Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Философия arrow Аналитика человеческого бытия: введение в опыт самопознания. Систематический очерк

Способности человека как предмет феноменологической аналитики (де-ком-позиции)

Философия, как это явствует из дельфийского принципа, есть по существу — феноменология. Выражаясь по-современному и более сложно, «философия есть универсальная феноменологическая онтология, которая, исходя из герменевтики присутствия, как аналитика экзистенции, закрепила конец путеводной нити всякого философского во- прошания в том, из чего оно возникает и во что отдает» [Хайдеггер 1997: 38]. Возникает философия, как мы видим, на путеводной нити вопрошания человека о самом себе, а отдает, <«закрепляет конец нити»^ в понимании человека как существа принципиально отличного от всего остального сущего (чего греческая мысль в целом не предполагала). Человека нельзя понимать и исследовать так же, как понимаются и исследуются другие вещи. При том, что человек также есть сущее (вещь).

''Босс, Медард. Влияние Мартина Хайдеггера на возникновение альтернативной психиатрии (Эл. ресурс).

В соответствии с двоякой направленностью движения на границе внутреннего и внешнего, отличие подхода феноменологии к человеку от соответствующего в естественно-научном познании состоит еще и в том, что в ней человек рассматривается преимущественно не с точки зрения свойств, но как совокупность развивающихся способностей. Говоря философски, способность — это человеческое умение и усилие быть в перспективе онтологических возможностей или открытостей . Обратим внимание на то, что такие способности, как ум или музыкальный талант, мы обычно не понимаем в том же смысле, как свойства характера (например, меланхолик) или как свойства тела (например, худой). В чем разница?

Принципиальное прагматическое отличие способности от свойства заключается в том, что первые существуют только в своей потенциальной активности и развитии, а это означает, что их обязательно нужно как-то воспитывать, а вторые (свойства) — существуют как данности (так, например, нельзя развить тяжесть или цвет, хотя они могут изменяться и расти по величине или интенсивности; но ум, воображение, воля — требуют воспитания). Между свойствами человека (его природой) и его способностями безусловно есть корреляция: развитие способности предполагает некоторые свойства человека (в этом отношении педагогика называет их задатками), развитая способность — становится его «второй природой».

Способности в их собственно человеческом качестве обладают собственной активностью, некой жаждой развития (становления), чего мы не наблюдаем у животных. «Ибо в духовной области есть общий закон, согласно которому — что не умножается и не растет, то скудеет и умаляется» [Ильин 2002:179, «Аксиомы религиозного опыта» (1953)]. Современная психология человека (психология личности) в качестве центральной темы выдвигает «психологию развития». То, каким образом формируются речевые или музыкальные способности, принципиально отличается от «способности» слышать, видеть или переваривать пищу.

Но даже физиологические свойства человека приобретают качество способностей. Так, умение ходить (на ногах) не является врожденным. Человека надо ставить на ноги, по физической склонности индивид будет только ползать.

Видение человека в перспективе его способностей-возможностей сегодня вошло во всю ткань культуры и самосознание современного человека. Видение — достаточно тревожное. В его рамках человек большей частью предстает как нереализованная возможность. По выражению А. Бергсона, «человека можно представить обломками того, кем он мог бы стать, но не стал».

Пусть не покажется странным, но привычное для нас понимание человека преимущественно через его способности (возможности, потен- 16 Определение Dasein через умение быть — один из ходов мысли Хайдеггера.

ции, энергии), а не через свойства, не является изначальным. В самосознание европейской культуры оно было введено христианской установкой на принципиальное различение (но не расчленение!) природы человека и способа его существования в виде диалектики — essentia et exsistentia. В философии такой взгляд на человека укрепил И. Кант, знаменитую работу которого «Антропология с прагматической точки зрения», можно считать точкой отсчета современной философской антропологии. До Канта мышление, воображение, чувство, воля — категориально не рассматривались как способности (возможности) человека, но скорее полагались его неотъемлемыми свойствами.

Сказанное не означает, что до Канта не знали о различии свойств и способностей. Поскольку это различие действительно есть, то в той или иной форме его не могли не замечать. Скорее всего Аристотель первый стал мыслить сущее в перспективе его способностей-возможностей. Однако рассмотрения того, чем свойства вещи отличаются от их дюна- мыс, какова диалектика их связи, у него нет. Собственно и Кант лишь по факту установил это различение, сосредоточив свое внимание на человеческих способностях . Самого категориального различия он нигде не поясняет.

Феноменологическая аналитика рассматривает человека в перспективе его возможностей и в этом отношении близка обычной практике (прагматике) человеческих отношений. Если мы к кому-то относимся по-человечески, то это означает, что мы воспринимаем его не как вещь, данную нам в ощущении, но символически, с пониманием значения (смысла) его зримых действий.

 
Посмотреть оригинал
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >
 

Популярные страницы