Эстетика античной культуры

Говоря об эстетическом сознании Древней Греции и Древнего Рима нельзя не сказать и о величайшем искусстве этой эпохи, без которого невозможно себе представить всю последующую историю художественной культуры человечества. Это искусство и сегодня доставляет нам глубокое эстетическое наслаждение и продолжает служить образцом и недосягаемой нормой.

Художественная культура Древней Греции

Все греческое искусство классической поры — поиск всеобщей гармонии, соразмерности скульптурных фигур, пропорции частей зданий, соответствия человека и архитектуры. Античная трагедия отразила столкновение человека с еще не освоенными, не подчиненными ему силами. Античное искусство осмысляло и трагические противоречия перехода от родового строя к рабовладельческому обществу.

Сгустком культурного самосознания греков стал гомеровский эпос, тогда как канонические сакральные тексты отсутствовали. В греческой культуре закрепились идеи божественности поэзии, и широкое распространение получили легенды о поэтах, чье творчество связывалось с божественным наитием.

С VII в. до н.э. вместо излагающих мифологию эпических поэм, с присущим им объективизмом действия и слабой разработкой индивидуальных характеров, приходит более индивидуалистичная и анархичная лирика. Лирическая поэзия отражала достигнутый уровень индивидуальной свободы, выход из родовой общины, сопровождающийся проявлениями индивидуализма и анархизма. Например, если для героя Гомера бросить на поле боя щит означало навлечь на себя неслыханный позор, то Г. Архилох, не раз видевший, как воины бросают щиты, в своей поэзии выступает за сохранение жизни ценой щита и чести. Индивидуалистические мотивы также характерны для лирики Мимнерма из Колофона, для лириков VI в. до н.э. — Анакреонта, Сапфо, Алкея.

В классический период наметился конфликт с официальными олимпийскими богами со стороны культа Диониса, бога виноделия, олицетворявшего производящие силы природы. Культ Диониса стал истоком трагедии. Запевала дифирамба (букв, «песнь топора» — обрядовая хоровая песня, сопровождавшая принесение жертвы) постепенно становился актером, а хор — основой греческой трагедии.

Сюжеты для трагедий черпались из греческой истории и мифологии, которые преломлялись и истолковывались в духе Диониса — бога героев. Решающим в рождении трагедии стало учреждение афинским тираном Писистратом общегосударственного праздника Великих Дионисий, благодаря чему народный культ Диониса стал опираться на поддержку властей.

Первым известным трагиком мировой литературы и старшим из классических греческих трагиков был Эсхил (ок. 525—456 до н.э.), воспевший победы греков при Марафоне, Саламине и Пла- теях. Он создал 70 трагедий, в которых монументальность сочеталась с патетикой. Наиболее известны трагедии Эсхила «Персы», «Семеро против Фив», «Орестея», «Скованный Прометей».

Другой великий греческий трагик Софокл (ок. 496—406 до н.э.) создал 120 трагедий, среди которых «Аякс», «Антигона», «Эдип- царь», «Эдип в Колоне».

Младшим из классических трагиков был Еврипид (ок. 480— 406 до н.э.). Среди его трагедий: «Алкестида», «Медея», «Ипполит», «Гекуба» и др.

Эсхил мыслил еще всецело в религиозных понятиях. Границы правды, справедливости, блага очерчены в его трагедиях богами, вознаграждающими за добро и карающими за зло. Неотвратимый закон справедливого возмездия проявляется в судьбах почти всех героев Эсхила.

Если у Эсхила воля богов справедлива, то у Софокла она прежде всего всесильна, и ее этический смысл сокрыт от смертных. Конфликт трагедий Софокла — в драматическом противоборстве человека и неотвратимого рока, судьбы. Пытаясь предотвратить исполнение божественных прорицаний, человек сам обрекает себя на неизбежное возмездие. Известнейшая разработка этой темы — трагедия «Эдип-царь».

Еврипид же в своем творчестве доходил уже до прямого богоборчества. Боги в его изображении жестоки и пристрастны, однако даже не боги, а безудержные порывы человеческой души определяют людские судьбы, повергая их из одного страдания в другое.

Кроме трагедии существовала и комедия. Комедиографы так же, как и великие трагики, образовали троицу: Эвполид, Кратин, Аристофан (ок. 445—ок. 386 до н.э.). До нашего времени целиком дошли только комедии Аристофана.

Греческие трагедии и комедии значительно отличались от современной драмы. Хор в трагедии играл не меньшую роль, чем актеры, что сближает греческую трагедию с нынешней оперой или ораторией. Монологи в сотни стихов фактически уничтожали всякую логику и динамизм жизни. Характеры были монолитны и одноцветны. Проклятие, обычно тяготевшее над героями, лишало трагедии подлинного драматизма. Судьба, направляющая действия героев, во многом напоминала слепой случай. Развязка принадлежала богам.

И все же нельзя принижать значение греческой трагедии на том основании, что в ней отсутствовала всякая психология. И мысли, и чувства, и переживания в трагедии передавались в особой пластической трактовке. Пластика как стиль греческой культуры выдвигала на первый план скульптурные интуиции, мир, понятый скульптурно. Пластическо-скульптурное мирови- дение отличало всю греческую культуру в целом, но наиболее зримо воплотилось в скульптуре и архитектуре.

Греческие скульпторы архаического периода в основном изображали победителей спортивных состязаний. Это так называемые куросы (скульптурное изображение юношеских фигур) и коры (скульптурное изображение девичьих фигур). Статуи архаического периода характеризовались условностью. Хотя скульпторы и достигали точности деталей, но не могли придать статуям гармонии и целостности, что выражалось, например, в «архаической улыбке» — застывшей гримасе куросов и кор.

Идеал человека в классическую эпоху был воплощен великим Фидием (нач. V в. до н.э. — 432—431 до н.э.) в больших культовых статуях Афины Парфенос, облицованной золотом и слоновой костью, и Зевса Олимпийского. Вторым классиком греческой скульптуры стал Мирон (сер. V в. до н.э.). Его «Дискобол», изображая атлетическую фигуру во всем напряжении физических сил, показывает ту дистанцию, которая отделяет классическую греческую скульптуру от архаических куросов и кор.

Праксителъ. Афродита Книдская (римская копия)

Третьим великим скульптором был Поликлет (2-я пол. V в. до н.э.) из Аргоса. Он установил канон, т.е. определил и пластически передал пропорции человеческого тела. Этот канон господствовал в греческом искусстве более ста лет, ориентируя скульпторов на идеал могучей величавости, силы и достоинства изображаемой фигуры, на гармонию и равновесие. Однако уже в позднеклассическую эпоху в IV в. до н.э. большей популярностью пользовалась скульптура с гладкими, гибкими, грациозными линиями и нежными лицами. Это ярко проявилось в творчестве Праксителя (ок. 390—ок. 330 до н.э.). Его «Афродита Книдская» стала прообразом многих позднейших изображений богини любви.

Главные достижения греческой архитектуры связаны со строительством храмов. Светские постройки были очень непрочными и скромными. Предположительно в VIII в. до н.э. были выявлены две системы пропорций зданий, два ордера: дорический и ионийский. Дорический ордер отражал стремление к монументальности, к совершенству пропорций. Ионийский ордер характеризовался большим изяществом и прихотливостью линий.

Российский философ, академик Л.Ф. Лосев полагал, что основанием античной культуры является интуиция человеческого тела как существенная характеристика бытия. Античное мироощущение, по существу своему языческое, связанное с землей и в существе своем телесное, прежде всего дает опору для земных и телесных утешений, лишая их характера разгула и порочности, но в то же время не уничтожая их во имя чисто духовных идеалов.

Тело в античности есть живое и одухотворенное тело. В нем есть становление и вечная жизнь, которые не уходят в неопределенную бесконечность, но планомерно вращаются сами в себе. Поскольку же тело это есть не просто обычное человеческое тело, с его слабостью, болезнью и смертью, оно необходимо есть идеальное тело — как абсолютное равновесие духовного и телесного. Отсюда античное тело оказывается человеческим телом, а основная интуиция античности оказывается скульптурной интуицией — узрением тела с резкими и точеными формами, вырастающего на темном фоне и отчетливо вырисовывающегося на нем. На темном фоне, в результате игры и борьбы света и тени, вырастает бесцветное, безглазое, холодное, мраморное, божественно-прекрасное, гордое и величавое тело — статуя. И мир, подчеркивает А.Ф. Лосев, есть такая статуя, и божества суть такие статуи; и города-государства, и герои и мифы, и идеи — все таит под собой эту первичную скульптурную интуицию.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >