ДЕЯТЕЛЬНОСТНЫЙ ПОДХОД В ПСИХОЛОГИИ: ПРОБЛЕМЫ, ПЕРСПЕКТИВЫ, ВАРИАНТЫ РАЗВИТИЯ

КАТЕГОРИЯ ДЕЯТЕЛЬНОСТИ В ПСИХОЛОГИИ: МЕТОДОЛОГИЧЕСКИЕ ФУНКЦИИ, СОДЕРЖАНИЕ

Происхождение категории деятельности, ее общее содержание и значение для психологии

Вопрос о выделении категорий психологии как науки в целом и осмыслении содержания, места и функций категории деятельности в системе базовых психологических категорий конкретно является чрезвычайно важным для разработки методологических и теоретических проблем психологии.

Наиболее полный и глубокий анализ современного состояния психологической науки и тенденций ее развития выполнен Б. Ф. Ломовым в монографии «Методологические и теоретические проблемы психологий» (1984) [299]. В этой общепсихологической теоретикометодологической работе большое внимание он уделяет рассмотрению проблемы деятельности. Категорию деятельности автор выделяет как одну из базовых для психологической науки, отмечая, что понятие деятельности широко используется в различных областях научного знания с различным пониманием его сущности.

В 2013 г. выходит монография В. Д. Шадрикова «Психология деятельности человека», в которой «...рассматриваются методологические и теоретические проблемы деятельности. Показано, что сущностью психологического познания деятельности является все- сторонее изучение деятеля. Человек сущий раскрывается как человек действующий» [585, с. 4].

Анализируя состояние проблемы деятельности в психологии, Б. Ф. Ломов констатирует, что категория «деятельность» обладает большой объяснительной силой и поэтому весьма широко используется в науке и практике. В связи с этим, отмечает он, в термин «деятельность» часто вкладывается различное содержание, иногда он просто «приклеивается» к разным психическим явлениям или им просто манипулируют. Подчеркивая эту мысль, он пишет: «...опираясь на многозначность этого термина, его используют как основание концепций, в которых содержание понятия “деятельность”, определенное для одного круга явлений, переносят (иногда без всяких изменений, иногда слегка трансформировав его) на другой, качественно иной круг явлений» [299, с. 192]. По мнению Б. Ф. Ломова, «...использование категории “деятельность”, обладающей большой объяснительной силой, без понимания ее сути ничего иного, кроме путаницы и схоластики, дать не может» [292, с. 191].

Разрабатывая методологию психологического анализа деятельности, В. Д. Шадриков констатирует, что сдерживающим фактором в разработке психологической теории деятельности является отсутствие однозначного определения деятельности в психологической литературе. Он пишет: «Категория деятельности получила широкое распространение в науке. Ею пользуются экономисты, философы, педагоги, психологи и физиологи. Однако до настоящего времени смысл данного понятия остается крайне неопределенным. В философской энциклопедии (1960) данное понятие не раскрывается вообще, а в толковом словаре С. И. Ожегова (1975) деятельность определяется как занятие, труд. Не получило однозначного определения данное понятие и в психологической литературе, несмотря на то, что ему придается фундаментальное значение» [553, с. 5].

Подчеркивая многозначность слова «деятельность», Б. Ф. Ломов отмечает: «Не рассматривая всех используемых (и возможных) значений слова “деятельность”, отметим, что в самом широком значении оно относится к любым активным системам. В этом значении оно эквивалентно термину “активность” и, безусловно, может применяться при описании и анализе очень широкого класса явлений, в том числе и психических. Однако каждый раз это должно быть точно оговорено» [299, с. 192]. В широком значении слова термин «деятельность» эквивалентен термину «активность» (activity - деятельность, action - действие).

Выполняя историко-методологический анализ развития психологической науки, В. А. Мазилов [318, 319] отмечает, что многие недоразумения в психологии возникают именно от неоднозначного понимания многих терминов. «Множественность определений и трактовок была и остается “фирменным” знаком психологии» [318, с. 228]. Это мнение в полной мере можно отнести и к понятию «деятельность».

В. П. Зинченко обращает внимание на тот факт, что деятельность является основной категорией немецкой классической философии, из которой она и была «приватизирована». Он отмечает: «Понятие “деятельность” и то, что называется “деятельностным подходом”, имеет также глубокие корни в истории отечественного естествознания и в отечественной философии и психологии» [196, с. 106].

В психологии говорится и пишется о разных видах и формах деятельности. Общая классификационная картина деятельностей достаточно многопланова и во многом противоречива (Б. Ф. Ломов, 1984). Разные науки, изучающие человеческую деятельность с разных сторон, выявляют и специфицируют в качестве предмета своего исследования те или иные аспекты анализа категории деятельности. По своему происхождению деятельность является общественно-исторической, философской и междисциплинарной категорией. Подробный анализ деятельности как общественно-исторической категории выполнен в работах К. А. Абульхановой-Славской [3, 4], Б. Ф. Ломова [296-299], В. В. Давыдова [146] и других ученых. Социально-философские аспекты исследования деятельности затрагиваются в работах В. Г. Афанасьева [29-30], Н. А. Бердяева [43], В. В. Давыдова [146], В. П. Кузьмина [258-261] и др.

Б. Ф. Ломов подчеркивал, что деятельность, являясь по своему происхождению общественно-исторической категорией, изучается, прежде всего, пограничными с психологией науками - общественными, естественными и техническими. Психология, по мнению Б. Ф. Ломова, использует учение о деятельности как общественноисторической категории для анализа и объяснения психических явлений, однако в изучении деятельности человека психологический аспект часто подменяется другими аспектами. Он пишет: «К сожалению, в психологических исследованиях индивидуальной деятельности, нередко пытаются наложить на нее прямым образом ту систему теоретических положений, которая разработана марксизмом применительно к деятельности совокупного человека и общества. При этом неизбежно происходит подмена психологических аспектов анализа деятельности философскими, социологическими, экономическими и т. д., и наоборот». И далее: «Однако прямое наложение теории деятельности, разработанное применительно к совокупному человеку и обществу, на деятельность индивида, хотя бы здесь и обнаруживались некоторые аналогии, неправомерно» [299, с. 193].

Анализируя основные труды Б. Ф. Ломова, посвященные разработке идей системности в современной фундаментальной и прикладной психологии, В. А. Барабанщиков, Д. Б. Завалишина, В. А. Пономаренко [37] подчеркивают, что деятельность полагалась Б. Ф. Ломовым как общественно-историческая категория, которая фиксирует именно активный (преобразующий) характер человеческого бытия. Они выделяют основную позицию Б. Ф. Ломова в этом вопросе: «Психология берет деятельность, прежде всего, на уровне индивидуального бытия, как деятельность индивида, который не перестает оставаться общественным существом, реализующим в деятельности конкретную общественную функцию. В деятельности же индивида психологию интересуют не ее содержание или структура (предмет, средства, условия, продукт) сами по себе, а субъективный план: формы, виды, уровни и динамика психического отражения действительности действующим человеком. Именно в деятельности психическое раскрывается как развивающееся целое (система); сама же деятельность выступает в качестве одной из основных детерминант психических процессов» [37, с. 11].

Таким образом, по мнению Б. Ф. Ломова, в психологии категория деятельности имеет свой смысл. Она, во-первых, фиксирует активный (преобразующий) характер человеческого бытия, во-вторых, конкретно показывает включенность индивидуальной деятельности (деятельности индивида) в систему общественной жизни, в социальный контекст и, в-третьих, объясняет социальную детерминацию человеческой психики, сущность человека как «совокупность общественных отношений» [299, с. 192-215].

На уровне философского анализа общее содержание категории деятельности определяется методом восхождения от абстрактного к конкретному и выделением системы ее социальных характеристик. Абстрактное определение деятельности сводится к определению деятельности как целеполагающей и как предметной.

Предметность человеческой деятельности неразрывно связана с диалектикой субъекта и объекта, с историческим пониманием этой диалектики. К. А. Абульхановой-Славской [3, 4] выделены философско-методологические положения, важные для психологического изучения деятельности. Прежде всего, она обращает внимание на то, что люди и объединяющая их система организаций формируют субъекта деятельности. Система организации возникает как особый продукт общественной жизни, как результат осуществления общественных отношений. Общественные отношения создают из конгломерата индивидов социальную общность, которая становится объединенным субъектом деятельности; между природной обособленностью индивидов и их рабочей силой, с одной стороны, и общественным характером деятельности, с другой, существует противоречие, которое и разрешается в различные исторические эпохи по-разному при формировании субъекта.

Во-вторых, она отмечает, что процессы формирования общественных субъектов деятельности могут быть поняты лишь на основе применения диалектико-материалистического принципа соотношения индивидуального и общественного. Деятельность индивида не может быть понята простым аналогом деятельности общественного субъекта. В качестве третьего важного теоретического положения в анализе категории деятельности она выделяет существование одномерного я многомерного философского понимания деятельности. Всеобщее одномерное понимание деятельности исходит из единственного основания, единственной точки отсчета, единственного «корня» - деятельности. Исходный пункт и результат сходятся в этом случае. Для развертывания системы понятий, получающих свое функциональное определение в психологии относительно деятельности, одномерного философского понимания деятельности достаточно. Множество своих качеств и определений, отмечает К. А. Абульханова-Славская, деятельность получает в психологии, где одна и та же деятельность, одни и те же заданные ей отношения будут тем пространством, в котором формируются и мотив, и цель, и психика, и сознание, и личность.

В философско-психологических исследованиях С. Л. Рубинштейна заложена главная идея использования категории деятельности в психологии - для раскрытия неразрывной связи человека с миром и понимания психического как изначально включенного в эту фундаментальную взаимосвязь. Он пишет: «...Значение деятельности в том, прежде всего, и заключается, что в ней и через нее устанавливается действенная связь между человеком и миром, благодаря которой бытие выступает как реальное единство и взаимопроникновение субъекта и объекта» [415, т. 2, с. 8].

В своей новой монографии «Психология деятельности человека» В. Д. ПГадриков ставит вопрос о соотношении понятий «деятельность», «поведение» и «жизнь» и подчеркивает, что в методологическом плане эти понятия необходимо рассматривать в единстве [585, с. 24-31]. При этом он особо отмечает, что «раскрыть сущность категории “деятельность” можно только в контексте бытия человека, его сущности и назначения». Поэтому изучаться деятельность должна, прежде всего, на уровне онтологии, на уровне принципов бытия, его структуры и закономерностей. Ученый выделяет два аспекта онтологического подхода к изучению деятельности: филогенез и онтогенез деятельности. «В первом случае мы рассматриваем развитие человеческой деятельности в историко-культурном аспекте, во втором - в аспекте реализации деятельности в индивидуальной жизни конкретного человека» [585, с. 24].

В целом проведенный анализ позволяет выделить три фундаментальных положения, важных для раскрытия общего содержания категории деятельности в психологии: первое - категория деятельности характеризует бытие человека, является одним из его видов; второе - деятельность относится к специфической форме активности (свойственной человеку и обществу), преобразующей действительность; третье - психологическое познание деятельности заключается в изучении деятеля.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >