Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Педагогика arrow История специального образования в Англии . Развитие представлений об интеллектуальной недостаточности

УМСТВЕННАЯ ОТСТАЛОСТЬ В КОНТЕКСТЕ СОВЕРШЕНСТВОВАНИЯ АНГЛИЙСКОГО ЗАКОНОДАТЕЛЬСТВА XIX СТОЛЕТИЯ

В XIX столетии в английском обществе возникла настоятельная необходимость в уточнении понятийных составляющих и существующей терминологии, относящихся к душевным заболеваниям («сумасшествие», «невменяемость») и слабоумию («умственная отсталость»). Данные термины употреблялись в различных законодательных актах, в разных контекстах по отношению к людям с интеллектуальными и психическими нарушениями. Терминология оставалась неопределенной и неунифицированной (точно так же, как и само состояние). Это неизбежно провоцировало серьезные дискуссии как среди законодателей, так и среди врачей, педагогов и психологов.

Судебная практика свидетельствовала, что термин «сумасшествие» определял идиотию. Но понятие «идиотия», хотя и рассматривалось как «врожденный дефект ума», трактовалось очень свободно: как верхняя степень «имбецильности ума»; она могла быть «оригинальной» (т.е. возникающей с рождения) или «неоригинальной» (приобретенной в результате заболевания) и т.д.

Ни в одном законе, касающемся душевнобольных и слабоумных1, не указывались различия между больными, страдающими от «аменции», от «психических заболеваний» или от «расстройств».

Первые четкие сведения о различии душевнобольных, идиотов и имбецилов можно найти в «Законе об идиотах» (1886).

В этом законодательном акте впервые была выделена подгруппа «умственно дефективных», введены две группы слабоумных — идиоты и имбецилы, использован термин «имбецил», обозначающий меньшую по сравнению с идиотией выраженность интеллектуального дефекта. В законе было прописано, что идиотизм и глупость должны наблюдаться с рождения или с раннего возраста.

Данный законодательный акт имел прикладной характер и определял правила помещения детей с нарушениями интеллекта в специализированные учреждения. В частности, в нем говорилось: «Тот, кто является идиотом или имбецилом от рождения или с раннего возраста, может быть помещен родителями или опекунами в любую имеющую лицензию клинику или в специализированное учреждение по уходу, воспитанию и обучению идиотов или слабоумных» [45, с. 19].

В законе утверждалось также, что обе эти «группы» могут быть способны к обучению и профессиональной подготовке. Это было неожиданностью, так как до этого идиоты считались «полностью интеллектуально неспособными».

Таких законодательных актов было три: поправки к Закону о бедности (1868), предоставлявшие опекунам определенные полномочия, применяющиеся в равной степени к идиотам, слабоумным и безумным нищим; Законы о невменяемости 1890 и 1891 гг., по которым не только сумасшедшие, но идиоты, имбецилы и слабоумные люди, получившие заключение «душевнобольные», могли быть направлены в приюты, больницы, лицензированные клиники и работные дома (по Закону о бедности).

Следует отметить, что отдельные положения статей данного закона в профессиональной среде встретили с большим скептицизмом. Примечательно, в следующем законодательном акте, касавшемся психически больных людей, — в Законе о невменяемости (1890) — определение идиотии вновь дается в духе законодательства XVII столетия; правда, здесь уже четко оговаривается, что идиоты и имбецилы — это не помешанные, а помешанные — это не идиоты и не имбецилы.

Дифференциация слабоумия на степени тяжести продолжалась, что во многом было обусловлено принятием законов об образовании (промышленному производству требовались грамотные работники) и, как следствие, введением обязательного начального образования[1].

После принятия Закона об образовании (1870) стало очевидным, что среди якобы нормальных детей существует группа, которая не вписывается в рамки «обычных». Несмотря на элементарный характер обучения, они не справлялись с программой начальной школы. Но учиться они все же могли (хотя умственный дефект был налицо), и намного лучше, чем имбецилы. На это, в частности, обратила внимание «Королевская комиссия по глухонемым», организованная в 1889 г. для разработки законодательных предложений в отношении обучения глухих и слепых детей[2]. Членам комиссии было предложено рассмотреть «любые другие случаи особых обстоятельств», которые требует исключительных методов обучения» [47, с. 17J. В частности, их заинтересовало, сколько идиотов и имбецилов способно к обучению. В ходе наблюдений выявили две группы: «обучаемых имбецилов» и «слабоумных». О слабоумных было сказано, что их надо отделить от детей в обычных школах, так как они учатся именно там. За этими школьниками стали наблюдать с особой тщательностью.

В 1897 г. создан специальный комитет «для изучения существующих систем образования слабоумных детей, которые не находятся под опекой, которые не являются идиотами и имбецилами».

Члены комитета должны были проанализировать практические методы «по разграничению обучаемых и необучаемых детей» и доложить о наиболее действенных из них, а также разобраться, какие дети могут учиться в начальных школах обычными методами, а кто должен быть направлен в специальные школы.

Члены комитета установили различия между идиотией и имбецильностью, договорившись для удобства использовать эти наименования для обозначения тех детей, которые неспособны к обучению и к заботе о себе в полной мере. По их мнению:

  • — идиотия характеризуется большей степенью снижения интеллекта, имбецильность — меньшей;
  • — идиоты — необучаемая группа;
  • — группа имбецилов крайне неоднородна: часть из них способна к обучению, у части можно сформировать некоторые навыки самообслуживания и научить их элементам учебных навыков.

Слабоумные были охарактеризованы как те, «кто должен учиться в специальных классах и способен зарабатывать себе на жизнь, полностью или частично».

Члены комитета постановили:

  • — слабоумные с целью получения специального образования должны быть отделены от обычных учеников в государственных начальных школах;
  • — имбецилы должны получать специальный сертификат, свидетельствующий об их возможном обучении. В этом случае, по заявлению родителей, ребенок направляется в специальное учебное заведение. Школьным властям вменяется следить за ходом его обучения;
  • — группы для обучаемых имбецилов должны быть организованы по классно-урочной системе и отделены от других детей (внутри школы), а также вне работных домов и психиатрических лечебниц;
  • — решение вопроса о призрении необучаемых имбецилов решают школьные власти.

На основании выводов комитета принят Закон о начальном образовании дефективных детей и детей-эпилептиков (1899). Можно предположить, что члены парламента при его составлении имели в виду выявленные комитетом концептуальные различия между идиотами и слабоумными, которые относились к возможности получения образования, достаточного для того, чтобы обеспечить себя в жизни.

В самом законе об этом ничего не говорится. Однако в первом его разделе умственно дефективные (слабоумные) дети определяются как «те, кто не являются имбецилами, тупыми или отсталыми, однако по причине психического дефекта не в состоянии получать пользу от обучения в обычной общественной начальной школе, но могут, в силу своего дефекта, получить выгоду от обучения в специальных школах или классах» [Elementary Education (Defective and Epileptic Children) Act, 1899, c. 114—115J.

Закон устанавливал срок обучения для таких детей — с 7 до 16 лет, в исключительных случаях — до 17 лет, а также правила приема в школы. Согласно распорядку, их зачисление в специальные школы осуществлялось через школьную комиссию; родителями (если у них возникают сомнения в нормальности ребенка) предоставляется право требовать от школьных властей их обследования или переосвидетельствования. Переосвидетельствование проводилось с разной целью, в том числе — с целью возвращения в обычный класс.

Закон предлагал также основные формы обучения детей с нарушениями интеллекта:

  • — дети и подростки с легкой степенью интеллектуальной недостаточности (дефективные, слабоумные) должны обучаться в специальном классе в общеобразовательной школе или в специальной школе;
  • — дети и подростки имбецилы — в специальной школе (в том числе — интернатного типа) или специализированном учреждении (интернатного типа).

Принятие этого закона стало важной вехой в истории законодательства, касающегося интеллектуальной недостаточности и обучения детей данной категории.

К 30 сентября 1906 г. закон был принят 87 местными властями области образования в Англии и Уэльсе, в августе 1907 г. специальные условия были созданы для 9082 детей, из которых 4946 жили и учились в Лондоне. Общее количество слабоумных детей по стране составляло 50665 человек (данные А. Тредголда) и, следовательно, 41 583 из них (по сведениям Королевской комиссии — 35662) остались без помощи. В тех случаях, когда местные власти не принимали закон, родители (или лица, их заменяющие) имели право, если считали нужным, поместить ребенка в специальную школу другого района и обучать его там.

Таким образом, рассматривая развитие научных представлений об умственной отсталости в начале XX в., можно сказать, что неформальное разграничение душевнобольных и умственно отсталых людей и дифференциация умственной отсталости по степени тяжести были достигнуты только в конце XIX столетия; это было связано с совершенствованием способа производства, с разработкой и принятием законодательства в области образования, с расширением числа школ (и для детей с интеллектуальными нарушениями); активизация законотворчества, развитие педагогики и медицины позволили выделить и описать как тяжелые, так и легкие (слабоумие) степени интеллектуального снижения; начиналась разработка дифференцированных форм, методов и приемов обучения и воспитания детей и подростков с нарушениями интеллекта (слабоумных, имбецилов, идиотов) — всех категорий; все это создавало предпосылки для всестороннего изучения умственной отсталости как отдельного феномена.

  • [1] В 1834 г. появляются школы для бедных, в 1870 г. принимается Закон о начальном образовании, в 1880 г. — Закон об обязательном начальном образовании. Это делает доступным начальное обучение детям из низших слоевобщества и создает предпосылки для выделения детей, не успевающихпо программе, и повод для их дальнейшего изучения.
  • [2] Результатом деятельности этой комиссии стал «Билль об образованиислепых и глухих», согласно которому на школьные власти возложили обязанность создавать для этих детей специальные школы и обучать их бесплатно.
 
Посмотреть оригинал
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >
 

Популярные страницы