труда или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от двух до пяти месяцев либо лишением свободы на срок до двух лет.
  • 2. Те же деяния, совершенные в отношении особо ценных объектов или памятников общероссийского значения, наказываются штрафом в размере от 700 до 1 000 минимальных размеров оплаты труда или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от семи месяцев до одного года либо лишением свободы на срок до пяти лет.

Дополнительный протокол II (1999 г.) дал детальную классификацию преступлений против культурных ценностей и указал на обязательность сотрудничества государств в данной области. Если в Дополнительном протоколе I (1977 г.) говорилось только о превращении ясно опознаваемых исторических памятников, произведений искусства или мест отправления культа, которые являются культурным или духовным наследием народов и которым специальным соглашением, заключенным, например, в рамках компетентной организации, предоставляется особая защита, в объект нападения, в результате чего им наносятся большие разрушения, когда не имеется свидетельства о нарушении противной стороной ст. 53, п. «Ь») и когда такие исторические памятники, произведения искусства и места отправления культа не находятся в непосредственной близости от военных объектов (п. 4d ст. 85), что фактически перекладывало весь груз ответственности на плечи обороняющихся, то Протокол 1999 г. поставил стороны в равные условия, предусмотрев ответственность и за саму атаку (нападение), вне зависимости от ее последствий, преодолев «половинчатость» данных мер. Вместе с тем ни Дополнительный протокол I (1977 г.), ни Протокол 1999 г. не предусмотрели ответственности за неосторожное причинение вреда[7].

Протокол 1999 г. вводит три группы преступлений:

1. Серьезные нарушения, за совершение которых Конвенция 1954 г. предусматривает универсальную юрисдикцию, по принципу: «либо привлекай, либо передай»:

a) атака культурных ценностей, находящихся под защитой;

b) использование культурных ценностей под расширенной защитой и их ближайшего окружения в поддержку военных действий[8];

c) интенсивное и широкомасштабное разрушение и реквизиция культурных ценностей, находящихся под защитой Конвенции и Протокола.

2. Серьезные нарушения, за совершение которых Конвенция предусматривает разрешительную юрисдикцию:

a) атака культурных ценностей, находящихся под защитой Конвенции и Протокола;

b) кража, разграбление, незаконное присвоение и совершение актов вандализма против культурных ценностей, находящихся под защитой Конвенции (в отношении второй категории «серьезных нарушений» страны обладают разрешительной юрисдикцией, что означает обязанность государств установить такую юрисдикцию, когда данное нарушение происходит на их территории и совершено их гражданами, — п. «а» и «Ь» ст. 16 Дополнительного протокола II (1999 г.).

3. Другие нарушения (ст. 21 Протокола 1999 г.): a) любое использование культурной ценности в нарушение Конвенции и Протокола;

b) любой незаконный экспорт и другое перемещение или передача прав собственности на культурные ценности с оккупированной территории в нарушение положений Конвенции и Протокола (данное преступление скорее является нарушением положений Протокола к Конвенции 1954 г., а также «менее серьезных нарушений»; государства вправе ограничиться только административными и дисциплинарными мерами).

Положения Протокола 1999 г. распространяются в равной степени на конфликты как международного, так и немеждународного характера; следовательно, и уголовное преследование не должно зависеть от этого фактора. Такую же позицию поддерживает и Международный уголовный суд.

Картина индивидуальной уголовной ответственности будет неполной, если оставить без рассмотрения Международный уголовный суд.

Статут Международного уголовного суда (МУС) был принят в июле 1998 г. в Риме. Он вступит в силу после его ратификации 60 государствами.

Юрисдикция МУС распространяется на военные преступления, преступление геноцида и преступления против человечности. Под юрисдикцию Суда будет подпадать и преступление агрессии, как только будет принято положение, содержащее определение этого преступления и излагающее условия, в которых Суд осуществляет свою юрисдикцию.

Статья 8 устанавливает юрисдикцию МУС в отношении военных преступлений, «в частности когда они совершены в рамках плана или политики или при крупномасштабном совершении таких преступлений». Данное положение охватывает серьезные нарушения Женевских конвенций 1949 г., а также другие серьезные нарушения законов и обычаев, применимых в международных и немеждународных вооруженных конфликтах. Что касается культурных ценностей, ст. 8 причисляет к военным преступлениям «...умышленное нанесение ударов по зданиям, предназначенным для целей религии, образования, искусства, науки или благотворительности, историческим памятникам ..., при условии, что они не являются военными целями ...» (пп. 2 (b), IX и (е) IV ст. 8)[9].

В соответствии с принципом дополнительности, МУС осуществляет свою юрисдикцию лишь тогда, когда государство не желает или не способно возбудить уголовное преследование должным образом в отношении находящихся в его юрисдикции лиц, подозреваемых в совершении военных преступлений. Таким образом, для обеспечения пресечения военных преступлений средствами уголовного права на национальном уровне государствам надлежит ввести в действие уголовное законодательство, которое позволило бы им предавать суду военных преступников. Для этого необходимо, в частности, принять следующие меры: внести изменения в уголовное законодательство, предполагающие введение в него составов преступлений, предусмотренных в Статуте; определить юрисдикцию судов с тем, чтобы они могли рассматривать соответствующие дела; установить правила, касающиеся сотрудничества с МУС; выработать соглашения о выдаче или критерии, касающиеся передачи в распоряжение Суда лиц, подозреваемых в совершении вышеупомянутых деяний.

Говоря об ответственности государств, следует заметить, что она прежде всего предусмотрена ст. 91 Дополнительного протокола I (1977 г.) к Женевским конвенциям 1949 г. и ст. 38 Дополнительного протокола II (1999 г.).

Существуют общие положения международного права, касающиеся ответственности государств (ст. 3 IV Гаагской конвенции 1907 г.), предусматривающие, что виновное государство-нарушитель должно возместить убытки, если к тому есть основание. При этом государство является ответственным за действия, совершенные лицами из числа ее военных сил.

Государство, которое преднамеренно разрушает культурное наследие, имеющее большое значение для человечества, как внесенное, так и не внесенное в список, составляемый ЮНЕСКО или другой международной организацией, либо преднамеренно не принимает соответствующих мер для запрещения, предупреждения, прекращения и наказания любых действий по преднамеренному разрушению такого культурного наследия, несет ответственность за такое разрушение в той мере, в которой это предусмотрено международным правом.

Говоря об ответственности нельзя не упомянуть о реституции. С точки зрения теории и практики, под компенсаторной реституцией понимается вид материальной международно-правовой ответственности данного государства-агрессора, применяемой в случаях, если осуществление ответственности данного государства в форме обычной реституции невозможно, и заключающийся в обязанности данного государства компенсировать причиненный другому государству материальный ущерб путем передачи потерпевшему государству (или путем изъятия потерпевшим государством в свою пользу) предметов того же рода, что и разграбленные и незаконно вывезенные государством-агрессором с территории потерпевшего государства[10] [11].

Л.Н. Галенская считает, что реституция — это «не форма ответст-

u u 1 о

венности, поскольку никакой кары такой возврат не несет» .

По словам А.В. Карпенко, реституция не рассматривается как санкция за нарушение международно-правового режима культурных ценностей, установленного Гаагской конвенцией 1954 г. Она представляет собой особый институт охраны культурных ценностей.

С.Е. Нахлик, говоря об ответственности[12], выделяет:

  • а) общие запреты;
  • б) запрет разрушения;
  • в) запрет грабежа;
  • г) запрет умышленного причинения вреда;
  • д) запреты, касающиеся культурных ценностей, принадлежащих государству — участнику Конвенции;
  • е) злоупотребление привилегиями, гарантированными Конвенциями;
  • ж) предписание принятия необходимых мер для обеспечения применения Конвенции;
  • з) предписание в отношении персонала, осуществляющего международный контроль.

Исходя из положений Конвенции 1954 г. и Рекомендаций ЮНЕСКО, многие ученые наряду с индивидуальной ответственностью и ответственностью государства выделяют коллективную ответственность всего мирового сообщества за защиту культурных ценностей.

Подводя итог, сформулируем некоторые выводы:

  • 1. Контрольный механизм, предусмотренный Конвенцией 1954 г., не всегда может быть эффективным, так как государства располагают более широкими возможностями и полномочиями для защиты культурных ценностей.
  • 2. Контрольный механизм, предусмотренный Конвенцией 1954 г., чрезвычайно громоздок и сложен, многие его составляющие дублируют друг друга.
  • 3. Поиск выхода из сложившейся ситуации возможен в двух направлениях. Первое предполагает поиск выхода в рамках контрольного механизма, предусмотренного Конвенцией 1954 г. и другими международными актами, в частности Дополнительным протоколом I (1977 г.), или создание совершенно нового контрольного механизма.

В случае избрания второго варианта следует: возложить контрольные функции на миротворческие силы ООН в рамках мандата по поддержанию мира либо создать при них специальный корпус, состоящий из юридических советников, который бы следил за исполнением положений международного права, посвященного вопросу защиты культурных ценностей в период вооруженного конфликта; создать отдельную международную организацию либо в рамках ЮНЕСКО создать специальный департамент с контрольными функциями, аналогичными МАГАТЭ.

  • 4. Следует воспользоваться примером некоторых стран, таких, как Нидерланды, создав специальную службу, инспектора которой отвечали бы за готовность объектов еще в мирное время, имели бы права инспектировать музеи и другие учреждения. Предписания таких инспекторов должны носить обязательный характер.
  • 5. Необходимо создать службы с уже утвержденным в мирное время штатом из числа подготовленных лиц, которые могли бы, в случае возникновения вооруженного конфликта, сразу же приступить к охране либо транспортировке на местах.
  • 6. Необходимо создать в государствах органы, призванные следить за имплементацией норм гуманитарного права и защитой культурных ценностей.
  • 7. Целесообразно последовать примеру таких стран, как Бельгия, приняв специальный закон, целиком и полностью посвященный проблеме уголовного преследования индивидуумов за совершение ими преступлений в отношении культурных ценностей во время вооруженного конфликта.

Все объекты культуры — произведения живописи и скульптуры, декоративно-прикладного искусства, архитектурные памятники — требуют бережного обращения, постоянного наблюдения, реставрации для того, чтобы быть сохраненными на века. Но не только время является разрушающим фактором; к таким факторам следует причислить загрязнения окружающей среды, проведение общественных работ, хищение, нападение или незаконное уничтожение[13].

В международно-правовой литературе институт международного контроля подвергали исследованию применительно ко всем отраслям международного гуманитарного права, а в данном параграфе нами дан анализ контрольного механизма, предусмотренного Конвенцией 1954 г., Дополнительным протоколом II (1999 г.) к ней, а также Дополнительным протоколом I (1977 г.) к Женевским конвенциям 1949 г., в отношении защиты культурных ценностей в случае вооруженных конфликтов. Итак, рассмотрим контрольный механизм Конвенции 1954 г., которая выделила два вида контроля: международный и внутригосударственный (национальный). Охрана культурных ценностей в основном осуществляется внутригосударственными средствами. Каждое государство само следит за сохранностью своего культурного наследия, проводя определенную политику по организации и поддержанию музеев, регистрации объектов культуры, финансированию реставрационных работ и т.д. В то же время, большое значение придается и международному сотрудничеству в данной области. Это сотрудничество необходимо для обмена опытом, для оказания необходимой помощи, для предотвращения уничтожения и борьбы с хищениями. Сотрудничество это координируется ЮНЕСКО, в рамках которой вырабатываются рекомендации и конвенции по рассматриваемому вопросу; в нем принимают участие и другие международные организации — правительственные и неправительственные. Международные отношения в области культуры — часть международных отношений, регулируемых нормами международного права. Это означает, что охрана культурных ценностей на международном уровне осуществляется на базе общепризнанных принципов современного международного права, таких, как неприменение силы и угрозы силой, равенство, уважение суверенитета, невмешательство во внутренние дела и пр. Сотрудничество государств в области контроля нарушений международно-правовых норм по защите культурных ценностей ведется с использованием выработанных международной практикой методов и средств, т.е. заключается договоры по разным вопросам, принимаются решения международными организациями, созываются международные конференции. Оно осуществляется и во всемирном масштабе, и на региональном уровне; имеет место двустороннее сотрудничество государств. В рамках внутригосударственного (национального) контроля страны вправе сами создавать соответствующие органы, определять их полномочия и компетенцию, поскольку Конвенция 1954 г. не содержит соответствующих положений.

  • [1] См.: Гаденская Л. Н. Музы и право: правовые вопросы международного сотрудничествав области культуры. — М., 1987. — С. 123.
  • [2] См.: Hladik J. Reporting system under the 1954 Convention for the Protection of CulturalProperty in the Event of Armed Conflict // Review of the Red Cross. — Vol. 840. — P. 1001 —1016.
  • [3] См.: Osterreichische Gesellscaft fur Kulturguterschutz, Socidte Suisse pour la protection desbiens culturels.
  • [4] См.: Потапова Н. А. Указ. раб. — С. 24—28.
  • [5] См. работу С.Л. Егорова «Вооруженные конфликты и международное право» (Дипломатическая академия МИД РФ).
  • [6] См.: Уголовный Кодекс Российской Федерации // Сборник кодексов Российской Федерации. — М., 1997.
  • [7] См.: Галенская Я. Н. Правовое регулирование защиты... — С. 81—84.
  • [8] Первые два преступления относятся к недвижимым культурным ценностям, находящимся под усиленной защитой. Дополнительный протокол II (1999 г.) делает наказуемымисаму атаку и использование в военных целях (превращение в военный объект), вне зависимости от их последствий.
  • [9] Статут Международного Уголовного Суда. — Рим, 1998.
  • [10] См.: Потапова Н. А. Указ. раб. — С. 44.
  • [11] Галенская Л. Н. Музы и право... — С. 215.
  • [12] См.: Nahlik S. La protection des biens culturels en cas de conflict arme. — P., 1978. — S. 27.
  • [13] См.: Галенская Л. Н. Музы и право... — С. 123.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >