Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Литература arrow Лиризм русской прозы 30-х годов XIX века

Взаимодействие поэзии и прозы в историко-теоретическом аспекте

Известно, что в 30-е годы XIX века широко распространился взгляд на лирическую поэзию как на явление, уходящее в прошлое вместе с эпохой романтизма. А.С. Пушкин, рано начавший размышлять о современном состоянии литературы, о месте в ней лирической поэзии, уже в 1820 году предугадывал, что настает время прозы. В письме к брату Л.С. Пушкину из Кишинева от 24 сентября 1820 года он благодарит его за стихи, но замечает: «более благодарил бы тебя за прозу. Ради бога, почитай поэзию - доброй, умной старушкою, к которой можно иногда зайти, чтобы забыть на минуту сплетни, газеты и хлопоты жизни, повеселиться ее милым болтаньем и сказками; но влюбиться в нее - безрассудно»1.

Действительно, для возникновения такого мнения были определенные предпосылки. Лирическая поэзия, в которой связи с романтизмом сильнее, чем в других литературных родах, к середине 30-х годов теряет свое прежнее положение, уступив место прозе, открывающей широкие возможности для максимально конкретного изображения условий, в которых действовали персонажи, для обрисовки их внутреннего мира, для анализа переживаний и мотивов их поступков.

Белинский отмечал, что «период новый еще в самом своем начале оказал решительную склонность к прозе»[1] [2].

Намечается процесс формирования русского классического реалистического романа. Именно 30-е годы стали временем осознания высокого назначения русской художественной прозы. Тем не менее, ни лирика, ни романтизм не исчезают. В то время, когда уже создавались реалистические произведения Пушкина, наблюдается новый расцвет романтизма в поэзии Лермонтова, создает свои романтические шедевры Ф.И. Тютчев.

«Поэзия нашего времени по преимуществу роман и драма, но лиризм все-таки еще остается общим элементом поэзии, потому что он есть общий элемент человеческого духа. С лиризма начинается каждый поэт, так же как с него начинается каждый народ»[3], - заключает Белинский.

Лирика не только не исчезает как самостоятельный род, более того, она продолжает свою жизнь внутри других литературных родов, вступает с ними во взаимодействие, обогащает их и обогащается сама, присваивая себе многое из того, что составляет содержание других литературных родов. Лирическая поэзия взаимодействует с прозаическими жанрами, и в результате проникновения лирической стихии в повесть и роман рождается проза, окрашенная яркой эмоциональностью, отличающаяся глубоким проникновением во внутренний мир современного человека. В прозе важно уже не только событие, а «чувство, которое оно возбуждает в нас»[4]. Прозаики заботятся о том же, о чем думают лирические поэты - о передаче душевных состояний и настроений. В этом отношении очень показательны произведения М.Ю. Лермонтова, Н.Ф. Павлова, В.Ф. Одоевского, Е.А. Боратынского.

На страницах журналов, издававшихся во второй половине 20-х - 30-х годов («Московский вестник», «Московский телеграф») активно ставился вопрос о поэтической прозе, рассматривается проблема диалектической связи поэзии и прозы. В «Московском телеграфе» (1832, №11) мы читаем:

«Проза есть только способ выражения. И противоположное с нею есть стихотворство, ибо Поэзия может быть не только в прозе, но и в бессловном событии»1.

В «Московском вестнике» за 1828 год была помещена рецензия на альманах А.А. Дельвига «Северные цветы» (1826 год), в которой автор сожалеет, что в «Северных цветах» произведения ошибочно разделены на поэтические и прозаические. Противоположностью прозы автор считает не поэзию, а стихотворство.

Высокие художественные достижения романтической поэзии обрели непреходящее значение: важнейшими завоеваниями были не только идеи самоценности и свободы человеческой личности, развитие психологизма, но и утверждение духовных ценностей, идеалов народности, обращения к национальным традициям, историческому прошлому. Романтическое изображение действительности, конфликтов человека и общества, так же, как и романтические идеи красоты, гармонии, любви, единства человека и природы, сыграло большую роль в дальнейшем развитии русской литературы, в частности, русской прозы.

Отдельные черты современной действительности могли быть переданы только и именно романтической поэзией, давшей русской литературе, по образному выражению Белинского, «душу и сердце». Очень важно было не утратить эти достижения и перенести их в сферу художественной прозы, которая начинает приобретать все большее значение: если в 20-е годы интерес к прозе проявляли декабристы, «любомудры», то в 30-е годы к прозе обращаются А.С. Пушкин, Н.В. Гоголь, М.Ю. Лермонтов.

Большой интерес к прозе проявлял А.С. Пушкин. Так, в незаконченной статье «О русской прозе» (1822) поэт отмечал: «...Точность и краткость - вот первые достоинства прозы. Она требует мыслей и мыслей - без них блестящие выражения ни к чему не служат...»[5] [6] О недостаточной разработанности современной ему русской прозы Пушкин писал в таких произведениях, как «О причинах, замедливших ход нашей словесности» (1824), «О классической трагедии» (1825), материалах к «Отрывкам из писем, замыслам и замечаниям» (1827). Наиболее ярко проявился его взгляд на простоту прозы как эстетический идеал в незавершенном наброске «В зрелой словесности...» (1828): «Мы не только еще не придумали приблизить поэтический слог к благородной простоте, но и прозе стараемся придать напыщенность, поэзию же, освобожденную от условных украшений стихотворства, мы еще не понимаем»1.

Гоголь в статье «О движении журнальной литературы, в 1834 и 1835 году» (1836) как несомненный факт отметил замену стихов прозаическими сочинениями.

«Литературная газета» в рецензии на речь князя Елима Мещерского, произнесенную им в Атенее Марсельском 26-го июля 1830 года, указывает на то, что «проза повествовательная, описательная и даже разговорная с каждым днем у нас обрабатывается и очищается... все обещает в скором времени поставить и прозу русскую на той же степени совершенства, на которой князь Мещерский видит нынешнюю поэзию»[7] [8].

Белинский приветствовал замену стихов прозой и считал, что это шаг вперед в развитии русской литературы. Создание в 1831 году «Вечеров на хуторе близ Диканьки» Гоголя и «Повестей Белкина» Пушкина - не простое совпадение, по мнению Белинского, а свидетельство этого начинающегося перехода, подчеркивающего его временные границы.

Среди современников в 30-е годы распространилось мнение, что их время во многом идет «наперекор поэзии», а стихотворство напоминает им «промотавшегося наследника богатых родителей» (К.А. Полевой). Н.А. Полевой в 1832 году констатирует факт преобладания прозы и видит в этом закон необходимости. Действительно, в 30-е годы в России запросы интеллектуальной жизни не могли быть удовлетворены поэтическими произведениями. Ни поэма, ни элегия, «ультроромантический род поэзии», уже не могли вместить в себя ответов на все возникающие новые вопросы. Удовлетворить культурные и духовные потребности времени суждено было прозе. В 1833 году «Московский телеграф», отмечая преимущественное положение прозы в русской литературе, связывает этот факт с состоянием действительности: «Проза - собственное наше достояние, наше добро и зло, наш отличительный характер. Проза и в жизни, и в словесности преимуществует у нас»[9].

В1835 году Белинский писал, что «теперь вся наша литература превратилась в роман и повесть»[10]. Причину этого он видел в духе времени: проза вышла на первое место «вследствие общей потребности времени.. .»[11].

На фоне сложившейся историко-литературной обстановки нетрадиционно звучит мысль, высказанная К.А. Полевым в статье «Русские повести и рассказы», которая является по сути другой точкой зрения на судьбу лирической поэзии в России в 30-е годы. Это мысль о том, что «божественная искра, именуемая поэзией..., живет и красуется в новом великолепии, в новых формах, и одною из сих необходимых форм сделались роман и повесть»[12].

Действительно, вся история русской прозы (повести и романы) подтверждает мнение о том, что формируется она не изолированно от поэзии, а в тесном с ней взаимодействии и вбирает лучшие ее достижения, что лиризм, как стихия, входит в смежные жанры и меняет их облик. Уже Белинский заметил, что роман представляет собой самый всеобъемлющий род поэзии («сфера романа несравненно обширнее сферы эпической поэмы» [13]). В нем содержатся все другие роды, и лирика в том числе, так как «для романа... жизнь является в человеке, и мистика человеческого сердца, человеческой души, участь человека... богатый предмет»[14]. Критик очень точно подметил в своих статьях наметившуюся тенденцию к сближению литературных родов. Он писал:

«Хотя все эти три рода поэзии существуют отдельно один от другого, как самостоятельные элементы; однако ж, проявляясь в особенных произведениях поэзии, они не всегда отличаются один от другого резко определенными границами»[15].

А.С. Пушкин, высказывая в письме-рецензии А.Ф. Воейкову свои впечатления от только что прочитанных «Вечеров на хуторе близ Ди- каньки» Гоголя, наряду с «веселостью, искренней, непринужденной, без жеманства, без чопорности», говорит, как о величайшем достоинстве, об их поэтичности. «А местами какая поэзия! Какая чувствительность!»[16]

Тяготение родов к взаимопереходам и взаимовлияниям было отмечено Н.А. Полевым, который видит в творчестве Пушкина отражение современного характера поэзии: «Если Лиризм сливается в наш век с эпопеею и с драмою, этот современный нам характер поэзии есть характер поэзии Пушкина»[17].

В русской прозе первой трети XIX века находят отражение популярные поэтические жанры. В ней отчетливо звучит элегическая нота, сказавшаяся в сложном комплексе ощущений, чувствований, тончащих поэтических настроений, едва уловимых психологических состояний. В литературу все настойчивее проникают темы личных переживаний человека, самые простые чувства все более привлекают внимание авторов, но при этом личное жизнеощущение осложняется восприятием эпохи, обогащается новыми оттенками лирического чувства. Именно с элегией в значительной мере связано стремление выразить напряженность чувства с трагической окрашенностью, связаны подлинная искренность, тончайший психологический рисунок.

Таким образом, литературной критикой и эстетикой конца 20-х - 30-х годов XIX века зафиксировано начало нового витка сложного процесса вхождения в прозу лирической стихии, которая была порождена романтизмом, не заглушающим ее ограниченностью идей, регламентом норм и канонов, которым должен подчиняться писатель- классицист. Эта лирическая струя привносит в прозаическое произведение особую поэтическую атмосферу, интерес к «внутреннему человеку». Писатель-романтик пытается проникнуть в самые потаенные уголки человеческого сознания, рождает веру в человека, в возможности его духовного преображения. Но в прозе эта стихия, естественно, приобретает новые черты, сохраняя тяготение к вдохновенной исповеди, ищущей форму для выражения мира чувств, жизни сердца.

Важным и показательным фактом, свидетельствующим о внутреннем проникновении лирики в прозу, является то, что один и тот же автор обращается к созданию произведений и прозаических, и поэтических, и лирических. Причем, в творчестве многих писателей обращение к произведениям разных родов происходит одновременно. Наглядный пример не только творчество Пушкина, Лермонтова, но и Станкевича, Павлова (авторов как прозы, так и лирики), В.Ф. Одоевского (свою писательскую деятельность он начал еще в пансионе со стихов).

  • [1] Пушкин А.С. Собр. соч: В 10 т. - М. 1977. - Т. 9. - С.20.
  • [2] Белинский В.Г. Избр. соч. - М., 1948. - С. 43.
  • [3] Там же. - С. 84.
  • [4] Там же. - С. 166.
  • [5] Московский Телеграф. - 1832. - Ч. 45. - № 11. - С. 352.
  • [6] Пушкин А.С. Собр. соч.: В 10 т. - Т. 6. - М., 1959. - С. 256.
  • [7] Там же.-С. 291.
  • [8] Литературная газета. - 1831. - Т. 3. - № 7. - С. 57.
  • [9] Московский Телеграф. - 1833. - № 2. - С. 330.
  • [10] Белинский В.Г. Избр. соч. - М., 1948. - С. 53.
  • [11] Там же.-С. 54.
  • [12] 2 Московский Телеграф. - 1833. - Ч. 49. - № 2. С. 332.
  • [13] Белинский В.Г. Избр. соч. - С. 179.
  • [14] Там же. - С. 180.
  • [15] Там же. - С. 169.
  • [16] Пушкин А.С. Собр. соч.: В 10 т. - М., 1977. - Т. 6. - С. 80.
  • [17] Московский Телеграф. - 1833. - №2. - С. 290.
 
Посмотреть оригинал
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >
 

Популярные страницы