Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Социология arrow Бедность как образ жизни в современной России

Преодоление бедности в России

Снижение масштабов бедности

В исследованиях масштабов бедности надо четко различать, о каких показателях — абсолютных или относительных — идет речь.

Динамика показателей бедности в абсолютном измерении жестко связана с динамикой ПМ и ростом доходов малоимущих слоев населения.

Выбор значения ПМ довольно субъективен, осуществляется практически без консультаций с наукой, общественностью и профсоюзами, а самое главное — не соответствует современным реалиям[1]. Идеология построения этого индекса коренится в советской действительности, когда многие потребности население удовлетворяло через общественные фонды потребления и семья даже с низкими доходами реально имела бесплатный доступ к услугам здравоохранения, образования, рекреации. Сегодня даже за приезд «скорой помощи» зачастую приходится платить.

Если приблизить уровень ПМ к современным реалиям, то надо включать в него затраты на жилье и доступ к телекоммуникационным и информационным ресурсам, пересмотреть в нем нормативы на одежду и проч. Даже приблизительная оценка пересмотра показывает, что он должен быть увеличен минимум в 2,5—3 раза. И как в таком случае будет выглядеть показатель бедности?! И без того динамика ПМ значительно отстает от динамики средних доходов.

В 2009 г., по данным Росстата, денежные доходы населения России выросли в 7,4 раза по сравнению с 2000 г. При этом ПМ увеличился с 1210 до 5083 руб., т. е. в 4,2 раза.

Рост ПМ в «тучные» 2000—2009 гг. почти в 1,8 раза отставал от роста средних доходов населения, не говоря уже о том, что потребительская корзина не поспевала за изменяющимися потребностями современного общества, без удовлетворения которых даже на минимальном уровне человек просто выпадает из общества[2].

Прожиточный минимум определяется задним числом и отсутствует в прогнозных разработках и нормативах. Это свидетельствует о том, что динамика его роста «подгоняется» под динамику снижения уровня бедности. Иначе говоря, при увеличении ПМ хотя бы в 1,5—2,0 раза, как это считают необходимым многие ученые и специалисты, ни о каком радикальном снижении бедности говорить не приходится.

Если посмотреть на ресурсы и их дефицит по основным категориям домашних хозяйств, то мы увидим, что наибольшая глубина бедности наблюдается у наиболее многочисленной категории бедных: в многодетных семьях, где дефицит дохода составляет до 5 раз и более по сравнению с располагаемыми доходами! Вместе с тем в целом дефицит доходов у бедных невелик по сравнению с суммарными доходами всего населения.

Общий дефицит денежного дохода у бедного населения, по официальным оценкам Госкомстата, в 2009 г. составлял всего 1,3% (369,9 млрд руб.) от объема денежных доходов всего населения (28 452,3 млрд руб.).

Во всех планах Правительства по снижению бедности фигурируют не собственно показатели бедности, а показатели увеличения

МРОТ, пенсий, пособий, заработных плат бюджетников и т. п. «Подтягивание» этих показателей к ПМ демонстрирует серьезность усилий властей по решению проблемы бедности. Такой подход в условиях сравнительно высоких темпов экономического роста и благоприятной внешнеэкономической коньюктуры позволял Правительству увеличивать бюджетные расходы, в том числе на повышение пенсий, пособий, МРОТ, заработных плат работникам бюджетной сферы ит.д.,и тем самым создавать иллюзию эффективной социальной политики. Однако при таком подходе радикального снижения бедности ожидать не приходится. Тем более что инфляция и существующие распределительные механизмы фактически сводят эффект этих мероприятий во времени к нулю[3].

Детальный анализ на уровне различных доходных групп населения показывает, что даже довольно радикальные предложения по повышению МРОТ и пенсий, которые в последнее время выдвигаются многими экономистами и политиками, не могут привести к заметным сдвигам по снижению бедности и неравенства: только 12,0—15,0% выделяемых на эти цели ресурсов попадают к действительно бедным. О неэффективности такого подхода можно судить по ресурсам, направленным на повышение пенсий, что в 2010 г. потребовало дополнительных ассигнований из бюджета государства в сумме около 550 млрд руб. Это более чем в 1,4 раза превышало общий дефицит доходов бедных, но из этого «золотого дождя» лишь 10-я часть попала к действительно бедным пенсионерам.

Повышение заработных плат и пенсий происходит с учетом конкретной личности, а уровень бедности измеряется по отношению к домохозяйствам. Пенсионеры, бюджетники и другие малоимущие категории населения присутствуют и в богатых, и в бедных домохозяйствах. В итоге безадресное выделение ресурсов приводит к размыванию эффекта мероприятий по снижению масштабов бедности по всем доходным группам.

В рамках принятой парадигмы простое увеличение бюджетных расходов государства (а кризис ограничивает эти возможности) в принципе не может привести к существенным позитивным изменениям уровня неравенства и бедности, так как не устраняет причин, порождающих это неравенство, не говоря уже о том, что для радикальных изменений необходимы огромные дополнительные ресурсы, а это чревато дополнительными инфляционными рисками. Отсюда — при существующих распределительных отношениях — пессимистический прогноз возможности в обозримой перспективе выйти на европейские стандарты по уровню МРОТ, пенсий и детских пособий.

На наш взгляд, проблема неравенства в доходах российских граждан не может быть решена без радикального пересмотра парадигмы существующей социальной политики и распределительных отношений. Ведь относительная бедность отнюдь не автономный феномен, она представляет собой один из аспектов социально-экономического неравенства. Как показывает анализ, отдельные мероприятия по повышению доходов малоимущих слоев населения, если и приводят к некоторому снижению абсолютной бедности, практически не влияют на снижение относительной бедности.

За годы перестройки показатели относительной бедности росли вместе с показателями неравенства. При сохранении существующей ситуации, когда темпы роста доходов богатых оказались существенно выше темпов роста доходов бедных, снижение уровня относительной бедности в принципе невозможно. Масштабы данного явления могут быть сокращены только за счет уменьшения избыточного неравенства, и эту задачу можно решить лишь путем ограничения темпов роста наиболее высоких доходов при сохранении ускоренного роста реальных доходов населения в целом.

На примере простой линейной схемы повышения доходов поясним, как может быть ликвидирована бедность.

Обозначим через xmin и хтах такие уровни доходов, доходы ниже и выше которых имеют не более 0,1 % населения. Линейная схема определяется выбором новой нижней границы дохода b xmin и правилом повышения каждого уровня доходах, xmin < х< хтах:

При таком положении разрывы между различными уровнями доходов пропорционально сжимаются, т. е. происходит именно то, что необходимо для снижения масштабов бедности.

При повышении доходов разность доходов ух преобразуется в величину X (ух), где X = (xmax — b) /тах — xmin) — коэффициент сжатия. В ней повышаются все доходы ниже максимального, но прирост дохода тем ниже, чем выше его уровень, а максимальный доход остается неизменным. Применение такой схемы в динамике означает, что доходы 0,1% самых богатых должны расти с темпом, равным темпу инфляции, а все остальные доходы — с опережающим ускорением; причем чем ниже доход, тем темп его роста должен быть выше.

Наши расчеты показывают, что в случае применения этой схемы в ситуации 2003 г., когда была поставлена задача удвоения объема ВВП и двукратного снижения численности бедных, было бы достаточно, чтобы реальные доходы населения выросли на 16,1%. Иначе говоря, цель может быть достигнута за два года при условии, что прирост реальных доходов населения составит в среднем 8,0% в год.

Формально это означает, что абсолютная бедность, например, могла бы быть полностью ликвидирована в конце 2003 г., если бы 18,0% от общего прироста доходов за 2002—2003 гг. были направлены на повышение денежных доходов бедных до величины ПМ. Применение описанной схемы в нашем случае приводит к снижению коэффициента фондов в 2 раза, а неравенство, измеряемое индексом Джини, при этом понизится на 20,0%.

В 2002—2003 гг. рост реальных доходов был выше, поскольку он значительно опережал прибавку ВВП. В 2004—2009 гг. темпы увеличения доходов были на уровне 12,0%. Поэтому применение этой схемы в указанные годы было бы еще более эффективным при меньшем коэффициенте сжатия, который можно рассматривать как своего рода механизм перераспределения доходов населения. В действительности масштабы бедности снизились незначительно.

Доходы бедных нельзя повысить без соответствующего повышения доходов выше границы бедности, не создавая при этом новых социально-экономических диспропорций. Поэтому оценка реальной стоимости и потенциальных темпов снижения масштабов бедности зависит от выбора схемы повышения доходов всего населения.

Адресные мероприятия по увеличению пенсий, МРОТ, заработных плат работников бюджетной сферы, несмотря на их необходимость и важность, показывают их низкую эффективность для решения задачи снижения бедности и неравенства в обществе. Дело в том, что отдельные меры в принципе не могут привести к существенным изменениям ситуации, так как не устраняют причины, порождающие это неравенство. Простое увеличение бюджетных расходов не даст нужного результата, тем более что кризис ограничивает возможности дальнейшего роста расходов государства на социальные нужды. Кроме того, для радикальных изменений необходимы огромные дополнительные ресурсы, а это инфляционные риски[4].

Основная проблема неравенства и бедности населения лежит не в плоскости недостатка ресурсов, а в механизмах их распределения и перераспределения. Перераспределение доходов — ключевой элемент такого механизма. Одновременно это и системный, принципиально важный способ создания оптимальных условий для ускорения экономического роста и изменения вектора демографической динамики. Без увеличения налоговой нагрузки на сверхдоходы с одновременным ростом доходов малоимущих проблема нарастающей относительной бедности и увеличивающегося разрыва в отношениях «бедные — богатые» не может быть решена.

В странах с рыночной экономикой уже в течение длительного времени осуществляется государственное регулирование, направленное на выравнивание материального положения различных доходных групп населения. Разработка и реализация схемы управления ростом доходов — серьезное политико-экономическое решение.

Отсутствие продуманной системы выравнивания доходов и имущественного положения различных слоев населения приводит и будет приводить в дальнейшем к углублению разрыва между наиболее обеспеченными и беднейшими слоями. При этом может быть создан мультипликативный эффект поляризации, поскольку с течением времени богатейшие слои станут непрерывно наращивать свои возможности как за счет выгодных вложений имеющихся средств в экономику, так и вследствие несомненных преимуществ в получении образования, поддержании здоровья, развитии личности и быстро нарастающем социальном капитале.

По нашему мнению, в ближайшее десятилетие изменение политики в сфере распределительных отношений должно быть подчинено реализации двух конкретных целей: установлению минимума оплаты труда на социально оправданном уровне и сокращению не только ее дифференциации, но и совокупных доходов до приемлемых и достижимых размеров. Вместе с ростом оплаты труда увеличатся размеры социальных выплат (пенсий, пособий, стипендий), что, в свою очередь, скажется на росте денежных доходов основной массы населения и приведет к снижению уровня бедности.

Говоря об абсолютной бедности, следует иметь в виду, что ее заметное снижение при условии сохранения нынешних механизмов распределения доходов в принципе возможно только за счет привлечения дополнительных ресурсов, которые, как показывает пример с повышением пенсий в 2009—2010 гг., могут составлять весьма большую долю ВВП. Поэтому рост объема ВВП может дать настоящий социально-экономический эффект и ощутимые с точки зрения интересов всего населения результаты только в сочетании со специальными мерами социально- экономической политики, направленными на повышение уровня жизни всего населения.

Здесь нужно учитывать как общую переориентацию экономического курса в направлении обеспечения интересов большинства населения, так и использование механизмов перераспределения национального дохода, включая налоговую систему, систему социальной защиты, поддержку государством предприятий социальной сферы. Увеличение или сохранение существующего уровня дифференциации доходов может свести на нет потенциал экономического роста как средства повышения жизненного уровня населения.

Необходимы радикальная смена парадигмы социально-экономической политики и ее переориентация на нужды большинства населения, что невозможно без радикальной перестройки распределительных отношений. Реальная проблема заключается не только в повышении оплаты труда, но и в снижении избыточного неравенства заработных плат и доходов. По тенденциям, сложившимся в последнее время, общая дифференциация заработных плат в России существенно убывает. Однако российские тенденции в оплате труда принципиально отличаются от векторов движения в развитых странах с их технологическими сдвигами, инновационным развитием и ростом спроса на высококвалифицированный труд.

  • [1] Так, в нем не предусмотрено никаких затрат на аренду и тем более на покупку жилья.
  • [2] И здесь речь идет прежде всего об информации и о телекоммуникации.
  • [3] Если не считать того, что, задавая тот или иной уровень ПМ, мы можем ибедность свести к любой цифре.
  • [4] Только мероприятия по повышению пенсий в 2010 г., по словамВ. В. Путина, обошлись государству в 10,0% ВВП, а проблема снижения уровня детской бедности, не говоря уже о жилищной проблеме, значительно болеересурсоемка.
 
Посмотреть оригинал
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >
 

Популярные страницы