Образ оратора

В предыдущем параграфе мы показали, как аудитория, или, вернее, ее свойства ограничивают ритора в выборе аргументации. Помимо получателей речи, ритора «ограничивает» и собственный предыдущий опыт, отразившийся в его образе. Иными словами, соблюдение оратором выбранного им однажды образа также входит в условия, предъявляемые аудиторией создателю речи, т. е. в этос речи. Образ оратора (образ ритора)не сам оратор, а совокупность декларированной нравственной и мировоззренческой позиции, типов реакции, стиля публичного поведения, его внешних характеристик, которые устойчиво и систематично выдерживаются оратором в его речевой публичной практыке[1]. По меткому выражению Ю. В. Рождественского, образ оратора — это его маска, «первый слой содержания, который считывает аудитория. Увидев данного оратора, она уже предполагает общее смысловое направление его речи, тем самым образ оратора есть категория смысла для слушающего, известная ему наперед и подтверждаемая по мере развития его монолога» [123: 179][2].

Образ оратора — категория динамическая, она может претерпевать изменения в процессе выступления. Аудитория имеет представление (буквально «образ») оратора в начале выступления, и по мере развития аргументации характеристики этого образа могут подтверждаться или изменяться. Чем более устойчив и последователен в своем развитии образ оратора, тем большей влиятельностью обладает ритор.

По этой причине представляется крайне важным умение критика различать характеристики и функции личности оратора и образа оратора. Он также должен понимать, что оратор формирует свой образ в своих высказываниях и публичном поведении, а образ оратора, в свою очередь, навязывает ему эти модели. Речь, с одной стороны, создается оратором- личностью с учетом оратора-образа, с другой стороны, в речи неподконтрольно отражаются свойства оратора-личности. Воспринятые получателями речи, эти свойства формируют мнение аудитории о предмете обсуждения и о (новом) образе оратора.

Таким образом, при анализе этоса речи значение имеет образ оратора, формирующий мнение аудитории и определяющий выбор аргументов оратором[3]. Поэтому в задачи риторического критика при анализе роли образа оратора в риторическом акте входит выявление того: 1) как повлиял первоначальный образ оратора на мнение слушателей; 2) как соотносится сформированный речью новый образ ритора с изначальным образом ритора. В компетенцию риторической критики входит также вопрос, как образ ритора отразился в речи, но эта проблема относится к анализу логоса. Рассмотрим аспекты функционирования образа оратора в рамках риторического акта.

Еще не услышав ни слова от выступающего, слушатели уже имеют свой образ оратора, даже если они видят говорящего впервые, например, первое впечатление может мгновенно сформироваться по выражению его лица или по тому, какой костюм он выбрал для данного мероприятия. Если же это уже не первая встреча, то образ ритора будет основываться на совокупности его предыдущих высказываний, позиций по ключевым вопросам, заявленных в них, на его публичной деятельности, на оценке его деятельности другими ораторами, в СМИ и т. д. Т. В.Кутасова в своем диссертационном исследовании определила и систематизировала круг возможных установок на личность коммуниканта, из которых и складывается «стартовый» образ оратора:

  • 1) общие установки на личность коммуникатора (как результат присутствия на других выступлениях, системы убеждений и ценностных ориентаций каждого слушателя);
  • 2) установки на основе общения в прошлом именно с данным коммуникатором;
  • 3) установки, возникающие под влиянием мнения других слушателей;
  • 4) установки, складывающиеся на основе «представления» коммуникатора аудитории;
  • 5) установки на основе личного впечатления слушателей [75: 24].

Пытаясь определить стартовые установки аудитории на личность коммуникатора, критик может, во-первых, высказать предположение об изначальном отношении аудитории к существу вопроса, во-вторых, сопоставить этот образ с тем образом, который сформируется у аудитории по окончании выступления.

Для оценки (образа) оратора американская риторическая критика рекомендует также изыскивать дополнительную информацию о его биографических данных, образовании, профессии, убеждениях [243: 42]; [188: 62]. С одной стороны, нельзя не согласиться с автором американского учебника по риторической критике, который, рекомендуя привлекать дополнительную информацию о риторе, мотивирует это тем, что «совокупность психологического опыта того или иного человека определяет его восприятие мира, которое в свою очередь влияет на выбор средств, к которым он прибегает, чтобы склонить других воспринимать этот мир так же» [188: 62]. С другой стороны, не следует забывать о том, что личность оратора и образ оратора — это взаимосвязанные, но не тождественные лица. Как писал В. В. Виноградов, «оратор — это актер, который должен прятать свое актерство» [36: 108]. Именно эта традиция разведения личности оратора и образа оратора закрепилась в отечественном языкознании (в трудах В. В. Виноградова, Ю. В. Рождественского, А. А. Волкова), и согласно этой традиции судить об ораторе необходимо, прежде всего, по идеям, им высказанным открыто, по форме и стилю их подачи, по манере публичного поведения.

Итак, в процессе выступления оратор корректирует в сознании своих слушателей свой образ и одновременно формирует их мнение. Какие же факторы лингвистического, паралингвистического и экстралингви- стического поведения оратора оказываются наиболее значимыми в этом процессе?

Этой теме было посвящено огромное количество исследований экспериментальной школы риторики [163, 164, 210, 244 и др.]. Так, опыты Берло и Летерта показали, что аудитория оценивает оратора по трем факторам: фактору «безопасности» (привлекательности), фактору квалификации, фактору динамизма, в котором проявляется энергичность того или иного оратора [163; 164; об этом см. 115: 77]. В России экспериментальные исследования на эту тему осуществляла Т.В. Кутасо- ва. Ее выводы оказались схожими с выводами американских ученых: «В результате эмпирического исследования выделены психологические особенности личности коммуникатора, актуализация которых в процессе выступления оказывает наиболее существенное влияние на его эффективность. Среди них, прежде всего, независимость, смелость в отстаивании своего мнения, когнитивная сложность, выражающаяся... в способности к богатству аргументации и широте видения проблем» [75: 129-130].

Исследуя особенности влияния образа оратора на принятие решений аудиторией, американский ученый Х.Кельман пришел к выводу, что аудитория может принять позицию оратора в трех случаях — трех вариантах типа оратора. Во-первых, адресат речи будет вынужден принять позицию оратора, если последний имеет фактическую власть и контроль над первым. В этом случае психологической причиной принятия мнения является озабоченность за последствия своего поведения. Вторая опция представляет собой успешную идентификацию, или коллективную солидарность: реципиент принимает позицию отправителя речи, потому что их объединяет принадлежность к определенной группе. Психологическая причина принятия решения — необходимость во внешних социальных ориентирах поведения. Третий вариант являет собой пример интернализации на основе согласия и доверия, в случае когда ценностные ориентации оратора соответствуют ценностным ориентациям слушателя [210; об этом см. 115: 75-77].

Помимо тех мыслей и ценностных установок, которые ритор заявляет в своей речи, и избранного для этого способа их выражения, оратор, безусловно, оценивается аудиторией, а следовательно, и критиком по внешнему виду, манере чтения и поведения при выступлении, т. е. риторическая критика включает в себя анализ таких паралингвистических показателей, как фонация и кинесика. Строго говоря, фонация и кинесика — это такие факторы публичного выступления, которые имеют отношение и к этосу, и к логосу, и к пафосу речи. Они важны для оценки образа оратора (этоса), формы подачи того или иного высказывания (логоса), формирования той или иной эмоции (пафоса), поэтому о конкретных резких изменениях в темпе, мелодике, громкости речи, выразительных жестах уместно говорить в том месте критического анализа, где разбирается оформленное таким образом высказывание. Некоторые американские теоретики риторической критики (Л. Тонссен и А. К. Бэйрд, Роберт Кэткарт) рекомендуют анализировать форму подачи речи (произнесение, мимику и жесты) в той части критического исследования, где анализируется формальная организация логической составляющей речи (наряду с композицией и стилем).

Закономерности влияния фонации (ритм, тембр, мелодика, темп, громкость) и кинесики (мимика, жесты, позы) на восприятие образа оратора аудиторией также выявлялись в ходе эмпирического исследования Т.В.Кутасовой. Она пришла к выводу, что следующие факторы оказывают прямое влияние на положительное воздействие оратора на аудиторию: «приглашающие и одобрительные жесты коммуникатора; выразительная, активная, уверенная и профессиональная поза; разнообразная, тонкая мимика, выражающая такие эмоции коммуникатора, как интерес, собранность, внимание, концентрацию на тексте и аудитории. Кроме того, повышению эффективности выступления способствует приятный, привлекательный голос мягкого или теплого тона, ровный, светлый по окраске. Речь успешного коммуникатора была... по темпу — равномерной или дифференцированной» [75: 126-127].

По окончании публичного выступления на основании всего сказанного и того, как это было подано, у публики формируется новый взгляд на (образ) оратора. Критик оценивает, насколько этот взгляд отличается от того образа оратора, который аудитория имела в начале выступления, насколько ритор сумел соблюсти преемственность своих позиций. Причем при разрешении этой задачи критик должен быть предельно осторожен в своих суждениях: всякое обвинение в нарушении преемственности позиции оратора, в непоследовательности суждений, т. е. в неправильном построении образа оратора, может подорвать влиятельность данного публичного деятеля. Нарушение стабильности образа оратора есть первая причина падения авторитета оратора и крушения его риторической карьеры.

Другая опасность, связанная с некорректной оценкой образа оратора в критическом разборе, заключается в возможности сбиться с анализа преемственности образа оратора в данной речи на общую оценку личности самого выступающего с последующим формулированием назидательных рекомендаций. Для того чтобы критическое эссе не превратилось в краткий конспект трактатов Цицерона и Квинтилиана27, необходима строгая привязка оценочных суждений к тексту речи и к фактам конкретного публичного выступления.

Образ оратора

1. В чем особенности образа данного оратора?

2. Каковы характеристики образа оратора, известные аудитории к началу выступления? Как это ограничивало оратора в выборе аргументации?

3. Обозначил ли ритор в тексте свою приверженность какой-либо идеологии или позиции, которая бы ограничила его и его аудиторию в осмыслении проблемной ситуации?

4. Как развертывался образ оратора в процессе выступления?

5. Как соотносится сформированный данной речью новый образ оратора с изначальным образом оратора? Соблюдена ли преемственность образа?

Образ оратора

  • 1. В чем особенности образа данного оратора?
  • 2. Каковы характеристики образа оратора, известные аудитории к началу выступления? Как это ограничивало оратора в выборе аргументации?
  • 3. Обозначил ли ритор в тексте свою приверженность какой-либо идеологии или позиции, которая бы ограничила его и его аудиторию в осмыслении проблемной ситуации?
  • 4. Как развертывался образ оратора в процессе выступления?
  • 5. Как соотносится сформированный данной речью новый образ оратора с изначальным образом оратора? Соблюдена ли преемственность образа?

Упражнения, задания, дискуссии:

  • 53. Прочитайте знаменитое открытое письмо афроамериканского баптистского проповедника Мартина Лютера Кинга из бирмингемской тюрьмы (доступно в Интернете; текст предпочтительно читать и анализировать на английском языке). Проанализируйте влияние образа оратора на это публицистическое произведение (воспользуйтесь контрольными вопросами). Как тот факт, что автор письма находится в тюрьме, влияет на текст и на его восприятие? Припомните похожие ситуации в истории.
  • 54. Перечислите с ходу знаменитых публичных политиков и успешных ораторов, исторических и современных. За счет чего они приобрели свою популярность? Каковы черты их стиля? Как соотносятся их слава и влиятельность?

Как известно, трактаты Цицерона «Об ораторах», «Оратор», «О наилучшем роде ораторов», а также «Риторика» Квинтилиана посвящены проблемам воспитания и образования ритора.

  • [1] Строго говоря, образ оратора существует и в сознании аудитории, и в сознаниисамого оратора. Они не обязательно тождественны, но всегда взаимозависимы.Для риторической критики в первую очередь интересен образ оратора, как егопредставляют слушатели, поскольку это тот фактор, который ограничивает ритора в выборе его аргументации.
  • [2] В англоязычной научной риторической литературе русскому понятию «образритора», по всей видимости, максимально близко понятие «rhetorical persona», которое определяется как «комплекс вербальных характеристик, отличающих людейдруг от друга. Каждый ритор обладает отличительной манерой исполнения, возникающей в результате соединения <общественной> роли и человека» [202: 212].
  • [3] Здесь будет уместно заметить, что как только мы начинаем различать личностьоратора и образ оратора, пресловутый вопрос о роли спичрайтеров в судьбе современной ораторской прозы теряет свою остроту. Спичрайтер создает текст в пределах стиля своего спикера и несет ответственность за текст до того момента, когдазаказчик-спикер его одобрил, отредактировал и тем самым себе «присвоил».
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >