Современные концепции о смысле и направленности человеческой истории

Культурологический подход. Н. Данилевский, О. Шпеглер, А. Тойнби

Можно предположить, что указанные выше принципы гегелевской схемы философии истории вызвали негативную реакцию у сформировавшегося в конце XIX — начале XX века нового культурологического подхода к пониманию хода истории, представленного в концепциях Н. Данилевского, О. Шпенглера, А. Тойнби, П. Сорокина. Наиболее общие и характерные черты культурологического подхода: неприятие жесткой европоцентристской однолинейной схемы общественного прогресса; утверждение существования множественности культур и цивилизаций, их локальности и разнокачественности; внедрение биологизаторских, антропологизаторских и других схем в объяснение истории становления и развития культур.

Одним из основоположников такого подхода был русский философ и естествоиспытатель Н.Я. Данилевский. В своем труде «Россия и Европа» (1869) Данилевский развивает теорию обособленно существующих культурно-исторических типов (цивилизаций), проявляющихся через своеобразные формы общественного развития — религиозного, промышленного, политического, научного, художественного. Соответственно смысл всемирной истории он усматривает не в ее делении на древнюю и новую, а в выявлении положительной деятельности самобытных культурно-исторических типов, развивающихся по своим особым законам.

Согласно концепции Данилевского, прогресс всемирной истории состоит не в том, чтобы идти в одном направлении, а в том, «чтобы все поле, составляющее поприще исторической деятельности человечества, исходить в разных направлениях, ибо доселе он таким именно образом проявлялся»1.

Наибольшее внимание Данилевский уделяет славянскому культурно-историческому типу — «первому, полному «четырехосновному», имеющему четыре разряда обнаружения исторической жизни (деятельность религиозную, культурную, политическую, общественно-экономическую) и нашедшему свое наиболее полное выражение в российском независимом славянском государстве.

Подчеркивая молодость славянского типа, «недавность вступления его на поприще исторической деятельности», Данилевский ставит вопрос о возможном высоком общественно-экономическом и культурном предназначении славянского типа, когда он займет видное место во всемирной истории.

В свете происходящих сегодня в России процессов навязывания сверху стереотипов экономической и духовной жизни Запада особенно актуальны предостережения Данилевского об опасности «ев- ропейничанья» — бездумном заимствовании и пересадке на русскую почву «европействущими демократами» чуждых русскому народному духу европейских учреждений. Иссушая «самобытный родник народного духа», лишая его внутреннего содержания, они «препятствуют осуществлению великих судеб русского народа».[1]

Мы возвели Европу, — пишет Данилевский, — в сан нашей общей Марьи Алексеевны, верховной решительницы достоинства наших поступков. Вместо одобрения народной совести, признали мы нравственным двигателем наших действий трусливый страх перед приговорами Европы, унизительно-тщеславное удовольствие от ее похвал[2].

Нельзя отказать Данилевскому в известной исторической проницательности, а его оптимизм в отношении будущего России вселяет надежду на реализацию ею своего исторического предназначения.

Критическое отношение Данилевского к европоцентристской однолинейной схеме общественного прогресса нашло своеобразное продолжение и подтверждение в эсхатологических пророчествах Освальда Шпенглера (1880—1936) — немецкого мыслителя, представителя «философии жизни».

В своей сенсационной, наделавшей много шума книге «Закат Европы» (первый том немецкого издания, 1918) он осуществил обстоятельный, радикальный пересмотр основ историцизма и европоцентристского понимания смысла истории. Исследуя внутренние механизмы падения западной культуры, распада ее души, перехода к цивилизации, Шпенглер отрицает целостность и единство всемирной истории, наличие в ней «постоянного и всеобщего». В созвучии с положениями Данилевского, Шпенглер подчеркивает, что «русскому мышлению столь же чужды категории западного мышления, как последнему — категории, китайского или греческого»[3].

Рассматривая мировую историю, как существование в разное время «множества мощных культур», каждая из которых не похожа на другую и чеканит на материале человечества «собственную форму», «собственные жизнь и смерть», Шпенглер различает расцветающие и стареющие культуры. Каждая из культур исполнена глубочайшего смысла, но судьба их ждет одна — «своя собственная цивилизация» как «завершение и исход культуры»[4]. Шпенглер отвергает привычную для европейца схему, согласно которой все высокие культуры совершают свои пути вокруг западной культуры, как «предполагаемого центра всего мирового процесса» и утверждает одинаковое значение всех культур в историческом процессе. Отсюда он выводит и свое понимание смысла истории как уяснение судьбы, души и «языка форм великих культур»[5].

Тезис об унификации всемирной истории на базе западной цивилизации оказался неприемлемым для другого видного представителя культурологического подхода — английского «историка и философа Арнольда Тойнби (1889—1975). Его «постижение истории» связано с обстоятельной разработкой категории «цивилизация».

Рассматривая цивилизации как «динамические образования эволюционного типа», Тойнби выделяет в каждой цивилизации основные фазы исторического существования: возникновение, рост, надлом, упадок и разложение. Если первые две фазы связаны с «жизненным порывом», то последние две вызваны «истощением жизненных сил». Во всемирной истории Тойнби насчитывает 21 цивилизацию, различая их преимущественно по религиозному признаку. Уникальность каждой цивилизации обусловлена своеобразием ее «ответов» на «вызов» истории, а генезис цивилизаций «требует творческих усилий более чем одной расы»[6]. Замкнутость и обособленность цивилизаций не исключает их духовного взаимодействия, поэтому смысл всемирной истории Тойнби видит в религиозной эволюции и духовном совершенствовании человечества.

  • [1] Данилевский Н.Я. Указ. соч. С. 290, 299.
  • [2] Там же. С. 294.
  • [3] Шпенглер О. Закат Европы. — М.: Мысль, 1993. — С. 153.
  • [4] Там же. С. 163.
  • [5] Шпенглер О. Указ. соч. С. 188.
  • [6] См.: Тойнби А.Дж. Постижение истории. — М.: Прогресс, 1991. — С. 100.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >