Деятельность работников системы исполнения судебных решений в советский и постсоветский периоды

Период 1917—1956 гг.

После Октябрьской революции 1917 г. на четвертый день возникновения нового, Советского государства был принят Декрет ВЦИК и СНК от 10 ноября 1917 г. «Об уничтожении сословий гражданских чинов». В соответствии с этим Декретом упразднялись «Все существовавшие доныне в России сословия и сословные деления граждан, ...привилегии и ограничения, ...организации и учреждения, а равно и все гражданские чины, всякие звания..., титулы... и наименования гражданских чинов»[1]. Далее последовали разрушение дореволюционной правовой базы государственной службы, отказ от «старого», дореволюционного судопроизводства и судоустройства (Декрет № 1 Совета народных комиссаров РСФСР «О суде» от 24 ноября 1917 г.) и т.д. Институт судебных приставов (как и институты судебных следователей, прокурорского надзора и адвокатуры) был фактически упразднен. Свою задачу новое руководство страны видело не в том, чтобы реформировать прежние судебные учреждения, а совершенно уничтожить, смести до основания весь старый суд и его аппарат[2].

Конституция РСФСР 1918 г., подтвердившая первые декреты советской власти, в том числе Декрет о суде 1917 г.

Острота Гражданской войны (1918—1920), применение чрезвычайных мер и внесудебных репрессий усилили такое традиционное для российской жизни явление, как правовой нигилизм, непонимание роли права в обществе[3]. При полном отсутствии новых законов и отрицании старых судили, руководствуясь «революционным правосознанием», «революционной совестью» и требованиями «текущего момента». Обычным явлением стал самосуд — исконная форма расправы над лицами, посягнувшими на личные и имущественные права. Морально- нравственные установки стали определяться с позиций интересов классовой борьбы пролетариата и политической целесообразности[4]. А некоторые ученые-юристы того времени, вообще, выступали против применения гражданских и уголовных кодексов, считая их буржуазными прейскурантами цен для всех желающих уклониться от ответственности[5].

Декрет о суде № 2 от 15 февраля 1918 г. частично внес изменения в систему отечественного судоустройства и судопроизводства, но не ликвидировал создавшийся пробел в законодательстве. В ст. 35 этого декрета только устанавливалось, что исполнение судебных решений должно было производиться в действовавшем ранее порядке, вплоть до издания особого декрета о выборных органах исполнения. Однако выборной данная должность так и не стала, а решения судов по гражданским делам, как и приговоры по уголовным делам, приводились в исполнение различными государственными органами (органами милиции, волостными, деревенскими исполкомами и т.п.).

Важную роль в реализации исполнительного производства сыграла Инструкция Народного комиссариата юстиции РСФСР «Об организации и действии местных народных судов» от 23 июля 1918 г., включавшая отдельный раздел «Об исполнении судебных решений и приговоров». Но данные нормы в основном регулировали случаи немедленного приведения решений в исполнение, а основные вопросы исполнительного производства по-прежнему оставались нерешенными.

В конце ноября 1918 г. ВЦИК утвердил Положение «О народном суде РСФСР», которое унифицировало судебную систему республики и стало исходным нормативным правовым актом в создании и налаживании исполнительного производства. Ст. 80 Положения определяла, что решения по гражданским делам и всякие денежные взыскания приводятся в исполнение судебными исполнителями, которые заменили собой прежних судебных приставов. Особенности правового положения судебных исполнителей впоследствии были уточнены в новом Положении «О народном суде РСФСР» от 21 октября 1920 г., действовавшем до января 1923 г. В ст. 82 «Положения» 1920 г., в отличие от ст. 80 Положения 1918 г., предусматривалось, что исполнение судебных решений, наряду с судебными исполнителями, производится органами милиции. Кроме того, ст. 80 нового «Положения» указывала, что суд обязан при вынесении решения указать, подлежит ли оно предварительному исполнению.

После Гражданской войны и стабилизации Советского государства возникла объективная необходимость вернуться к кодифицированной форме законодательства. Несмотря на то, что в советский период «крамольными» признавались практически любые сравнения дореволюционного и действующего законодательства, Судебные уставы 1864 г. были взяты за основу при составлении Гражданского процессуального кодекса РСФСР и Уголовно-процессуального кодекса РСФСР 1923 г. и последующих лет. В дополнение к принятым нормативным правовым актам была издана серия циркуляров и инструкций, регламентировавших как общие, так и частные вопросы исполнения судебных решений[6].

В соответствии с принятыми нормативными правовыми актами, функции судебных приставов были возложены на судебных исполнителей, которые являлись государственными служащими, находились в штате губернских и народных судов и выполняли решения судов и судебные приказы по гражданским делам, исполнительные надписи нотариусов, определения судов, решения земельных комиссий, а также другие акты. Судебным исполнителем мог быть назначен гражданин, пользовавшийся избирательными правами, если он прослужил в течение не менее одного года в какой-либо из должностей в органе советской юстиции или выдержал экзамен при губернском суде. Главным качеством любого государственного служащего объявлялась исполнительская дисциплина. И.В. Сталин следующим образом определил требования к номенклатуре: «...Люди, умеющие осуществлять директивы, могущие понять директивы, могущие принять директивы, как свои родные, и умеющие проводить их в жизнь»[7].

С 1922 по 1930-е годы деятельность судебных исполнителей осложнялась большим количеством проблем объективного и субъективного характера, таких, как высокая загруженность судебных исполнителей, низкая заработная плата, хронический некомплект и текучесть кадров, низкий образовательный уровень, слабая профессиональная подготовка сотрудников. Данные обстоятельства влекли за собой низкую результативность работы.

В довоенные годы (до 1941 г.) органы государственной власти неоднократно предпринимали определенные меры, направленные на формирование полноценного корпуса судебных исполнителей, усиление контроля над судебными исполнителями со стороны судей, обеспечение доступности им юридического образования, улучшение их материального положения.

Поскольку с принятием Конституции СССР 1936 г., реформированию подверглись все отрасли права, исполнительное производство стало расцениваться «как особый инструмент укрепления социалистической законности..., пресечения и предупреждения правонарушений, ...воспитания граждан в духе неуклонного соблюдения законов и уважения правил социалистического общежития»[8].

Одним из первых союзных актов в сфере исполнительного производства стала Инструкция о порядке исполнения судебных решений утвержденная Народным комиссариатом юстиции СССР в 1939 г. Через десять лет, 27 июня 1949 г. Министерство юстиции СССР на основании обобщения опыта исполнительного производства издало наставление «О работе с кадрами судебных исполнителей». Однако предпринятые меры существенно не улучшились сложившееся положение, когда судебные исполнители не могли самостоятельно принимать многих решений, были разобщены территориально, отсутствовало их вертикальное подчинение уполномоченному органу. В связи со всем этим эффективность их работы была низкой, отсутствовала возможность обмена положительным опытом и централизованного анализа недостатков их деятельности.

В исполнительном производстве, как и в любой сфере деятельности государства советского периода, явно прослеживался приоритет государственных интересов (первоочередное и преимущественное исполнение решений по делам о недоимках по всевозможным налогам, суммам штрафов и иным взысканиям в пользу государства) над законными интересами личности.

  • [1] Декреты Советской власти. Т. 1. М., 1957. С. 72.
  • [2] Ленин В.И. Поли. собр. соч. Т. 36. С. 162, 163
  • [3] Крыленко Н.В. Беседы о праве и государстве. М., 1924. С. 33.
  • [4] Ленин В.И. Поли. собр. соч. Т. 41. С. 399.
  • [5] Тиле А. Занимательная юриспруденция. М., 2002. С. 52.
  • [6] Аминов И.И., Дедюхин К.Г., Усиевич А.Р. Юридическая этика: учебное пособиедля студентов, обучающихся по специальностям «Юриспруденция», «Правоохранительная деятельность». М.: Юнити-Дана, 2010. С. 23.
  • [7] Сталин И.В. Сочинения. М., 1946. Т. 5. С. 225.
  • [8] Курс советского гражданского процессуального права: В 2 т. Т. 2. М., 1981. С. 456.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >