МЕХАНИЗМ ПРЕКРАЩЕНИЯ УГОЛОВНОГО ПРЕСЛЕДОВАНИЯ В ОТНОШЕНИИ НЕСОВЕРШЕННОЛЕТНЕГО С ПРИМЕНЕНИЕМ ПРИНУДИТЕЛЬНОЙ МЕРЫ ВОСПИТАТЕЛЬНОГО ВОЗДЕЙСТВИЯ

Несмотря на бескомпромиссный характер борьбы с преступностью, она должна вестись строго избирательно, преимущественно с тяжкими и особо тяжкими посягательствами. В иных случаях возможен «компромисс» между интересами виновного, потерпевшего, общества и государства, поскольку это обеспечивает оптимальный результат, как с точки зрения справедливости, так и с точки зрения заглаживания причиненного вреда, позволяет обеспечить или восстановить целостность правоохраняемых объектов, экономит силы и средства правоохранительных органов.

Именно поэтому большое значение имеет дифференциация уголовной ответственности и индивидуализация наказания. С одной стороны, сохраняется строгая уголовная ответственность за тяжкие и особо тяжкие преступления, за рецидив и совершение преступления организованными группами, а с другой - широко практикуется применение иных, более мягких мер воздействия, вплоть до освобождения от уголовной ответственности лиц, не нуждающихся в столь суровом отношении. В этой связи особое значение приобретают нормы, допускающие компромисс, поощряющие положительное постпреступное поведение лица, совершившего преступление.

Законодатель стремится к ресоциализации личности с применением минимальных усилий правоохранительных органов: «Человек, попавший в сферу влияния уголовного закона и вступивший в конфликт, должен иметь возможность при соблюдении ряда условий в любой момент выйти из этого конфликта»[1].

Возможность освобождения от уголовной ответственности за совершенное преступление, при котором для освобожденного наступают правовые последствия, находящиеся вне рамок уголовного законодательства, связывается в России, равно как и во многих странах, с целым рядом обстоятельств. Эти обстоятельства учитываются при избрании способа воздействия на преступника в целях его скорейшего исправления. К ним относятся: тяжесть содеянного; личность виновного; интересы общества, жертвы и самого преступника; отсутствие необходимости в исправлении преступника за счет применения к нему наказания.

Такой подход и способствовал развитию в уголовном и уголовнопроцессуальном праве не только норм, регулирующих разнообразные меры наказания, но и тех норм, которые позволяют заменить наказание иными мерами воздействия, способными предупредить новые преступления, а также норм, являющихся правовыми стимулами для хорошего поведения после совершения преступления[2].

Международное сообщество на уровне ООН, как уже было сказано выше, также уделяет большое внимание возможности освобождения несовершеннолетних от уголовной ответственности без судебного разбирательства. Эта идея нашла свое воплощение в Пекинских правилах, в которых получили регламентацию следующие положения.

  • 1. При рассмотрении дел несовершеннолетних правонарушителей следует по возможности не прибегать к официальному разбору дела компетентным органом власти.
  • 2. Полиция, прокуратура или другие органы, ведущие дела несовершеннолетних, должны быть уполномочены принимать решения по таким делам по своему усмотрению, без проведения официального слушания дела, согласно критериям, установленным для этой цели в соответствующей правовой системе, а также согласно принципам, содержащимся в Пекинских правилах.
  • 3. Любое прекращение дела, связанное с его передачей в соответствующие общинные или другие службы, требует согласия несовершеннолетнего или его или ее родителей, или опекуна, при условии, что такое решение о передаче дела подлежит пересмотру компетентным органом власти на основании заявления.
  • 4. В целях содействия обеспечению дискреционного характера рассмотрения дел несовершеннолетних необходимо предусмотреть такие программы в рамках общины, как осуществление временного надзора и руководства, реституция и компенсация потерпевшим.
  • 5. При рассмотрении дела несовершеннолетнего вопрос о его или ее благополучии должен служить определяющим фактором.
  • 6. Компетентный орган власти должен иметь право в любой момент прекратить судебное разбирательство[3].

Вышеизложенное в полной мере нашло свое выражение в диспозиции ст. 427 УПК, а дальнейшее ее совершенствование, на наш взгляд, должно усилить гарантии прав несовершеннолетнего, попавшего в сферу уголовного судопроизводства, а также иных участников уголовного процесса. Названная норма УПК регламентирует возможность и порядок прекращения уголовного преследования в отношении несовершеннолетнего с применением к нему принудительной меры воспитательного воздействия, предусмотренной ст. 90 УК РФ.

Следует отметить, что в нашей стране все большее развитие получают некарательные методы уголовно-правового регулирования - освобождение от уголовной ответственности, которое представляет собой разновидность уголовно-правовых фикций как приема законодательной техники, при котором институт конструируется не обычным порядком, а минуя традиционную схему: преступление - уголовная ответственность - наказание - исполнение приговора[4].

Как отметила К. К. Панько, «данная конструкция отражает отклонение от обычного порядка связей между событиями в правовой сфере; ее моделирование предопределено задачами правового регулирования: закрепить положение, противоречащее логике развития событий, при котором преступление есть, а уголовная ответственность отсутствует»[5].

Необходимость некарательного индивидуального регулирования вызвана своеобразием конкретной ситуации, выразившейся в специфике субъекта совершенного преступления - несовершеннолетнего.

В свете рассматриваемых проблем следует отметить, что применяемые к подростку меры воспитательного воздействия качественно отличаются от мер уголовного наказания, хотя в конечном итоге направлены на достижение тех же целей - исправлению подростка и предупреждение совершения им новых преступлений.

Указанные принудительные меры воспитательного воздействия обладают следующими отличительными признаками.

  • 1. Они применяются только к несовершеннолетним (лицам в возрасте от 14 до 18 лет), а в исключительных случаях, с некоторыми ограничениями, и к лицам в возрасте до 20 лет.
  • 2. Их применение допустимо только в связи с совершением подростка общественно опасного деяния.
  • 3. Они назначаются судом при условии предполагаемого конечного результата - исправления несовершеннолетнего в ходе их осуществления.
  • 4. Их применение преследует цель исправления подростка путем оказания корректирующего, воспитательного (психолого-педагогического) воздействия на поведение несовершеннолетнего, предупреждения совершения новых преступлений и восстановления социальной справедливости.
  • 5. В отличие от мер наказания они в большей степени направлены на ресоциализацию личности.
  • 6. Они выступают в качестве правового последствия нарушения уголовно-правового запрета и, как правило, являются различного рода лишениями и правоограничениями.
  • 7. Контроль за их исполнением осуществляется со стороны государства.
  • 8. Они содержат элементы принуждения со стороны государства.
  • 9. Они не являются наказанием, карой за совершенное деяние, а относятся к иным мерам уголовно-правового характера.
  • 10. Их применение ограничено специальными сроками.
  • 11. Они применяются как с освобождением от уголовной ответственности, так и с освобождением от наказания[6].

Анализ содержания предусмотренных действующим законом принудительных мер воспитательного воздействия и их сопоставление с мерами уголовного наказания, закономерно приводит к следующим выводам. Первые по своей репрессивной сути являются мерами более мягкими; они имеют большой потенциал в векторе социализации несовершеннолетних правонарушителей; при их использовании в большей степени, чем при наказании, могут учитываться качества личности подростка, что позволит наиболее успешно достичь исправления несовершеннолетнего; они могут назначаться в комплексе, что позволяет «сбалансировать» необходимое воздействие, способствующее исправлению подростка[7].

Прекращение уголовного преследования (равно как и прекращение уголовного дела) состоит из совокупности процессуальных действий и решений. В этой связи, на наш взгляд, следует согласиться с авторами, которые в соответствии с уголовно-процессуальным законом, представляя предварительное расследование в виде системы упорядоченных действий и решений, полагают, что любой вид его окончания является частью этой системы[8].

В науке уголовного процесса сформировалось устойчивое мнение, что в содержание окончания расследования путем прекращения уголовного дела и уголовного преследования входит комплекс следующих мероприятий.

  • 1. Анализ и оценка собранных доказательств с точки зрения их достаточности для достоверного вывода о невозможности продолжать расследование ввиду наличия одного из обстоятельств, предусмотренных в качестве оснований к прекращению уголовного дела.
  • 2. Систематизация и оформление материалов уголовного дела.
  • 3. Составление мотивированного постановления о прекращении уголовного дела и уголовного преследования с изложением в нем результатов предварительного расследования, т. е. существа дела и оснований прекращения производства по нему.
  • 4. В случаях, предусмотренных законом, получение согласия руководителя следственного органа или прокурора на прекращение уголовного дела и уголовного преследования.
  • 5. Разрешение всех вопросов, вытекающих из решения о прекращении уголовного дела и уголовного преследования (в частности, отмена избранной меры пресечения, ареста на имущество и ценные бумаги, почтово-телеграфные отправления, возвращение изъятых по делу предметов и документов и др.).
  • 6. Вручение либо направление обвиняемому (подозреваемому) и иным заинтересованным в исходе дела лицам копии постановления о прекращении уголовного дела и уголовного преследования, разъяснение им предоставленных в этой связи процессуальных прав, в том числе обжаловать данное постановление, и разрешение заявленных ходатайств.
  • 7. Принятие предусмотренных главой 18 УПК мер по реабилитации лица при наличии указанных в законе оснований (ч. 2 ст. 212 УПК), в частности, разъяснение гражданину порядка восстановления его нарушенных прав и возмещения вреда, причиненного уголовным преследованием.
  • 8. Проверка законности и обоснованности прекращения уголовного дела и уголовного преследования правомочными должностными лицами и государственными органами (прокурором, руководителем следственного органа, судом); рассмотрение ими жалоб заинтересованных в исходе дела лиц[9].

Как уже было сказано выше, одним из предусмотренных УПК видов прекращения уголовного дела и уголовного преследования является прекращение уголовного преследования с применением принудительной меры воспитательного воздействия (ст. 427 УПК). Диспозиция указанной статьи включает ряд нормативных предписаний, которые необходимо учесть и выполнить должностным лицам, осуществляющим производство по уголовному делу, при прекращении уголовного преследования по указанным основаниям. К ним относятся следующие:

  • 1. Решение о прекращении уголовного преследования вправе принять дознаватель (с согласия прокурора), следователь (с согласия руководителя следственного органа), суд;
  • 2. На основании ст. 427 УПК может быть прекращено уголовное преследование несовершеннолетнего лица, подозреваемого или обвиняемого в совершении преступления небольшой или средней тяжести;
  • 3. Возможность применения ст. 427 УПК возникает вне зависимости от того, совершено подростком одно или несколько общественно опасных деяний указанной категории;
  • 4. Основания прекращения уголовного преследования с применением принудительной меры воспитательного воздействия предусмотрены ч. 1 ст. 90 УК РФ: совершенное несовершеннолетним общественно опасное деяние квалифицируется как преступление небольшой или средней тяжести, исправление несовершеннолетнего может быть достигнуто путем применения принудительных мер воспитательного воздействия;
  • 5. Уголовно-процессуальный закон не рассматривает в качестве обязательного условия для прекращения уголовного преследования по указанным основаниям привлечение подростка в качестве обвиняемого, такое решение может быть принято и в отношении подозреваемого;
  • 6. Несовершеннолетнему и его законному представителю до прекращения уголовного преследования должны быть разъяснены основания принятия данного решения и их право возражать против него. При наличии таких возражений прекращение уголовного преследования по названным основаниям не допускается.

Анализ нормативных предписаний, представленных в диспозиции ст. 427 УПК, позволил выявить ряд особенностей, характеризующих механизм прекращения уголовного преследования с применением принудительной меры воспитательного воздействия.

В частности, решение о прекращении уголовного преследования правомочны принять только следователь (с согласия руководителя следственного органа) и дознаватель (с согласия прокурора). Орган дознания по уголовным делам данной категории не правомочен составлять соответствующее постановление. Его компетенция ограничивается лишь производством неотложных следственных действий (по делам, по которым производство предварительного следствия обязательно) либо начальник органа дознания должен уполномочить должностное лицо органа дознания осуществлять предварительное расследование в форме дознания (по делам, по которым производство предварительного следствия необязательно).

Прекращение уголовного преследования по основаниям, указанным в ст. 427 УПК, допускается только в том случае, если несовершеннолетний подозреваемый, обвиняемый, а также их законные представители против этого не возражают. Причем наличие такого согласия должно быть отражено следователем (дознавателем) в самом постановлении о прекращении уголовного преследования (ч. 3 ст. 213 УПК).

В этой связи закономерно возникает вопрос, почему законодатель так избирательно подходит к обеспечению гарантий прав участников уголовного судопроизводства: по предполагаемому варианту разрешения уголовного дела предписывает выяснять позицию только у подозреваемого, обвиняемого, а также их законных представителей. Почему здесь на этом этапе расследования игнорируется мнение иных заинтересованных участников уголовного процесса: потерпевшего, гражданского истца и гражданского ответчика.

Более того, в законе не прописано, каким образом необходимо выяснить и процессуально зафиксировать наличие согласия или возражений названных субъектов уголовного судопроизводства на прекращение уголовного преследования с применением принудительной меры воспитательного воздействия.

Учитывая изложенное, представляется целесообразным регламентировать в УПК обязанность должностного лица, осуществляющего производство по уголовному делу, при принятии решения о прекращении уголовного преследования по указанным основаниям испрашивать согласие с таким решением у всех заинтересованных участников уголовного судопроизводства: потерпевшего, гражданского истца; подозреваемого, обвиняемого и их законных представителей, гражданского ответчика.

Кроме того, необходимо законодательно регламентировать факт разъяснения сущности оснований прекращения уголовного преследования и предусмотренного законом в этой связи права заинтересованного лица возражать против такого варианта разрешения уголовного дела: фиксировать путем составления соответствующего протокола.

В этих целях во избежание коллизий и дублирования нормативных предписаний в разных статьях УПК, на наш взгляд, в диспозиции ст. 427 УПК необходимо указать, что данное постановление составляется в соответствии с требованиями ст. 213 УПК, определяющими общие положения постановления о прекращении уголовного дела и уголовного преследования.

В свою очередь, диспозицию ч. 3 ст. 213 УПК, на наш взгляд, целесообразно дополнить правилом, обязывающим следователя и дознавателя фиксировать в специальном протоколе факт разъяснения заинтересованным участникам уголовного судопроизводства (потерпевшему, гражданскому истцу; подозреваемому, обвиняемому и их законным представителям, гражданскому ответчику) оснований прекращения уголовного дела и уголовного преследования и заявленные ими согласие или возражение по такому завершению производства предварительного расследования.

Следующая особенность прекращения уголовного преследования с применением принудительной меры воспитательного воздействия является то обстоятельство, что при принятии правомочным должностным лицом соответствующего решения не имеет значения, сколько раз подросток ранее привлекался к уголовной ответственности. Иными словами, законодатель теперь не рассматривает в качестве обязательного условия для освобождения от уголовной ответственности несовершеннолетнего совершение им общественно опасного деяния впервые.

В УПК РСФСР (ст. 8) этот вопрос регламентировался жестче: прекращение уголовного преследования подростка с применением к нему принудительной меры воспитательного воздействия допускалось только в случае, если он совершил преступление впервые.

Справедливости ради надо отметить, что ряд ученых не без оснований утверждают, что законодатель поступил поспешно, исключив из диспозиции ст. 90 УК РФ слово «впервые». В результате сложилась ситуация, что несовершеннолетние преступники за преступления небольшой или средней тяжести могут освобождаться от уголовной ответственности множество раз. Более того, предпринимаемые судами меры воспитательного воздействия воспринимаются подростками как безнаказанность, а это в свою очередь способствует формированию у несовершеннолетних антиобщественной установки личности, зачастую носящей устойчивый характер[10].

В свете рассматриваемых проблем обращает на себя внимание тот факт, что иные предусмотренные действующим уголовным и уголовно-процессуальным законом основания для освобождения от уголовной ответственности (в связи с деятельным раскаянием и в связи с примирением с потерпевшим) допускаются только в отношении лиц, совершивших преступление впервые.

Согласно диспозиции ч. 1 ст. 427 УПК следователь (дознаватель), установив, что совершивший преступление небольшой или средней тяжести подросток может быть исправлен без применения наказания, вправе вынести постановление о прекращении уголовного преследования и возбуждении перед судом ходатайства о применении к несовершеннолетнему принудительной меры воспитательного воздействия.

Настоящее исследование показало, что на практике отсутствует единообразие при составлении указанного постановления. В частности, решения о прекращении производства по делу и о возбуждении перед судом указанного ходатайства оформляются разными процессуальными документами. В данной ситуации противоречивые рекомендации ученых по процессуальному порядку реализации требований ст. 427 УПК[11] не способствуют обеспечению режима законности при завершении производства по уголовному делу.

В этой связи диспозицию названной нормы УПК представляется целесообразным дополнить правилом, регламентирующим процессуальные требования по содержанию и форме постановления о прекращении уголовного преследования и возбуждении перед судом ходатайства о применении к несовершеннолетнему подозреваемому, обвиняемому принудительной меры воспитательного воздействия.

Решение вопроса о том, какую (какие) именно принудительную меру воспитательного воздействия целесообразно применить к несовершеннолетнему подозреваемому, обвиняемому, относится исключительно к прерогативе суда.

Причем судья, рассматривая названное ходатайство, оценивает собранные по уголовному делу доказательства, руководствуясь при этом законом и совестью. Разумеется, им учитывается и личность подростка при принятии решения о возможности применения к нему принудительных мер воспитательного воздействия, перечисленных в ст. 90 УК РФ (предупреждение, передача под надзор родителей или лиц, их заменяющих, либо специализированного государственного органа, возложение обязанности загладить причиненный вред, ограничение досуга и установление особых требований к поведению несовершеннолетнего). Самостоятельно судья определяет также вид, содержание и продолжительность срока применения названных мер воздействия в соответствии со ст. 91 УК РФ.

Данное решение принимается судьей единолично в судебном заседании с участием несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого, его защитника, законного представителя и прокурора. Неявка своевременно извещенных сторон не препятствует рассмотрению судьей вопросов, входящих в его компетенцию. Однозначно обязательным является присутствие лишь самого несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого. При рассмотрении ходатайства судья выслушивает мнения участвующих сторон (ч. 4 ст. 108 и ч. 2 ст. 427 УПК).

В данном судебном заседании вправе также участвовать следователь (дознаватель), принявший решение о прекращении уголовного преследования. Однако, как показало настоящее исследование, названные должностные лица вследствие своей загруженности по работе практически не присутствуют в ходе разрешения судьей ходатайства о применении к несовершеннолетнему принудительной меры воспитательного воздействия. В силу изложенных обстоятельств их мнение относительно целесообразности применения к подростку тех или иных мер воздействия не доводится до суда. Между тем оно базируется на достаточно обширном материале, сформировавшемся в результате достаточно длительного общения с несовершеннолетним и с его окружением.

Так, в частности, по материалам уголовного дела следователь может заключить, что передача несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого под надзор родителей будет нерезультативной мерой воздействия, так как они в силу различных причин не смогут (не способны) положительно повлиять на подростка.

В этой связи в качестве наглядного примера можно привести следующую ситуацию. В конце 1997 г. в подмосковном городе Химки было совершено преступление, в котором вместе со взрослыми принимал участие несовершеннолетний М. В ходе производства предварительного следования по данному уголовному делу на основе собранных доказательств следователь пришел к выводу о целесообразности прекращения уголовного преследования в отношении подростка с применением к нему принудительных мер воспитательного воздействия. Однако в ходе расследования было также установлено, что отец несовершеннолетнего М. умер, его воспитывает одна мать, которая к тому же нигде не работает и систематически злоупотребляет спиртными напитками.

В этой ситуации осуществление за подростком надзора специализированным государственным органом в целях предотвращения совершения им новых преступлений представлялось более действенным[12].

Ряд авторов указали, что следователь, составляя постановление о прекращении уголовного дела, в данном процессуальном акте может высказать свое мнение о характере принудительных мер воспитательного воздействия, которые целесообразно применить к несовершеннолетнему, иначе оно будет немотивированным[13].

Признавая в полной мере рациональность данного предложения, в то же время должны отметить, что по смыслу правил, определяющих содержание постановления о прекращении уголовного преследования в отношении несовершеннолетнего по рассматриваемым основаниям, к сожалению, не предусмотрена правомочность следователя (дознавателя) представлять свою позицию по целесообразности применения тех или иных принудительных мер воспитательного воздействия.

Учитывая изложенное, представляется необходимым законодательно регламентировать правомочность следователя (дознавателя) излагать в постановлении о прекращении уголовного преследования и возбуждении перед судом ходатайства свое предложение об определенных видах и содержании принудительных мер воспитательного воздействия, которые целесообразно применить к данному конкретному несовершеннолетнему подозреваемому, обвиняемому.

В рамках реализации воспитательной функции во избежание искаженного представления подростка о причинах его освобождения от уголовной ответственности следователь (дознаватель) обязан разъяснить несовершеннолетнему подозреваемому, обвиняемому основания и смысл прекращения производства по уголовному делу, а также недопустимость впредь его противоправного поведения. Тем самым, как совершенно верно отметили ряд ученых, подросток психологически и морально будет подготовлен к восприятию принудительных мер воспитательного воздействия[14].

В свете рассматриваемых проблем, на наш взгляд, следует согласиться с позицией авторов, утверждающих, что в случаях прекращения уголовного дела по нереабилитирующим основаниям предварительное следствие призвано обеспечивать соответствующую психологическую подготовленность несовершеннолетнего правонарушителя к исправлению, которое, как правило, начинается с осознания своей вины и чистосердечного раскаяния в содеянном, осуждения совершенного деяния, стремления загладить причиненный ущерб и т. д[15].

Особая значимость воспитательного воздействия следователя (дознавателя) в этих случаях состоит в том, что вследствие освобождения от уголовной ответственности на стадии предварительного расследования подросток фактически минует замыкающее звено воспитательной системы правоохранительных органов - воспитательную колонию Федеральной службы исполнения наказания.

Учитывая изложенное и принимая во внимание результаты проведенного исследования, следует заключить, что механизм прекращения уголовного преследования в отношении несовершеннолетнего с применением принудительной меры воспитательного воздействия представляет собой согласно действующему уголовно-процессуальному законодательству определенный порядок (алгоритм) последовательных действий и решений правомочных должностных лиц. Перечень этих действий и решений включает в себя следующее:

  • 1. Анализ и оценка всей совокупности собранных и проверенных по уголовному делу доказательств с точки зрения их достаточности достоверного вывода о невозможности дальнейшего расследования ввиду наличия обстоятельств, предусмотренных диспозицией ч. 1 ст. 427 УПК, и являющихся основаниями к прекращению уголовного преследования;
  • 2. Производство дополнительных следственных и иных процессуальных действий в целях восполнения пробелов предварительного расследования;
  • 3. Получение и процессуальное оформление мнения несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого и их законного представителя о своем согласии или наличии возражений по поводу возможного прекращения уголовного преследования с применением принудительной меры воспитательного воздействия;
  • 4. Систематизация и оформление материалов уголовного дела;
  • 5. Составление мотивированного постановления о прекращении уголовного преследования с изложением в нем результатов предварительного расследования, т. е. существа дела и оснований прекращения производства по нему, а также о возбуждении ходатайства перед судом о применении к подростку принудительной меры (одной или нескольких) воспитательного воздействия;
  • 6. Получение согласия руководителя следственного органа (для следователя) или прокурора (для дознавателя) на прекращение уголовного преследования по данным основаниям;
  • 7. Разрешение всех вопросов, вытекающих из принятого решения о прекращении уголовного преследования (в частности, отмена избранной меры пресечения, ареста на имущество и ценные бумаги, почтово-телеграфные отправления, возвращение изъятых по делу предметов и документов и др.);
  • 8. Вручение либо направление несовершеннолетнему подозреваемому, обвиняемому, их законному представителю и иным заинтересованным в исходе уголовного дела участникам уголовного судопроизводства (потерпевшему, гражданскому истцу и гражданскому ответчику) копии постановления о прекращении уголовного преследования, разъяснение им предоставленных в этой связи процессуальных прав, в том числе обжаловать данное постановление, и разрешение по существу заявленных ходатайств;
  • 9. Предоставить возможность ознакомиться с материалами уголовного дела заинтересованным участникам уголовного судопроизводства в случае поступления от них соответствующих ходатайств;
  • 10. Составление и направление в соответствующую организацию или соответствующему должностному лицу представления об устранении причин и условий, способствовавших совершению подростком преступления;
  • 11. Проверка законности и обоснованности прекращения уголовного преследования правомочными должностными лицами (прокурором, руководителем следственного органа, судьей) в рамках рассмотрения существа жалоб со стороны участников уголовного судопроизводства; принятие решений по этим жалобам;
  • 12. Рассмотрение судом материалов уголовного дела в отношении несовершеннолетнего подозреваемого, обвиняемого, по которому прекращено уголовное преследование, и ходатайства органов расследования о применении к подростку принудительной меры воспитательного воздействия; разрешение этого ходатайства по существу.

  • [1] См.: Коробеев А. И., Усс А. В., Голик Ю. В. Уголовно-правовая политика. Красноярск,1991. С. 189; Михаль О. А. Освобождение от уголовной ответственности: соотношениес категориями преступлений // Российский следователь. 2005. № 1. С. 18.
  • [2] См.: Келина С. Г. Освобождение от уголовной ответственности как правовое последствиесовершения преступления // Уголовное право: новые идеи. М., 1994. С. 70.
  • [3] См.: Сборник международных стандартов и норм ООН в области правосудия в отношениинесовершеннолетних... С. 65, 71.
  • [4] См.: Головко Л. В. Новые основания освобождения от уголовной ответственностии проблемы их процессуального применения // Государство и право. 1997. № 8. С. 77.
  • [5] Панько К. К. Фикции в уголовном праве и правоприменении. Воронеж. 1998. С. 96-97.
  • [6] См.: Боровиков С. А. Принудительные меры воспитательного воздействия в отношениинесовершеннолетних как альтернатива уголовному наказанию. Автореф. дисс. ... канд. юр.наук. М.: НИИ ФСИН РФ, 2007. С. 14.
  • [7] Там же. С. 21.
  • [8] См., напр.: Павлов Н. Е. Дознание в органах внутренних дел: Учебное пособие. М., 1986.С. 65; Петуховский А. А. Окончание предварительного расследования составлениемпостановления о прекращении уголовного дела: Лекция. М., 1994. С. 3; Шмырева Т. А.Прекращение уголовного дела и уголовного преследования // Уголовный процесс: Сборникучебных пособий. Особенная часть. Вып. 2. М.: ИМЦ ГУК МВД РФ, 2002. С. 232.
  • [9] Более подробно об этом также см.: Миньковский Г. М. Окончание предварительногорасследования и право обвиняемого на защиту. М., 1957. С. 14-15, 18-19; Якубович 11. А.Окончание предварительного следствия. М., 1962. С. 4-8; Михайлов В. А. Процессуальныйпорядок прекращения уголовных дел в стадии предварительного расследования. Волгоград,1970. С. 9; Уголовно-процессуальные основы деятельности органов внутренних дел.Под рсд. Б. T. Безлепкина. М., 1988. С. 122; Ковалев В. А. Прекращение уголовного делав условиях деятельности органов дознания. М., 1990. С. 48; Химичсва Г. П., Мичурина О. В.,Химичева О. В. Окончание предварительного расследования прекращением уголовногодела... С. 13-14 и др.
  • [10] См., напр.: Корецкий Д. А. Идеологические проблемы борьбы с преступностью //Законность. 2004. № 5. С. 3; Гладких В. И., Кулакова В. А. Указ. раб. С. 75.
  • [11] См., напр.: Научно-практический комментарий к Уголовно-процессуальному кодексуРоссийской Федерации / Под общ. ред. В. М. Лебедева; науч. ред. В. П. Божьев. М.: Спарк,2002. С. 424; Комментарий к Уголовно-процессуальному кодексу Российской Федерации /Под общ. ред. В. В. Мозякова. М.: Экзамен XXI, 2002. С. 472; Николюк В. В., Осипов Д. В.Совершенствование работы органов предварительного следствия и подразделенийдознания по уголовным делам о преступлениях, совершенных несовершеннолетними илис их участием // Проблемы предварительного следствия и дознания: Сборник научныхтрудов. М.: ВНИИ МВД РФ, 2003. С. 33.
  • [12] См.: Архив Московского городского суда. Уголовное дело № 2-148-1998 г.
  • [13] См.: Чувилев А. А. Новые основания прекращения уголовного дела в отношениинесовершеннолетнего // Законность. 1998. № 2. С. 22; Химичсва Г. П., Мичурина О. В.,Химичсва О. В. Указ. раб. С. 116; Белякова И. М. Воспитательная функция в работеследователя по уголовным делам в отношении несовершеннолетних. Автореф. дисс. ...канд. юр. наук. М.: Московский университет МВД РФ. 2004. С. 24-25.
  • [14] См., напр.: Химичева Г. П., Мичурина О. В., Химичева О. В. Прекращение уголовного делана стадии предварительного расследования. М., 2001. С. 47.
  • [15] См.: Химичева Г. П. К проблеме воспитательно-принудительного воздействия нанесовершеннолетнего правонарушителя в процессе предварительного следствия //Сборник научных трудов ВНИИ МВД СССР. М.: ВНИИ МВД СССР, 1987. С. 110.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >