Переход к интенсивному воспроизводству на инновационной основе — условие нового качества экономического роста

Вначале уточним ряд применяемых понятий. В современных международных сопоставлениях объем экономики разных стран и её динамика (экономический рост) измеряются, как известно, абсолютной величиной ВВП (в сопоставимых ценах) и его величиной, отнесённой к численности населения страны. Последний показатель оценивается как первый ингредиент (наряду с уровнем образования и продолжительности жизни населения) такого международного интегрального индикатора, как «уровень человеческого развития» той или иной страны. А. Смит, сторонник трудовой теории стоимости, считал, что величина «богатства народов» (годовой продукт) создаётся производительным трудом в материальном производстве и зависит от двух факторов: от уровня производительности труда и доли населения, занятого в материальном производстве[1]. Соответственно этому

К. Маркс выдвинул положение об экстенсивном и интенсивном расширенном воспроизводстве: «расширенном экстенсивно, если расширяется только поле производства; расширенном интенсивно, если применяются более эффективные средства производства». Такой подход давал, по сути, первый, исходный критерий определения степени интенсивного роста производства (а значит, и экономического роста) по удельному весу прироста национального дохода (или теперь, хотя и с оговорками, ВВП) за год по сравнению с фактором увеличения численности работающих в материальном производстве. Из такого подхода следует логический вывод, что признаком полного завершения перехода к интенсивному экономическому развитию можно считать рост национального продукта исключительно за счёт роста производительности труда, а не за счёт дополнительной рабочей силы. Эффективность средств труда (машин) при таком двухфакторном подходе проявляется в повышении производительности труда и не отделима от последнего. Таким образом, интенсивная форма производства и воспроизводства связана с заменой живого труда машиной и ростом на этой основе производительности труда, а также экономией суммарных затрат прошлого и живого труда (что является более конкретным выражением и результатом первого), т.е. снижением стоимости единицы продукта[2].

Однако сама интенсивная форма производства и воспроизводства проходит разные ступени, наращивая вместе с тем на каждой из них в условиях индустриального развития новые качественные черты экономического роста. Вторая, более высокого порядка форма связана с вытеснением вообще из материального производства ручного труда. Если для первой формы характерно сокращение притока новой рабочей силы для увеличения масштабов производства, то для второй формы — уменьшение уже занятой рабочей силы за счёт её замены машиной, т.е. механизация труда. Не только теоретически, но и практически возможно такое положение, когда прирост национального продукта, валовой продукции отрасли достигается за счёт роста производительности труда, а подавляющая часть годового продукта (в объёме простого воспроизводства) создаётся при большом удельном весе ручного труда. Такая ситуация была характерна для промышленности и особенно для сельского хозяйства СССР. Есть основания полагать, что подобная картина в современной России если не сохранилась, то ухудшилась (статистики нет), что не может не учитываться в программе экономической модернизации в рамках национального проекта АПК и Стратегии инновационного развития не только на период до 2020 г., но и на более далёкий срок.

Третья, высшая форма интенсивного функционирования и развития производства характеризуется всесторонней интенсификацией, ростом эффективности всех факторов процесса производства. При непременном росте производительности труда одновременно растёт капиталоотдача (фондоотдача, материа- лоотдача) и снижается капиталоёмкость (фондоёмкость, материалоёмкость) продукции. При таком однонаправленном росте эффективности всех факторов процесса производства достигается высшая производительность труда, эффективность производства в целом — живого и прошлого труда. Не только СССР и РФ, но и США, в которых с начала 1920-х гг. начала расти капиталоотдача, но в послевоенный период наблюдаются колебания в её динамике, в целом мировые производительные силы пока не достигли такой ступени, которая способна обеспечить «бесповоротный» переход к всесторонней интенсификации производства. Но задачу такого перехода не могут, на наш взгляд, обойти ни Стратегия инновационного развития, ни общая Концепция социально-экономического развития России.

  • [1] Смит Л. Исследование о природе и причинах богатства народов. М.: ОГИЗ —СОЦЭКГИЗ, 1935.
  • [2] Вряд ли оправданно встречающееся в литературе противопоставление «экономического роста» «экономическому развитию», поскольку-де за экономическим ростомне всегда стоит экономическое развитие. Видимо, подталкивают к такому выводуогромные сырьевые доходы России, тарифы естественных монополий, фиктивныефинансовые «вклады» в приросты ВВП и т.п. Забывается, однако, что рыночнокапиталистическая экономика функционирует и развивается в многоэтажной пирамиде превращённых форм её экономических отношений. Фиктивным, мнимым,иллюзорным может представать на поверхности явлений экономический рост нетолько без технико-технологических и организационно-управленческих инноваций, но и с этими инновациями. В экономике этого типа всякий рост прибыли, всяких доходов, капитала равноценен экономическому развитию. Другое дело, что экономический рост не исчерпывает всего содержания понятия «экономическое развитие» или понятия «расширенное воспроизводство», определённой гранью, чертой,отдельным феноменом которых он является. 223
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >