Интеллектуальное право и право собственности на материальный носитель.

В ст. 1227 ГК РФ установлено: интеллектуальные права не зависят от права собственности на материальный носитель (вещь), в котором выражены соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации.

Интеллектуальные результаты и средства индивидуализации в большинстве своем по форме представляют собой информацию на определенном материальном носителе (рукопись, картина, чертеж, фонограмма и т. д.), и поэтому права на эти объекты оказываются связанными с правами на вещи (бумага, холст, магнитный либо оптический диск и др.).

Такая связь проявляется, во-первых, в правовом режиме интеллектуального продукта на материальных носителях, введенных в оборот с соблюдением интеллектуальных прав (исчерпание исключительного права, право следования, право доступа и др.). Во-вторых, в правовом режиме материальных носителей интеллектуального продукта, вводимых в оборот с нарушением интеллектуальных прав (контрафактные изделия), и механизме защиты интеллектуальных прав. В-третьих, в защите прав собственников материальных носителей, незаконно использованных для воплощения в них интеллектуального продукта. Наконец, особым правовым режимом в отдельных случаях характеризуются объекты, в которых впервые был выражен результат интеллектуальной деятельности (рукописи, оригиналы произведений, чертежи, схемы, модели и т. п.).

В любом из этих случаев интеллектуальные права рассматриваются как не зависящие от права собственности на материальный носитель (вещь): «Несмотря на то что объекты нематериальной собственности естественным образом связаны с их материальными носителями, правомочия, составляющие интеллектуальную собственность, никогда не смешиваются с правом собственности на вещи»[1]. Это означает, в частности, что право собственности на вещь, в которой оказывается воплощенным интеллектуальный продукт, не предрешает вопроса ни об интеллектуальных правах на этот продукт, ни тем более об их обладателе.

Собственник вещи в случае незаконного использования ее для воплощения творческого замысла вправе требовать возмещения понесенных убытков (ст. 15 ГК РФ), иногда может даже лишиться права собственности на вещь (ст. 220 ГК РФ), но никогда не приобретет каких-либо интеллектуальных прав в силу одного факта незаконного использования его вещи для воплощения творческого замысла. То же самое касается и случаев незаконного использования чужих вещей для нанесения на них средств индивидуализации юридических лиц и производимых ими товаров (рекламные вывески). Собственник и в этом случае может только требовать возмещения понесенных убытков, не приобретая никаких прав на использование этих средств индивидуализации. Напротив, права на интеллектуальные продукты, воплощенные в вещах, способны налагать серьезные ограничения на содержание и пределы осуществления вещных прав: «Первая категория прав, относящаяся к нематериальным благам, ограничивает те возможности владельцев материальных объектов по распоряжению ими, которыми они наделены как обладатели прав второй категории»1.

Право собственности на вещь (материальный носитель), в которой воплощен интеллектуальный продукт, вначале, как правило, принадлежит обладателю исключительного права. Но с точки зрения закона такая ситуация одна из возможных, вследствие чего право собственности на вещь не предопределяет наличие интеллектуальных прав на интеллектуальный продукт, воплощенный в этой вещи. Из этого следует, что смена собственника вещи не означает одновременно смены обладателя интеллектуальных прав — передача права собственности на вещь не приводит автоматически и к передаче прав на интеллектуальный продукт, воплощенный в вещи. Закон различает эти права, их обладателей и механизм передачи, который определен для каждого из этих случаев. Авторское право на произведение, в частности, не связано с правом собственности на материальный объект, в котором произведение выражено. Передача прав на материальный объект не влечет передачу прав на использование произведения[2] [3]. То же самое может быть сказано и об исключительных правах на другие виды интеллектуальных продуктов (объекты смежного права, патентного права, средства индивидуализации и т. д.).

Поэтому согласно п. 3 ст. 1227 ГК РФ в ред. 2014 г. к интеллектуальным правам не применяются положения раздела Кодекса о собственности и вещных правах, если иное не установлено правилами части четвертой ГК.

Гражданский кодекс, однако, устанавливает одно исключение из этого принципа. В авторском праве за правом собственности на оригинал произведения следуют определенные интеллектуальные права на произведение. Так, отчуждение оригинала произведения литературы, науки или искусства (рукописи, оригинала произведения живописи, скульптуры и т. п.) в любом случае сопровождается наделением приобретателя оригинала определенной совокупностью интеллектуальных прав, в том числе и тогда, когда исключительное право на произведение сохраняется у иного лица. Если же собственник оригинала, не будучи автором произведения, приобретает еще и исключительное право на соответствующее произведение, то, отчуждая в последующем оригинал, он должен понимать, что вместе с правом собственности на оригинал он автоматически передаст его приобретателю и исключительное право на произведение, если только не оговорит специально сохранение за собой этого права (ст. 1291 ГК РФ).

  • [1] Бентли Л., Шерман Б. Указ. соч. С. 22.
  • [2] Бентли Л., Шерман Б. Указ. соч. С. 23.
  • [3] См. п. 23 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 19 июня 2006 г. № 15«О вопросах, возникших у судов при рассмотрении гражданских дел, связанных с применением законодательства об авторском праве и смежных правах».
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >