Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow История arrow История государства и права зарубежных стран: Избранные памятники права. Древность и Средневековье

Суд и процесс

Общинные суды Вавилонского царства не переставали играть важной роли вплоть до конца древности. Общинная и царская судебные системы все это время развивались параллельно. Царских людей судили государственные судьи или же вышестоящие царские чиновники. Общинники предпочитали более понятные им, опирающиеся на традиционную систему наказаний общинные суды в совете старейшин или на народных собраниях.

Длящаяся многовековая конкуренция между царскими и общинными судами закончилась победой первых лишь в Нововавилонском царстве. В юрисдикции общинных судов оставались лишь немногие имущественные споры и преступления сугубо местного значения. Храмовые суды продолжали рассматривать дела, относящиеся непосредственно к храму, но традиционно могли вторгаться в уголовные и гражданские дела, не имевшие к ним прямого отношения. Вынесенные в таких случаях решения храмовых судей можно было обжаловать в царском суде. Из храмовой подсудности были изъяты особо тяжкие преступления, в частности умышленные убийства, государственные преступления, мятежные заговоры и проч., которые разбирались в судебных коллегиях, состоящих из пяти-шести царских судей. За храмами традиционно сохранялось право принимать от участников процесса клятвы именем богов.

Необходимо особо отметить, что традиционное для месопотамских судебников требование установления справедливости не было простой религиозной декларацией, подчеркивающей главенствующее положение бога солнца Шамаша, «судьи богов», покровителя вселенского правосудия, и исключительное почитание богини справедливости Китту. Оно имело четкую практическую направленность и было обращено не столько к богам, сколько к судьям, которые обязывались справедливо выполнять свой судейский долг под угрозой лишения должности, в частности, за изменение вынесенного судебного решения. Это требование было прежде всего адресовано клеветникам, лжесвидетелям и лжедоносчикам, тяжесть наказания которых определялась тяжестью наказания за недоказанное преступление.

Судья же, согласно одной из первых статей ЗХ (ст. 5), изобличенный в изменении судебного решения, должен был не только «уплатить сумму иска в 12-кратном размере», но и пожизненно лишался своих судебных полномочий. Характерно, что его сбрасывали с «судейского кресла» в общинных органах самоуправления — на народном собрании или в совете старейшин.

Судебный процесс в Древнем Вавилоне носил обвинительный характер. Четких различий между уголовным и гражданским судопроизводством не проводилось. Добывать доказательства обязаны были не только обвинитель и обвиняемый, но и община в случае совершения преступления на ее территории. В большинстве случаев истец или потерпевший должен был сам доставлять ответчика в суд. Розыск и арест особо опасных преступников был уже делом царских наместников. Так как ростовщические операции требовали присутствия царского контролера, то последний также обладал правом привлечь ростовщика к ответственности перед царским судом.

Решающая роль в системе доказательств отводилась свидетельским показаниям, письменным документам, без которых не признавались ни правомерность брака (ст. 128), ни показания сторон, заключивших торговую сделку (ст. 104—107). Документ, письменный счет были необходимыми условиями ряда сделок в силу закона. Например, при отсутствии «документа с печатью о серебре», которое было возвращено тамкару его агентом-шамаллумом, это серебро не причислялось к счету (ст. 105). Обвинитель, не представивший свидетелей по ряду преступлений, наказывался смертью, как лжец,

«возводящий напраслину», например хозяин пропавшей вещи, «не приведший свидетелей, знающих его пропавшую вещь» (ст. 11).

Почитание богов, вера в то, что боги все видят и знают истину, нашли отражение в таких перешедших из родового строя, сакральных доказательствах, как «божий суд» и клятва богами, царем или святилищами.

В многочисленном пантеоне богов вавилонян были главные, повсеместно почитаемые боги: бог солнца и справедливости Шамаш, бог неба и земли Энлиль, а также божества, олицетворявшие явления природы (дождь, наводнение и др.), и многочисленные второстепенные божества — покровители отдельных городов или выполнявшие определенные функции по отношению к человеку, связанные с его болезнями, смертью, деторождением и др.

Антропоморфные боги вавилонян в их представлении были могущественными, но не всемогущими, добрыми и злыми, со многими людскими пороками и эмоциями. Они могли исполнить обращенную к ним молитвенную просьбу человека или оставить ее без внимания и, более того, наслать на человека любую беду. Особым почитанием пользовались боги-демиурги (изначальные творцы-создатели), которые должны были следить за земными порядками, заботиться о своевременном засевании земли, ее орошении и поддержании плодородия, но главное — об установлении на земле справедливости[1]. В прологе к ЗХ особо подчеркивается, что боги дали Хаммурапи «высшую царскую власть», «чтобы дать сиять справедливости в стране, чтобы погубить беззаконных и злых, чтобы сильный не притеснял слабого».

При всем почитании богов, однако, судебник Хаммурапи оставался сугубо светским правовым документом. Характерно, например, что к ордалиям — «суду божьему» ЗХ обращались в редких случаях, при трудно доказуемых преступлениях, например колдовстве (чародействе), либо при оправдании «перед своим мужем» безвинно опороченной супруги (ст. 132)[2]. Здесь, видимо, сказывалось определенное недоверие вавилонян к их непредсказуемым, «капризным» богам.

Чаще судьи прибегали к другому сакральному институту доказывания — принесению клятвы богам, сопровождавшейся просьбой подтвердить истинность того, что человек говорил в суде. При этом судебная функция клятвы в большинстве случаев сводилась к подтверждению показаний свидетелей, например показаний соседей по поводу «целомудренности и беспорочности» жены, требующей развода с мужем (ст. 148). И хотя клятва нередко могла подтверждать обвинения или опровергать их, ее доказательственная сила в суде не была бесспорной. Например, жена, обвиненная своим мужем под клятвой в неверности, могла очиститься в суде собственной сакральной клятвой, если она не была захвачена «лежащей с другим мужчиной» (ст. 131).

Нормы, касающиеся судебного процесса, в Нововавилонском царстве оставались в основном неизменными, кроме кардинальных новелл в статусе рабов как участников судебного процесса. Так, раб мог в это время выступать в качестве истца и ответчика в суде, свидетеля при заключении различных сделок между свободными и рабами (имея при этом собственную печать). Он мог давать показания и приносить клятвы о преступлениях рабов и свободных, о содержании несостоятельных свободных должников в частных долговых тюрьмах. Рабы могли судиться между собой, но не со своими хозяевами. За лжесвидетельство раба нес ответственность его хозяин. В ряде случаев раб, совершивший кражу, сам должен был возместить нанесенный истцу ущерб. Судебное дело считалось законченным после вынесения решения и его записи на глиняной табличке, которая не могла быть изменена. Смертная казнь и членовредительные наказания приводились в исполнение немедленно.

  • [1] О древневавилонском пантеоне богов см.: Bottero J. Mesopotamia: Writing, Reasoning,and the Gods. Chicago; L., 1992.
  • [2] Показательно, что спустя века в средневековой Западной Европе к «суду божьему» судьи могли обращаться по поводу любого преступления. См., например, титул LIIIСалической правды.
 
Посмотреть оригинал
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >
 

Популярные страницы