Сциентизм и антисциентизм

Впечатляющие успехи науки порождают убеждение: наука все может. Если не сегодня, то завтра, послезавтра она решит любую проблему, с которой сталкивается или может столкнуться в будущем человек, общество в целом. Подобное убеждение выливается в позицию сциентизма (от лат. scientia — наука). Он господствует до середины XX в. Правда, уже в XVIII—XIX вв. звучат отдельные отрезвляющие голоса. Достаточно вспомнить одного из самых ярких выразителей французского Просвещения Ж.Ж. Руссо. Он едва ли не первым поставил вопрос о цене цивилизации, раскрыл ее внутреннюю противоречивость.

Западный человек, упоенный достижениями науки, не слышал, не хотел слышать предостережений. Ничего его по большому счету не настораживало.

Прошло всего столетие, и мир стал другим благодаря науке.

В августе 1881 г. на международной электротехнической выставке в Париже к стенду американца Т.А. Эдисона стояла длинная очередь. Люди хотели прикоснуться к «чуду» — собственноручно повернуть выключатель и зажечь лампочку. Каждый мог трижды воспользоваться заветной «кнопкой от светоносной бутылки». Совсем недалеко в «осаде» посетителей оказался павильон, где были выставлены приборы связи. Его окружала масса желающих приобщиться к еще одному «чуду»: люди поочередно прикладывали к уху прообраз трубки телефона А. Г. Белла и слушали музыку и пение из оперного театра.

Это трудно себе представить, но некоторые россияне старшего возраста, те, кого называют долгожителями, помнят избы, освещавшиеся лучиной. Керосиновая лампа была роскошью; их отцы и деды пахали землю сохой, а бывая в городе, ездили на конке. Мир без автомобилей и самолетов, телефона и телеграфа, без электричества, без радио и телевидения. «Боже мой, — восклицает В. Катаев в «Траве забвения». — Я еще помню лучину, а ведь только что по телевизору с нашего искусственного спутника показывали панораму Луны». При всей условности использованного французским ученым Ж. Фурастье сравнения трудно не согласиться с ним: «Наше поколение переживает подлинно нечеловеческий взрыв: общество за три года меняется так же, как оно изменилось за 30 лет в начале XX столетия, за 300 лет и больше до Ньютона, за 3000 лет в период каменного века». Мы — свидетели таких фактов, которые считались фантастическими не в только далеком прошлом, но и в совсем недавнем. Если о полетах, подобных парению птиц в воздухе, мечтали еще древние греки, а над созданием рукотворных алмазов бились алхимики, то передача изображения на расстоянии или производство вещей автоматами — любимые темы писателей-фантастов в первые десятилетия XX в., не говоря уже о посещении Луны и спутниках на орбите планеты. И все это — сегодняшняя реальность.

А дальше? Что ждет науку и все более зависимое от нее человечество в ближайшей исторической перспективе?

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >