Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Право arrow Региональная интеграция латиноамериканских государств: природа, содержание, разрешение споров

ПРАВОВОЕ ОБЕСПЕЧЕНИЕ ЭКОНОМИЧЕСКОЙ ИНТЕГРАЦИИ СТРАН ЛАТИНСКОЙ АМЕРИКИ

МЕЖДУНАРОДНАЯ УНИФИКАЦИЯ ПРАВА И ЕЕ ИСТОРИКО-ПРАВОВЫЕ ПРЕДПОСЫЛКИ

Я выспрашиваю о твоем прошлом у кувшинов, у гербов, у разрушенных стен — у эха, эха всего, чем был твой индеец до вторженья креста и коней, до молчанья...

Лдоум Хорхе Энрике, «Корни родины» (перевод Т. Глушковой)

Международная унификация права в условиях интеграции становится важнейшей задачей[1]. Данный вывод в полной мере применим к унификации права в латиноамериканских интеграционных объединениях, поскольку обеспечение единообразия правового регулирования международных хозяйственных отношений является важнейшим условием движения интеграционных процессов.

Нельзя не согласиться с мнением Л. Неделин, исследовавшей особенности унификации права в странах — членах СЭВ, о взаимодействии и взаимосвязи международного публичного права и международного частного права, прежде всего в области экономики. «Единое в международном масштабе право, — пишет автор, — позволит решить большинство коллизий права»[2].

Однако нельзя не учитывать того, что особое значение для достижения целей экономической интеграции имеет унификация международного частного права, регулирующего международные частноправовые, в том числе торговые отношения. Латиноамериканские юристы замечают по этому поводу: «Международное частное право составляет сущностный элемент интеграции межамериканских отношений, так как нормы международного частного права имеют непосредственный резонанс в деятельности физических лиц, фирм и экономической активности в целом, облегчая ежедневный оборот товаров, услуг, капиталов, сотрудничество между судьями и национальными властями различных государств»[3].

Не менее пафосным является следующее замечание: «Международное частное право предстает как незаменимый инструмент юридической интеграции. Никогда не устанем повторять, что эта дисциплина призвана быть внутри интеграционных процессов регулирующей основой, инструментом для достижения сближения, гармонизации законодательств государств»[4].

В учредительных документах межгосударственных интеграционных объединений Латинской Америки закреплены различные средства достижения единообразия правового регулирования. Например, в Картахенском соглашении, учредившем Андское сообщество, записано (п. «Ь» ст. 3 Соглашения): «Достижению целей настоящего Соглашения служат, среди других, следующие механизмы и средства <...> Ь) сближение национальных законодательств в соответствующих сферах».

В Договоре, учредившем Меркосур, отмечается, что «общий рынок подразумевает соглашение государств-участников о гармонизации своих законодательств в соответствующих сферах для достижения укрепления процесса интеграции».

В Статуте Центральноамериканского Суда Справедливости (ст. 22 п. «Ь>) записано, что компетенция Суда включает в себя «проведение сравнительных исследований законодательства Центральной Америки для достижения его гармонизации и разработки проектов единообразных законов для осуществления правовой интеграции Центральной Америки»[5].

Реализации целей международной унификации права способствует единая историко-культурная общность интегрирующихся государств. Латиноамериканский профессор А. М. Гарро сформулировал конструкцию «базовой идентичности (идентификации) частного права Латинской Америки»[6], что является предпосылкой его унификации.

Таким образом, представляется целесообразным обратиться к социокультурным корням латиноамериканской правовой системы, что позволит глубже изучить и проанализировать процесс международной унификации права на современном этапе.

Вопрос о происхождении и развитии государства и права у народов Латинской Америки до прихода колонизаторов весьма сложен[7]. Испанские конкистадоры разрушили не только древнейшую цивилизацию и государственность у индейцев, но и уничтожили ценнейшие памятники индейской письменности. Основные сведения о государственно-правовом устройстве у индейцев наука черпает из сочинений самих конкистадоров и испанских хронистов, посетивших Америку вскоре после ее завоевания[8].

Древнее право доколумбовой Америки, как и право других древних цивилизаций, развивалось в тесном взаимодействии с религией, мифологией, обычаями и традициями. Причем важнейшим источником права у майя, ацтеков и инков испанский хронист Ф.Х. Кла- вихеро (Clavijero F.J.) называет обычай.

Впоследствии в правовой и не только в латиноамериканской литературе совокупность норм обычного права, ведущих свою историю из древности, стали называть обычным правом (derecho consuetudinario)[9].

Представления о системе социального регулирования у древних племен в современной Латинской Америке складываются из понимания древними жителями необходимости соблюдения запретов, установленных в племени, их отношения к тем или иным установлениям. Например, для майя было свойственно особенно чувство справедливости и ответственности перед членами своей группы. Причем чувство групповой солидарности составляет одну из характерных черт древних майя[10].

Древнее право ацтеков не отличалось по своему содержанию от права других народов доколумбовой Америки. Все они признавали в качестве источников права обычаи, правовые и религиозные предписания[11].

Различия заключались в богатстве и дифференциации правовых норм. В таких племенах, кактольтеки, кечуа, майя-киче и ирокесы, существовали разнообразные юридические нормы, в других — правовые предписания были поглощены обычаями, которые регулировали все стороны жизни человека.

Древнее право народов современной Латинской Америки было направлено, прежде всего, на регулирование уголовных правоотношений (пресечение уголовно наказуемых деяний и назначение наказаний). Такая особенность свойственна и другим древним правовым системам (Древний Египет, Древний Вавилон, Древняя Индия). Подробная правовая регламентация уголовных правоотношений, суровость наказаний, назначаемых как за уголовные, так и за гражданские правонарушения, были обусловлены естественной необходимостью предотвращать все деяния, которые могут нанести вред племени и поставить под угрозу его существование.

О развитии гражданских правоотношений можно судить по развитию торговых отношений. Исторические источники свидетельствуют об активном развитии торговли у древнего населения стран Латинской Америки. Торговля имела место между различными сообществами, каждое из которых специализировалось на своих гончарных изделиях и местных товарах.

Торговля у майя была развита столь широко, что испанский хронист Диего де Ланда даже счел ее занятием, «к которому они наиболее склонны»[12]. Испанский хронист де ла Вега также отмечал развитие торговли у древних индейцев[13]. Первоначально торговля проходила в примитивной форме и представляла собой простой обмен. Затем функцию денег в их рудиментарном состоянии выполняли кукуруза, некоторые виды тканей, зерна какао, кусочки золота. Впоследствии «натуральные» деньги были заменены монетами из меди в форме буквы «Т».

Торговцы объединялись в особое сообщество, возглавляемое Советом. Причисляемых к этому обществу торговцев называли потче- ками (Potcheca). Торговцам предоставлялись особые привилегии: освобождение от сельскохозяйственных работ и право быть судимыми своими собственными судьями.

Характерной чертой развития древнего права было слияние религии и права, и торговая сфера не была исключением. Потчеки (торговцы) имели собственных богов, которым они поклонялись во время путешествий. Главным богом торговцев был Якатекули (Yacateculi)[14].

Историки свидетельствуют о том, что к эпохе Великих географических открытий (конец XV в.) на территории Америки сложились самобытные культуры, часть из которых находилась на стадии родоплеменного строя, часть — в процессе становления государственности. У древних племен, населявших территорию современной Латинской Америки, сложилось самобытное право, так называемое индейское право, характеризующееся следующими чертами: использованием индейских обычаев как основных источников права; слиянием религии, морали, мифов и права; казуистичностью правового регулирования; направленностью на регулирование уголовных правоотношений; регламентацией торговых отношений посредством обычая.

Процессы завоевания и освоения Америки испанскими и португальскими колонизаторами, которые продолжались почти четыре века — с конца XV до конца XIX, прервали формирование собственных правовых систем у индейских народов.

Образование испанской и португальской колониальных империй в Америке относится к концу XV — началу XVI в. После открытия Америки Испания посылает на новый континент многочисленные экспедиции, которые в большинстве случаев состояли из наемных солдат-конкистадоров. Предводители военных отрядов (аделантадо) на основе договоров с испанской короной получали полную свободу в Индиях (как называли тогда Америку), обязуясь лишь обращать индейцев в христианскую веру. Конкистадоры под командованием Эрландеса де Кордобы, Эрнандо Кортеса, Хименеса Кесады, Франсиско Писарро и др. вели жестокую войну с коренным населением[15].

Заметим, что Эрнандо Кортес, пожалуй, является одним из самых известных завоевателей: он сделал решающий поворот к освоению Америки конкистадорами. Кроме того, завоеватель обладал рядом личностных характеристик, которые позволили ему занять особое положение среди других конкистадоров. Во-первых, это интеллектуальная подготовка Кортеса, которая не была очень глубокой, но все же он получил специальное образование, изучал право в течение нескольких лет в Саламанке. Во всех походах его сопровождала жажда знаний, сам Эрнандо замечал так: «все преодолеваем и хотим знать». Его письменные заметки были полны ссылками на местные обычаи, фрагментами о природе новых территорий. Также важно подчеркнуть значение «Писем отношений» (Cartas de Relacion) Кортеса, которые позволяют нам увидеть фигуру грамотного, сознательного и неутомимого в любопытстве человека. Кроме того, они свидетельствуют о наличии у конкистадора дипломатических качеств, которые проявились во взаимоотношениях с различными индейскими племенами[16].

Следует отметить и его стратегию как политика: цель завоеваний он видел глубже, нежели просто поиск богатств. Об этом свидетельствует тот факт, что Кортес использовал полученные сокровища для подготовки новых экспедиций.

В итоге, Эрнандо Кортес «превратился» из одного из персонажей конкисты в героя, вокруг его личности сформировался миф. В Испании Кортес стал лирическим героем ряда произведений классической литературы. Так, например, Хероним Мартинес (Jeronimo Martinez) посвятил ему цикл романсов, среди которых Elogio («Похвала»):

«Поймав за хвост удачу и преисполненный надежд,

Кортес покинул родину свою.

Отвага и кровь дворянина, а также желание распространять веру Святого Христа

призвали его на свершение великих дел...»1 2 3.

Монтесума встречает Кортеса и дарит ему бобы какао2

Франсиско Писарро3

Другим наиболее известным испанским конкистадором, завоевавшим империю инков и основавшим город Лима (ныне столица Перу), является Франсиско Писарро. Он известен своей хитростью и жестокостью в пленении инков. Атауальпа, правитель инков, недооценивал опасность, исходящую от испанцев, несмотря на то, что гонцы рассказывали ему об удивительном оружии пришельцев (мушкеты, пушки, доспехи и лошади). 15 ноября 1532 г. Атауальпа дружелюбно принял испанцев в Кахамарке.

Однако Писарро со своим отрядом из 182 человек использовал ситуацию, взял Атауальпу в заложники и устроил резню более чем 5 тысяч почти невооруженных воинов (Битва при Кахамарке). Нападения испанцев производили ошеломляющий эффект на инков, которые не знали тактики засад и ничего не могли противопоставить.

Против оружия из стали их одежда из кожи и уплотненного хлопка не представляла почти никакой защиты. Для инков это были

Mario Lopez Martinez? Op. cit. P. 77.

URL: http://www.diletant.ru/upload/rnedialibrary/195/1956f2e70706456c92787508df 7bd306.jpg

Francisco Pizarro URL:http://kids.britannica.com/elementary/article-353635/ Francisco-Pizarro Картина написана около 1760 г. Granger Collection. New York.

чудовищные существа из другого мира, от которых они спасались бегством, не оказывая сопротивления.

В надежде быть выпущенным на свободу Атауальпа предложил Писарро заполнить помещение, в котором его держали в цепях, до потолка золотом. Когда Писарро от удивления замешкался, Атауальпа пообещал, что вдобавок заполнит соседнее помещение серебром. На протяжении более чем трех месяцев инки собирали золото и серебро и приносили его в Кахамарку. Понадобилось более 34 дней, чтобы переплавить все золотые и серебряные изделия. Все эти сокровища составили так называемый «Выкуп Атауальпы». Так как испанцы чувствовали, что после освобождения Атауальпы они, вероятно, потерпят поражение, то после получения выкупа они обвинили правителя инков в организации восстания и убийстве собственного брата Уаскара. Суд приговорил Атауальпу к смерти через сожжение. Однако Атауальпе было обещано сменить вид казни на удушение, если тот перед смертью примет католичество. Атауальпа согласился, так как в понимании инков сохранение тела было необходимо для жизни после смерти. 26 июля 1533 г. 36-летний Атауальпа был задушен[17] [18] [19].

Взятие Атауальпы в плен2

Казнь Атауальпы3

Испанское завоевание Америки началось с завоевания островов в Вест-Индии: Эспаньола, Куба, Пуэрто-Рико и др. Затем объектом колонизации стал материк. Уже в первые десятилетия XVI в. испанцы захватили Мексику, Центральную Америку, а также большие территории в Южной Америке (Перу, Чили). В начале XVI в. в Южной Америке появились и португальские колонизаторы, которые к 30—40-м гг. захватили Бразилию. Завоевания Испании в районе Ла-Платы начались с 1516 г. и закончились лишь во второй половине XVI в. (Парагвай, Аргентина, Уругвай). Земли к северу от Мексики с XVII в. стали объектом колонизации англичан и французов. Они подчинили себе значительную часть побережья на территории Гианы, превратив ее в свои колонии. В Вест-Индии англичане захватили Бермудские острова, Барбадос, Ямайку, Невис и другие мелкие острова. Французы овладели частью острова Эспаньола (Сан- Доминго) и островами Мартиника и Гваделупа[20] [21] [22].

Испанские и португальские захватчики принесли с собой на американский континент континентальную правовую культуру, основанную на римской правовой традиции.

Например, испанский ученый М. X. Гарсия-Гарридо отмечал, что «конкиста и колонизация Америки Кастильским королевством знаменовали собой начало того влияния, которое римское право оказывало на действующее право Нового Света»[23]. «...Нельзя предавать забвению эти четыре века истории (XV—XIX века)», продолжал ученый, — «на протяжении которых в Америке преобладали романистическая культура и знание, завезенные на новые земли испанцами и португальцами».

Сложившееся в колониях право было противоречивым и сложным. Основу колониального права в Латинской Америке составило феодальное право Испании и Португалии, отличавшееся партикуляризмом. В Кастилии, например, действовало множество сборников права, многие из которых восходили к римскому праву и законодательству вестготов[24].

Основными источниками кастильского права XV и XVI вв., действовавшими также и в Америке, были следующие: «Постановления кортесов в Алькале де Энарес» 1348 г., изданные при Альфонсо XI; «Законы Торо» 1505 г., изданные в правление королевы Хуаны; «Королевское фуэро» и «Семь партид» короля Альфонсо X Мудрого; «Новое собрание» 1567 г., опубликованное в период правления королей Карлоса I и Филиппа И[25].

Особенно важную роль для развития права колоний сыграли «Семь Партид» и «Королевское фуэро» (или «Фуэро реаль»),

«Семь Партид» представляли собой всеобъемлющую кодификацию, составленную в Кастилии в 1256—1263 гг., которая заложила основы национального испанского права. Кодификация состояла из семи частей (отсюда и название сборника), каждая из которых была посвящена определенной сфере правового регулирования. Некоторые разделы «Партид» представляли собой переложение норм римского либо канонического права, привнося собой, таким образом, римскую правовую традицию на европейскую почву. «Семь Партид» не только оказали существенное влияние на развитие собственно испанского законодательства, но и долгое время непосредственно применялись как основной источник права сначала в испанских колониях в Латинской Америке, а затем в возникших там независимых государствах.

Об уникальности «Семи Партид» свидетельствует факт, что принятые в качестве основного источника права в Испанской империи начиная с XVI в., они сохраняли свое влияние в испанских колониях Нового Света вплоть до отделения этих колоний и создания там современных кодексов[26].

В 1255 г. с целью унификации законодательства в Кастильском королевстве королем Альфонсо X Мудрым было создано «Королевское фуэро» («Фуэро реаль»). Этот документ берет начало в «Фуэро Хузго»[27] и в местных фуэро[28], отражая тем самым особенности кастильского права. В нем также присутствуют различные римские юридические казусы.

5

Таким образом, через «Королевское фуэро» происходило установление римской правовой традиции в Европе и в Латинской Америке, завоеванной испанскими и португальскими колонизаторами.

В Бразилии в колониальный период также применялись сборники законов португальских королей. Так же, как и испанское законодательство, эти сборники заимствовали ряд положений из римского и канонического права.

В качестве источников права в период колониального господства в Латинской Америке действовали своды латиноамериканского права, которые были разработаны Советом по делам Индий, высшим законодательным, исполнительным и судебным учреждением, осуществлявшим колониальную политику в XVI—XIX вв. Испании в Америке, по приказу испанских королей для унификации колониального права. Среди сводов колониального латиноамериканского права были: Кодекс Овандо[29], Судебник Энсинаса[30], Собрание законов королевств Индий[31].

В колониях в известных пределах действовали также нормы обычного права. В уже упоминаемом нами Собрании законов королевств Индий есть норма, устанавливающая иерархию источников права, согласно которой сначала следовало обращаться к нему, затем к законам, не отмененным им, а затем, в случае возникновения лакуны в праве, — к «Партидам». Также принимались во внимание обычаи индейцев, в той мере, в которой они не противоречили законам Собрания, а также нормам морали[32].

В специальном акте от 6 августа 1555 г. предписывалось соблюдать «законы и хорошие обычаи, которые с древних времен индейцы использовали для своего хорошего управления», но при условии, «если они не противоречат Священной Религии и законам»[33].

В королевской седуле 1549 г. говорилось о том, что судьи, рехидо- ры и другие чиновники рассматривают дела индейцев «на их манер и согласно их обычаям»[34].

Таким образом, испанские и португальские власти не только санкционировали обычаи индейцев, но и прямо включали некоторые из них в колониальное право. Несмотря на то, что колонизаторы привнесли континентальную правовую культуру на латиноамериканский континент, они столкнулись с устойчивостью некоторых традиционных институтов и обычаев и вынуждены были признать их.

Например, была узаконена подушная подать индейцев — трибуто. Некоторые правовые обычаи создавались в самой системе колониального управления (costumbres coloniales) — созыв «открытого ка- бильдо», периодическая замена чиновников и др. Открытое кабиль- до представляло собой оригинальный институт — собрание людей небольших поселений для решения незначительных или важных экономических и политических вопросов[35].

Обычное право применялось судьями. Особое значение имели обычаи в регулировании торговых отношений. Торговцы реки Ла Плата (Rio de la Plata), например, отказывались платить налог на торговую сделку (alcabala), аргументируя это традициями и обычаями. Ссылаясь на статьи из «Семи Партид»[36], в петиции было записано следующее: «Отсюда следует, что обычай является таким священным, таким заслуживающим уважения и соблюдения, что получает законодательную силу»[37].

Таким образом, следует сделать вывод о том, что право Латинской Америки после колониального завоевания американского континента представляло собой сочетание обычного права индейских племен и континентальной системы права. Индейское обычное право, выполняющее субсидиарную функцию по отношению к королевскому законодательству, способствовало становлению романской правовой традиции на индейской почве.

Истоками правовой унификации права в Латинской Америке, на наш взгляд, следует считать модель, основанную на столкновении, а потом взаимном проникновении двух систем: системы континентального права и системы обычного индейского права.

Унификация частного права в Латинской Америке, которую далее более подробно рассмотрим, шла по пути заимствования из континентальной системы права. Своды латиноамериканского права, составленные в колониальный период, представляли собой сочетание римского права, испанского королевского законодательства и индейского права (применялось в случае пробела в праве).

Образование национальных государств в XIX в. привело к существенным изменениям в праве государств Латинской Америки. Были ликвидированы некоторые институты колониального права и провозглашены новые правовые принципы.

Обычаи, которые имели особое значение в древности, и в колониальный период заняли место субсидиарного источника права, что характерно для большинства стран континентальной правовой системы. Так, например, гражданский кодекс Аргентины указывает, что обычаи и обыкновения не создают прав, если только правовая норма не разрешает их применения для случаев, не предусмотренных законодательством. Вводный закон к Гражданскому кодексу Бразилии предусматривает возможность применения обычая при «молчании» закона. Аналогичные положения содержат Федеральный Гражданский кодекс Мексики, а также соответствующие статьи гражданских кодексов других стран.

Торговый кодекс Перу 1902 г., который действует и в настоящее время, во 2-й статье закрепляет: «Торговые сделки, совершенные коммерсантами или не коммерсантами, предусмотренные настоящим Кодексом или не предусмотренные, регулируются положениями, содержащимися в нем, а при их отсутствии общеприменяемы- ми торговыми обычаями...».

Торговый кодекс Эквадора содержит несколько иное правило, согласно которому в отсутствие правового регулирования торговых отношений нормами кодекса применяются соответствующие положения Гражданского кодекса. Если же торговое правоотношение не может быть урегулировано ни Торговым, ни Гражданским кодексом, то к нему применяется обычай.

Торговый кодекс Эквадора в статье 4 поясняет, что «торговый обычай применяется в случае молчания закона...», а торговый обычай признается таковым, если «факты, образующие его, являются единообразными, общеизвестными, общеприменяемыми в Республике или в другой местности, и повторяющимися более дести лет».

Гражданский кодекс Эквадора устанавливает, что обычай является источником права только тогда, когда закон прямого указывает на него (ст. 2 кодекса). В Торговом же кодексе установлено другое правило, согласно которому обычай является источником торгового права, если удовлетворяет критериям, перечисленным в статье 4 кодекса.

Несмотря на различия в формулировках, гражданские и торговые кодексы государств Латинской Америки называют обычаи в качестве субсидиарных источников права, применяемых в случае «молчания закона».

Это свидетельствует также о том, что унификация частного права Латинской Америки происходила и посредством формирования обычного торгового права. Унификация обычаев и обыкновений в Латинской Америке имеет древнюю историю. Морская торговля, которая активно развивалась после открытия Америки, породила множество морских обычаев и обыкновений. Деятельность купцов создала торговые обычаи, банкиров — обычаи, применяемые в банковской сфере. На основе морских обычаев были составлены Своды морских правил, известные как Списки Олерона (Roles de Oleron), на Регламентах Кольберта (Ordenanzas de Colbert) был основан французский Торговый кодекс 1807 г.[38]

Исторически сложилось так, что именно обычай сыграл важную роль в формировании торгового права. Справедливо, на наш взгляд, высказывание о том, что торговое право родилось не на основе закона, а на основе применения обычая[39]. Непосредственно сами участники торговых отношений, которые устанавливали своим единообразным поведением торговые обыкновения, способствовали формированию торгового права — динамичного, способного адаптироваться к нуждам и меняющимся обстоятельствам торговых отношений.

Латиноамериканской правовой доктриной признается существование «lex mercatoria» как комплекса норм и принципов, которые регулируют международный торговый оборот. Здесь мы не будем вдаваться в подробный анализ концепции «lex mercatoria» и дискутировать по этой проблеме. Отметим лишь то, что международные конвенции, заключенные латиноамериканскими государствами, предусматривают возможность применения международных торговых обычаев и обыкновений как источников правового регулирования торговых отношений. Об этом свидетельствует Межамериканская конвенция о праве, применимом к международным контрактам, принятая на V-й Межамериканской конференции по международному частному праву в марте 1994 г., которая предусмотрела, что при определении применимого права «учитываются общие принципы международного коммерческого права, признанные международными организациями»[40].

Конвенции о международном коммерческом арбитраже, которые приняты латиноамериканскими странами, закрепили правило о том, что арбитры в своих решениях могут ссылаться на международные торговые обычаи и обыкновения, созданные международным торговым сообществом.

Таким образом, следует, что унификация частного права в Латинской Америке происходила и за счет восприятия международных торговых обычаев и обыкновений.

В XIX в. после обретения независимости государствами Латинской Америки в этих странах начался процесс кодификации права: гражданского, торгового, международного частного.

В 1826 г. Симон Боливар, борец за независимость Латинской Америки, предложил Конгрессу Панамы основать великую американскую нацию, взяв за образец государственного устройства Римскую империю, а римское право за образец всеобщего законодательства. Однако в результате различных революционных процессов восторжествовала французская модель национального государства[32].

Образцом для кодексов Латинской Америки стал принятый в 1804 г. Кодекс Наполеона. Почти дословно приняли Кодекс Наполеона 1804 г. Гаити и Доминиканская Республика. При этом следует отметить различную степень влияния Кодекса Наполеона на латиноамериканские государства.

В 1831 г. Боливия приняла Кодекс Наполеона, но сократила его с 2281 статьи до 1556 статей, включив в него некоторые положения из канонического права и «Семи Партид»[42].

В ряде стран основой послужил Гражданский кодекс Испании 1889 г. Это относится к Кубе и Пуэрто-Рико. Страны Центральной Америки (Гондурас и Панама) испытали влияние Гражданского кодекса Испании.

В других странах основой гражданских кодексов был французский гражданский кодекс. При этом в них кодификационные документы были дополнены латиноамериканскими чертами, а также положениями, наиболее приближенными к римской и кастильской правовым традициям, что позволяет говорить об эклектичном стиле и технике[43].

Например, чилийский гражданский кодекс под редакцией А. Бельо (1855 г.) представлял собой наиболее яркий пример влияния «Семи Партид»: многие его статьи были просто переписаны из свода Альфонса Мудрого и оставлены в Кодексе практически без изменений[44].

Большая часть статей аргентинского кодекса под редакцией А.Д. Сарсфилда (1869 г.) являлась переводом соответствующих римских текстов, взятых преимущественно из «Институций» и «Дигест» Юстиниана и снабженных необходимыми комментариями[45].

В гражданском кодексе Бразильской империи под редакцией А.Т. де Фрейтас (1856 г.) содержится его определение как «римско- правового». Его модификации 1916—2002 гг. испытывают сильнейшее влияние традиции пандектистики и немецкого ГГУ[45].

Три последних кодекса (Чили, Аргентины, Бразилии) имели большое влияние для кодификации гражданского права многих стран Латинской Америки. Так, гражданский кодекс Андреса Бельо был принят первыми гражданскими кодификациями в Эквадоре (1861 г.), Венесуэле (1863 г.), Никарагуа (1867 г.), Колумбии (1873 г.), Сальвадоре (1880 г.), Гондурасе (1880 г.). Так же как чилийский кодекс, проект Фрейтас повлиял на кодификацию гражданского права в Аргентине (кодекс под редакцией Сарсфилда), последний был полностью принят Парагваем в 1876 г. Гражданский кодекс Уругвая испытал влияние чилийского, аргентинского и бразильского опыта кодификации гражданского права.

В некоторых странах кодификация прошла в «современный период» (т.е. в XX в.), когда Кодекс Наполеона потерял определяющее влияние на европейскую и латиноамериканскую кодификацию. К ним следует отнести Гражданский кодекс Бразилии (1917 г.), Гражданский кодекс Мексики (1928 г.), позднее Гражданский кодекс Боливии (1976 г.) и Гражданский кодекс Перу (1984 г.), которые продолжали унификационную тенденцию, но более независимую от французского влияния.

Под влиянием французского законодательства в Латинской Америке еще до завоевания независимости была воспринята идея деления частного права на гражданское и торговое. Разделение гражданского и торгового права было впервые осуществлено в Гаити, а затем в одном из первых оригинальных торговых кодексов Латинской Америки — Торговом кодексе Бразилии (1850 г).

Первые торговые кодексы Бразилии (1850 г.), Аргентины (1859 г.) и Чили (1867 г.) оказали существенное влияние на кодификацию частного права в ряде других латиноамериканских стран. Так, например, Чилийский торговый кодекс был заимствован Колумбией, Эквадором, Эль Сальвадором, Гватемалой, Гондурасом, Никарагуа, Панамой и Венесуэлой[47].

Кодификация международного частного права в Латинской Америке, как известно, имела несколько этапов. На кодификацию международного частного права Латинской Америки оказывали влияние различные источники, что позволило выделить четыре группы стран: первая из трех групп стран оказалась подверженной идеям французского права, вторая — влиянию идей Стори, третью представляют МЧП Бразилии и Аргентины, к четвертой группе стран относят Чили и Мексику, МЧП которых характеризуется своими особенностями[48].

В целом следует отметить такую особенность унификации частного права в Латинской Америке, как эклектичность. Эклектичность унификации права проявляется в соединении между собой разнородных правовых систем и культур при создании единообразных правил поведения (кодексов, законов). После колониального захвата Америки эклектизм унификации права выражался в сочетании континентальной системы права и индейского права; вслед за обретением независимости государствами Латинской Америки — влиянием французского, испанского, германского законодательства. Так как в состав государств — участников ОАГ входят США и они же являются сторонами некоторых межамериканских конвенций, континентальная система права, к которой можно отнести Латинскую Америку, испытывает на себе влияние системы общего права.

Следует подчеркнуть, что проблемы исторической обусловленности и исторических особенностей унификации права являются, без сомнения, важными. Здесь уместно упомянуть научную статью известного польского романиста, профессора В. В. Володкевича, в которой он пишет о двух глубоких корнях унификации европейского права — римском праве и общем праве. Ученый отмечает формирование на современном этапе общего европейского частного права (iusprivatum еигораеит) и убеждает, что его становление должно происходить на базе европейской традиции, а не на «чисто техническом подходе, на котором все еще базируется «право сообщества» (имеется в виду право ЕС)[49].

На наш взгляд, было бы целесообразно, чтобы унификация частного права в рамках интеграционных сообществ Латинской Америки происходила с учетом исторических корней унификационного процесса. Эти корни достаточно глубоки и уходят в индейское и римское право.

  • [1] Неделин Л. Унификация права стран — членов СЭВ. М., 1985. С. 25.
  • [2] Там же. С. 31.
  • [3] Rodriguez М.Л. Las Conferencias Interamericanas especializadas en Derecho Interna-cional Privado (CIDIP). Boletin Electronico, no. 7 (bol7.htm) http://sala.clacso.org.ar
  • [4] Feldstein de Cardenas S.L., Scotti L.B. Armonizacion legislativa en el MERCOSUR:La interaccion entre el Derecho Internacional Privado у el Derecho Comparado. P. 77.
  • [5] Estatuto de la Corte Centroamerica de Justicia URL : www.sica.int (дата обращения:3.08.2009).
  • [6] Garro, A.M. Armonizaci6n у unification del Derecho Internacional Privado en AmericaLatina: esfuerzos, tendencias у realidades. (Параграф «Identidad basica del DerechoPrivado Sustantivo Latinoamericano: potencialidad de su integraci6n prigresiva delDerecho Mercantil Internacional»).
  • [7] Историческая справка: по мнению археологов, около 25 тысяч лет назад монголоидные племена из Северо-Восточной Азии по широкому некогда существовавшему мосту перебрались через Берингов пролив и, постепенно продвигаясьв южном направлении, заселили Северную, Центральную и Южную Америку. Зона древних цивилизаций простиралась от Центральной Мексики до Северного Чили. Эта область делилась на три части: 1) Мезоамсрику, включающуюЦентральную Мексику и Юкатан, Гватемалу, Гондурас, Сальвадор и часть Никарагуа; 2) Промежуточную область, в которую входят остальные страны Центральной Америки, а также андские районы Колумбии и Эквадора; 3) Центрально-Андскую область, состоящую из прибрежных и горных районов Перу и Боливии. Историю цивилизаций Древней Мезоамерики и Южной Америки можно разделить на три больших этапа: 1) формативный, или доклассический период (III—I тыс. до н.э.); 2) ранний, или классический период (рубеж нашей эры — X в. н.э.); 3) поздний, или постклассический период (X—XVI вв. н.э.). На раннем этапе развития (до середины II тысячелетия до н.э.) культуры зоныдревних цивилизаций развивались изолированно друг от друга, достигнув в середине II тысячелетия до н.э. примерно одинаковой ступени развития. Начинаетсяэтап производящего хозяйства. Жизнь населения в следующий, классическийпериод характеризуется независимым развитием всех ее областей. Базисом служило культурное единство предшествующего периода. К этому периоду в Мезо-америке относятся теотиуаканская, майяская (Древнее царство), «ольмекская»,сапотекская и некоторые другие культуры. В Южной Америке это культуры мо-чика, уари, тиауанако и лима. Постклассический период — время оживленныхпередвижений племен в Мезоамерике и Андской области. Ломаются замкнутыерамки локальных культур предыдущего периода. Основные культуры постклассической Мезоамерики — тольтекская, ацтекская, юкатанских майя, миштеков.В Андской области — царство Чимор и империя инков. К началу эпохи Великих географических открытий на Американском континенте сложились самобытные культуры, часть из которых находилась на стадииродоплеменного строя, часть — в процессе становления государственности. Дальнейшее самостоятельное развитие индейских народов Мезоамерикии Андской области было насильственно прервано испанским завоеванием (Зубарев В.Г. История Древней Центральной и Южной Америки URL : http://www.geograria.ru/story-amerika. html)
  • [8] См.: Жидков О.А. История государства и права стран Латинской Америки. М.,1967.С. 175.
  • [9] См.: Жидков О.Л. История государства и права стран Латинской Америки. М.,1967.
  • [10] Morley S. G. The ancient maya. St. University press, California. 1956. P. 34.
  • [11] Vazquez R. F. Los aztecas. Buenos Aires. 1926. P. 71 — 85.
  • [12] Ланда Д. де. Сообщение о делах в Юкатане. М., Л., 1955. С. 144.
  • [13] «Я видел их своими глазами (народы Пасау, расположенные прямо под экваториальной линией), когда ехал в Испанию в году тысяча пятьсот шестидесятом,ибо там останавливался на три дня наш корабль, чтобы набрать воду и провиант;тогда многие из них появлялись на своих плотах из камыша, чтобы вести торговлю с теми, кто плыл на корабле, а торговля заключалась в продаже крупных рыб,которых они убивали своими острогами у всех на виду, а за рыбу они просилиморские сухари и мясо, другой платы они не хотели» (Вега де ла И.Г. Историягосударства инков. Л., 1974. С. 582).
  • [14] Vazquez R. F. Losaztecas. Buenos Aires, 1926. P. 65—69.
  • [15] См.: Жидков О.Л. История государства и права стран Латинской Америки. М.,1967.С. 98.
  • [16] Mario Lopez Martinez. Conquistadores extremenos. Ediciones Lancia. Espana. 2007.P. 75-76.
  • [17] Педро Сьеса де Леон. Хроника Перу. Часть вторая. Глава XIV// http://ru.wikipedia.org/wiki/%C0%F2%E0%F3%E0%EB%FC%EF%E0
  • [18] Pierre Duflos, Лион, Париж, 1742 г. // URL: //hdl.loc.gov/loc.pnp/cph.3c22261//http://commons.wikimedia.org/wiki/File:Atahualpa_seizure.jpg?uselang=ru
  • [19] Фотографическая репродукция оригинального произведения изобразительногоискусства XVI века, автор Guaman Роша de Ayala. URL: http://commons.wikimedia.org/wiki/File:Atawallpap_umanta_kuchunku.gif?uselang=ru
  • [20] Жидков О.А. Указ. соч. С. 101.
  • [21] Гарсия-Гарридо, М.Х. Римско-правовое наследие в Кодексах Латинской Америки // Римское частное и публичное право: многовековой опыт развития Европейского права: материалы заседаний IV Международной конференции (Москва —Иваново — Суздаль, 25—30 июня 2006 г.) С. 5.
  • [22] Там же. С. 5.
  • [23] 5
  • [24] По проблеме влияния римского права на право Латинской Америки см. трудыДж. Лобрано (Lobrano Giovanni).
  • [25] Гарсия-Гарридо М.Х. Римско-правовое наследие в Кодексах Латинской Америки //Римское частное и публичное право: многовековой опыт развития Европейскогоправа. Материалы заседаний IV Международной конференции, (Москва — Иваново — Суздаль, 25—30 июня 2006 г.). С. 5.
  • [26] См.: Марей А.В. Язык права средневековой Испании: От Законов XII Таблиц доСеми Партид. М., 2008. С. 27.
  • [27] «Фуэро Хузго» — старо кастильская версия вестготского свода права, созданнаяв конце 40-х годов XIII в. по приказу короля Фернандо III Святого, Отца Альфонсо X Мудрого.
  • [28] Фуэро — своды местного права, широко распространенные на территории Пиренейского полуострова. Изначально представляли собой краткие грамоткис записью привилегий, предоставлявшихся королем или другим сеньором заселяемому им городу (так называемые краткие фуэро). С 1189 г. известны «пространные фуэро» — гигантские своды, включавшие в себя по 1000 статей и более.Первым и наиболее известным из них является фуэро Куэнки.
  • [29] Король Кастилии Филипп II поручил Совету по делам Индий создать свод законов. Ответственным за выполнение этого поручения был назначен Хуан де Овандо, председатель Совета. При составлении Свода Овандо опирался, в первуюочередь, на «Партиды». Книга I этого Кодекса содержала установления о духовном управлении делами Индий и о праве королевского патроната над испанскими колониями Нового Света. Книга II регламентировала обязанности губернаторов и Совета по делам Индий. Третья книга Кодекса была посвящена организации правосудия. От последующих книг остался лишь предварительный план,согласно которому 4-я книга должны была быть посвящена правовому статусуиспанцев в Новом свете, 5-я книга — положению индейцев, 6-я — королевскимимуществам и 7-я — торговому и морскому праву (цит. по: Гарсия-Гарридо М.Х.Римско-правовое наследие в Кодексах Латинской Америки // Римское частноеи публичное право: многовековой опыт развития Европейского права. Материалызаседаний IV Международной конференции (Москва — Иваново — Суздаль,25—30 июня 2006 г.). С. 7).
  • [30] Судебник Энсинанса был создан одним из высших чиновников СекретариатаСовета по делам Индий Диего де Энсинасом, которому было приказано в 1582 г.собрать и упорядочить все распоряжения, ордонансы, грамоты, постановления иуказы Католических королей и их наследников, имеющие отношение к управлениюколониями Нового света и к отправлению там правосудия (Цит. по: Там же. С. 7).
  • [31] Начиная с 1602 г., Совет по делам Индий поручал составление этого Собранияразличным людям, из которых прежде всего следует выделить Солорано-и-Пи-нело. Свод, составленный им, состоял из 9 томов. Одобренный в 1680 г. Карлосом II, этот свод отменил все предшествующие его составлению распоряженияи постановления, не вошедшие в него (цит. по: Там же. С. 7).
  • [32] Гарсия-Гарридо М.Х. Римско-правовое наследие в Кодексах Латинской Америки //Римское частное и публичное право: многовековой опыт развития Европейскогоправа. Материалы заседаний IV Международной конференции (Москва — Иваново — Суздаль, 25—30 июня 2006 г.). С. 8.
  • [33] Recopilaci6n de las leyes de los Reynos de las Indias, T. I, Madrid. 1943. P. 218.
  • [34] Levene R. Historia del derecho argentino. T. II. Buenos Aires. 1946. P. 65.
  • [35] На территории г. Буэнос-Айрес проходили собрания «открытого кабильдо» с XVIпо XIX в.
  • [36] В Семи Партидах говорилось, что «в отсутствие закона обычай приобретает силутакового» (Las leyes IV, Vy VI, tit. II, de la Partida).
  • [37] Archivo General de la Nacion, Hacienda, leg. 137, exped. 3467. Цит по kh.: Levene R.Historia del derecho argentino. Buenos Aires. 1946.
  • [38] Verduga E.S. El uso mercantil у su aplicabilidad en el arbitraje. URL : La lex mercatoria //Arbitraje, 19/04/2002, www. servilex.com.pe
  • [39] Там же.
  • [40] Вилкова Н.Г. Межамериканская конвенция о праве, применимом к международным контрактам // Право и экономика. 1997. № 4. С. 62—66.
  • [41] Гарсия-Гарридо М.Х. Римско-правовое наследие в Кодексах Латинской Америки //Римское частное и публичное право: многовековой опыт развития Европейскогоправа. Материалы заседаний IV Международной конференции (Москва — Иваново — Суздаль, 25—30 июня 2006 г.). С. 8.
  • [42] Law and development in Latin America. A case book. Kenneth L. Karst. University ofCalifornia Press. 1975. P. 45.
  • [43] Д.В. Сарсфилд при разработке проекта Гражданского кодекса Аргентины употребил материалы «Сьете партидас», книгу 22-ю Дигест Юстиниана, гражданскиекодексы (помимо французского) Голландии, Сардинии, труды К. фон Савиньиидр.
  • [44] Гарсия-Гарридо М.Х. Римско-правовое наследие в Кодексах Латинской Америки //Римское частное и публичное право: многовековой опыт развития Европейскогоправа. Материалы заседаний IV Международной конференции, (Москва — Иваново — Суздаль, 25—30 июня 2006 г.). С. 8.
  • [45] Там же. С. 9.
  • [46] Там же. С. 9.
  • [47] Немногочисленные коллизионные нормы чилийского законодательства содержатся в основном в Гражданском кодексе, принятом 14 декабря 1855 г. и вступившем в силу 1 января 1857 г. Нормы Кодекса по МЧП немногочисленны и разбросаны по всему Кодексу. На этот Кодекс оказал влияние Кодекс Наполеона, нооно не было решающим. Напротив, принятие ГК Чили стало одной из вех в самостоятельном развитии гражданского права в Латинской Америке. Кодекс Чилибез особых изменений был воспринят в Эквадоре, Колумбии, Коста-Рике, оказал влияние на ГК Никарагуа. В целом нормы МЧП, принятые еще в XIX в., остались неизменными, хотя некоторые изменения вносились в них и после принятияКодекса.
  • [48] На первом этапе национальной кодификации международного частного права(со второй половины XIX в. до 60-х гг. XX века) принимаются отдельные нормативные акты в сфере международного частного права: Никарагуа (1904), Гватемала (1936), Перу (1936), Уругвай (1941), Бразилия (1942). Что касается второго этапа, то с начала 60-х и до конца 70-х гг. специальныйнормативный акт по вопросам МЧП был принят в Эквадоре в 1970 г. Проекты специальных законов по МЧП были приняты в Венесуэле (1965),Бразилии (1970), Аргентине (1974); регулирование по отдельным аспектам МЧПбыло предпринято в Боливии, Бразилии (1969). На третьем этапе кодификацииМЧП, который начался с 70-х гг. XX века и продолжается по сей день, отдельныйзакон по МЧП был принят в Венесуэле (1998), новое регулирование было принято в гражданских кодексах Перу (1984), Парагвая (1985), Кубы (1987). В 1986 г. и в1993 г. были изменены нормы МЧП в законодательстве Сальвадора, в 1986 г. —Коста-Рики, в 1987 г. — Мексики, в 1989 г. — Гватемалы.
  • [49] См.: Володкевич В. Историческая обусловленность интеграции частного правав Европейском союзе//Древнее право. № 1(13). 2004. С. 166—169.
 
Посмотреть оригинал
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >
 

Популярные страницы