Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Философия arrow Аналитика человеческого бытия: введение в опыт самопознания. Систематический очерк

СВОБОДА ВОЛИ

Подход к человеку исключительно со стороны его волевой способности (волюнтативный подход) приводит к тому, что свобода (сущность человека) приписывается исключительно воле. Свобода мыслится как свобода воли, а свобода воли исключительно как возможность выбора. Во второй главе я постарался показать, что свобода выбора производна от открытости бытия-в-мире и в этом смысле неотъемлема от субъекта во всех его мироотношениях. Свобода субъекта прежде всего выражается в свободе творческого исполнения (пример — свобода владения языком). Здесь нельзя не видеть связи воли и свободы, ведь свобода исполнения это всегда способность осуществить задуманное. Но воля — только часть условия возможности нашей свободы. (Пусть в качестве примера будет «свободный полет мысли». Здесь нет, или почти нет, волевого понуждения к действию). Также было указано, что в соответствии с четырьмя мироотношениями субъекта возможны и четыре вида свободы. Субъект иначе свободен относительно Бога, чем относительно другого субъекта, чем относительно своей плоти и, наконец, относительно вещей (А. Мацейна). Трудности в истолковании идеи свободы вырастают от того, что принцип свободы субъекта относительно вещей переносится на другие мироотношения и тогда оказывается, что в этих отношениях субъект либо вообще не свободен, а если свободен, то только как агрессивно противопоставляющий свою волю другим субъектам или природной необходимости.

Так случилось с самого начала рождения проблематики свободы в христианстве. Как известно бл. Августин отрицал свободу человека в его сопричастности Богу. Человек свободен лишь в выборе (?!) между стремлением к Богу и отказу от Него.

Но даже относительно предметного или вещного мира субъект свободен изначально не потому, что имеет выбор, но именно потому, что может занять по отношению к вещи господствующую позицию. Принцип господства (а это принцип всей воли) одновременно является и принципом свободы воли. Вот почему оправдано говорить, что воля и свобода воли есть <почти> одно и то же. Воля потому стала синонимом свободы, что идея свободы наиболее явно аналитически содержится в регулятивном принципе волевого мироотношения.

Возможность выбора между вещами или положением вещей — еще ничего не говорит о свободе. Такая свобода доступна и животным. Субъект свободен относительно вещи только тогда, когда у него есть возможность трансформировать вещь согласно своему желанию или, в общем случае, согласно идеально должному.

Гончар свободен относительно данного куска глины, в первую очередь не потому, что он имеет выбор какой кувшин сделать, но поскольку он господствует над этим материалом, когда искусно формирует из него кувшин согласно своему представлению должного, даже если это должное (образец) столетиями исполнялось другими мастерами.

Мастерство и основанное на нём творческое исполнение — первая манифестация свободы воли. Такая свобода наиболее доступна субъекту и отсюда вытекает величайший соблазн перенести в полном объеме принцип свободы воли на другие мироотношения, в мастерское управление другими людьми, в спортивное мастерство (жесткий тренинг своей телесности), а то еще и «бога схватить за бороду».

Предлагаемый подход к проблеме свободы воли призван разрешить её известные парадоксы. Главный из них состоит в том, что якобы сознание свободы есть только некоторая иллюзия, простое незнание тех сил, которые нами движут.

 
Посмотреть оригинал
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >
 

Популярные страницы