МЕДИЙНАЯ КАРТИНА МИРА: «СТАРАЯ-НОВАЯ» МИФОЛОГИКА

Утверждающаяся в современности информационная парадигма претендует на универсальный цивилизационный формат. Побочным эффектом ее развития стал все более проявляющий себя «разрыв» культуры и человека по горизонтали и по вертикали — линии истории и линии «вечности». Технологическая составляющая информационной культуры связана с новым типом теле- и интернеткоммуникаций, а содержательная сторона определяется образом маклюэновской глобальной информационной деревни с особой формой социальных связей, опосредствуемых «медиакультурой». В данной бытийной модели онтологизация второй природы — культуры происходит уже не в границах созданной человеком вещи (артефакта), подобной произведению-творению, а информационного продукта, который существует в мире знаков и значений, распространяясь и тотально заполняя собой пространство жизни человека. Воспринимаемая и опытно переживаемая реальность структурируется особого рода событиями — информационными. Укладности культур смешиваются, обыденные и высокие практики становятся проницаемыми друг для друга, мир имеет только одно измерение — актуальной повседневности, которая поддерживается онлайновым информационным потоком.

Идеальный образ культуры, составляющий основу идентичности любой общности и каждого конкретного индивида, если и содержит пространственный локус культуры, то историческую координату удерживает все сложнее — может либо вынести за скобки, либо заменить ее мифологическим конструктом, пытаясь преодолеть разрывы памяти культуры. На уровне массового сознания проблема самоидентификации обнаруживает себя в теме преемственности с историческим и культурным преданием нации. Действительно, любая национальная культура «помнит» себя в форме исторического предания, в основе которого лежит некий культурный миф. В том или ином виде миф присутствует в общественном и индивидуальном сознании, создавая целостный образ — картину бытия человека в мире истории и вечности. По сути миф выполняет важнейшую функцию снятия экзистенциальных и логических противоречий между исторически приходящим и вневременным — культуры в вечности и вечности в культуре. В этом смысле миф стремится к такой памяти культуры о самой себе, когда самопонимание и самовыражение ее носителей — нации, страны, культурной общности, личности становится беспроблемным — он стремится к историческому канону. Здесь проявляется кардинальное отличие мифа и мифологического мышления от рационального и рефлексивного, нацеленного не на создание непротиворечивого образа культуры и истории, а на поиск реальности культуры и истории. На данный разрыв в мышлении указывал М.К. Мамардашвили: «Миф, ритуал и т.д. отличаются от философии и науки тем, что мир мифа и ритуала есть такой мир, в котором нет непонятного, нет проблем. А когда появляются проблемы и непонятное — появляются философия и наука» [362, с. 113].

Тематизация мифа в контексте информационной культуры определяется следующей ситуацией: культуры модерного типа, входя в стадию постмодерна, становятся участниками современного технологического проекта современности, ориентированного на инновацию и инструментальное мышление, которое не озабочено проблемой метафизических оснований бытия и не имеет целью транслировать опыт переживания мира как целого, что характеризует именно мифологическое миросозерцание. Инновационная доминанта современности в трех важнейших социальных системах образовании, науке, культуре меняет способы и формы трансляции социального опыта, знаний, практик и технологий. Образование от практики научения образцу теперь направлено на приобретение знаний и овладения компетенциями, необходимыми для осуществления целерациональной стратегии в рамках достиженческой культуры. Наука, рационализировавшая метафизические конструкции, объяснявшие, что есть мироздание, извлекает такой тип знания, который позволяет с помощью технологий вторгаться в мир живой и неживой природы, списывая все риски на последующие поколения. Культура как опыт переживания трансцендентного в традиционных типах общества, теперь становится лабораторным полем интеллектуальных и художественных экспериментов.

При том, что современная культура все активнее использует возможности информационно-коммуникативных технологий, стоит все же посмотреть на реальность медиакультуры с точки зрения философии и психологии мифа, а на медиатехнологии как на инструмент мифологизации сознания. Если миф рассматривать как онтологическую целостность жизни, чувственно переживаемую, то он может быть понят как первичная реальность сознающего себя субъекта. Настоящий аспект философии мифа восходит к интерпретации мифа как исходной чудесной онтологизации реальности — самообнаружения человека в целостности бытия-существования в его непротиворечивости и цельности, в детскости восприятия. Миф, нагруженный образно-символическими описаниями реальности, событиями и персонажами, представляет собой картину мира, претендующую на подлинность. Она основывается не только на переживаниях, но и на вере в истинность происходящего, оформляя ментальные представления в систему миропонимания.

Но существует и другой принцип, где миф понимается как вымысел и ложная картина мира. Переживание бытийной целостности в достоверности личного опыта в принципе неотличимо от подобного переживания в рамках другого предания. Отличен предмет переживания и открывающаяся в нем реальность. Вы можете переживать страсти Христовы, и вы можете переживать по поводу перипетий в судьбе героев в очередной 1001-й мыльной серии. Или, войдя под «nik-ом» в Интернет-пространство, вы можете придумать себе личную «легенду», напусить мифологического тумана на свою подлинную личность и проживать новый опыт «жизни» в виртуальной реальности со всей силою страсти, реализуя далеко не всегда добрые намерения по отношению к другому участнику общения. Степень достоверности и интенсивности переживаний может быть различной, но принцип погруженности в логику событий через образ — один и тот же.

В таком случае можно ли в современной культуре вообще провести границу между мифом как онтологией целостности и полноты бытия и мифом как вымыслом и суррогатом реальности? В первом случае миф будет претендовать на роль метафизики, во втором — найдет свое выражение в социальном, культурном и политическом мифотворчестве. Какова миологика той самой маклюэновской глобальной деревни? Единое информационное пространство, казалось бы, дает надежду на осуществление гуманистической утопии о единстве народов и культур. Ценностно-смысловым ядром социально-исторического опыта человечества всегда выступали метафизические смыслы, объясняющие взаимоотношения человека с миром и с самим собой в горизонте трансцендентных представлений. В связи с этим актуализируется вопрос о проявлениях метафизического мышления в современной информационной культуре, о наличие или отсутствие в ней метафизических программ. Следовательно, он касается и проблемы трансформации культурных традиций, содержащих онтологические образы-модели жизни человека и общества. Справедливо поэтому также поставить вопрос о реальности мифа в опыте медийной культуры, поскольку миф в своем сущностном виде является формой выражения метафизической целостности человеческого бытия. Таким образом, нас будет интересовать:

  • • продолжает ли оставаться миф универсальной культурной технологией воспроизводства социального в информационной цивилизации?
  • • меняет ли коммуникативный «строй» информационного общества механизм воспроизводства и трансляции культуры?
  • • является ли информационная ступень в самоорганизации культуры чистой реальностью, в которой присутствие Вечности (духа, Абсолюта) онтологически выносится «за скобки»?

Справедливо утверждать, что медийная культура инкоопорирует мифологические структуры мышления в свою онтологическую матрицу. Суггестивность телевизионной картинки, как и интерактиная коммуникация Сети стала порождающим моментом разнообразных форм мифотворчества массовой культуры, смешивающую профанную и сакральную сферы, создающую культы и потребляющую необходимый идеологический продукт под неусыпным контролем массмедиа.

Еще одной проблемой информационного проекта является тот факт, что виртуальное пространство боится настоящего, а не маркированного

«ником» коммуникатора (пользователя медиа). В этом смысле Интернет- Сеть далеко не толерантна. Здесь информационная культура предстает как технологический проект, нивелирующий идеальную сферу значений и смыслов. Однако возможно ли насытить информационное поле таким контентом, который позволит онтологизировать медиакультуры через возвращение к идее целостности бытия как к некому мифопоэтическому опыту жизни. Думается, что основой этого проекта станет целе-ценностная стратегия преодоления дефицита высокой рациональности, избавляющей как от попыток мифологизации реальности, так и от искажения (подмены) подлинных духовных практик культуры.

При создании подобного тренда в самом контенте медиакультуры можно надеяться на восстановление метафизической традиции мировой культуры, частью которой выступает и онтологика русской культуры. Процессы информатизации современного российского общества заостряют проблему метафизических оснований его культурного предания и повышают возможность новых проектов мифологизации, которые могут возникнуть под воздействием старых стереотипов мышления и традиционного, и постиндустриального массового общества. В то же время «изгнание» метафизики из опыта современного человека оказалось бы ни чем иным как повторением диалектически не снятого противоречия мифа и логоса, религиозного опыта и философской рефлексии, приводившего целые нации в XX веке на грань исторической катастрофы. С учетом могущества технологий и тотальности информационных сетей негативный сценарий развития будет катастрофическим и окончательным.

Оставаясь в пределах темы — философской проблематизации мифа в контексте медиакультуры, отметим поразительную актуальность мифо- логики, ее укорененность в структуре мышления современного социума. Это еще раз, на наш взгляд, подчеркивает необходимость выявления типа ментальности, который способствует мифологизации сознания, но уже в условиях универсального технологизма глобальной современности.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >