Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Культурология arrow Избранные работы по теории культуры

Сопоставление эпох по их культурным характеристикам

Теперь я попытаюсь провести рассмотрение конкретных стадиальных черт, проявляющихся на пути исторического развития культуры, и постараюсь тем самым подтвердить выявленный и обозначенный вектор ее эволюции.

Прежде всего, требуется выделить некоторые характеристики культуры, на основе анализа которых можно рассмотреть интересующие нас аспекты той или иной ее стадии. В качестве таких характеристик можно назвать:

  • • целевые и функциональные приоритеты культуры (к чему культура стремится и с чем борется, к расширению чего идет, какие внутренние условия старается сконструировать, какие внешние условия адаптирует и что абсолютизирует, какие социальные функции для культуры приоритетны, каково ее отношение к среде обитания, какова степень открытости внешних границ взаимодействия и т. п.);
  • • приоритетные средства, с помощью которых культура осуществляет свои цели (тип доминирующих социальных индустрий, методы управления и социальной регуляции и их иерархия, основания для осуществления социальной регуляции и условия достижения успеха и пр.);
  • • источники содержательного наполнения культуры (актуальность разных социальных опытов и их иерархия, идейные основания для культурных конструкций, главные ценности и объекты отторжения, эталонные культурные герои, особенности отношения к историческому времени);
  • • участники культурных процессов (наиболее значимые социальные группировки участников, иерархия функциональных групп, преобладающие основания индивидуальной и групповой идентичности, иерархии каналов социализации и пространств репрезентации личности);
  • • языки и символы (иерархии каналов передачи информации, композиции образных систем, характеристики культурных текстов и пр.).

В качестве стадий, на которые будет делиться историческое время, берутся уже общепринятые в современных общественных науках технологические эпохи: первобытная (включая ее позднюю «варварскую» стадию), аграрная, индустриальная и постиндустриальная/информационная.

Прежде всего, выстроим таблицу сравнения эпохальных культур по выделенным характеристикам:

Иерархии,

композиции,

доминанты

Первобытность и варварство

Аграрная эпоха

Индустриальная

эпоха

Постиндустриальная/ / информационная эпоха

Стремится к социальным целям

Демографической устойчивости (обеспечивается культом рода (и родства

Политической устойчивости (обеспечивается жесткой сословнокастовой структурой и религиозно санкционированным (насилием

Социальной

устойчивости

(обеспечивается

юридическим

социальным

(равноправием

Культурной устойчивости, (обеспечивается манифестацией равноправия разных культурных (идентичностей

Главный

преодолеваемый

дефицит

Продовольственной

обеспеченности

(дефицит

эффективности

технологий

(кормления

Обеспеченности внешней безопасностью (дефицит территорий расселения (и кормления

Технической обеспеченности деятельности (дефицит технико- технологических (возможностей

Актуальной информационной обеспеченности деятельности (дефицит (знаний

Главные провозглашаемые ценности и отвергаемые сущности

Культурная нормативность. Привычность. Отвержение нового, непривычного

Божественная истинность. Правильность. Отвержение чужого

Социальная

справедливость.

Прогрессивность.

Отвержение

устаревшего

Культурная пластичность. Плюральность и синтез культур. Отвержение единообразного

Стремится к расширению, прежде всего

Объема бытийных благ

Глубины понимания Бытия

Технических возможностей освоения Бытия

Достоверного знания о Бытии

Условия, которые стремятся сконструировать для достижения целей

Социальные

Идеологические,

политические,

социальные

Политические

-социально

экономические

Информационные,

культурные,

политические,

социально-

экономические

К каким условиям адаптируется и что культурно абсолютизирует

Адаптируется к природным условиям Бытия и абсолютизирует процессы биологического воспроизводства людей

Адаптируется к внешним историческим условиям Бытия и абсолютизирует религиозно- идеологические установки жизни

Адаптируется к социально- экономическим условиям Бытия и абсолютизирует социальную справедливость

Адаптируется к уровню информационной обеспеченности Бытия и абсолютизирует свободу культурных идентичностей

Иерархии,

композиции,

доминанты

Первобытность и варварство

Аграрная эпоха

И ндустриа л ьная эпоха

Постиндустриальная// информационная эпоха

Отношение к среде

Потребление среды и приспособление к ней

Воспроизводство среды

Подавление среды и приспособление ее к себе

Организация и конструирование среды

Социальные

функции

культуры

Социальная регуляция и мифологическое объяснение мира

Социальная регуляция, рациональное познание и религиозное объяснение мира

Социальная регуляция, научное познание и объяснение мира, социальное проектирование

Социальная регуляция, научное познание и объяснение мира, социальное проектирование и информационное обеспечение

Культурные

границы

Абсолютно

закрытые

Относительно закрытые

Относительно

открытые

В существенной мере открытые

Иерархия

социальных

индустрий

Производство

продовольствия,

социального

порядка,

материального

инструментария,

интеллектуального

инструментария

Производство продовольствия, социального порядка, интеллектуального инструментария, материального инструментария

Производство

материального

инструментария,

социального

порядка,

интеллектуального

инструментария,

продовольствия

Производство интеллектуального инструментария, социального порядка, материального инструментария, продовольствия

Преобладающие

формы

социального

управления

Абсолютное торжество обычая

Относительное преобладание обычая, дополняемого политическими и идеологическими формами управления

Преобладание политических и социально- экономических форм управления. Дискриминация обычая

Абсолютное торжество политических и социально- экономических форм управления. Изоляция обычая в социальных резервациях

Иерархия

средств

социального

управления

Уровни инкорпорированное™ индивида в сообщество, физическое насилие. Доминирует культурное подавление (обычай), в меньшей мере политическое (автократия) и идейное (теократия) подавление

Физическое насилие, уровни инкорпорированное™ индивида в сообщество. В равной мере имеют место подавление политическое (автократия), идейное (теократия) (и культурное (обычай

Экономическое принуждение, физическое насилие. В равной мере применяются политическое подавление (автократия) и согласование интересов (демократия), реже культурное подавление ((обычай

Управление социальными и культурными интересами, физическое насилие. Преобладают согласование интересов (демократия) и политическое подавление (автократия), маргинально сохраняется и культурное (подавление (обычай

Социальное управление в первую очередь удовлетворяет интересы

Витальные и непосредственно социальные (на уровне малых (групп

Идеологические и социально-статусные ((иерархические

Социально-

экономические

Познавательноинформационные и социокультурные (манифестации собственной (идентичности

Успех достигается, прежде всего, за счет

Наращивания числа участников деятельности

Усиления дисциплины и качества взаимодействия участников

Совершенствования

технического

обеспечения

деятельности

Усиления интеллектуального и инфорхмационного обеспечения и повышения индивидуальной подготовленности участников деятельности

Иерархии,

композиции,

доминанты

Первобытность и варварство

Аграрная эпоха

И н дустриа л ьная эпоха

Постиндустриальная// информационная эпоха

Деятельность регулируется на основе соображений

Витальной

необходимости

Социальной

необходимости

Социальной

полезности

Социальной

перспективности

Иерархия

значимости

социальных

опытов

Витальный опыт общины (племени), позднее локальный опыт семьи

Исторический опыт этноса, мировоззренческий опыт конфессии, социальный опыт сословия, политический опыт народа, локальный опыт семьи

Политический опыт нации, социальный опыт сословия, профессиональный опыт

специальности, исторический опыт этноса, мировоззренческий опыт конфессии, локальный опыт семьи

Профессиональный опыт специальности, политический опыт нации, социальный опыт сословия, исторический опыт этноса, мировоззренческий опыт конфессии, локальный опыт семьи

Основания для культурных конструкций

Мифические представления и актуальный социальный опыт

Религиозные представления, исторический и актуальный социальный опыт

Актуальный социальный и исторический опыт и социальные проекты

Актуальный социальный опыт и проекты, превентивное переживание будущего

Культурные

герои

Боги и великие предки

Исторические персонажи, святые, эпические герои

Великие современники, исторические и художественные персонажи

Устойчивые объекты СМИ, художественные персонажи

Иерархия отношений к историческому времени

Сакральное прошлое (актуальное религиозно), ужасное настоящее, неактуальное будущее

Великое прошлое (актуальное символически), терпимое настоящее, эсхатологическое будущее (представляемое только (религиозно

Ужасное прошлое (актуальное как негативный пример), терпимое настоящее, прекрасное будущее (представляемое как системная (фантазия

Воспринимаемое скептически прошлое (как заведомо недостоверное знание), противоречивое настоящее и неоднозначное будущее (представляемое (сегментарно

Иерархия функциональных групп

Потребляющие

Управляющие, познающие и производящие

Управляющие, производящие, познающие и обслуживающие

Познающие, управляющие, обслуживающие и производящие

Наиболее

значимые

социальные

группы

Социально- политические (по функции), трансформирующиеся в этно- конфессиональные

В равной мере этно- конфессиональные, социально-сословные и политические

Преимущественно национальнополитические и социальные

В равной мере социальнопрофессиональные, национальнополитические, а также субкультурные и культурно маргинальные

Идентичность человека базируется в основном на

Родовом происхождении и не корректируется

Социальном происхождении и корректируется религиозно

Политической принадлежности (гражданстве) и корректируется профессиональным статусом

Микрогрупповой культурной принадлежности и корректируется профессиональноиерархическим положением

Иерархии,

композиции,

доминанты

Первобытность и варварство

Аграрная эпоха

И н дустриа л ьная эпоха

Постиндустриальная// информационная эпоха

Идентичность социальных групп является в основном

Родовой, как потомков великого предка

Политикоконфессиональной и социальной, в меньшей мере этнической

Национальнополитической и социальной

Плюральной, в равной мере политической, социальнопрофессиональной и этно- конфессиональной

Иерархия каналов социализации и инкультурации личности

Обычай, домашнее воспитание

Обычай, домашнее воспитание, социальное влияние среды, профессиональное воспитание

Домашнее воспитание, общее и профессиональное образование, социальное влияние среды

СМИ, общее и профессиональное образование, социальное влияние среды, домашнее воспитание

Иерархия

социальных

пространств

репрезентаций

человека

Обрядоворитуальная

практика

Религия, социальносословная культура, политическая принадлежность

Общественное служение, ниже — социальный статус и профессиональная деятельность, много ниже этничность и религия

Прежде всего, среда культурных микрогрупп, ниже - пространства личной профессиональной деятельности и политическое

Иерархия

каналов

передачи

информации

Звуковой, визуальный и жестовый равноценно

Письменный, аудио, визуальный

Письменный, визуальный, аудио

Аудио-визуальный,

письменный

Композиция

образных

систем

Образы природы, инфернальные образы, образы социальных систем

Инфернальные образы, образы власти, образы природы, образы социальных систем, социально-эталонные образы

Социальноэталонные образы, образы власти, образы социальных систем, образы природы, инфернальные образы

Образы социальных систем,социальноэталонные образы, образы власти, образы природы, инфернальные образы

Характер

культурных

текстов

Провозглашают

истину

Интерпретируют истину

Критикуют истину

Иронизируют и экспериментируют над истиной

Теперь я постараюсь прокомментировать логику моего понимания эволюционной культурной динамики, проиллюстрированной приведенной таблицей.

Прежде всего, представляется необходимым определить функционально-целевые установки разных эпохальных культур (то, какой дефицит они преодолевали и к каким актуальным социальным целям стремились) и проследить внутреннюю логику динамики исторического развития этих установок.

Судя по всему, первобытная культура стремилась к обеспечению, в первую очередь, демографической устойчивости сообществ; условно говоря, в идеале пыталась обеспечить право на рождение и жизнь в возможных пределах для каждого человека [706]. Эта цель поддерживалась особой значимостью режима репродуктивного поведения людей (основные регулятивные установки культуры были сосредоточены на этом и на предотвращении конфликтов по этому поводу) и сакральным культом рода и родового прародителя (великого предка). Основным дефицитом были продукты питания, и социальная практика сообществ была сосредоточена, главным образом, на продовольственном обеспечении. А это, в свою очередь, было тесно связано с решением задачи обеспечения демографической устойчивости.

Аграрная эпоха, как представляется, была сосредоточена на поддержании политической устойчивости сообществ; в конечном счете — борьбе за право на существование между всеми локальными сообществами [535]. Фактически на протяжении всей эпохи имела место постоянная война «всех против всех» [153] за жизненные или контролируемые пространства, и только при условии достаточной обеспеченности этим пространством собственного сообщества право на такое же пространство признавалось и за другими. Разумеется, это не исчерпывало всего содержания истории эпохи. Особо значимую роль играла религия, которая нередко становилась поводом для обширных завоеваний. Но и религия по своим социальным функциям в это время была полноценной политической доктриной и обслуживала, прежде всего, ту же самую устойчивость политических сообществ [об этом см.: 654]. Понятно, что дефицитом, который сообщества стремились преодолеть в процессе соперничества, были доступные и удобные территории для расселения и кормления и, уже во вторую очередь, для распространения веры и осуществления власти.

Культура индустриальной эпохи в существенной мере посвятила себя борьбе за обеспечение социальной устойчивости сообществ, т.е. достижению социального равенства и равного доступа к благам всех людей; отсюда и такая любовь к социальным революциям, в идеале стремившимся к формальному равенству социальных возможностей для всех. Опыт предшествующей эпохи научил, что ситуация подавления одной из соперничающих социальных (политических, конфессиональных, этнических) группировок всех прочих не приводит к долговременной устойчивости. Устойчивость — это баланс интересов разных групп [843; 756]. Именно к такому балансу в формах политической демократии, в конечном счете, стремилась культура эпохи. Основной дефицит возможностей, актуальный для этой эпохи, — недостаточная эффективность технико-технологического инструментария деятельности, на преодоление которого и были нацелены все научные и технические революции нового времени. Именно преодоление технико-технологической неэффективности производства вселяло надежду на возможность обеспечить всех равным доступом к социальным (и, прежде всего, материальным) благам. Коммунизм был возможен только в бездефицитной ситуации.

Культура постиндустриальной эпохи, еще находящаяся в процессе своего становления, развивается в сообществах, где равное стартовое право на доступ к социальным благам более или менее обеспечено. И постепенно обретает особую актуальность проблема достижения культурной устойчивости — т.е. равного права для всех индивидов и социальных групп на жизнь в режиме соответствия своей культурной идентичности, что стало особенно острым в условиях абсолютной полиэтничности и поликонфес- сиональности населения современных крупных городов [об этом см.: 289]. Но это проблема социального жизнеустройства. Одновременно, выйдя на определенную стадию научно-технического развития в своих производствах, экономически продвинутые сообщества стали ощущать острый дефицит знаний, более всего сдерживающий процессы развития. Борьба за преодоление этого дефицита, за построение экономики знания (т.е. информационной обеспеченности жизнедеятельности) стала основным императивом деятельности. Но рост информационной обеспеченности, в том числе, развивает и культурную толерантность людей. Так что и здесь взаимосвязь социальных целей и преодолеваемого дефицита совершенно очевидна [об этом см. также: 629].

Этими двумя базовыми параметрами в большой мере определяется и большинство иных характеристик, рассматриваемых в проблемной группе «целевые и функциональные приоритеты культуры». В частности, показательна эволюция основных провозглашаемьгх ценностей и отвергаемых сущностей, а также вопрос о том, к расширению каких своих свойств и возможностей та или иная эпохальная культура стремится. Для первобытной культуры основная ценность — это культурная нормативность: отвергается новое, ненормативное; культура стремится в идеале к расширению объема витальных благ для людей собственной общины. Аграрная культура провозглашает своей главной ценностью божественную истинность, отвергает чужое (по-иному культурно закодированное) и стремится к расширению глубины понимания Бытия, познанию истины. Для индустриальной культуры главные ценности — социальная справедливость и прогресс, предмет отторжения — устаревшее, потерявшее актуальность; она стремится к всемерному расширению эффективности технического обеспечения деятельности. Постиндустриальная культура провозглашает главными ценностями культурную пластичность и плюральность, отвергает навязанное единообразие и стремится к расширению масштабов достоверного знания о Бытии, не к умозрительной истине, а к прагматически применимому знанию [441].

Те или иные целевые и функциональные приоритеты культуры в рамках своей направленности определяют и средства, с помощью которых цели достигаются. Прежде всего, это касается иерархии приоритетности так называемых «социальных индустрий», под которыми подразумеваются функциональные концентрации человеческих, материальных и интеллектуальных ресурсов на производстве той или иной особенно актуальной для сообщества продукции. В качестве основных видов такой продукции выделяются:

  • • продовольствие,
  • • технико-технологический инструментарий деятельности (собственно инструменты, вещи, сооружения и процедуры обмена ими, а также применяемые технологии их производства),
  • • интеллектуальный инструментарий деятельности (представления, знания, верования, идеи, ценности, образы, а также тексты, содержащие в себе все это, и процедуры обмена и распространения их),
  • • социальный порядок (нормы и формы социальной организации, социального поведения и взаимодействия, технологии управления и поддержания порядка).

Именами этих групп продукции и названы различные социальные индустрии.

Как показывает наше исследование, в разные эпохи иерархия социальной значимости разных социальных индустрии была разная. В первобытную эпоху эта иерархия была следующей: производство продовольствия, затем производство социального порядка, производство материального инструментария и, наконец, производство интеллектуального инструментария. В аграрную эпоху производство продовольствия и социального порядка остались на первых местах, а вот производство интеллектуального инструментария обошло по своей значимости производство инструментария материального (что нашло свое выражение в особой значимости религии). В индустриальную эпоху на первое место вышло производство материального инструментария (эпоха технико-технологического переоснащения материального производства и классических форм капитализма), затем уже шли социальный порядок, интеллектуальный инструментарий и откатившееся на последнее место продовольствие. В постиндустриальную эпоху с его гонкой за знанием и экономикой знания, естественно, на первое место вышло производство интеллектуального инструментария, а затем выстроились производства социального порядка, материального инструментария и продовольствия.

Приоритетные формы и методы социального управления прошли свою специфическую историю. Под социальным управлением имеется в виду не только политическое насилие «сверху» (авторитарное подавление). Обычай — это тоже форма социального управления и подавления (культурного), а теократия (не как политическое правление священников, а как ситуация особо значимых управленческих функций религии и — шире — любой идеологии в обществе) — идейное подавление [об этом см. также: 69].

В первобытной культуре имело место абсолютное торжество обычая. Управление преследовало цель систематизации порядков непосредственного жизнеобеспечения и социального взаимодействия и осуществлялось посредством регуляции уровней инкорпорированности индивида в сообщество (инициации и пр.) и физическим насилием. Доминировало культурное подавление (обычай), в меньшей мере политическое (автократия) и идейное (теократия) [об этом см.: 752].

Для аграрной культуры характерно, пожалуй, только относительное преобладание обычая как основной формы управления процедурами социального взаимодействия, дополняемого политическими и идеологическими формами. В качестве методов преобладало физическое насилие (по любому поводу), и большую роль играли разные уровни инкорпорированности индивида в сообщество. Но в целом наблюдалось сравнительное равенство социальной значимости насилия политического (автократии), идейного (теократии) и культурного (обычая).

На индустриальной стадии развития культуры заметно преобладание политических и социально-экономических форм управления. Основные методы — экономическое принуждение (в форме добровольного найма) и физическое насилие (в отношении непослушных). В равной мере применяются политическое подавление (автократия) и согласование интересов (демократия), реже — культурное подавление (обычай) [об этом см.: 795]. О последнем можно сказать, что наблюдалась более или менее направленная дискриминация обычая и вытеснение его политическими формами управления.

Постиндустриальная стадия развития посвящена управлению обществом, прежде всего, посредством игры на социальных интересах людей и проявляет себя в абсолютном торжестве политических и социально-экономических форм управления. Преобладают согласование интересов (демократия) и политическое подавление (автократия, физическое насилие), маргинально сохраняется и культурное подавление (обычай). При этом происходит постепенная изоляция обычая в социальных резервациях (в более или менее закрытых религиозных и этнических микроструктурах). Содержательно новая культурная композиция ориентирована на управление культурными и социальными интересами людей, стимулирование их добровольной социальной адекватности и ответственности, хотя по необходимости может применяться и физическое насилие [см.: 830].

Весьма значимой группой характеристик культуры представляются такие источники содержательного наполнения культуры, как: разные социальные опыты и их иерархия по значимости, предпочитаемые содержательные основания для культурных конструкций, культурные герои и их культурный генезис, отношение к историческому времени. Выясняется, что все это у разных эпохальных культур разное.

К примеру, первобытная культура строилась исключительно на социальном опыте локальной общины и на мистических представлениях о Бытии (являвшихся в большой степени продуктами мифологической рефлексии того же локального социального опыта), которые лежали в основании всех культурных конструкций, культурными героями выступали преимущественно великие предки, но самой интересной была ориентация в историческом времени. В ее рамках прошлое было сакральным, настоящее — ужасно-терпимым (ужасным, но терпимым), а будущее не предполагалось вообще. Завтра будет то же, что и сегодня, или завтра не будет совсем [об этом см.: 728; 705; 706].

Для аграрной культуры характерна иная композиция. Иерархия социальной значимости опыта выстраивалась таким образом, что на первом месте, безусловно, был исторический опыт этноса, затем по убыванию значимости шли мировоззренческий опыт конфессии, социальный опыт сословия, политический опыт государства. В числе оснований для культурных конструкций приоритетными были религиозные представления и, разумеется, актуальный социальный опыт [694]. Культурными героями были, прежде всего, святые, эпические персонажи, а также великие исторические деятели, сказания и легенды о которых были широко распространены [698]. Отношение к историческому времени не очень отличалось от первобытного. Прошлое было великим, в нем жили и творили великие герои; настоящее — плохим, но терпимым; а будущее мыслилось только в эсхатологическом ключе — в форме окончательной победы добра над злом. Земное социальное будущее человечества фактически не осмысливались, возможно, как малозначимое на общем эсхатологическом фоне [54].

Индустриальная эпоха принесла с собой многие изменения в эту схему. Поскольку основной доминантной формой социальной организации стала нация, то именно ее политический опыт оказался основным. Далее следовали социальный опыт сословия, профессиональный опыт специальности (постепенно набиравший все большую социально-регулятивную значимость), исторический опыт этноса, мировоззренческий опыт конфессии, локальный опыт семьи. Актуальный социальный опыт и стал главным основанием культурных конструкций, религиозный мировоззренческий опыт постепенно стал терять свое значение, но появилось и совершенно новое основание для конструирования — социальные проекты [см. об этом: 198]. Ореол культурных героев осенил в первую очередь великих современников, далее шли реальные исторические персонажи прошлого, литературные персонажи и на последнем месте мифологические и фольклорные герои. Еще более значимый поворот произошел в отношении к историческому времени. Прошлое в восприятии общественной мысли этого времени стало ужасным, показательным примером того, что «так жить нельзя», слово «средневековье» употреблялось почти как ругательное. Настоящее воспринималось как неприятность, подлежащая ремонту, в результате которого человечество построит великое и прекрасное будущее (выстраиваемое как некая системная фантазия). Идея истории как процесса «ремонта настоящего» прочно овладела умами [см.: 743].

Культура постиндустриальной эпохи, как представляется, ориентирована, прежде всего, на профессиональный опыт специальности как социально наиболее значимый [см. об этом: 620]. Затем последовательно выстраиваются политический опыт нации, социальный опыт сословия, исторический опыт этноса, мировоззренческий опыт конфессии, локальный опыт семьи. Культурные конструкции, как и в индустриальной культуре, базируются на актуальном социальном опыте (исторический опыт уже не рассматривается всерьез) и социальных проектах, но к ним еще прибавляется превентивное переживание будущего, которое в отличие от социальных проектов не преследует цели практической реализации в обозримые сроки, как очень значимой составляющей культурного сознания (этого вопроса кассается и С. Хантингтон.; см.: 663). В числе главных культурных героев можно назвать в первую очередь людей, чьи лица регулярно появляются на экранах телевизоров, тележурналистов, успешных звезд поп-культуры (музыканты, актеры, модели и др.) и соперничающих со звездами художественных персонажей, особенно киногероев [741]. Как и в прошлые эпохи, главным достоинством культурных героев является успешность их деятельности и с гораздо меньшей степенью значимости — нравственная правильность совершаемых героем действий.

Отношение к историческому времени заметно потеряло свою прежнюю остроту и жесткую ценностную выраженность. Прошлое — это сказка, в меру красивая и в меру кровавая, но достоверность наших знаний о нем очень сомнительна. История — это художественная фантазия, базирующаяся на некотором фактурном знании, но интерпретирующая его до неузнаваемости. Настоящее по-своему интересно, но оценить его, как хорошее или плохое, никто не берется. Оно слишком противоречиво. Еще более размытый и совершенно сегментированный характер приобрели представления о будущем [55]. Оно будет настолько хорошим, насколько удачно мы его построим, а это зависит от того, как мы договоримся между собой. Социальная футурология пророчит нам хорошее будущее, художественная культура — очень многообразное, потрясающее по своим техническим характеристикам и очень проблемное по характеристикам гуманитарным [см. об этом: 504; 505].

Еще одна группа параметров характеризует участников культурных процессов.

Для первобытного периода была характерна только одна социальная группа — потребляющих, т.е. людей, занятых непосредственным добыванием пищи и размножением. Все остальное было вторично. В аграрную эпоху участники социальных процессов уже разделились функционально и иерархически на управляющих, познающих (религиозных деятелей, ученых и художников) и производящих (продовольствие и материальную продукцию). Типы общностей этого времени можно подразделить на этно-кон- фессиональные, социально-сословные и политические, которые отличались относительным равенством своего социального влияния.

Для индустриальной эпохи характерно пополнение иерархии управляющих, познающих и производящих еще одной функциональной группой — обслуживающими. В рамках типологии социальных группировок в это время наблюдалось абсолютное преобладание влияния национальнополитических и социальных общностей. Этнические и конфессиональные группы в это время постепенно теряли свою статусную значимость.

В постиндустриальную эпоху в силу резко возросшей социальной значимости научно-информационной работы первое место в иерархии социальных значимостей заняли познающие, затем — управляющие, обслуживающие и производящие[1]. По этой же причине произошло повышение социальной востребованности качества специализированной деятельности, в связи с чем на первое место среди агентов влияния выдвинулись социально-профессиональные группы, затем — национальнополитические и с заметным отрывом — этнические и конфессиональные. Вместе с тем, в силу роста легитимности различных субкультурных и маргинальных культурных групп и манифестации общественного патронажа над ними как меньшинствами со сложной идентичностью, эти группировки стали заметной составляющей социального пейзажа постиндустриального мира.

Очень важным представляется вопрос о приоритетах идентичностей и связанных с ними площадках репрезентации людей как важнейшее содержательное наполнение эпохальной культуры. В первобытную эпоху идентичность, как человека, так и общины носила родовой характер и базировалась на том, что человек/община — потомки некого великого предка; и это определяло их локальную специфику, что и задавало пространство репрезентаций в обрядово-ритуальной практике поклонения великому предку или действий по его заветам [705].

В аграрную эпоху идентичность, как человека, так и общины была уже многокомпонентной и жестко иерархизированной. Идентичность человека определялась, главным образом, его социальным происхождением/ положением и корректировалась религиозной принадлежностью, которая в существенной мере фактически заменяла этничность [540][2]. В идентичности социальных групп примерно равную значимость имели политико-конфессиональная и социально-сословная принадлежность. Соответственно, и пространствами репрезентации были религия, социально-сословная культура, политическое гражданство/подданство.

Индустриальная эпоха — эпоха сложения наций, что и определило национально-политическую принадлежность как основную в иерархии идентичностей человека и социальной группы. Корректирующим элементом для обоих субъектов являлись социально-профессиональные характеристики. Главным пространством репрезентации в эту эпоху стало общественное служение, менее значимыми были социальный статус и профессиональная деятельность еще менее — этническая принадлежность и религия [318].

Постиндустриальная эпоха — эпоха торжества культурного многообразия и общественного патронажа над различными реликтовыми культурами, субкультурами, маргинальными культурными группировками. Отсюда в индивидуальной идентичности человека особую роль стала играть его микрогруп- повая принадлежность (на различных уровнях отрефлексированности такой принадлежности), нередко определяемая принадлежностью профессионально- статусной, микроэтнической, микроконфессиональной, социально-групповой и т.п. Макрогрупповая принадлежность (к нации, мировой религии), как правило, становится актуальной только ситуативно [об этом см.: 757].

В типах идентичности социальных групп постиндустриальной эпохи трудно выделить какие-либо приоритетные. Примерно в равной мере актуальны идентичности национально-политические, этнические, конфессиональные, социально-профессиональные, субкультурные, маргинальные, микрогрупповые. Структуру групповых идентичностей этой эпохи можно назвать плюральной без явных фаворитов. Иерархию пространств репрезентаций идентичностей, очевидно, возглавляет среда культурных микрогрупп (этно-земляческих содружеств, церковных общин, молодежных групп, коллективов любителей, поклонников, болельщиков и т.п.), ниже по значимости — пространства личной профессиональной деятельности и политическое. Вместе с тем, складывается впечатление, что в постиндустриальную эпоху все большую значимость начинают набирать основания солидарности и идентичности по культурным предпочтениям [об этом см.: 391].

Пространством культурных репрезентаций этой эпохи становится вся социальная жизнь людей, в которой по ситуации демонстрируются те или иные маркеры личной принадлежности человека к той или иной культурной группировке [об этом см.: 242]. Другой вопрос, какова будет степень актуальности таких репрезентаций и, отсюда, — до какой степени экстравагантности такие репрезентации будут доходить? Представляется, что чем более плюральным будет это культурное пространство, тем более экстравагантными станут и репрезентации (очень трудно привлечь к себе внимание в ситуации, когда оригинальны все).

  • [1] Дж. Гэлбрейт полагает, что исключительное положение сейчас занимают управляющие — лица, осуществляющие техническое управление процессамидеятельности (в противовес владельцам производств), что он называет «властьютехноструктуры» [см.: 623].
  • [2] Вместе с тем, известное исключение из этого правила представляла собой европейская Античность, в рамках которой идентичность определялась скорееэтнокультурно, нежели политически, но это было связано с некоторыми частнымиособенностями античной культуры и было свойственно скорее Греции, чем Риму.
 
Посмотреть оригинал
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >
 

Популярные страницы