Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Политология arrow Исламский терроризм: радикализация, рекрутирование, индоктринация

Введение

Второе десятилетие XXI в. в арабских странах отмечено крупными, можно сказать судьбоносными, событиями. Начало этим событиям положила Арабская весна, которая ознаменовалась рядом революционных сдвигов, оказавших значительное влияние на судьбы народов и государств по крайней мере 12 мусульманских стран. Но и в тех арабских странах, в которых революционного взрыва правителям удалось избежать, были проведены значительные преобразования, которые открыли перспективу осуществления давно уже назревшей глубокой модернизации всей общественной жизни мусульманского мира.

Однако изменения в жизни арабских стран в 2010-е гг. связаны не только с Арабской весной. Не меньшее влияние в политической жизни стран Ближнего Востока и Северной Африки, как показали последующие события, оказало появление в июне 2014 г. на международной сцене нового политического актора — Исламского государства Ирака и Леванта (запрещено в России), которое в последующем стали называть Даиш. Возникновение этого государства стало, пожалуй, главным геополитическим событием последних лет на Ближнем Востоке.

Об этом, в частности, свидетельствует тот факт, что объявивший себя халифом Абу Бакр аль-Багдади[1] буквально сразу же стал получать выражения в верноподданнических чувствах со стороны множества исламистских и джихадистских организаций, действовавших на тот момент в Африке и Азии, включая и лидеров Движения Талибан[2] Пакистана и Афганистана. Как утверждает видный французский исламовед М. Гидер[3], «авторитет нового халифа и его поле действия потенциально распространяются на весь мусульманский мир»[4]. И этот авторитет, добавим, основывается на террористических действиях.

Нужно со всей определенностью сказать, что терроризм вовсе не новоявленный феномен. Он существует на планете столько же, сколько существует сама цивилизация. Об этом напоминает, в частности, опубликованная в Париже в 2016 г. коллективная монография «История терроризма: от Античности до Даиш».

Что же касается исламского терроризма, определившего содержательную сторону данной научной работы, то его отличительная особенность проявляется в том, что он вершится во имя, от имени или под прикрытием религиозности. Исламский терроризм стремится предстать в глазах не только мусульман, но и мирового сообщества как «священный террор», что, вообще-то говоря, является «исторически повторяющимся феноменом»[5].

Это, однако, не означает, что исламский терроризм не отличается некой самобытностью, некими особенными чертами, которые во многом определяются не только специфически особенным характером исторического развития арабского мира, но и той ролью, которую на современном этапе играет мусульманство, основанное на прочном религиозном фундаменте.

В данной работе соавторы поставили перед собой задачу попытаться охарактеризовать исламский терроризм через призму осмысления проблематики рекрутирования боевиков и их индо- ктринации. Многочисленные факты свидетельствуют о том, что вступление тех или иных людей на путь террора имеет, вне всякого сомнения, очень индивидуальные предпосылки и причины. Об этом, на наш взгляд, красноречиво написал в своей обстоятельной работе «Дух терроризма» французский философ Ж. Бод- рийяр[6]. «Энергия, которая питает террор, — писал он, — не имеет строгой причины и не может быть понята в рамках какой-либо идеологии, даже исламистской. Ее цель уже больше не в том, чтобы преобразовать мир, а в том, чтобы его радикализировать (выделено нами. — В.Ж., М.Ж.) с помощью жертвоприношения (на что в свое время были направлены ереси)...»[7].

Ж. Бодрийяр еще до появления государственно организованной формы терроризма в лице Даиш или, по терминологии террористов, Исламского государства Ирака и Леванта четко сформулировал свою позицию по терроризму: «Это не столкновение цивилизаций или религиозных убеждений, и это выходит далеко за рамки ислама и Америки, на которых пытаются сфокусировать конфликт, чтобы создать иллюзию видимого противостояния и возможного силового решения»[8].

Поставленная перед собой соавторами данного научного издания задача предопределила и структуру предложенной читателю работы. Она состоит из трех частей, каждая из которых освещает с позиции социологии и политических наук ключевые аспекты исламского терроризма, в практике которого значительное место занимают вопросы рекрутирования боевиков.

В первой части данного научного издания, озаглавленной «Ислам и терроризм в современном мире», освещаются две взаимосвязанные проблемы. Одна из них, излагаемая в первой главе, посвящена рассмотрению теоретических рамок правовой оценки терроризма, с одной стороны, и подходов к осмыслению феномена радикализации терроризма — с другой.

Как показано в данной работе, радикализация является неотъемлемой чертой терроризма. Однако, вслед за М. Гидером, подчеркнем, что существует глубокое различие между радикализацией как «процессом» и терроризмом как его «продуктом». Специалисты полагают, что радикализация предваряет как вступление тех или иных лиц на путь террора, так и суть их мировоззрения, определяющего образ их действий, а терроризм, как таковой, ее (радикализацию) продолжает.

Иначе говоря: одно (радикализация) может приводить к другому (собственно терроризму). Однако такая последовательность не является неизбежной. Сказываются различия главных действующих лиц на каждом из этих этапов. Поясним. В случае радикализации речь идет прежде всего о потенциальных или действующих акторах террористической деятельности, тогда как в случае собственно терроризма на переднем плане оказываются направления, векторы его реализации[9].

Указанное уточнение открывает для соавторов перспективу для освещения последующего материала научного издания.

Вторая глава данной части издания обращает внимание читателя на характеристику ислама и его основных течений. Позиция соавторов в данном далеко не однозначном вопросе определяется тем, что «ислам не является воплощением терроризма» (Ж. Бод- рийяр).

Правда, в рамках ислама, а подчас и под его прикрытием действуют структуры и организации, которые исповедуют джихад, насилие и террор. И для понимания их подлинного места и роли в исламе необходимо, конечно же, осветить весь спектр направлений и организаций, связанных с мусульманским вероучением.

А потому в данной главе освещаются, помимо двух основных направлений ислама — суннизма и шиизма, и другие направления мусульманского вероучения и их проявления.

Здесь же освещаются и течения, исповедующие радикальные версии ислама, к числу которых в суннизме относятся салафизм, ваххабизм, Братья-мусульмане, а в шиизме — ливанская «Хезболла», палестинский Хамас, Бригада мучеников аль-Аксы.

Второй части данного научного издания предпослано название: «Радикальные исламистские движения».

Данная часть научного издания открывается третьей главой («Принципы террористической логистики»), которая посвящена научной интерпретации особенностей деятельности экстремистских и террористических организаций. В данной главе внимание читателя обращается на психологические аспекты вовлечения в террористическую деятельность лиц, склонных к экстремистским действиям. В частности, показаны этапы, которые под влиянием вербовщиков проходят потенциальные экстремисты и террористы, прежде чем они становятся участниками джихада.

В четвертой главе данной книги («Типология рекрутов исламского терроризма») дается характеристика тех лиц, которые становятся рекрутами исламского терроризма. Это — и волонтеры, и религиозные националисты, и выходцы из мусульманских семей, и так называемые «обновленные мусульмане», новообращенные рекруты и т.д.

Глава пять отвечает на вопрос: «Почему радикалы становятся рекрутами?». Здесь освещаются психологические и даже медицинские предрасположения к включению тех или иных лиц в террористическую практику. Освещается общее и особенное в приверженности тех или иных лиц к террористическим действиям.

Третья часть предложенного читателю издания посвящена рассмотрению процесса индоктринации как инструмента рекрутирования террористов. В очередной главе данной книги рассматривается понятие «влияние», без чего вовлечение в сети террора и экстремизма осуществлять просто невозможно. При этом феномен влияния рассматривается как инструмент непрямого действия, как процесс длительного, непрерывного и кумулятивного воздействия на лицо, вовлекаемое в сети террора. Показаны и этапы осуществления влияния, о котором мы ведем речь.

Седьмая глава книги («Террор и средства коммуникации как инструменты индоктринации и рекрутирования») раскрывает вопросы роли террора и средств коммуникаций, которые играют существенную роль в процессе индоктринации и рекрутирования боевиков террора. В этой главе показано медийное сопровождение действий по вовлечению в сети террора. Показаны и возможности пропаганды терроризма и его «идеалов» в социальных сетях, что является, к примеру, одним из важнейших направлений деятельности Даиш.

Соавторы данного научного издания глубоко убеждены в том, что они лишь в первом приближении стремятся дать научную интерпретацию такого комплексного и многогранного явления, каким предстает перед мировым сообществом исламский терроризм.

Справедливости ради, нужно сказать, что влияние Даиш в последнее время и в Ираке, и в Сирии падает. Боевики Даиш терпят одно поражение за другим, отступая под напором правительственных сил указанных стран. Это в полной мере относится к Ираку, вооруженные силы которого действуют при поддержке коалиции во главе с США, а также и к Сирии, наступающей по позиции боевиков при поддержке России, Ирана и Турции.

В опубликованной ранее работе соавторов «Исламское государство. Опыт политологического исследования»1 говорилось именно о перспективе разгрома Даиш. Не исключается и полное военное поражение Даиш. Это тем более важно подчеркнуть потому, что со сменой руководства США в итоге победы на президентских выборах Д. Трампа, судя по заявлениям ответственных лиц новой команды администрации этой страны, следует ожидать некоторого изменения позиции США в вопросе сирийского урегулирования.

Правда, речь пока идет о согласовании военных действий США и России, а также их союзников. Это означает, говоря с известной осторожностью, что Даиш в Ираке и Сирии в обозримой истори-

См.: Желтое В.В., Желтое М.В. Исламское государство. Опыт политологического исследования. Кемерово, 2016.

ческой перспективе будет разгромлен. Однако военное поражение Даиш в Ираке и Сирии вовсе не означает, что проблема исламского терроризма будет полностью разрешена.

Это означает, что поднимаемые в данной работе проблемы радикализации, рекрутирования и индоктринации не исчезнут (если даже будет достигнута военная победа) вместе с боевыми подразделениями Даиш в Ираке и Сирии.

Не будем упускать из виду того факта, что влияние Даиш, идей исламского джихада уже сегодня выходит далеко за рамки Ближнего Востока. Как показано в обстоятельной работе М. Гидера «Атлас исламского терроризма: от Аль-Каиды до Даиш», уже упомянутой выше, в наши дни исламский терроризм приобрел, что называется, глобальный характер. Он получил распространение в Африке, ряде стран Азии, в Северной Америке и Западной Европе. Это означает, что научному сообществу нужно и далее вести исследовательскую работу данного феномена, являющего собой далеко небезопасный вызов для современной цивилизации.

* * *

Предложенная читателю книга является результатом исследовательской работы научной школы «Политические институты и процессы: национальный и международный аспекты», сложившейся в период существования кафедры политических наук факультета политических наук и социологии Кемеровского государственного университета.

Данное научное издание продолжает разработку проблематики политического развития арабского мира, прошедшего на протяжении текущего десятилетия испытание Арабской весной, наложившей отпечаток на многие страны мусульманского мира.

К сожалению, Арабская весна не оправдала ожиданий мирового сообщества и демократически настроенных сил в арабском мире в деле модернизации общественно-политической жизни мусульманского мира. И есть основания полагать, что проблема модернизации общественного развития в арабском мире ждет своего решения.

Научное издание «Исламский терроризм: радикализация, рекрутирование, индоктринация» продолжает линию исследований научной школы «Политические институты и процессы: национальный и международный аспекты». Об этом свидетельствует ряд публикаций соавторов последних лет.

Речь идет о публикациях соавторов в ряде научных журналов, в числе которых назовем «Вестник Кемеровского государственного университета»[10], «Социогуманитарный вестник»[11], «Сибирский социологический вестник»[12], «Вестник ВГУЭС»[13].

Вопросы социально-политического развития арабского мира постоянно освещаются в научном журнале «Политические институты и процессы».

Отдельные аспекты проблематики арабской весны были представлены на международных конференциях в Московском государственном университете, состоявшихся в 2013 г. Речь идет о Ломоносовских и Сорокинских чтениях. Наконец, опубликованы две

5

статьи в материалах Международной научно-практической конференции «Интернет, власть и политика», проведенной при поддержке Российского гуманитарного научного фонда в Кемеровском государственном университете в ноябре 2013 г.

Этот далеко не полный перечень публикаций необходимо дополнить статьями, представляющими научную школу в библиографической и реферативной базе данных Scopus. Добавим. В процессе работы над данным научным изданием соавторы получили информацию о том, что очередная статья ученых научной школы по проблематике социально-политического развития арабского мира принята для публикации в указанной базе данных Scopus.

Разработка теоретических проблем терроризма и экстремизма для научной школы «Политические институты и процессы: национальный и международный аспекты» не является самоцелью. Результаты этой разработки служат основой для проведения прикладных исследований, которые проводятся политологами КемГУ по инициативе кандидата исторических наук, доцента кафедры отечественной истории В.В. Шиллера. Речь идет о Региональном мониторинге экстремистских проявлений и настроений в молодежной среде Кемеровской области.

Данный мониторинг был запущен как диагностико-профилактическая система весной 2015 г. в образовательных и профессиональных учебных заведениях Кузбасса. Вплоть до настоящего времени было проведено четыре волны мониторинговых замеров с ежеквартальными интервалами между каждой волной. За два года проведения мониторинговых исследований фиксировались подъемы и спады экстремистских настроений в молодежной среде, хорошо коррелируемые с внутри- и внешнеполитическими событиями в стране.

И теоретические, и прикладные исследования ученые научной школы проводят в тесном сотрудничестве с коллегами из других

1

российских регионов и зарубежных стран. Этому содействовало, к примеру, проведение двух крупных международных мероприятий.

Так, 20 декабря 2016 г. — Международный телемост, посвященный проблемам использования виртуальных социальных сетей как инструментов для вербовки молодежи в экстремистские и террористические организации. В мероприятии принимали участие кузбасские вузы и специалисты в области политологии и журналистики из Евразийского национального университета им. Л.Н. Гумилева (Казахстан, Астана).

2 марта 2017 г. был проведен Международный скайп-форум «Технологии и методики вербовки молодежи в деструктивные религиозные объединения: российский и региональный опыт». В форуме приняли участие ведущие ученые и специалисты в области противодействия экстремизму из Софийского университета имени святого Климента Охридского (Болгария, г. София), Евразийского национального университета им. Л.Н. Гумилева (Казахстан, г. Астана), Сибирского института управления — филиала РАНХиГС при Президенте РФ (г. Новосибирск), Сибирского государственного индустриального университета (г. Новокузнецк). В ходе работы форума были рассмотрены как универсальные, так и специфические технологии вербовки и методики «перепрограммирования сознания», применяемые эмиссарами деструктивных религиозных объединений.

Получаемые в итоге проведения Регионального мониторинга результаты позволяют получать научно-обоснованные данные о состоянии и тенденциях экстремистских настроений в молодежной среде, а главное — дают возможность проводить вполне конкретную профилактическую и разъяснительную работу с молодыми людьми.

Как и в случае теоретических разработок проблем терроризма и экстремизма, прикладные исследования в научной школе также получают научное оформление. Это подтверждают следующие научные публикации1. О них сообщаем для тех из наших читателей, которые проявят интерес к прикладной части научных исследований научной школы.

  • [1] Абу Бакр аль-Багдади (1971 г. рожд.) — лидер международной исламистскойтеррористической организации, известной с 2003 г. под различными названиями («Аль-Каида в Ираке», «Исламское государство Ирак», «Исламскоегосударство Ирака и Леванта», ИГИЛ, Даиш и т.д.), позже провозглашенный халифом не признанного Исламского государства (запрещенногов России).
  • [2] Движение Талибан — радикальное исламистское движение (суннитскоготолка), зародившееся в Афганистане среди пуштунов в 1994 г., правилоАфганистаном с 1996 по 2001 г. («Исламский Эмират Афганистан») и регионом Вазиристан на севере Пакистана («Исламское государство Вазиристан») с 2004 г. Дипломатически было признано тремя государствами:Объединенными Арабскими Эмиратами, Пакистаном и Саудовской Аравией.
  • [3] Гидер Матье (1971 г. рожд.) — профессор Университета Париж VIII, специалист в области геополитики и истории арабского и мусульманскогомира.
  • [4] Guidere М. Le retour du califat. P., 2016. P. 7.
  • [5] Cf. Histoire du terrorisme de l’Antiquitd a Daech / Sous la dir. G. Chaliand etA. Blin. P„ 2016. P. 15.
  • [6] Бодрийяр Жан (1929-2007) — французский социолог, культуролог и философ-постмодернист.
  • [7] Бодрийяр Ж. Дух терроризма. Войны в заливе не было / Жан Бодрийяр;пер. с фр. А. Качалова. М., 2016. С. 100.
  • [8] Там же. С. 101.
  • [9] Cf. Guidere М. Atlas du terrorisme islamiste: d’Al-Qaida a Daech. P., 2017.P. 79.
  • [10] См.: Желтое В.В., Желтое М.В. Религия и арабская весна // Вестник Кемеровского государственного университета. 2012. № 2. С. 90—98; Желтое В. В.,Желтое М.В. К вопросу об эволюции роли армии в странах арабскогомира // Вестник Кемеровского государственного университета. 2014. № 4 (60).С. 96—100; Желтое В.В., Желтое М.В. Алжир: реформирование как проявление арабской весны // Вестник Кемеровского государственного университета. 2015. № 2 (62), vol. 2. С. 33-38.
  • [11] Желтое В.В., Желтое М.В. К вопросу об итогах арабских революций // «Социогуманитарный вестник». 2011. № 7. С. 76—84; Желтое В.В., Желтое М.В.К вопросу о геополитической ситуации на Ближнем Востоке // Социогуманитарный вестник. 2012. № 1 (8). С. 89—93; Желтое В.В., Желтое М.В.Иран, Турция и арабские революции // Социогуманитарный вестник. 2012.№ 1 (8). С. 93—98; Желтое В.В., Желтое М.В. Интернет и арабская весна //Социогуманитарный вестник. 2012. № 2 (9) С. 85—94; Желтое В.В.,Желтое М.В. К вопросу о демографических аспектах арабской весны // Социогуманитарный вестник. 2012. № 2 (9). С. 95—103; Желтое В.В.,Желтое М.В. Революция в Тунисе: первые шаги, логика политического развития //Социогуманитарный вестник. 2013. № 1 (10). С. 70—79; Желтое В.В.,Желтое М.В. Исламисты Египта как политическая сила (от взлетов к падению) // Социогуманитарный вестник. 2015. № 1 (14). С. 44—58.
  • [12] Желтое В. В. К вопросу о характере арабских революций // Сибирский социологический вестник. 2013. № 1. С. 22—29.
  • [13] Желтое В.В., Желтое М.В. Арабская весна: демографические аспекты //Территория новых возможностей. Вестник Владивостокского государственного университета экономики и сервиса. 2012. № 4. С. 7—17;Желтое В.В., Желтое М.В. Интернет, протестные движения и Арабскаявесна // Территория новых возможностей. Вестник Владивостокскогогосударственного университета экономики и сервиса. 2014. № 4 (17).С. 7-16.
 
Посмотреть оригинал
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >
 

Популярные страницы