Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Литература arrow Основы риторической критики

Драматический метод

Кеннет Берк (1897-1993) — писатель, литературовед, лингвист, социолог, философ — вероятно, самая яркая фигура в американской гуманитарной науке XX века. За свою долгую и очень плодотворную жизнь он написал целую серию выдающихся книг, которые в совокупности, с одной стороны, представляют собой некую единую философскую концепцию, с другой стороны, отражают движение критической мысли Берка от литературной критики и политической теории через риторику и теорию символьного действия к философии языка. В фокусе внимания ученого оказываются социальные и эстетические функции языка. «Его проект состоял в том, чтобы создать теорию языка — или еще шире, теорию символического действия, которая могла бы объяснить пределы данной лингвистической ситуации и также те дискурсивные изменения, в рамках которых эти пределы были установлены» [187: 107].

Видимо, в силу того, что в филологию Берк пришел самостоятельно, не имея за плечами специального образования и какой-либо научной традиции, его учение отличают неординарность подхода к анализу литературных произведений, риторики и языка, а также методологическая новизна. Вместе с тем в его трудах очень ясно прослеживается влияние философских идей Ницше, Маркса и Фрейда, что не раз отмечалось многочисленными комментаторами работ Берка.

Библиография критических статей о научных работах Берка (не говоря уже о его художественном творчестве) в западной филологии насчитывает более пятиста книг и статей. Его учение, действительно, очень многопланово и нетрадиционно, а язык насыщен и символичен, что позволяет интерпретировать его работы с различных точек зрения. Осмысление критических работ Берка, в особенности его драматического метода, находим и в работах отечественных лингвистов [см. 29; 88], однако, как правило, это упрощенная подача лишь части учения о «драматизме» американского критика[1].

Наиболее известная часть теории Берка — драматический метод — впервые была изложена им в книге 1945 года «Грамматика мотивов» («А Grammar of Motives»). Однако этот метод стал логическим этапом в развитии критической мысли Кеннета Берка — этот метод лишь часть сложной концепции Берка, которая формировалась в его работах на протяжении 60 лет. Всю свою жизнь он пытался понять логику человеческого поступка, разобраться в том, почему люди делают именно то, что они делают: так говорят, пишут, созидают, молчат, разрушают, убеждают и т. д.

Как считает Соня Фосс [198: 383-384] (и здесь мы с ней согласны), в основе учения Кеннета Берка лежат два положения. Первое из них: использование языка приводит к сознательным поступкам (action), а не к непроизвольному движению (motion), при этом под последним подразумеваются такие биологические процессы, как рост, дыхание, пищеварение и т. д. Это не знаковый уровень. В противоположность ему, поступки связаны с «неврологическим аспектом человеческого существования», который Берк определяет как способность организма овладевать языком или знаковой системой. Таким образом, человеческая жизнь распадается на две сферы: животную и знаковую. Так, в своей книге «Язык как символическое действие» Берк писал: «Если вы говорите что-то, или читаете, или пишите, или думаете, или слушаете что-то сказанное и т. д., грамматика, синтаксис, идеи, значения, связанные с такими операциями, будут находиться в сфере “символического” (“symbolicity”). “Животное” (“animality”) — область наших чисто физиологических процессов: роста, дыхания, пищеварения и тому подобного» [182: 27-28]. Таким образом, мотивация наших поступков, когда мы ищем еду или выныриваем за глотком воздуха, находится в животной сфере (animality). Когда мы пытаемся добиться успехов в образовании, политике, творчестве, мотивы поступков формируются в знаковой сфере нашего сознания (simbolicity). В этой оппозиции, а также в противопоставлении motion vs. action легко заметить полемику Берка с бихевиористами.

Далее Берк выделяет три условия поступка. Во-первых, человек должен быть свободен в выборе поступка. Если у него нет выбора, он не совершает поступок, а просто плывет по течению. Во-вторых, поступок должен иметь цель или намерение. В-третьих, поступку необходима физическая основа, т. е. то, что Берк называет motion и что он противопоставляет action. Если motion может быть без action, например, когда что- то падает из-за силы притяжения Земли (незнаковый процесс), то action не может быть без motion [198: 384].

Второе положение теории драматизма Берка заключается в том, что человек, моделируя и оформляя свои высказывания, использует те же схемы, что и драматург в драматическом произведении, и не случайно, драма, по выражению Берка, это «кульминативная», наивысшая форма действия (action) [182: 54]. Не только суждения, но и восприятие происходящего описывается языком посредством риторических приемов. «Когда же критик знает, как оратор описал ситуацию, он может отыскать те стимулы, мотивы, которые побудили оратора поступить именно так в данной ситуации» [197: 336].

Так как ритор моделирует свое описание по принципу драмы, это описание (и его речь) состоит из пяти элементов драмы, которые и являются, согласно Берку, пятью основными параметрами риторического анализа: «В обзорном изложении мотивов у вас должно быть несколько слов, которые называли бы действие (act), т. е. то, что произошло в форме мысли или поступков, несколько слов, которые указывали бы на место действия (scene), т. е. ситуацию, на фоне которой происходило действие. Кроме того, вы должны обозначить субъект или подобие субъекта (agent), совершающего действие, средства или орудия, которые он использовал (agency), и его цели (purpose)» [178: XV]. «Стратегия пентады рассматривает действие человека со всех перспектив, которые только возможны — с пяти взаимодействующих мотивационных или причинных точек зрения...В этом пятичленном подходе человек является действующим лицом, которое целенаправленно действует посредством определенных средств (как символических или лингвистических, так и физических методов), и он осуществляет действие на фоне исторического места действия — это то, что связывает его, и то место, где он живет» [206: 353].

Позже к этой базовой пятерке (pentad), давшей второе название методу — пятичленная критика (Pentadic Criticism), Берк добавлял категорию отношения (attitude), «определяющую стиль применения конкретных средств» [197: 336]. Иными словами, категория отношения описывает, как именно — хорошо, плохо, добросовестно, с рвением, равнодушно и т. д. — было совершено то или иное действие. Позднее Кеннет Берк даже высказывал сожаление, что изначально выделил пять, а не шесть элементов. За неимением возможности перелицевать всю теорию, он включил категорию отношения в категорию агента. Отсюда определение категории отношения, сформулированное позже МакКроски (McCrosky): «Предрасположенность или группа предрасположенностей реципиента по отношению к явлению или объекту, воспринимаемому сознанием» [цит. по 29: 52]. Необходимо добавить, что в последних работах Кеннета Берка категория отношения становилась все более и более весомой. Через анализ поступков главных действующих лиц того или иного повествования Берк стремился показать их отношение к таким онтологическим категориям, как социальная иерархия, чувство вины, искупление, смысл бытия.

Кроме того, для Берка важны приоритетность тех или иных связей, устанавливаемых ритором в речи между указанными пятью драматическими элементами. Эти связи Берк называет соотношениями (ratio). По правилам математики, их может быть десять:

Десять видов ratio по К. Берку

Рис. 2. Десять видов ratio по К. Берку

Берк говорит о том, что «соотношения являются принципами детерминации [178: 15]. Например, место действия или цель могут “перетянуть” на себя ответственность за действие агента (“среда заела”, “цель оправдывает средства” и т. п.). Таким образом, критик пытается понять, почему люди поступают именно так, а не иначе, каковы их мотивы (отсюда, видимо, и название работы — “Грамматика мотивов”). Приведем пример, данный самим критиком, который поможет нам понять, как выделение той или иной связки — соотношения — меняет риторическую картину: “Разница между использованием соотношений “место действия — действие” и “действие — агент” может быть продемонстрирована на мотивировках “демократии”.

Многие люди в Великобритании и Соединенных Штатах считают, что нации этих стран являются “вместилищами” демократии. Мы чувствуем, что демократия пребывает в нас, в сущности, потому что мы “демократический народ”. В случае таких рассуждений демократические поступки обусловлены демократичностью агентов, агентов, которые должны были бы оставаться демократичными по своему характеру, даже если условия потребуют временного сокращения или отмены базовых демократических прав. Если же кто-то станет использовать вместо этого соотношение “место действия — действие”, он сможет продвигать идеи, что есть определенные “демократические ситуации” и определенные “ситуации, располагающие к диктатуре или требующие диктатуру”... В случае <приорите- зации> соотношения “действие — агент” “демократический народ” будет продолжать поступать “демократично”; и делая так, он, если потребуется, сделает все, чтобы восстановить условия, благоприятные для демократии. В случае <приоритезации> соотношения “место действия — действие”, если “ситуация” сама по себе уже более не демократическая, даже “истинно демократичные” люди откажутся от демократических способов действия» [178: 17-18].

Таким образом, в зависимости от того, какие именно структурные элементы и какие именно отношения между ними акцентированы в сообщении или речи, определяются стратегия ритора и его идентификация. Иными словами, ритор в своем сообщении выражает языковыми средствами свое отношение к символам и идеям. А элементы берковской пен- тады помогают обнаружить эти символы и определить отношение ритора к ним. Идентификация же - еще одно ключевое понятие учения Берка, которое породило целое направление в риторике и риторической критике XX века. Существует несколько определений идентификации, или отождествления, даже у самого Берка. В самой простой интерпретации идентификация — это выраженная языковыми средствами приверженность тем или иным группам, идеям, символам. В процессе коммуникации происходят обмен символами и постоянное стремление к отождествлению взглядов отправителя и получателя речи. От степени совпадений позиций, т. е. от успешности идентификации, зависит успешность коммуникации и убедительность речи[2].

Свой метод Берк противопоставлял неоклассическому, в центре внимания которого были оратор, речь, аудитория и сам риторический акт: «Ключевым понятием старой риторики было “убеждение” (persuasion), она придавала особое значение преднамеренному замыслу. Ключевым понятием для новой риторики должно бы быть ‘отождествление’ (identification), которое может включать в себя частично бессознательные факторы обращения, “призыва”» [190: 81]. Так риторическая критика в интерпретации Кеннета Берка уходит от текстового анализа в сторону психоанализа, социологического исследования риторической ситуации и - если угодно — философии текста.

Как сказано в учебнике по риторической критике, «задача риторического критика, использующего метод Берка, — проанализировать стратегии в речи и истолковать то, как используется язык для достижения желаемой цели. Надо, чтобы критик ответил на вопросы, почему оратор говорил именно так, и как языковые знаки функционировали, для того, чтобы произвести или затормозить “выяснение”, “опознавание”» [190: 81]. Процедуру анализа, выполненного драматическим методом, можно представить в виде трех этапов: 1) установление действия, субъекта, средства, фона и цели (act, agent, agency, scene, purpose) в речи; 2) изучение соотношений (ratios) между этими элементами для нахождения понятий, особо выделяемых самим ритором; 3) выделение главного мотива, определяющего поступки ритора, среди этих понятий [см. 197: 337].

По мнению других комментаторов ([243: 67], [202: 262]), драматический метод — это целая совокупность методов анализа риторических произведений, не поддающихся единому структурированию. Необходимо отметить также, что Берк настолько верил в то, что вся символьная деятельность человека укладывается в понятие драмы, что применял свой драматический метод как для анализа риторических произведений, так и для анализа литературных произведений, эпизодов мировой истории, литературных и философских направлений. Он утверждал, что общество постоянно находится в процессе символьного взаимодействия, и члены этого общества постоянно пользуются стратегиями, выработанными риторикой, поэтому закономерно, что Берк подвергает риторической критике практически любой дискурс.

Рекомендуемая литература по теме:

[178], [198: 383-391], [243: 76-87], [231], [206], [202: 259-281].

См. также список литературы в [154: 182].

Примеры критических эссе, написанных с применением данного

метода:

  • 1) Kenneth Burke. The Rhetoric of Hitler’s Battle // Readings in Rhetorical Criticism. Ed. Carl R. Burgchardt. Strata Publishing, inc. 2005. P. 188-202.
  • 2) DavidA. Ling. A Pentadic Analysis of Senator Edward Kennedy’s Address to the People of Massachusetts, July 25, 1969 // Foss Sonja. Rhetorical Criticism: exploration & practice / [compiled by] Sonja K. Foss. Prospect Heights, 111.: Waveland Press, 2004. P. 392-400.
  • 3) Mari Boor Tohn, Valerie A. Endress and JohnN. Diamond. Hunting and Heritage on Trial: A Dramatistic Debate over Tragedy, Tradition and Territory // Readings in Rhetorical Criticism. Ed. Carl R. Burgchardt. Strata Publishing, inc. 2005. P. 203-219.

См. также список разборов [198: 409—410].

Упражнения, задания, дискуссии:

  • 36. Прочитайте знаменитый анализ гитлеровской риторики Кеннета Берка, сделанный им в 1941 году (1) задолго до того, как он разработал теорию драматизма. Какие аналитические ходы и суждения критика «предвещают» формирование этого критического метода?
  • 37. Прочитайте разбор речи Эдварда Кеннеди, сделанный Дэвидом Лингом по классической пятичленной схеме. Что анализирует автор? Чем принципиально отличается драматический метод от неоклассического? Что планирует доказать автор анализа своим разбором? Чем отличается его цель разбора от цели авторов неоаристотелевского метода? нарративного? фантазийно-тематического? Чем неоаристотелевский «man» отличается от берковского «agent»?
  • 38. Прочитайте анализ дискурса, сформировавшегося в связи с обсуждением случайного убийства человека на охоте (3). Чем этот разбор отличается от предыдущего (2)? На основе каких соотношений (ratios) авторы демонстрируют различные интерпретации произошедшего несчастья и мотивации авторов этих противоположных точек зрения? Кто же жертва: Карен Вуд или Дональд Рогерсон?
  • 39. Возьмите один из текстов, для анализа которого вы применяли другой метод, и разберите его по процедуре драматической критики. Помните, что в центре вашего внимания должны быть мотивы оратора и его идентификация. Напишите критическое эссе.

  • [1] На исчерпывающее описание теории Кеннета Берка не претендуем и мы. Будемнадеяться, что его многоплановые труды и идеи будут критически рассмотреныв самостоятельных исследованиях отечественных лингвистов.
  • [2] Развитие понятия «идентификация» см. в работах [183], [227].
 
Посмотреть оригинал
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >
 

Популярные страницы