ВНУТРЕННЯЯ ПОЛИТИКА РОССИИ ВО ВТОРОЙ ЧЕТВЕРТИ XIX ВЕКА

Николай и его брат Михаил воспитывались в семье родителей. Их мать Мария Федоровна была чрезвычайно строга к сыновьям и требовала от них точного соблюдения правил придворного этикета. Главным воспитателем великих князей назначили генерала М.И. Ламздорфа, лишенного каких бы то ни было педагогических знаний и опыта. С разрешения и при полном одобрении их матери он применял к воспитанникам жесткие меры воспитания, вплоть до телесных наказаний. Учителями Николая (рис. 9.4) и Михаила стали университетские преподаватели, хорошо знавшие свой предмет, но не умевшие работать с детьми.

Рис. 9.4. Император Николай I. Худ Д. Доу

В результате великие князья учились «по принуждению и без охоты». Особую нелюбовь Николая вызывали гуманитарные предметы, которые навсегда остались для него «отвлеченной болтовней». Зато предметы прикладного, инженерного плана вызывали его неподдельный интерес, и по ним он успевал весьма успешно. От отца он унаследовал страсть к внешней стороне военного дела, к строгой, но мелочной дисциплине. Николай рос человеком трудолюбивым, энергичным, преданным своему долгу, иногда сентиментальным, но в то же время — мелочным, мстительным, вспыльчивым и грубым.

Николай I был религиозно-ортодоксальным, и в его мировоззрении сочетались имперский патриотизм и русский национализм. Он оказался подлинным «Дон-Кихотом самодержавия», искренне уверенным в своем Божественном праве и предназначении. Монарх не сомневался в собственном умении решать все проблемы и вопросов управления страной. Такая персонификация власти оказалась не только его субъективным чувством, но вызывалась рядом объективных обстоятельств: усложнением системы управления, необразованностью чиновничества, низким уровнем исполнительской дисциплины, взяточничеством и казнокрадством, царившими в среде бюрократии.

После подавления мятежа декабристов, а также польского восстания 1830—1831 гг. Николай I уверовал в то, что он призван бороться с идеями революции во всех ее видах. Отсюда идет его противопоставление России и Европы как двух разных миров, основанных будто бы на абсолютно разных политических, социально-экономических и бытовых принципах. Нравственным критерием жизни россиян объявлялась православно-христианская вера, а для упрочения государства считалось необходимым насаждать национальное, а не заимствованное воспитание, регулировать и контролировать все сферы жизни общества. Иными словами, в России начинал господствовать государственный консерватизм в самом законченном виде.

Вступив на престол в декабре 1825 г. не только без определенной программы действий, но и без точных знаний о том, что происходит в различных сферах жизни России, Николай I решил воспользоваться теми сведениями, которые предоставили ему на следствии декабристы. Он приказал составить Свод показаний революционеров, и до 1830 г. этот Свод лежал на рабочем столе императора. Дело, конечно, было не только в том, что показания декабристов содержали ценные и необходимые царю сведения. Изучая их, Николай Павлович надеялся обнаружить и искоренить причины революционного движения в России, укрепить основы традиционного строя.

Именно на это были направлены основные мероприятия Зимнего дворца во второй четверти XIX в. Военные пристрастия Николая I, отсутствие политических механизмов решения злободневных проблем вели к милитаризации государственной машины. В начале 1840-х гг. из 13 министерств 10 возглавлялись генералами. Военные порядки внедрялись в гражданское управление, где целые отрасли получили военное устройство, среди них горное и лесное дело, ведомство путей сообщения и т.п.). Сами мундиры чиновников теперь свидетельствовали об их принадлежности к системе власти, заставляли их соблюдать строгую субординацию.

В годы царствования Николая Павловича законченный вид получила Собственная Его императорского Величества канцелярия, зародившаяся еще в 1797 г. С 1826 по 1843 г. было создано шесть ее отделений, главную роль среди которых играли II и III отделения. Во II отделении канцелярии под руководством Сперанского, как уже упоминалось, была проведена кодификация законов Российской империи, не проводившаяся со времен Соборного уложения 1649 г. К 1832 г. вышло 48 томов Полного собрания законов и 15 томов действующих законов. Кодификация законов сыграла важную роль в упорядочении судопроизводства, однако не изменила социально- политической системы России.

Компетенция III отделения императорской канцелярии оказалась чрезвычайно широкой. Оно занималось слежкой за иностранцами, приезжавшими в Россию, благотворительностью, расследованием особо тяжких уголовных преступлений, контролировало деятельность государственных органов власти. Главными задачами III отделения, возглавляемого А.Х. Бенкендорфом, стали борьба с инакомыслием и выяснение настроений различных групп населения страны. Ему был придан Корпус жандармов (до 6 тыс. человек), но мрачную и таинственную славу отделению принесли не жандармы и даже не его штатные сотрудники. Руководству III отделения удалось создать целую сеть тайных агентов и добровольных доносчиков — именно они наводили ужас на граждан, создав III отделению образ всезнающей и всевидящей организации.

В 1826 г. был издан новый Цензурный устав, получивший у современников название «чугунного» из-за почти 200 запретительных статей, содержавшихся в нем. В 1828 г. его даже пришлось слегка подкорректировать, но это не изменило сути дела. Борьба с «подрывными» идеями привела к тому, что запрещения периодических изданий стали обыденностью. Только с 1831 по 1836 г. были закрыты: «Литературная газета» А.А. Дельвига, журнал «Европеец» П.В. Киреевского, журнал «Телескоп» Н.И. Надеждина. Если учесть, что кроме государственной и церковной цензуры имелась еще и ведомственная, то общее количество барьеров на пути печатного слова превышало 10.

В 1828 и 1835 гг. были изданы новые уставы учебных заведений — школ и университетов. Основной их задачей стала попытка добиться того, чтобы «никто не стремился возвыситься над тем состоянием, в коем ему суждено оставаться». Кроме того, в университетах вводилось изучение военных дисциплин, вузы попадали в полную зависимость от попечителей учебных округов; строгий надзор за студентами осуществляли инспекторы и их помощники. Для детей «низших сословий» гимназическое, а тем более высшее образование оказывались закрытыми. Добавим, что после европейских революций 1848—1849 гг. количество студентов в университетах было ограничено 300, поскольку вузы рассматривались правительством как рассадники революционных настроений.

Административные преобразования Николая 1 были направлены на повышение управляемости империей. На деле же они привели к безудержному росту бюрократического аппарата в центре и на местах, количество чиновников только за последние 10 лет его царствования увеличилось на 20 тыс. человек. Будучи уверенными в том, что на любое свое действие они получат приказ от начальства, чиновники не проявляли никакой инициативы и не повышали свой профессиональный уровень. Для них главным стало умение составлять устраивавшие начальство отчеты, которые были, конечно, далеки от реального положения дел.

Большую тревогу Зимнего дворца вызывало положение основных сословий страны: дворянства и крестьянства. В первом сословии неумолимо уменьшалась доля старого, родового дворянства, — оно вытеснялось людьми, выслужившими себе дворянский титул в соответствии с Табелью о рангах или получившими его иными способами. Кроме того, значительная часть дворянства разорилась или была на грани разорения из-за неумения вести хозяйство, растущих непроизводительных расходов, неумеренных займов и закладов имений.

Правительство Николая I попыталось остановить эти негативные процессы и сохранить дворянство как главную опору престола. В 1832 г. появился Закон о новом приобретении дворянского звания. Теперь его можно было получить, дослужившись не до 12-го (личное) и 8-го (потомственное), а до 9-го и 5-го класса. Чтобы лучше понять разницу между названными классами, напомним, что 8-й класс соответствовал в армии званию капитана, а 5-й — полковника. Правительству удалось этим Законом замедлить процесс размывания родовитого дворянства, но не остановить его.

В 1845 г. издается Указ о майоратах, согласно которому разрешалось учреждать неделимые имения (майораты) с количеством крепостных душ не менее 1 тыс. Такие имения переходили по наследству только старшему сыну или другому мужчине в семье, а не делились по количеству наследников. Подобная мера, получи она применение в XVII—XVIII вв., могла способствовать возникновению независимой от трона российской аристократии. Однако в середине XIX столетия она явно запоздала, к 1861 г. было учреждено всего 17 майоратов.

Попытки облегчить положение помещичьих крестьян и даже отменить крепостное право предпринимались Николаем I на протяжении всего его царствования. С 1826 по 1855 г. было издано более 300указов, касавшихся отношений помещиков с крестьянами, они буквально «изрешетили» крепостничество, но не отменили его. С 1826 по 1849 г. в России работало девять секретных комитетов по крестьянскому делу, обсуждавших вопросы введения инвентарей (четкой регламентации повинностей крестьян в пользу помещиков) и даже отмены крепостного права вообще. Начиная с 1847 г. инвен- тари стали вводиться в Молдавии, Валахии, Белоруссии, Правобережной Украине, однако дальше этого дело не пошло.

В 1837—1841 гг. под руководством П.Д. Киселева проведена реформа государственной деревни. В ходе нее были увеличены пашенные наделы крестьян, упорядочены их повинности, в деревнях выстроены школы, церкви, больницы. Появилось сельское и волостное самоуправление. Управляло теперь государственной деревней Министерство государственных имуществ, образованное в 1837 г. В губерниях ему подчинялись казенные палаты, установившие мелочный контроль над крестьянами. Однако тяготы крестьян от этого заметно не уменьшились, именно на них легло содержание новых государственных учреждений.

Интерес Зимнего дворца к проблеме крепостничества объясняется несколькими причинами. Во-первых, правительство опасалось взрыва протеста крестьян, уставших ждать освобождения от помещичьего произвола. Во-вторых, выстраивая строго патриархальную систему управления страной, монарх не мог допустить, чтобы десятки миллионов крепостных выпадали из этой системы, являясь лично зависимыми не только от престола, но и от помещиков. В-третьих, в годы царствования Николая I помещичья задолженность кредитным учреждениям достигла астрономической цифры в 425 млн руб. Другими словами, все больше обострялась проблема экономически рационального управления крепостной деревней. Решить данную проблему, по мнению монарха, могла только передача этого управления в руки государства.

Причины очередных неудач в деле отмены крепостного права «сверху» оказались теми же, что и в предыдущий период. Николай I хотел разрушить крепостничество, оставляя в неприкосновенности землевладение и привилегированное положение дворянства. Его усилия оказались тщетными не только из-за невнятности средств и целей, но и потому, что не имели достаточно широкой общественной поддержки. Не слишком удачным для перемен было и время царствования Николая Павловича, поскольку до начала 1850-х гг. Российская империя успешно противостояла волнам европейских революций 1830—1840-х гг. и казалась неуязвимой из-за мощи своей армии и четкого порядка управления государством. В подобных условиях проведение структурных реформ было непонятным бюрократии и большинству общества.

При этом отдельные трудности, возникавшие в развитии страны, до поры легко ею преодолевались. Примером может служить денежная реформа Е.Ф. Канкрина (1839-1843). В целом николаевский режим как система управления страной не оправдал возложенных на него ожиданий. Присущая ему сверхцентрализация, желание императора быть в курсе всего, происходящего в России привели к дезорганизации работы государственного аппарата. Чиновничество, работающее без инициативы, без идей, не становилось и не могло стать подлинно профессиональным слоем управленцев. Освобожденное от контроля со стороны общества, объявленное «государевыми людьми», оно быстро поняло, что его благополучие зависит только от оценки начальства. Поэтому с николаевских времен в России широко распространились приписки, парадные отчеты, лживая статистика, повсеместное взяточничество и казнокрадство. Иными словами, порядок, насаждаемый внутри страны Николаем I, оказался недостаточно жизнеспособным.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >