Эстетическая проекция творчества.

В мире культуры творчество человека включает в себя как практическую, так и духовную сферы деятельности. Художественное творчество – один из способов строительства культуры. Утилитарная, практическая функция художественного творчества, чьим ядром является искусство, значительно снижена по сравнению с другими видами культурного творчества. Искусство фокусирует в себе ценностные и смысловые элементы культуры. Создается особая художественная реальность, в которой опыт жизни человека мыслится и оформляется в художественном образе.

Особенность искусства состоит в его созидательном, преобразующем характере. Искусство одновременно – способ познания и способ оценки мира. В системе искусства человек выступает подлинным творцом. Результат его творения – произведение, произведение же есть воссозданная (сотворенная) художественная реальность, которую можно определить как идеальное бытие произведения, то есть то, что составляет его смысловую, значащую сторону, создается звуком, цветом, словом, но преодолевает материальную ограниченность и понимается человеком как смысл. Художественное произведение для человека, заключенное в вещественную предметную форму своего бытия, есть и духовный образ – модель мира. В творчестве через создание художественной реальности культура осуществляет свое идеальное (духовное) бытие.

Творческий акт можно рассматривать как центральное событие жизни человека, как момент его духовной самоорганизации. Художественное творчество сохраняет за собой данную характеристику, усиливая личностное начало. В этом смысле художественное самосознание не просто специфическая характеристика творческого сознания, но авторского творчества, представляющего собой опыт философской рефлексии, выраженный в образном способе мышления, что является родовой характеристикой искусства.

Искусство — ядро художественной культуры. В центре художественной культуры находится художественное произведение, творческий опыт его создателя и творческий опыт воспринимающего художественное произведение читателя, зрителя, слушателя. Художественная культура близка эстетической культуре, т. к. объединяющим началом и художественной, и эстетической культуры является творчество, творческая деятельность. В художественной культуре деятельность человека направлена на создание и освоение ценностей искусства, в эстетической культуре — на восприятие и понимание мира как красоты, на творчество по законам красоты. Эстетическая культура задает ценностно-смысловые параметры творчества, его духовные ориентиры, выполняет мировоззренческую функцию. В искусстве же, в художественном произведении идеальное содержание получает свое конкретное предметное воплощение, свой зримый образ. В этом контексте искусство — это особый способ освоения и понимание мира, в котором раскрывается творческая природа человека, его способность познавать и пересоздавать мир в художественных формах.

Понимание задач искусства и смысла творчества в историческом опыте культуры связано с интерпретацией картины мира. Важнейшая функция искусства, как и эстетической культуры, — мировоззренческая, характеризующая глубинный уровень отношений художника и окружающего его мира, выявляющая авторское понимание и видение событий жизни. На этом уровне творчество определяемо духовными целями и ценностным миром автора, формирующимся под воздействием ценностной системы самой культуры. Искусство дает возможность творцу раскрыть имеющий для него смысл свой собственный внутренний мир другому. Творчество здесь может рассматриваться как проявление основных качеств личности — души, ума, совести, самосознания, чувств.

В искусстве творчество представлено в своей специфичности, родовой определенности и видовой обособленности. Результат творчества — произведение как художественное целое, которое является авторским высказыванием — словом, произнесенным со смыслом и оформленным в художественное целое. Художественное творчество здесь — особый тип сознания и мышления — образная мысль о мире, оперирующая физической данностью материала как эстетическим объектом, т. е. наделяющая его художественным (эстетическим) смыслом. Физическая природа материала преодолевается в художественном образе и получает статус идеального бытия (смыслового бытия). В системе искусства творчество выражает себя как опыт создания произведения, в котором раскрываются особенности художественного самосознание автора. С этой точки зрения художественное произведение является самохарактеристикой культуры, ее содержательносмысловых установок в форме творческого опыта.

Художественная культура и художественное произведение как результат творческой деятельности — это не просто процесс эстетизации среды обитания, ее окультуривания, но и самостоятельный, специфический опыт художественного познания и самопознания, где целое мира запечатлено в целом художественного образа — мир явлен в своей предметной очевидности и духовной значимости объекта для субъекта. Философская интерпретация художественного образа связана с определением природы художественного мышления как образно- эмоционального, представляющего собой особую логику познания и воссоздания действительности.

Значение эмоционально-образного мышления возрастает в процессе ассоциирования большими величинами — такими, как целостный охват реальности, к которому стремиться искусство, создавая завершенную концепцию бытия — его образ. Художественное мышление, традиционно противопоставляемое логическому, рациональному и научному, оперирует образами, опираясь на эмоционально-чувственное, интуитивное познание мира. Художественное творчество здесь — это процесс понимания и воспроизведения мира как некоего идеального объекта, целостно схваченного и воссозданного в образе. Образная логика зачастую гораздо точнее отражает системную целостность объекта, раскрывает его идеальную сущность, полноту жизненного содержания. Так, восприятие истории культуры как некоего целостного художественного образа прошлого особенно ярко проявило себя в музыкальном искусстве XX века. Классики XX века, такие как

С.С. Прокофьев, И.Ф. Стравинский, А.Г. Шнитке, Д.Д. Шостакович, нередко обращались к «образной кладовой» музыкальной истории, используя не только жанровые формулы барочного или классицистского искусства, но и собственно писали музыку, вызывающую определенные культурно-исторические ассоциации. Образно-ассоциативная компонента мышления в их творчестве была представлена как некая универсальная музыкальная логика, как некий универсальный код культуры, не требующий какой-либо еще логической процедуры «сборки». Память культуры становится тем нерас- члененным целым, которое способно к дифференциации и перерождению в новое художественное целое.

Философию образа, которую открывает в своем художественном опыте век XX, западноевропейская философия формулирует достаточно длительно. В исторической хронологии отход от парадигмы наукоучения и рационалистического описания событий творчества происходит уже в философии романтиков. Она «реабилитировала» чувственно-эмоциональную сторону жизни человека, привнесла в художественный опыт европейской культуры видение мира как органического целого, утвердила идеал самоценности творчества, создав своеобразный миф о художнике. Повышенный интерес к проблеме отношений личности и общества, культуры и истории привел к изменению и самого способа познания и интерпретации феномена творчества. Понимание — новая методология философского исследования и анализа проблемы творчества, преодолевающая односторонность классических объяснительных схем. Понимание — диалогическая установка познающего сознания, нацеленная на непредвзятое целостное восприятие другого (субъекта или объекта), демонстрирующего собственную логику жизненных действий. Для того чтобы понять эту логику, нужно допустить возможность существования инаковости и сделаться сопричастным в переживании другого как собственного, т. е. вжиться. В этом контексте художественное творчество выступает как язык культурного диалога, или язык философии жизни и философии человека, раскрывающий его ценностный и духовный мир для другого.

В истории культуры XX века художественное творчество и стало одним из способов философского понимания — философской рефлексией нового типа, которая может быть охарактеризовано как самопознание и самосознание культуры. Это проявилось, например, в художественном опыте фил- софов-экзистенциалистов, в концепции языкового творения М. Хайдеггера. Так, художественное творчество было утверждено как процесс «извлечения» духовной сущности вещи в процессе творения, ее обнаружения, открытия. В этом толковании художественное творчество — это особый тип духовной рефлексии, в котором сущностные характеристики предмета выражены (воплощены) в целостном себя-раскрывающем образе. Здесь мы подходим к проблеме теории и философии художественного образа.

Теоретические проблемы художественного образа и специфики образного мышления рассматривались уже в немецкой классической философии. Основные положения гегелевской теории художественного образа остаются актуальными и в современном искусствознании. Гегель указывал на чувственно-понятийную сторону художественного образа, который находится «... посередине между непосредственной чувствительностью и принадлежащей области идеального мыслью» [126, т. 1, с. 44]. Гегель фиксирует свойства образа, говоря, что в одной и той же целостности образ сочетает понятие предмета и его внешнее бытие. По Гегелю, цель искусства заключается в изображении истинно всеобщего, или идеи, в особой форме — в форме чувственного существования образа.

Художественное мышление обладает своими специфическими свойствами. Эстетика, выступающая своеобразной гносеологией искусства и теорией творчества, занимается анализом мышления в процессе создания и восприятия художественных ценностей. Особая роль в философской разработке проблемы мышления принадлежит Гегелю. Подводя своеобразный итог развития немецкой классической философии, он строит обобщающую систему знаний в единстве логики, онтологии, теории познания, эстетики, философии истории. В «Феноменологии духа» Гегель подверг анализу предметное сознание человека, касаясь вопроса развития чувственного познания и начального этапа формирования систем понятий. По Гегелю, на этапе формирования понятий исходная чувственность дифференцируется, расчленяется — познание «отнимает» у вещей их свойства и отношения, в результате чего вещи начинают выступать как совокупность разных свойств и отношений.

Философские построения Гегеля содержит в себе анализ проблемы соотношения логического и нелогического в мышлении, чувственного и рационального, абстрактного и конкретного, анализа и синтеза. В контексте научной проблемы творчества данное положение приобретает смысл в связи с тем, что логическое мышление содержится в структурах и принципах действия образного мышления и, наоборот, что логические схемы и понятия — это образы предельной абстракции. Это позволяет говорить о наличии особой логикилогики творческой деятельности, которая содержит в себе не только художественный образ мира с той или иной степенью достоверного знания о нем, но и логику научного открытия, раскрывающего интеллектуально-творческий потенциал человека. Другими словами, творческое мышлениеэто продуктивная деятельность человека в процессе познания мира, включающее познание трансцендентной реальности.

Собственно с Гегеля в традиции западноевропейской эстетики, а затем и в отечественной эстетике и искусствознании закрепляется общее определение искусства как «мышления в образах», обладающего особой логикой. О проявлении подобной логики образного мышления говорит в своих работах Р. Арнхейм. В интерпретации ученого, ход мыслительного процесса от запутанной и бессвязной ситуации с неопределенными связями и структурными отношениями постепенно продвигается в сторону упорядочивания структур, внутренней организации и упрощения до тех пор, пока старания человека не награждаются целостным образом, который делает искомое значение видимым.

Последнее указывает на то, что образ в себе содержит уже изначальную упорядоченную структуру, т.е. образ целого. Многочисленные образы как целостные фрагменты реальности объединяются и выстраиваются в образы высшего порядка, или образы высшей целостности на все более высоком уровне обобщения реальности, более полного, точного и конкретного ее отображения. Так, например, на картине с многофигурной композицией значимо каждое лицо, каждый предмет в отдельности, его родовые и видовые признаки (свойства), которые объединяются в едином замысле художника для создания образа высшего порядка.

Подтверждением универсальности логики образного мышления в творческой деятельности является также психоаналитическая концепция К.Г. Юнга. Различая психологический и визионерский тип художественного творчества, он отдавал предпочтение последнему, который наиболее соответствовал его теории о коллективном бессознательном. Согласно Юнгу, художник черпает образы, которые затем становятся содержанием его произведений, из опыта коллективного бессознательного, которое структурировано в архетипы, обладающие своим определенным семантическим значением на уровне общезначимого символа. Индивидуальное бессознательное творца опускается в коллективное бессознательное, содержащееся в его генетической родовой памяти, и черпает из него готовые образы. Раскрепощение бессознательного, т.е. внелогического, образноэмоционального, стало практикой дадаизма и сюрреализма. Создатели художественной философии модернизма утверждали парадоксальность, выражаемую особой логикой образных ассоциаций, в качестве главного метода и стиля мышления в искусстве. Принципиальная неверифицируе- мость образа, его многозначность и двойственность предполагает механизм ассоциирования, сравнения, сопоставления различных категорий объектов, что и было востребовано эстетическим сознанием экспериментирующего с реальностью XX века.

Отметим также еще одну важную характеристику образного мышления. В психологической структуре личности оно выступает в качестве коммуникативно-преобразовательного центра творческой активности человека, выполняя сложную функцию интериоризации культурно-исторического наследия во внутренний, смысложизненный план его действий. Создание художественных произведений, как можно заметить, и их познание через образное мышление имеет разные векторы действия: при создании произведения автор запечатлевает свой духовный мир, или мир природы, мир художественных ценностей посредством художественного образа через механизм ассоциирования и фиксирует в продуктах мыследеятельности — в художественном произведении, которое приобретает статус культурной ценности; при восприятии (изучении) художественного произведения сознание познающего субъекта, напротив, сначала воссоздает с помощью ассоциативно-образных механизмов мышления запечатленный в нем художественный образ, постигая содержание произведения. Достигнутый результат — это новая интерпретация авторского художественного образа, в которой отражены личностные смыслы познающего.

Таким образом, функции художественно-образного мышления заключаются в осуществлении двусторонней связи между познаваемой реальностью во всем ее многообразии с помощью инструментария (категорий познания), или культурно-исторических дефиниций, и реальностью познающего субъекта, что определяет собой природу художественного творчества, логическим основанием которого является образ. Здесь художественно-образное мышление проявляет себя как универсальный механизм творческого мышления — как некий универсальный же ключ (путь, способ) вхождения в мир культуры, или более узко, в мир художественной культуры.

Если рассматривать образ с онтологической точки зрения, то он может быть интерпретирован, как себя-оформляющий смысл или действительность, себя-являющая: «Образ никак нельзя отрывать от действительности: в образе действительность выразила сама себя, явила сама свой собственный смысл. Следовательно, действительность и образ едины: не только действительность стала выраженной в образе, но и образ стал действительным ее выражением. Действительность и образ слились в нечто единое, выраженное и наделенное смыслом» [167, с. 70]. Образ по своей природеидеальная сущность вещи в ее конкретной форме, в своей явленности, в полноте вида.

Онтология образа в его эстетической значимости была разработана восточно-христианскими мыслителями. И не случайно, что необходимость всецелой разработки философской проблемы образа остро возникла в связи с нерешенными вопросами художественной практики. Речь идет о драматическом споре между иконоборцами и иконопочитателями в православной Византии в VIII — первой половине IX века. Принимая во внимание социально-политическую сторону конфликта, подчеркнем, насколько важным для общественного сознания стал вопрос о художественном произведении как предмете культа, если он связывался с вопросом о Символе Веры, истинных основаниях христианской религии и, в конечном итоге, с вопросом о целом мира и жизни человека. Отметим, что подобное понимание образа как онтологической модели мира и идеальной первоосновы бытия характерно и для русской религиозно-философской традиции.

Не менее продуктивен психологический подход в интерпретации творчества. Рассмотрим его ниже.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >