Морфологические особенности западнословацкого диалекта

Типичной особенностью морфологии западнословацкого диалекта является наличие флексии в формах творительного падежа единственного числа существительных и прилагательных женского рода, а также некоторых местоимений. Названная флексия в формах существительных и местоимений в ряде говоров может быть краткой: 5 dobru zenu / zenu, s tebu / 5 tebu.

В формах именительного и винительного падежей единственного числа существительных среднего рода с функционально мягким согласным в конце основы представлена флексия о (sreo, pleco) либо ё / / (оЬИё / obiU, znamene / znamehi). Иными словами, первые имеют формы по аналогии с парадигмой существительных твердой разновидности, а у вторых отсутствует специфическая среднесловацкая омонимия названных форм с формой родительного падежа единственного числа.15

В формах родительного падежа единственного числа одушевленных существительных на а в большей части говоров западнослова- цого диалекта, как и в среднесловацком диалекте, представлена флексия -и, однако на крайнем западе западнословацкой диалектной территории выступают формы с флексией -i gazdu / gazdi, sluhu / sluhi.

В формах именительного падежа множественного числа одушевленных существительных в соответствии со среднесловацкими флексиями с дифтонгом ia (-ia, -ovia) представлены формы с флексиями, содержащими гласный порядка е (-/-ё / -w, -ovie / -оуё / - о vie): lud’ie / к^ё / ludw, sinovie / этоуё / sinovw. В указанных формах существительных, образованных от существительных с основой на х при помощи флексии -/, западнословацкий диалект делится приблизительно на две равные части, восточную и западную. В восточных говорах, как и в среднесловацком диалекте, происходит чередование х ~ s, а в западной — х ~ s: rnnix - rnfiisi / mfiisi, belox - belosi / belosi.

15 В крайне западных говорах омонимия форм в парадигме рассматриваемых существительных охватывает почти все формы единственного числа, а не только именительного, винительного и родительного, как в среднесловацком диалекте.

В парадигмах имен прилагательных не различаются твердая и мягкая разновидности за исключением крайне западных говоров: род. ед. dobrdho, cujdho, дат. ед. dobremu, сщёти и т.п. В формах именительного и винительного падежей единственного числа прилагательных среднего рода представлена флексия -ё: dobrd, ещё.

В западнословацком диалекте наиболее типичны нестяженные формы родительного и дательного падежей единственного числа притяжательных местоимений 1 и 2 лица; ср.: tvojdho / tvojjdho, tvojdmu / tvojjdmu. На большей части территории распространения западнословацкого диалекта функционирует вопросительное место- имение в огласовке со с отрицательной формой hist / nist. Лишь в крайне западных говорах фиксируются формы со и hie. В именительном падеже множественного числа представлена одна форма указательного местоимения ti независимо от существительного, с которым она согласуется: ti ludd, ti zeni, ti jeci.

Характерной особенностью западнословацкой морфологии является омонимия форм косвенных падежей числительных: do osmi hojin, о osmi hojinax, pred osmi hojinami. Числительные, согласуемые с одушевленными существительными, имеют формы dvd, trd / trd / trid / trijd, stird / stive.

Для морфологии глагола западнословацкого диалекта, как правило, характерно наличие основообразующего суффикса настоящего времени -е- в соответствии со среднесловацким суффиксом -ie-: hesem, berem, melem. Аналогичная ситуация и в инфинитиве: ved’et’, rozumet’. В формах причастий на -/ мужского рода, образованных от глаголов с основой на согласный, в восточной части западнословацкого диалекта представлен вставной гласный о, а в западной - е. Билабиальный и в данных формах, как правило, отсутствует: hiesol / ndsel, padol / padel. В значительной части говоров западнословацкого диалекта при образовании причастия на -/ от глаголов с основообразующим суффиксом инфинитива i происходит замена этого суффикса на е. В некоторых говорах это явление распространяется на все формы причастия на -/, а в некоторых - только на формы мужского рода: гobit’ - robel, robela, robelo, robeli / robel, robila, robilo, robili.

Говоры западнословацкого диалекта

Говоры западнословацкого диалекта делятся на северные, юго- восточные и юго-западные. К первым относятся верхнетренчинский, нижнетренчинский и поважекый, ко вторым - средненитранский, а к третьим - трнавский и загорский.

Верхнетренчинский говор (10) - единственный говор западнословацкого диалекта, употребляемый на территории, которая ранее входила в состав Среднесловацкого края, а ныне вместе с территорией, на которой функционируют северные среднесловацкие говоры, составляет Жилинский край. Административным центром этого края является Жилина - наиболее крупный город, расположенный на территории распространения именно верхнетренчинского говора. Другими городами, расположенными на данной диалектной территории, являются Битча, Поважска-Бистрица, Пухов, Илава, Кисуцке-Нове- Место и Чадца. Свое название этот говор получил по наименованию Тренчинского комитата, в состав которого входила территория распространения верхнетренчинского говора, занимая его северо- восточную часть.

Верхнетренчинский говор развивался в тесном контакте со среднесловацким диалектом, что нашло отражение в его фонетической системе. В нем широко представлены дифтонги ie, ио и даже ia и ш, хотя в артикуляционном плане они могут представлять собой два самостоятельных звука - консонант и вокал. Иными словами, они могут произноситься как je, vo,ja и ju. При этом верхнетренчинский говор все же отличается от среднесловацкого диалекта, поскольку дифтонги в нем представлены даже в большей степени. Ср. примеры:

  • kvietek, hniezdo, viedl’i, hesiesstarsie 3ieca (срсл. starsuo / starsie d’iet’a), uhl’ie (срсл. uhl’ia / uhlia), nasieho (срсл. nazho), о starsiem (срсл. о starsom), veciej (срсл. vacsej / vecsej), dal’iej (срсл. d’al’ej / d’alej);
  • kuon, muoj, potuocekhuora (срсл. horn), stuofka (срсл. stouka), sinuov (срсл. sinou), isuov / isuol (срсл. Щец);
  • priacel, sedl’iak, zehrial sa, mesiacsciava (срсл. st’ava), z husliami (срсл. z husl’ami), gazjihiam (срсл. gazd’inam);
  • mlaciuj ejeniu.

В верхнетренчинском говоре под влиянием среднесловацкого диалекта реализуется ритмическое сокращение, но лишь частично и довольно непоследовательно. Его особенностью является то, что долгие гласные сокращаются только в том случае, если в предшествующем слоге того же слова представлен простой долгий гласный: па horaxпа lukax, volamedavame, prosimekupime, dobrixmudrix. Если же в предшествующем слоге выступает дифтонг, в реализации ритмического сокращения происходят сбои: piati, smiesni, cierni. При этом, в отличие от среднесловацкого диалекта, существует значительное количество исключений из ритмического закона: trhie, list’ie, sluzia, suyia, zhasiam, zhahiam.

В верхнетренчинском говоре, как и в среднесловацком диалекте, рефлексом f в позиции после губных согласных может быть а или е, но может быть и а, как в западнословацком диалекте: mas о / meso /maso, pasc / pesc /pasc.

Исторически смягчение согласных в верхнетренчинском говоре происходило в тех же позициях, что и в среднесловацком диалекте, в том числе и перед е любого происхождения. Смягчался также формант инфинитива. При этом согласные d’ и t’ подверглись ассибиля- ции, но сохранились п и Ср. примеры: vejece, pascier, jakovac, кцрп, hiesol, посГах, I’evi. Мягкое d однако, могло не ассибилироваться, а измениться в j или jj: kej (< ked),fsaje (< vsad’e), xoja / xojja (< xod’ia), bujem (< bud’em). В отдельных говорах в глагольных формах типа bujem может выпадать j (buem, hues, hue ...) и даже произойти стяжение гласных (Ьёт, bes, be ...). Ср. также рёт, рё§, рё ... (< puojdem, puojd’es, puojd’e ...).

Влияние среднесловацкого диалекта испытала и морфология верхнетренчинского говора. В частности, одушевленные существительные в формах именительного падежа множественного числа имеют флексии с дифтонгом ia, тогда как для западнословацкого диалекта характерны формы с флексиями, содержащие гласный порядка е: I’ujia, bracia, sinovia, zacovia. У существительных с основой на х перед флексией -/ представлено чередование х ~ s: mhisi, belosi. Это явление, однако, характеризует значительную часть говоров западнословацкого диалекта.

Вместе с тем в верхнетренчинском говоре представлены типичные фонетические и морфологические явления западнословацкого диалекта. К их числу относится гласный е как практически регулярный рефлекс праславянского редуцированного ъ в сильной позиции: kvietek, becka, buben, ven, ves, zdexla, deska, dest’ / dёst’. В рассматриваемом говоре употребляются лишь отдельные лексемы, содержащие генетически среднесловацкие рефлексы редуцированных: max, xrbdt. Рефлексом праславянских сочетаний *ort, *olt при не акутовой интонации, как правило, являются сочетания rot, lot: rokita, rozeh, ruost’i / rosnuc, lokec. Заметим, однако, что в отдельных лексемах все же представлены среднесловацкие рефлексы: rasoxa / rdsoxa, razjie / razjie. На месте праславянского сочетания редуцированного с плавным / после язычного консонанта находим не слоговой, как в среднесловацком диалекте, а сочетание 1и с возможной утратой /: slunko / sunko, dlux / dux, zluti / zutl, stup (< stlp). В верхнетренчинском говоре представлены также удвоенные согласные, характерные прежде всего для восточных говоров западнословацкого диалекта: oddix, осса, sallo, stuhha, bojja sa.

К ярким морфологическим особенностям западнословацкого происхождения в верхнетренчинском говоре относится историческая долгота во флексии родительного падежа множественного числа существительных мужского рода. При этом указанная флексия имеет несколько огласовок: domuov, domvov, domvo, domvo, domuof. Причастия на -/ мужского рода не имеют характерного для среднесловацкого диалекта форманта -и: daval, suol / svol, spadol. Заметим, что в южной части верхнетренчинского говора в причастиях на -/, образованных от глаголов с основой инфинитива на согласный, выступает вставной гласный -е-: spadel, vdzel, mohel. Для верхнетренминского говора характерны также типичные нестяженные западнословацкие формы родительного и дательного падежей притяжательных местоимений единственного числа типа mojeho, tvojemu, образованные флективным способом формы тех же падежей местоимений nas, vas - nasieho, vasiemu (срсл. muojho, tvojmu, nazho, vazmu), a также формы предложного падежа единственного числа названных местоимений и прилагательных с флексиями -ёт, -iem: о mojem / mojem, dobrem, cujem, nasiem, horniem.

Отметим также чередования заднеязычных в формах дательного и предложного падежей существительных женского рода и предложного падежа существительных мужского и среднего рода, а также разнообразие флексий в формах творительного падежа множественного числа имен существительных:

  • • v zahracce, па noze, pri macose, па vrse;
  • domami, xlapoma, s paholkima, zenami, husiami.

Нижнетренчинский говор (11) функционирует на юго-западной

территории бывшего Тренчинского комитата. В настоящее время эта территория занимает северо-восточную часть Тренчинского края. Наиболее крупными городами, расположенными на территории распространения нижнетренчинского говора, являются Тренчин и Ба- новце-над-Бебравоу.

Нижнетренчинский говор тоже испытал влияние среднесловацкого диалекта, причем это было связано не только с близостью территории его распространения к Средней Словакии, но и с непосредственным переселением в XIV в. в данный регион носителей среднесловацкого диалекта. Естественно, это не могло не сказаться на облике нижнетренчинского говора. Заметим, однако, что явления среднесловацкого происхождения в нижнетренчинском говоре представлены неоднородно и в целом в меньшей степени, чем в верхне- тренчинском говоре, и при этом эти явления в двух названных говорах не совпадают.

Наиболее яркой особенностью, сближающей нижнетренчинский говор со среднесловацким диалектом и противопоставляющим его другим говорам западнословацкого диалекта, является наличие в нем мягких согласных t’ и d Известно, что ассибиляция указанных согласных в нижнетренчинском говоре осуществилась, однако позже ассибилированные согласные подверглись реституции в тех же позициях, что и в среднесловацком диалекте; ср. примеры: d’ed’ina, d’et’i, sed’em, ot’iec, robit’, prenhi. В отличие от среднесловацкого диалекта и верхнетренчинского говора, однако, в нижнетренчинском отсутствует мягкое /’: leto, xvila, slubit’, post’el, robili.

В нижнетренчинском говоре, как и в верхнетренчинском, представлены дифтонги, но значительно более ограниченно. Широко представлен дифтонг ie, который может иметь продленный слоговой компонент, и частично дифтонг ио, поскольку в этом говоре паралдельно функционируют те же лексемы, содержащие 6. Более того, некоторые лексемы выступают только с недифтонгизированным 6. Дифтонги ia и iu в нижнетренчинском говоре отсутствуют. Ср. примеры:

  • bieda, d’iet’a, mlieko, ot’iec, trhie, xliep, nasiej, lud’ie;
  • nuoz / noz, stuol / stol, kuoh / коп, moj, tvdj, vola, dvor, mozem;
  • prat’el, mesac, vac, lepsa, dlaham, roba, lepsu, trnu.

Воздействие среднесловацкого диалекта в разной степени отразилось на нижнетренчинском говоре, функционировавшем на западе (Тренчин и окрестности) и востоке (Бановце-над-Бебравоу и окрестности) данной диалектной территории. Более интенсивному влиянию оказались подвержены говоры, находящиеся в восточной части. Эта проявляется в:

  • • реализации ритмического закона: davam, xvalim, cierni, krasam;
  • • значительном количестве лексем, отражающих среднесловацкие рефлексы носовых: dast’, xrbat, max, ras, doska;
  • • вставным гласным в причастиях на -/ мужского рода на востоке является о, тогда как на западе - е, причем на востоке представлен суффикс и, а на западе -/ : padou, mohou, isoupadel, mohel, isel / isiel;
  • • наличии билабиального и на конце слога, в ряде случаев переходящее в й или и: stouka, pokrieuka, klad’iuko, ргй, prujse (срсл. рги), кгй (срсл. кг и), Ьгйпо (срсл. bruno),jagzu (срсл .jagziu)
  • • отсутствии слогового / как рефлекса праславянского сочетания редуцированного с соответствующим плавным в позиции после язычного согласного: dux, duhi, tusti, duzoba|6;
  • • форма творительного падежа единственного числа существительных и прилагательных женского рода, а также некоторых местоимений с флексией -ои: zezenou, za пои, se тпои1. [1] [2]

Для обеих частей нижнетренчинского говора характерны следующие генетически западнословацкие особенности:

  • • отсутствие фонемы а, так как рефлексом праславянского является гласный a: hovado, d’evat’, makki, pata;
  • • широкое распространение удвоенных согласных различного происхождения: hr Но, villi, jenna, prehhi, masso, ossem, oddix, majjer, stojja;
  • • формы именительного падежа множественного числа одушевленных существительных с флексиями порядка е: rod’icie, uchie, sihie, gazdovie;
  • • совпадение склонения прилагательных, имеющих функционально твердый и функционально мягкий согласный в конце основы, причем во флексиях косвенных падежей, включая формы женского рода, представлен гласный ё: dobreho, cujeho, dobrej, cujej;
  • • форма именительного и винительного падежей единственного числа прилагательных среднего рода dobre, cuje;
  • • формы предложного падежа единственного числа прилагательных и некоторых местоимений мужского и среднего рода с флексией -ёт, которые, однако, в восточной части нижнетренчинского говора функционируют параллельно с формами, имеющими флексию -от: о dobrem / о dobrom, о кегёт / о кегот — но только о mojjem, nasiem;
  • • краткие основообразующие суффиксы в глагольных формах настоящего времени типа hesem, ved’em.

Отметим также наличие в нижнетренчинском говоре инфинитивов на -й, функционирующих параллельно с инфинитивами на -t’.

Поважский говор (12) распространен в районах гг. Нове-Место- над-Вагом и Миява (северо-запад современного Тренчинского края) и г. Пьештяни (северо-восток современного Трнавского края).

Поважский говор также испытал влияние среднесловацкого диалекта, однако в меньшей степени, чем верхнетренчинский и нижне- тренчинский, функционирующий в районе г. Бановце-над-Бебравоу. Прежде всего это проявляется в наличии дифтонгов или сочетаний гласных, напоминающих дифтонги. При этом в их отражении поважский говор оказывается неоднородным. Наиболее распространенным является дифтонг ie, который может выступать с продленным слоговым компонентом как ie. Первый вариант более характерен для данного говора, функционирующего на северо-западной территории (Миява), а второй - для функционирующего на юге и востоке (Нове-Место-над-Вагом, Пьештяни). При этом в данном говоре нередки случаи отсутствия дифтонгизации ё в ряде грамматических форм, особенно на северо-восточной территории: viem / viem, соседнем верхненитранском говоре среднесловацкого диалекта (Stoic 1994, 94).

bieli / bieli, koniec / konec, jaderiek / jaderiek / jaderek, bratie / bratie / бгагё, priniesli / priniesli / prinesli, idem. Сочетание /е характерно также для косвенных форм прилагательных с основой на функционально мягкий согласный, в то время как в прилагательных твердой разновидности склонения представлен гласный ё: dobreho, dobremu, dobrejcujieho, cujieho, cujiej. Долгое 6 чаще дифтонгизации не подверглось. Больше примеров с дифтонгизацией долгого гласного фиксируется на северо-востоке, однако дифтонг выступает здесь в виде сочетания vo: коп / kvon, stol / stvol, najskor / najskvor, moj, mozem, dvor. В северо-западной части поважской диалектной территории обнаруживается также дифтонг ia: priatel, sviatek, robia, dusiam / dusam, ociax / ocdx.

Ритмический закон в поважском говоре не действует: pdjdu, pasciere, donesel, mesaci.

В поважском говоре, как и в среднесловацком диалекте, представлено билабиальное и в конце слога, однако такое произношение является факультативным, так как в той же позиции фиксируется и лабиодентальное v: prauda / pravda, sliuki / slivki, bratou / bratov. Ha северо-западе же в районе г. Миява в абсолютном конце слова и в конце слога перед глухим согласным произносится f: slifki, bratvof. Яркой особенностью, сближающей поважский говор со среднесловацким диалектом, является наличие билабиального и в причастиях на -/ мужского рода. Данный формант может произноситься и как v: dau / dav, robeu / robev, pribehou / pribehov. Названное явление, однако, не известно на севере поважской диалектной территории: dal, robil, pribehel.

В отражении же слоговых общность со среднесловацким диалектом, напротив, проявляют северо-западные поважские говоры. В этих говорах представлены слоговые на месте праславянских сочетаний редуцированных с плавным / в позиции после язычного консонанта. В других же поважских говорах регистрируется сочетание 1и либо и. Ср.: dfho / dluho / duho, zlc / zluc / zuc. В этих же говорах в формах именительного падежа множественного числа одушевленных существительных представлены флексии порядка а, как в среднесловацком диалекте, тогда как в остальных - гласные порядка е: ludia, priatelia, svetkovia, sinovialudie / lude, pratelie / pratele, svetkovie / svetkove, sinovie / sinove.

Поважский говор отличается от других северных говоров западнословацкого диалекта тем, что в нем отсутствуют парные мягкие согласные. Частично представлены ассибилированные с и у, но все же чаще только отвердевшие во всех позициях t и d, как и п и /; ср.: deti, dedina, vratit, dakujem, koniec, prinesli.

Яркой морфологической особенностью поважского говора, фиксируемой на северо-западе данной диалектной территорией, является наличие форманта -х, имеющего значение 1 лица единственного числа прошедшего времени и восходящего к форманту аориста. Рассматриваемый формант является подвижным в предложении, функционирует, как правило, как энклитическая форма и присоединяется к первому ударному слову: jax bol, videlax, v mestex bol, zavolalx ho к ndm, nikdix ho nepoznal.

В поважском говоре также представлены некоторые локальные особенности, не характерные для всего говора в целом. Например, на северо-востоке данной диалектной территории в речи старшего поколения, по данным Й. Штольца, встречаются (недавно встречались?) стяженные формы глаголов настоящего времени и инфинитивы на -/, заменяемые новообразованиями на -it (Stoic 1994, 96-97):

  • рот (срсл. puojd’em), pos (срсл. puojd’es), borne (срсл. bud’eme), bote (срсл. bud’ete);
  • ici (срсл. ist), donesci (срсл. dohiesf)icit, donescit, mocit, upascit.

Отметим также в этой же части говора продление основообразующего суффикса инфинитива a: kricat, krical, kricala, lezat, drzal, prsalo.

Для поважского говора также характерны следующие особенности:

  • • наличие удвоенных согласных разного происхождения: millo, najelli sa, stunna, oddix, seed, precca, masso, kassa, drevenni, trojje, mojjujrajjerka;
  • • формы предложного падежа неодушевленных существительных мужского рода с основой на s, z имеют флексию -/: па nosi, ро hlasi, о mrazi, па vozi; на северо-востоке, однако, указанные формы образуются при помощи флексии -е: па nose, ро hlase, о mraze, па voze;
  • • для форм родительного падежа множественного числа существительных мужского рода типична флексия -ои, которая на северо- западе имеет огласовку -vof: bratou / bratvof, sinou / sinvof, при этом довольно широкое распространение получила флексия -/, употребляемая также у существительных женского и среднего родов: mesaci, tinni, dubi, vozi, zimi, ribi, drevi;
  • • при образовании причастия на -/ от глаголов с основообразующим суффиксом инфинитива i происходит замена этого суффикса на е, выступающего либо во всех формах, либо только в формах мужского рода: кйреи / kupel, zastreleu / zastrelel, kreu / krelkupela / kupila, zastrelela /zastrelila, krela / krila;
  • • при отрицании с формами глагола-связки используются частицы nine или neni: nine som / neni som, nines / neni si, nine je / neni je.

Средненитранский говор (13) характерен для районов гг. Тополь- чаны и Нитра Нитранского края и района г. Глоговец Трнавского края и является по сути единственным юго-восточным говором западнословацкого диалекта. Юго-восточным говором также считают нижненитранский говор (14), функционирующий на небольшой территории в районе г. Шурани на юге Нитранского края, однако отмечается, что как реальный говор он не сформировался и представляет собой лишь сумму говоров нескольких населенных пунктов, не составляющих единое целое.

Средненитранский говор также представляет собой результат взаимодействия западнословацкого и среднесловацкого диалектов. В связи с этим в средненитранском говоре комбинируются особенности обоих диалектов.

Наиболее яркой чертой вокалической системы средненитранско- го говора является ее недифтонгический характер. Ср. примеры: ЫН / beli, hevlm / nevem, d’lt’a 1 det’a, коп, vola, moj, prat’el, patek, lud’a. Ритмический закон, как правило, не действует: obrdt’l sa, blla, bivat’e. Ритмический закон не реализуется: xodivam, hrisni, obrdt’l sa, kvlt’l.

Праславянские сочетания *ort~, *olt- при не акутовой интонации, как правило, имеют рефлексы rat, lat: rast’, razen, rakita, laket’, vlahi / loni.

Редуцированные в сильной позиции изменились в е: res, ven, patek, ve svet’e; лишь единичные лексемы имеют иные рефлексы: тох, dast’.

В консонантной системе средненитранского говора представлены парные мягкие согласные t d п. Мягкое Г отсутствует, как и ассиби- ляция t’, d’. Палатализация, как и в среднесловацком диалекте, осуществилась в том числе и перед исконным е и е < ъ. Ср.: d’et’i, id’et’e, d’eh, hesim (срсл. hesiem), leto, lutovat’.

В средненитранском говоре во всех позициях выступает лабио- дентальное у, которое не имеет пару по глухости: d’lvka, ovca, sinov, pllv (срсл. pliev). Представлено оно и в формах причастий на -/ мужского рода: bov, d’akovav, prosiv.

Для средненитранского говора типичны удвоенные согласные разного происхождения: oddix, осса, strasillo, hlannl (срсл. hladni), mlaccl, masso, kassa.

Для морфологии средненитранского говора характерны следующие типичные западнословацкие формы:

  • • творительного падежа единственного числа существительных и прилагательных женского рода, а также некоторых местоимений с флексией / -и: pod hlavu, ze svoju zenu,pot post’elu, s hu, se mnu;
  • • именительного и винительного падежей единственного числа прилагательных среднего рода с флексией -ё: dobre, cuje; лишь в районе г. Топольчани фиксируются названные формы с флексией -6 типа dobro;
  • • именительного и винительного падежей единственного числа существительных среднего рода с функционально мягким согласным в конце основы с флексией -о: pleco, srcco, vajco, ohnist’o (но pole, more).

При этом, однако, как и в среднесловацком диалекте, в формах именительного падежа множественного числа одушевленных существительных представлены гласные порядка а (lud’a, sinova), формы родительного и дательного падежей единственного числа притяжательных местоимений 1 и 2 лица образуются без изменения основы (mojho, nazmu), в предложного падеже единственного числа прилагательных мужского и среднего родов выступает флексия от (о dobrom, о cujom), а в 3 лице множественного числа глагола-связки регистрируется форма sa.

При образовании причастий на -/ мужского рода от глаголов с основообразующим суффиксом инфинитива -г- происходит его замена на -е- robev - robila, skocev - skocila, zev - zila, skrev - skrila.

При отрицании с формами глагола-связки используется частица hehi: hehi som, hehi si, hehi je.

Трнавский говор (15) функционирует в центральной части Трнав- ского края и восточной части Братиславского края. Наиболее крупными городами, расположенными на этой территории, являются Трнава и Пезинок.

В трнавском говоре полностью отсутствуют дифтонги; ср.:

  • ЫН, strilat, scasci, nepovim, mleko, xlep, nest, utekli;
  • kon, moj, stol, bratof padol
  • pratel, zasat, srca, па ocdx, do jejena, roba.

Рефлексом редуцированного ъ в сильной позиции является гласный е desc, тех, domek, ven, zeslabol.

Для трнавского говора характерна ассибиляция согласных ?> с и d’ > j, причем только перед исконным i и е < ё: vracit, cixo, kamaraci, jivi, na suyevedete, sedem, otec, dakuvat, taski. Согласные n и / пары по мягкости не имеют: konec, ve vine, lubit, hnevali sa, nejela.

Слоговые в данном говоре представлены в среднесловацком объеме, включая рефлексы праславянских сочетаний редуцированных с плавным / после язычного консонанта: slnko, slip, zlc, dfhi.

В трнавском говоре отсутствует билабиальное и, а в позиции конца слога перед глухим согласным и в абсолютном конце слова выступает глухой согласный/: ofca, sinofca, zastafte sa, bratof.

В формах именительного падежа множественного числа одушевленных существительных представлен гласный порядка е: lude, susede, bratove, muzove.

Формы предложного падежа единственного числа прилагательных и некоторых местоимений имеют типичную западнословацкую флексию -ёт: о dobrem, пакет, mojem.

По территории трнавского говора проходит изоглосса распространения форм причастий на -/ мужского рода со вставным гласным -о- и -е- на востоке данной диалектной территории употребляются первые, а на западе - вторые: nesol, mohol, padolnesel / nesel, mohel, padel. При образовании причастия на -/ от глаголов с основообразующим суффиксом указанный суффикс сохраняется: robil, varil, zil.

В косвенных падежах числительных представлена одна форма: bes peci, к peci, о peci.

В трнавском говоре функционируют специфические формы притяжательных местоимений jehof, jehova,jehove,jejin,jejina,jejine, которые склоняются как полные прилагательные.

Загорский говор (16) распространен на большей части Братиславского края без его восточного района и на севере Трнавского края. Наиболее крупными городами на этой территории являются Малацки, Сеница и Скалица. В Братиславе загорский говор практически не функционирует, хотя и оказывает определенное влияние на братиславскую городскую речь, однако используется в пригородах (Рача, Вайнори).

Загорский говор по целому ряду признаков объединяется с трнав- ским, часть из которых является характерной для западнословацкого диалекта в целом. К их числу относятся:

  • • недифтонгический характер вокалической системы: bida, pisek, rozumim, letat, slepka, kuh, muj, pujdeme, pehize^zajic, pritel /pratel;
  • • отсутствие ритмического закона: devati, vojaku, polefkax, uciram;
  • • наличие ассибиляции в позиции перед исконным i и е < ё и частично § jejina, jeci, cicit, jekovatidete, otec, lude, tenki;
  • • отсутствие билабиального u, коррелирующего с лабиоденталь- ным v: в позиции конца слога перед глухим согласным и в абсолютном конце слова выступает глухой согласный f: ofca, sinofca, zastafte sa, bratruf,
  • • формы именительного падежа множественного числа одушевленных существительных с флексиями, содержащими гласный порядка е: lude, susede, sinove, muzove;
  • • формы предложного падежа единственного числа прилагательных твердой разновидности склонения с типичной западнословацкой флексией -ёт: о dobrem, pjeknem (в диалектных текстах обозначается и как pieknem);
  • • наличие вставного -е- в причастиях на -/ мужского рода: neseu, moheu, padeu. При образовании причастия на -/ от глаголов с основообразующим суффиксом -Z- указанный суффикс сохраняется: robiu, variu, ziu.
  • • омонимия форм косвенных падежей числительных: bes pjeci, k pjeci, о pjeci.

Вместе с тем по целому ряду признаков загорский говор противопоставлен всем говорам западнословацкого диалекта. Специфической особенностью его системы консонантизма является частое отсутствие оглушения звонких согласных в абсолютном конце слова: stoh, dub, sad, raz. Нетипичным для западнословацкого диалекта является сохранение в загорском говоре прежних различий между мягким Г и твердым /, которое реализуется в противопоставлении / (< /) и и (< /): huava, muadi, robiualubit, kosela, robili. В начале слога билабиальное и сливается с гласными и и й: houb (< holub), ика (< luka), iiskam (< luskam).

Ряд признаков сближает загорский говор с чешским языком, хотя совпадения могут быть лишь частичными. Так, в нем представлены долгота гласного на месте праславянского старого акута (krdva, vrana) и йотация губных перед е < ё, как в чешском языке, а также перед а < $ (pjet, vjetr, bjezat, rozumjet, hovjazi, mjaki, mja, robja).

Слоговой г в загорском говоре выступает в абсолютном конце слова, в то время как на месте праславянских сочетаний плавных с редуцированными, а также редуцированных с плавным I в позиции после язычного консонанта слоговые отсутствуют: vjetr, svagr, litrkrest, buexa, duzen, tusti, stiip (срсл. slip), tiicit (срсл. tlct).

Начальной группе согласных ere- / cere-, представленной в говорах словацкого языка, в загорском соответствует группа strstresha (срсл. ceresha, чеш. tresne), strep (срсл. сгер, чеш. strep).

В некоторых парадигмах мягкой разновидности наблюдается омонимия форм, аналогичная чешской, например, в формах прилагательных женского рода мягкой разновидности и местоимения 3 лица женского рода (bez starsi sestri, к starsi sestre, na starsi sestru, od hi, к hi — 5 nil, za пи) и существительных среднего рода ‘на -ie' (znamem /znamehe, znamehi / znameha и т.д.).

Представлены также другие морфологические формы, общие для загорского говора и чешского языка:

  • • творительного падежа единственного числа существительных мужского и среднего рода с флексией -ет: sinem, окпет, otcem, polem;
  • • родительного падежа единственного числа одушевленных существительных на с флексией -/: gazdi, starosti;
  • • именительного и винительного падежей множественного числа существительных среднего рода с краткими флексиями: okna,pola;
  • • родительного падежа множественного числа женского и среднего рода без продления гласного основы или с краткими вставными гласными: zen, skou, knizek, koles;
  • • родительного падежа множественного числа существительных мужского рода с флексией -й: sinu, хиарй, domu, dubu;
  • • предложного падежа множественного числа существительных мужского и среднего рода с флексией -ех, хотя более частотными являются названные формы с флексией -ох: па vozex / vozox, pri domex / domox;
  • • вспомогательного глагола sent, si,je ... и с отрицанием nejsem, nejsi, nehi / nehi.

Для загорского говора характерны также вопросительное место- имение со и отрицательное nic.

В еще большей степени близок чешскому языку скалицкий говор (говор, функционирующий в г. Скалица и окрестностях), выделяемый внутри загорского. Для него характерны следующие особенностями, отличающие его от загорского:

  • • отсутствие фонем j < *dj и j, в соответствии с которыми представлены z и z; отклонения в рефлексах *dj наблюдаются в самом загорском говоре, но в скалицком они достигают логического завершения: заг. meji, cuji, sajat’ - saju, hdjat’ - ha juck. mezi, cuzl, sdzat’- sdzu, hazat’ - hazu; заг. и ск. nuza, meza, zerz, hovjazi;
  • • реституция ассибилированных согласных с > t’ и у > d’ d’et’i, d’ed’ina, t’ixo, plat’if,
  • • отсутствие и < l: hlava, liika, dluhi, blexa;
  • • глагольные формы 1 лица единственного числа настоящего времени с флексией -и: vedu, nesu, kupuju, piju.

  • [1] Интерпретация генетической принадлежности приведенных примеровв действительности является дискуссионной, поскольку в нижнетренчинском говоре фиксируются также такие огласовки слов, как Ьиха,suzajabuko, в которых не было названного праславянского сочетания ивозникшее слоговое / изменилось в и. Возможно, и в словах типа duxизменению подверглось слоговое /, а не сочетание 1и. Решить этот вопрос в настоящее время не представляется возможным, поскольку, вотличие от верхнетренчинского говора, в нижнетренчинском не фиксируется промежуточная фаза гипотетического процесса *dblgb > dlux >dux.
  • [2] Как отмечает Й. Штольц, в регионе г. Бановце-над- Бебравоу такжерегулярно употреблялись указанные формы с флексией -й / -и, однакозатем были вытеснены формами с флексией -ои, распространенные в
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >