Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Социология arrow Бедность как образ жизни в современной России

Динамика основных параметров пенсионного обеспечения

Последствие непрерывных реформ правовых и экономических регуляторов пенсионной системы можно наблюдать на динамике уровня пенсии по отношению к заработной плате. Тут очевидна закономерность: накануне очередного этапа реформирования коэффициент замещения пенсии растет, а после изменений в механизме индексации пенсий (1994—1995 гг.) или изменения модели страхования (1998 и 2002 гг.) он начинает снижаться. Это подтверждает основную задачу каждого этапа реформ: сбалансировать пенсионные права и обязательства путем изменения механизма перераспределения финансовых ресурсов.

Данные регулярной статистики очень ограниченны и не дают возможности оценить основные факторы, влияющие на уровень пенсионного обеспечения: распределение всех пенсионеров по страховому стажу, страховым взносам, уровню назначенных пенсий. Дифференциация пенсионного обеспечения ограничивается информацией о средних пенсиях по видам пенсионного обеспечения в целом по стране и по субъектам РФ. По этим данным дифференциация по стране в период с 2002 г. постепенно сокращалась.

В течение всего рассматриваемого периода максимальные пенсии были у государственных служащих, а минимальные — у получателей пенсий по случаю потери кормильца. Соотношение уровня пенсий этих категорий с 3,8 раза в 2002 г. сократилось до 2,85 раза в 2007 г. и до 2,55 раза в 2009 г. Но численность государственных служащих в числе пенсионеров невелика (0,11% в 2009 г.), хотя она росла темпами, опережающими рост численности всех пенсионеров. За анализируемый период численность всех пенсионеров выросла на 1,7%, а государственных служащих — в 2,7 раза. Соотношение минимальных пенсий (по потере кормильца) с пенсиями самой многочисленной категории пенсионеров — по старости — сократилось за тот же период с 2 до 1,8 раза.

Фактор проживания пенсионеров в разных семьях вносит определенные коррективы в показатель уровня их жизни. Учесть этот фактор можно только по данным социальных обследований. Но в них есть свои методические особенности, которые не позволяют вычленить в составе бедных всех пенсионеров.

Как правило, категория пенсионеров включает только людей старше трудоспособного возраста. Данные Росстата по мониторингу бедности показывают, что из всех групп бедных категория лиц старше трудоспособного возраста самая малочисленная — только 10,4% в 2006 г. и 7,7% в 2009 г.

Пенсионный «вклад» в численность бедных в обследовании занижен, так как в числе пенсионеров находятся не только люди старше трудоспособного возраста. Пенсионеры пополняют другие возрастные категории бедных: детей до 16 лет и трудоспособных.

«В целом в настоящее время 44,3% (15,8 млн чел.) получателей трудовых пенсий составляют лица, на назначение пенсий которым пенсионный возраст не влияет, включая: 10,5 млн чел. — получатели досрочных пенсий по старости (в том числе работники, занятые на работах с тяжелыми и опасными условиями труда, — 2,7 млн чел.; лица, работавшие в районах Крайнего Севера и приравненных к ним местностях, — 2,5 млн чел.; работники, занятые на подземных работах, на работах с вредными условиями труда и в горячих цехах, — 1,98 млн чел.), а также 3,9 млн чел. — получатели пенсий по инвалидности и

1,7 млн чел. — получатели пенсий по случаю потери кормильца. В структуре новых назначений трудовых пенсий перечисленные категории получателей составляют примерно столько же — 42,5%. При этом более 73,0% получателей досрочных пенсий по старости, не достигших общеустановленного пенсионного возраста, продолжают работать, причем 3/4 — на тех же рабочих местах. А из пенсионеров-уголыциков на тех же рабочих местах продолжают работать более 66%»’.

Дети — основной контингент получателей пенсий по потере кормильцев. Доля получателей этой пенсии в общей численности пенсионеров 2002 г. была 6,6%, а в 2009 г. — почти 4,0%. В трудоспособный возраст входят получатели пенсий всех видов. Самый большой контингент их в составе пенсионеров по старости — это льготники, имеющие право в связи с условиями труда или проживания ранее (на 5—10 лет) общеустановленного срока получать пенсию. В числе всех пенсионеров доля лиц моложе пенсионного возраста составляла 24,0% в 2006 г. и 22,0% в 2009 г. Если предположить, что в составе пенсионеров по потере кормильца только дети (а это не так, хотя они основной кон- [1]

тингент), то на трудоспособный возраст в 2009 г. приходилось почти 18,0%. Из них наибольший риск попасть в бедные был у получателей пенсии по инвалидности и социальной пенсии. Их доля в числе пенсионеров в 2009 г. соответственно составляла

9,8 и 6,7%. Именно поэтому более половины малоимущих домохозяйств в 2006—2009 гг. в своем составе имели пенсионеров или состояли из семей пенсионеров.

Государственная статистика отражает данные только по пенсионерам, состоящим на учете в ПФР. Но существуют и другие категории пенсионеров, получающих государственные пенсии в целом ряде силовых ведомств (в Минобороны России, МВД России, ФСБ России и проч.). Уровень их пенсий выше, чем в ПФР, а их численность по состоянию на 1 января 2010 г. составляла около 2,4 млн человек (6,0% к численности контингента ПФР). Поэтому, распространяя результаты обследований на пенсионеров ПФР (отражаемые регулярной статистикой), получаем иную картину.

Эффективным механизмом, способным существенным образом оптимизировать пенсионное обеспечение граждан РФ, является, на наш взгляд, развитие системы негосударственного пенсионного обеспечения. Однако до недавних пор негосударственная пенсия воспринималась у нас в стране большинством граждан как некая экзотика, а негосударственные пенсионные фонды (НПФ) — основной элемент системы — ассоциировались с чуть ли не преступными сообществами наподобие недоброй памяти финансовых пирамид «МММ», «Хопер-Инвест», «Властелина» и др. Следует признать, что к недоверию и скепсису в отношении НПФ у наших соотечественников зачастую были оправданные резоны. Чрезмерное число НПФ (в 2005 г. их количество достигло максимальной величины — 290!) привело к «размыванию» основного капитала, а погоня за высокой прибыльностью вложений в стагнирующую российскую экономику с ограниченными инвестиционными возможностями зачастую вынуждала руководителей НПФ идти на неоправданный риск, вкладывая деньги в сомнительные спекулятивные операции с ценными бумагами, а в ряде случаев попросту занимаясь криминальными ссудными сделками.

Однако уже с конца 2000-х гг. началось резкое снижение количества НПФ (165 в 2009 г.) с одновременным наращиванием капитала оставшихся фондов. К 2011 г. их число рационально минимизировалось, достигнув 146. В такой ситуации начинают регулировать численность НПФ уже не регламентирующие документы и административные действия властных структур, а рыночные механизмы, в первую очередь спрос населения.

За 11 лет с 2000 по 2011 г. численность участников системы негосударственного пенсионного обеспечения удвоилась с

3375,2 тыс. до 6596,0 тыс. человек, а численность получателей негосударственных пенсий возросла в 5,2 раза (!) с 281,9 тыс. в 2000 г. до 1470,9 тыс. человек в 2011 г. Если в начале тысячелетия численность получателей негосударственных пенсий в процентах от общей численности пенсионеров, состоящих на учете сначала (2000 г.) в органах социальной защиты населения, а затем — в системе ПФР, являлась фактически символической — 0,7%, то в 2011 г. этот показатель возрос до 3,7%. Общая сумма пенсионных выплат увеличилась с 599,8 млн руб. в 2000 г. до 31 304,9 млн руб. в 2011 г., или на 5219,2%! Сумма пенсионных выплат в среднем в месяц на одного получателя возросла на порядок, от 177,3 руб. в 2000 г. до 1773,6 руб. в 2011 г.

Очевидно, что и нынешние выплаты НПФ в усредненном исчислении остаются ниже всех значимых социальных критериев, но также очевиден прогресс самой системы негосударственных пенсий в России. Добиться ситуации, при которой этот прогресс станет необратимым и стабильным, — гражданский долг работников и служащих, непосредственно занятых в системе социального обеспечения населения России.

В целях снижения риска бедности пенсионерам прежде всего нужно продолжать работать. Доля работающих пенсионеров непрерывно растет. Если в 2002 г. их было 16,9% от общего числа пенсионеров, в 2006 г. — 24,5, то в 2009 г. — уже 30,0%. В результате в числе трудовых пенсионеров почти 70,0% пенсионеров мужчин и 44,0% женщин имеют стаж работы свыше 35 лет.

Негосударственное пенсионное обеспечение развито слабо и пока не может компенсировать низкий уровень государственного пенсионного обеспечения. Число участников НПФ составляло от численности пенсионеров ПФР: 0,9% в 2002 г., 2,3 в 2006 г., 3,3% в 2009 г. Сумма пенсионных выплат в среднем в месяц на одного получателя составляла соответственно: 471,4,

993,4, 1448,4 руб. В соотношении с государственной средней пенсией это соответственно равно: 34,0, 36,4 и 27,9%.

В силу сложившейся ситуации с пенсионным обеспечением в России региональные власти вынуждены оказывать пенсионерам социальную помощь из своих бюджетов. Величина этой помощи и условия ее назначения зависят от возможностей региональных бюджетов. Как правило, до 2005 г. социальная помощь давалась в виде натуральных льгот или адресной поддержки семей, чьи душевые доходы были ниже величины ПМ. Только в некоторых субъектах РФ (Москва, Санкт-Петербург, Московская область и др.) социальная помощь была установлена в виде ежемесячной доплаты к пенсии неработающим пенсионерам.

В столице ежемесячные компенсационные выплаты (доплаты) к пенсии неработающим пенсионерам были установлены Правительством Москвы еще в 1991 г. Ежегодно для неработающих пенсионеров устанавливается городской гарантируемый минимум и всем неработающим пенсионерам осуществляются доплаты к пенсии до этого социального норматива. С 1 декабря 2008 г. городской гарантируемый минимум составлял 6800 руб. Установленные Правительством Москвы ежемесячные доплаты к пенсии неработающим пенсионерам до уровня городского гарантируемого минимума и льготы (например, бесплатный проезд в общественном городском и пригородном транспорте) дают возможность большинству из них не пополнять контингент малоимущих граждан столицы. Численность неработающих пенсионеров на 1 января 2009 г. составляла 1 856 000, а численность получателей ежемесячных доплат к пенсии — 1 993 000 (отдельным категориям работающих инвалидов и пенсионеров выплачивались доплаты к пенсии независимо от их занятости). В 2008 г. средний размер доплаты к пенсии неработающим пенсионерам и отдельным категориям работающих граждан составлял 1950 руб. в месяц, а в 2009 г. — 2800 руб. Москва — один из немногих субъектов РФ, где социальная помощь пенсионерам имела регулярный и весомый характер. Даже с учетом индекса стоимости жизни (1,4 раза по сравнению со среднероссийским показателем) разница в размере выплат составляла 8 раз.

В 2005 г. была проведена монетизация льгот. Натуральные льготы по оплате телефонной связи, проезду на общественном транспорте и бесплатному приобретению лекарств и медицинских препаратов были заменены ЕДВ. Все получатели льгот были разделены на два списка: 1) категории, получавшие ЕДВ из средств федерального бюджета; 2) категории, денежные выплаты и предоставление льгот которым осуществлялись за счет бюджетов субъектов РФ. Основной контингент получателей льгот в обоих списках составляли пенсионеры.

Обязательный региональный список состоял из трех категорий: 1) ветераны труда; 2) труженики тыла; 3) реабилитированные лица, признанные пострадавшими от политических репрессий. В ряде субъектов РФ за счет средств региональных бюджетов социальную помощь получали другие категории граждан, не вошедшие в обязательный региональный список (имевшие право на материальную поддержку в соответствии с региональными правовыми актами и программами), а также некоторые категории федеральных льготников. В 2009 г. за счет средств бюджетов субъектов РФ получили регулярные денежные выплаты 58,7% и единовременные денежные выплаты —

4,9 млн из 36,6 млн человек, имевших право на социальную поддержку.

Столь низкий охват денежными выплатами всего контингента, имеющего право на материальную поддержку, объясняется низким уровнем бюджетной обеспеченности большинства субъектов РФ. С этим же связан низкий уровень пособий.

Средний по стране размер регулярной денежной выплаты для самой многочисленной категории из регионального списка — ветеранов труда — составлял 400 руб., что было равно 10,0% федерального пенсионера. Для пенсионеров, не относящихся к льготным категориям, выплата была в 1,5 раза ниже, а для пенсионеров из числа бывших государственных служащих — в 15 раз выше.

Размер денежной выплаты в регионах зависел от финансового состояния субъекта РФ и стоимости услуг в регионе. В число регионов с самым низким размером регулярных денежных выплат (от 100 до 140 руб.) попали Московская область, Красноярский край, Хабаровский край, Республика Калмыкия, Республика Алтай. Причиной низкого размера выплат (помимо бюджетного дефицита) являлось сохранение льгот на пользование услугами городского транспорта в натуральной форме.

В число регионов, в которых денежная выплата превышала 600 руб. в месяц, входили Калининградская область, где размер этой выплаты был самый высокий (1360 руб.), Ставропольский край (1200 руб.), ХМАО, ЯНАО, Карелия, Чукотский автономный округ, Чувашская Республика, Самарская, Сахалинская, Мурманская области.

Все меры по монетизации льгот и действующие региональные программы по социальной поддержке малоимущих не могли обеспечить всем пенсионерам во всех регионах страны уровень дохода выше регионального ПМ пенсионера.

Проблему снижения потенциального риска бедности среди пенсионеров теперь предназначен решить Федеральный закон от 24 июля 2009 г. № 213-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации и признании утратившими силу отдельных законодательных актов (положений законодательных актов) Российской Федерации в связи с принятием Федерального закона «О страховых взносах в Пенсионный фонд Российской Федерации, Фонд социального страхования Российской Федерации, Федеральный фонд обязательного медицинского страхования и территориальные фонды обязательного медицинского страхования» (он внес, в частности, существенные изменения и в Федеральный закон от 17 июля 1999 г. № 178-ФЗ «О государственной социальной помощи»). Основные изменения в этом Законе касались введения в Российской Федерации с 1 января 2010 г. нового вида социальной выплаты — социальной доплаты к пенсии неработающим пенсионерам. Цель ее введения заключалась в повышении уровня и качества жизни неработающих пенсионеров. Социальная доплата к пенсии планировалась в виде федеральной и региональной доплат.

Федеральное законодательство регламентирует предоставление федеральной социальной доплаты к пенсии. Она устанавливается неработающему пенсионеру территориальными органами ПФР в случае, если общая сумма его материального обеспечения не достигает величины ПМ пенсионера, установленной в субъекте РФ по месту его жительства или по месту его пребывания. Указанная доплата устанавливается в таком размере, чтобы общая сумма материального обеспечения неработающего пенсионера с учетом данной доплаты достигла величины ПМ пенсионера в субъекте РФ, но не более уровня федерального норматива.

Региональная социальная доплата к пенсии устанавливается неработающему пенсионеру уполномоченным органом исполнительной власти субъекта РФ в случае, если общая сумма его материального обеспечения не достигает величины ПМ пенсионера, установленной на соответствующий финансовый год по месту его жительства или пребывания, а региональный ПМ превышает величину, установленную на федеральном уровне в целом по Российской Федерации. Региональная доплата к пенсии лица устанавливается в таком размере, чтобы общая сумма его материального обеспечения достигла величины ПМ пенсионера, установленной в субъекте РФ на соответствующий финансовый год.

На начало 2009 г. в 22 из 84 субъектов РФ региональный ПМ был выше федерального норматива. Это означает, что эти субъекты РФ до 1 января 2010 г. должны были принять законодательные акты, устанавливающие правила назначения и выплаты региональной доплаты к пенсии неработающим пенсионерам. В случае если субъект РФ осуществлял финансирование региональной доплаты исключительно за счет собственных средств (за исключением межбюджетных трансфертов), он был вправе самостоятельно определять условия ее установления и выплаты, включая меры социальной поддержки, учитываемые при подсчете общей суммы материального обеспечения пенсионера, в соответствии с законами и иными нормативными правовыми актами этого субъекта РФ.

Специфическая особенность российских пожилых людей — отсутствие сбережений на достойную старость. В развитых странах к моменту выхода на пенсию граждане имеют сбережения в ценных бумагах, высоколиквидной недвижимости, добровольных пенсионных накоплениях. В совокупности пенсия и доходы от личных сбережений достигают в западноевропейских странах, США, Австралии и Новой Зеландии 60,0—80,0% доходов в период их трудовой жизни. Столь высокий уровень доходов — не роскошь, а необходимость, связанная с возможными значительными расходами на лечение в случае тяжелых и длительных болезней. Это особенно актуально в старших возрастных группах.

При всей значимости проблем населения старшего возраста информация об их образе жизни и здоровья довольно скудная. Это объясняется, по-видимому, сохранением стереотипа восприятия пожилых людей как некой однородной массы — с невысоким уровнем образования, экономически беспомощной и политически консервативной. Информационной базой для изучения здоровья являются лишь социологические исследования, так как в регулярной статистической отчетности даже стандартные показатели заболеваемости этой категории людей не представлены.

Проведенное Росстатом обследование здоровья населения в 24 субъектах РФ в 2008 г. (2200 респондентов) в опубликованных данных информацию по пожилым возрастам практически не дает, но подтверждает известную истину, что бедные болеют чаще, чем богатые. У населения с низкими доходами болезни отсутствуют только у 15,9%.

Самое представительное обследование «Национальное обследование благосостояния домохозяйств и участия в социальных программах», проведенное Госкомстатом, охватывающее вопросы здоровья населения, было проведено в 2003 г. в 87 субъектах РФ. Хорошее и очень хорошее здоровье было только у 5,4% мужчин и 2,4% женщин пенсионного возраста. Как плохое и очень плохое оценивали свое здоровье 46,4% мужчин и 57,4% женщин. Ухудшилось состояние здоровья за последний год у 63,2% мужчин и 70,0% женщин пенсионного возраста.

Почему более 70,0% пожилых не проходили диспансеризацию в предшествующий год, если большинство из них (61,1% мужчин и 69,9% женщин) в течение этого года обращались за амбулаторной помощью в государственные поликлиники? Объясняется это не только тем, что поликлиники не справляются с обслуживанием прикрепленного к ним контингента. Свыше 80,0% из тех, кто вынужден был обратиться за платной помощью (5,3% мужчин и 6,0% женщин), нашли ее в государственных ЛПУ. Основная причина обращения за платной помощью была связана с отсутствием врачей нужного профиля. Оплата услуг осуществлялась в основном (на 95,0%) за счет собственных средств, и только 0,1%, вероятно, имели добровольное страхование, так как оплачивала услуги страховая компания.

В течение года каждый пятый-шестой человек пенсионного возраста получал направление на лечение в стационар. Из них лишь 83,2% мужчин и 76,8% женщин были госпитализированы. Остальные не получили лечения по причине отсутствия мест, денег на оплату лечения и др. Лечение было бесплатным только для 63,6% госпитализированных мужчин и 61,6% женщин. В 70,0% оплата услуг производилась в официальном порядке. Основным источником оплаты были, как и при амбулаторном лечении, средства домохозяйств.

Анализ обследования показывает, что для населения пенсионного возраста, имеющего низкие показатели здоровья, практически ограничена доступность медицинской помощи. Главной причиной недоступности является платность услуг в государственных и муниципальных Л ПУ.

В России слой «молодых стариков», или населения так называемого третьего возраста, которых ни внешне, ни по состоянию здоровья, ни по каким-либо иным критериям нельзя отнести к числу стариков, не сформировался. Однако говорить о его отсутствии нельзя. Исследования ИСЭПН РАН[2] показали, что около 18% пожилых горожан обладают ресурсным потенциалом. Это позволяет отнести их к «третьему возрасту». Они так же, как и их зарубежные сверстники, испытывают на себе дискриминацию по возрастному признаку (эйджизм). Иными словами, они вытесняются за рамки полноценной жизни. В определенной степени это вытеснение может характеризоваться как социальная смерть: физически человек жив, но для социума он уже мертв.

Потенциал пожилых людей — это определенная база для дальнейшего развития, поскольку у общества появляются дополнительные ресурсы, а у пожилых людей — возможность самореализации. В резолюции Генеральной Ассамблеи ООН от 16 декабря 1991 г. № 46/91 определено (п. 15), что пожилые люди должны иметь возможность работать или заниматься другим видом деятельности, приносящей доход, участвовать в определении сроков и форм прекращения трудовой деятельности, а также в соответствующих программах образования и профессиональной подготовки для всесторонней реализации своего потенциала.

Занятость тесно связана с уровнем образования, а в отношении пожилых людей уровень образованности является одним из определяющих факторов для работодателей. По данным переписи населения 2002 г., среди работающих пенсионеров две трети имели профессиональную подготовку, и чем она выше, тем больше пожилых востребованы в экономической сфере во всех возрастных категориях.

С возрастом снижается доля работающих мужчин и женщин независимо от уровня их профессиональной подготовки. Доля работающих женщин во всех старших возрастных категориях ниже доли мужчин, имеющих тот же уровень профессиональной подготовки. Специальное исследование[3] позволило выявить ряд причин, по которым мужчины и женщины старше трудоспособного возраста оставляют сферу занятости.

Около 14,0% опрошенных оставили работу по причине ухудшения своего здоровья. Примерно 7,0% потеряли работу в связи с сокращением штатов или ликвидацией предприятия. Менее 5,0% опрошенных ответили, что пожелали отдохнуть. Две трети лиц старше трудоспособного возраста оставили работу по достижении пенсионного возраста. К сожалению, такой ответ не раскрывает детали данной причины, а это могло быть и отсутствие мотивации продолжить трудовую деятельность: низкая заработная плата, тяжелые условия труда, отношение к лицам пенсионного возраста у администрации, в коллективе и т. д. Достижение пенсионного возраста не является мотивом прекращения трудовой деятельности у социально активных и сохранивших здоровье лиц пенсионного возраста.

В России пенсионеры могут участвовать в общественно организованном труде при наличии ряда условий: во-первых, при сохранении здоровья и наличии достаточного образовательноквалификационного ресурса; во-вторых, при создании социальных институтов по поддержанию и восстановлению потенциала лиц старше трудоспособного возраста. В социальной политике России отсутствует такое направление, как занятость пенсионеров. Возможность их участия в экономической деятельности предлагается решить одним путем — повышением возраста выхода на пенсию.

Поверхностный взгляд на опыт зарубежных стран в повышении пенсионного возраста в отрыве от объективных национальных факторов привел некоторых отечественных экспертов к выводу, что увеличение допенсионного возраста — единственный способ решения финансовых проблем пожилых граждан и совершенствования пенсионной системы.

Для повышения пенсионного возраста практически во всех странах ОЭСР (в отличие от России) есть существенный демографический резерв: в большинстве из них ожидаемая продолжительность жизни при рождении для мужчин существенно превышает 70 лет, для женщин—значительно выше 80 лет. В возрасте 65 лет ожидаемая продолжительность жизни для мужчин составляет 15—18 лет, женщин — 18—22 года. В России такого демографического резерва нет: ожидаемая продолжительность жизни при рождении составляет 62 года для мужчин и 74 — для женщин, а продолжительность жизни в возрасте 65 лет составляет для мужчин — чуть выше 11 и для женщин — 16 лет. При ныне действующих возрастных границах (60 лет для мужчин и 55 — для женщин) период получения пенсии в нашей стране вполне адекватен западному: 14 лет для женщин и 23 года для мужчин.

  • [1] Аналитический доклад «Итоги пенсионной реформы и долгосрочныеперспективы развития пенсионной системы Российской Федерации с учетомвлияния мирового финансового кризиса». URL: http://www.rosminzdrav.ru.
  • [2] См.: Доброхлеб В. Г. Ресурсный потенциал и занятость пожилых людей всовременной России. Ярославль, 2004.
  • [3] Социологический опрос выполнен Н. М. Римашевской и В. Г. Добро-хлеб в рамках проекта «Старшее поколение как фактор формирования гражданского общества и экономического развития России» 2002 г.
 
Посмотреть оригинал
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >
 

Популярные страницы