Взаимодействие государств — членов Евразийского экономического союза в рамках многосторонней торговой системы

В современных условиях развития интеграционных процессов Россия, не оставаясь в стороне от глобальных тенденций развития, находится в орбите значительного количества межгосударственных интеграционных объединений. Причем целая группа таких межгосударственных объединений создана на основе интеграционного взаимодействия с государствами — бывшими республиками СССР: в первую очередь это Содружество Независимых Государств, Евразийское экономическое сообщество, Союзное государство России и Беларуси, созданный Евразийский экономический союз. Указанные межгосударственные интеграционные объединения, являясь международными организациями особого типа, соединили страны со сходной, родственной природой постсоветского наследия, не только экономической, географической, но и этнокультурной близостью, рожденной за большой промежуток общежития в одном государстве. В настоящее время межгосударственные интеграционные объединения, созданные на постсоветском пространстве, имеют мощный потенциал, который необходимо использовать в приоритетном порядке, прежде всего, потому что интеграция новых независимых государств должна строиться с учетом ценного опыта полезной деятельности, накопленного за время общежития в СССР. Более того, на наш взгляд, в новом формате интеграция государств, являющихся сопредельными, русскоговорящими в большом сегменте населения, экономически взаимодополняющими друг друга, для всех бывших постсоветских республик по объективным критериям выгоднее, чем ориентация на «дальнюю» интеграцию с такими партнерами, как Европейский Союз, США и т.д. При этом необходимо отметить в качестве позитивного фактора то, что государствами, вошедшими в состав Таможенного союза и ЕврАзЭС, осознается ценность такого сотрудничества и развития интеграционных связей[1]. Как справедливо отмечает ЕА. Василевич, «потребность государств — членов Евразийского экономического сообщества (ЕврАзЭС) объединить совместно усилия прежде всего в экономической и правовой сферах возникла не сегодня. Не случайно еще в октябре 1997 г. представители органов конституционного контроля Беларуси, Казахстана, Кыргызстана, России, Таджикистана и присоединившейся к ним Армении созвали конференцию, ставшую своего рода советом органов конституционного контроля стран молодой демократии. Это еще одно свидетельство того, что в государствах, объединившихся в ЕврАзЭС, наиболее сильна потребность в согласовании развития национальных правовых систем по пути их сближения с международными стандартами, а в целом — в более тесном сближении и унификации национального законодательства»1.

В то же время Таможенный союз, действовавший в рамках более узкой «тройки» государств, по сравнению с ЕврАзЭС демонстрировал более высокие темпы развития интеграции и модернизации институциональной структуры, отвечающие подобному развитию международной организации, о чем свидетельствует Договор о Евразийской экономической комиссии, подписанный 18 ноября 2011 г. и вступивший в силу для Российской Федерации 2 февраля 2012 г.[2] [3], а также Декларация о евразийской экономической интеграции, намечающая преобразование Таможенного союза в более мощный формат международной организации — Евразийский союз[4]. Логичным шагом стало подписание Договора о Евразийском экономическом союзе, что явило собой новую важнейшую веху в развитии евразийской интеграции.

В подготовленном Минэкономразвития России документе «Основные направления таможенно-тарифной политики на 2014 год и плановый период 2015 и 2016 годов» указывается, что с даты присоединения к ВТО Россия приняла обязательства по обеспечению выполнения требований организации на уровне Таможенного союза. Реализация указанных обязательств возможна на основании Договора Таможенного союза о его функционировании в рамках многосторонней торговой системы от 19 мая 2011 г., в соответствии с которым обязательства, принимаемые государством — членом Таможенного союза при присоединении к ВТО, становятся частью правовой системы Таможенного союза[5].

В аналитических исследованиях подчеркивается, что «в целом законодательство Таможенного союза соответствует правилам ВТО. Соответственно членство России в ВТО не будет препятствовать дальнейшим интеграционным процессам с партнерами по Таможенному союзу»1.

При формировании договорно-правовой базы Таможенного союза и Единого экономического пространства в рамках ЕврАзЭС государства — члены Таможенного союза в решениях органов интеграции не раз отмечали свое стремление создавать нормативную правовую базу Таможенного союза и Единого экономического пространства, основываясь в своей деятельности на международных стандартах и правилах ВТО[6] [7].

В целом таможенное законодательство Таможенного союза основано на нормах международного права и рекомендациях, разработанных в рамках функционирования Всемирной таможенной организации. Так, платформой для Таможенного кодекса Таможенного союза стала Международная (Киотская) конвенция об упрощении и гармонизации таможенных процедур. Однако состоявшееся членство России в ВТО предполагает исполнение договоренностей, необязательных для Белоруссии и Казахстана, которые членами ВТО не являются. В связи с этим неизбежные изменения Таможенного кодекса Таможенного союза и принимаемых в соответствии с ним иных правовых актов должны соответствовать как правилам Таможенного союза, так и обязательствам России перед ВТО[8].

Однако развитие региональной экономической интеграции в глобальном мире сопряжено с деятельностью международных экономических организаций универсального характера. В настоящее время такой организацией является ВТО, членом которой в 2012 г. стала Российская Федерация. В то же время Республика Беларусь и Республика Казахстан — партнеры России по ЕАЭС — еще находятся на переговорной стадии с ВТО по условиям и срокам вступления. Таким образом, функционирование ЕАЭС в рамках многосторонней торговой системы осложнено тем, что в состав ВТО входят не все его государства-члены. По мнению министра Евразийской экономической комиссии Т.Д. Валовой, «плюс для бизнеса всех наших трех стран заключается в том, что Россия первая вступила в ВТО. Теперь мы исходим из того, что наши партнеры по ВТО не смогут требовать от других участников Таможенного союза дополнительных уступок в системных вопросах, относящихся к компетенции Таможенного союза. Потому что мы — единая организация»1. Таким образом, подведя национальное законодательство Российской Федерации под нормы и требования ВТО, логично признать, что законодательство других государств — членов Таможенного союза - Беларуси и Казахстана, с которыми у России имеются международные обязательства по гармонизации законодательства в определенных областях, также в основной своей массе соответствует требованиям ВТО. Так, Т.Д. Валовая отмечает: «Когда мы вступали в ВТО, нам все время говорили: “Поправьте свое внутреннее законодательство так и так”. Мы поправили. Теперь с учетом того, что у нас в рамках ТС существует единое экономическое пространство, все эти поправки уже учтены нашими партнерами по Казахстану и Беларуси. И теперь неправильно требовать от них вновь “править” их законодательство. Если нормы ТС устраивают ВТО применительно к России, то это должно устраивать применительно и к Беларуси и Казахстану. Требовать иных поправок — это уже политика, а не экономика»[9] [10].

Присоединение к ВТО каждого государства — члена Таможенного союза ЕврАзЭС является необходимым условием для эффективного функционирования Таможенного союза ЕврАзЭС в целом и таможенного тарифа Таможенного союза ЕврАзЭС в частности. Вступление Российской Федерации в ВТО, иных государств — членов Таможенного союза ЕврАзЭС представляет определенные правовые и экономические риски для остальных членов Таможенного союза ЕврАзЭС[11].

В целях настоящей работы представляет интерес разработка «Россия в Таможенном союзе и ВТО: карта конфликтов» Фонда «Петербургская политика». Так, выделено 15 потенциальных конфликтов, которые могут возникнуть между Таможенным союзом и ВТО. К такого рода проблемам относятся:

  • • применение Единого таможенного тарифа (ЕТТ);
  • • запрет на импорт мяса из США и Канады;
  • • запрет на импорт мяса из ЕС;
  • • введение утилизационного сбора на автотранспорт из ЕС;
  • • запрет экспорта необработанной древесины;
  • • субсидирование ЕС рыбодобывающих компаний в экономической зоне Мавритании;
  • • запрет использования ПЭТ-тары для пищевых продуктов в Российской Федерации;
  • • ограничение на использование заменителей солода в пивоварении;
  • • ожидаемый запрет на ввоз семенного картофеля из ЕС;
  • • введение утилизационного сбора на сельхозтехнику;
  • • квотирование допуска импортной продукции легкой промышленности в торговые сети;
  • • возможное введение квот на прокат зарубежной кинопродукции;
  • • сохранение российской системы бездоговорного управления авторскими и смежными правами;
  • • сохранение разного режима налогообложения для различных месторождений нефти;
  • • недопуск иностранных компаний к разработке российского шельфа1.

Следует отметить, что для современной юридической науки и практики соотношение международных договоров, действующих в рамках ЕврАзЭС и Таможенного союза, и международных обязательств, вытекающих из членства России в ВТО, является сложным международно-правовым вопросом[12] [13]. Это обусловлено тем, что в случае возможных коллизионных положений таких договоров не может быть в полной мере применена Венская конвенция о праве международных договоров. В то же время одним из важных международноправовых инструментов разрешения данной проблемы является Договор о функционировании Таможенного союза в рамках многосторонней торговой системы от 19 мая 2011 г.

Российская Федерация, опираясь на партнеров по Таможенному союзу, расширяя его и учитывая европейский опыт внешнеторговой деятельности, может повысить эффективность своего членства в ВТО, защитив своих производителей и обеспечив их новыми рынками сбыта, что в конечном счете должно привести к увеличению благосостояния наших граждан[14].

Как отмечается в Докладе Рабочей группы по присоединению Российской Федерации ко Всемирной торговой организации, Договор о функционировании Таможенного союза в рамках многосторонней торговой системы от 19 мая 2011 г. является договором Таможенного союза и частью национальной нормативно-правовой базы каждого из государств — членов Таможенного союза. Вследствие этого суды государств — членов Таможенного союза будут применять положения данного Договора. Кроме того, указанный Договор закрепляет обязательства государств — членов Таможенного союза и органов Таможенного союза в отношении обязательств, принятых каждым из государств — членов Таможенного союза как часть условий присоединения к ВТО и ставших частью правовой системы Таможенного союза.

Данный международный договор предусматривает, что с даты присоединения любой из сторон к ВТО положения Соглашения ВТО, как они определены в Протоколе о присоединении этой стороны к ВТО, включающем обязательства, взятые в качестве условия ее присоединения к ВТО и относящиеся к правоотношениям, полномочия по регулированию которых в рамках Таможенного союза делегированы сторонами органам Таможенного союза, и правоотношениям, урегулированным международными соглашениями, составляющими договорно-правовую базу Таможенного союза, становятся частью правовой системы Таможенного союза. При этом первая присоединяющаяся к ВТО сторона обязана информировать другие стороны и координировать с ними действия в отношении принятия обязательств в качестве условия ее присоединения, требующих внесения изменений в правовую систему Таможенного союза1.

При последующем присоединении к ВТО другой стороны ее обязательства, принятые в качестве условия присоединения к ВТО, относящиеся к правоотношениям, полномочия по регулированию которых в рамках Таможенного союза делегированы сторонами органам Таможенного союза, и правоотношениям, урегулированным международными соглашениями, составляющими договорно-правовую базу Таможенного союза, также становятся частью правовой системы Таможенного союза. При этом присоединяющаяся к ВТО сторона обязана информировать другие стороны и координировать с ними действия в отношении принятия обязательств в качестве условия ее присоединения, требующих внесения изменений в правовую систему Таможенного союза (ст. I)[15] [10].

При этом Договор предусматривает для государств — членов Таможенного союза специальный защитный механизм, дающий возможность стороне, не являющейся членом ВТО, право отступать от положений Соглашения ВТО, включая обязательства, принятые вступившей в ВТО стороной и ставшие частью правовой системы Таможенного союза, в части, в которой правовая система Таможенного союза и решения его органов требуют корректировки в соответствии со ст. 2, и (или) если такие правоотношения автономно регулируются в рамках ее национальной правовой системы. Сторона, использующая такие отступления, извещает Комиссию Таможенного союза1 о характере и объеме таких отступлений, а Комиссия Таможенного союза публикует эти извещения. После присоединения такой стороны к ВТО любое указанное отступление будет разрешено, только если оно прямо предусмотрено условиями присоединения такой стороны к ВТО[17] [15]. Таким образом, предусмотренный Договором защитный механизм для экономик государств — членов Таможенного союза носит в определенной степени временный характер и предусмотрен в качестве исключительной переходной меры только до присоединения Казахстана или Беларуси к ВТО. Однако ценность указанного положения Договора огромна уже в силу того, что обязательства, взятые государствами в связи с их членством в Таможенном союзе, не будут подвергнуты слому или не будут исполняться в связи со вступлением России в ВТО либо с последующим вступлением Республики Беларусь и (или) Республики Казахстане ВТО.

Наряду с указанным положением Договор о функционировании Таможенного союза в рамках многосторонней торговой системы от 19 мая 2011 г. обязывает стороны принять меры для приведения правовой системы Таможенного союза и решений его органов в соответствие с Соглашением ВТО, как это зафиксировано в Протоколе о присоединении каждой из сторон, включая обязательства каждой стороны, принятые в качестве одного из условий ее присоединения к ВТО. До принятия этих мер положения Соглашения ВТО, включая обязательства, принятые сторонами в качестве условий их присоединения к ВТО, имеют приоритет над соответствующими положениями международных договоров, заключенных в рамках Таможенного союза, и решений, принятых его органами (п. 1 ст. 2)[10].

Также следует отметить, что Договор о функционировании Таможенного союза в рамках многосторонней торговой системы предусматривает, что в переговорах по обязательствам системного характера по вопросам, входящим в компетенцию органов Таможенного союза, каждая вновь присоединяющаяся к ВТО сторона стремится к формированию такого объема обязательств, затрагивающих правоотношения, полномочия по регулированию которых делегированы сторонами органам Таможенного союза, и правоотношения, урегулированные международными соглашениями, составляющими договорно-правовую базу Таможенного союза, который максимально соответствовал бы обязательствам стороны, первой вступившей в ВТО. Принципиальные отклонения от таких обязательств, являющиеся результатом переговоров вновь присоединяющейся к ВТО стороны, подлежат обсуждению и согласованию сторонами (п. 5 ст. I)1.

Таким образом, рассматриваемый Договор закладывает основы механизма функционирования Таможенного союза в рамках многосторонней торговой системы. В связи с этим нельзя согласиться с мнением В.В. Мельникова, который считает, что «присоединение к ВТО может осложнить, если не подорвать продвижение России по пути интеграции со странами СНГ в рамках ЕврАзЭС и Союзного государства России и Белоруссии, а также недавно созданного Единого экономического пространства (ЕЭП)»[15] [21]. Вместе с тем реализация Договора затруднена ввиду того, что стороны присоединяются к ВТО не синхронно, сроки их присоединения будут разными. Следует отметить, что в настоящее время Республика Беларусь и Республика Казахстан являются государствами-наблюдателями в ВТО. Активно ведутся в различных фазах переговоры по вступлению Республики Казахстан и Республики Беларусь в ВТО. С учетом положений Договора в ходе дальнейших переговоров по присоединению Республики Беларусь будут учитываться обязательства Российской Федерации перед ВТО[22]. Однако и это положение не в полной мере разрешает вопрос о стабильности договорно-правовой базы ЕАЭС, так как сам Договор

0 функционировании Таможенного союза в рамках многосторонней торговой системы не исключает возможность внесения изменений в договорно-правовую базу Таможенного союза при присоединении к ВТО других государств — членов Таможенного союза. Однако процесс присоединения к ВТО зиждется на согласовании интересов государств-членов и присоединяющегося государства, что вовсе не гарантирует того, что системные обязательства в дальнейшем присоединяющихся государств — участников ЕАЭС к ВТО будут в полной мере соответствовать обязательствам Российской Федерации.

В связи с этим выполнение положений Договора в части приведения правовой системы Евразийского экономического союза в соответствие с обязательствами ВТО, принимаемых каким-либо государством, может привнести дисбаланс в систему действующих международно-правовых актов ЕАЭС. Указанные негативные моменты предопределены условиями Договора, в соответствии с которыми правовая база Таможенного союза подлежит изменению с учетом обязательств, принимаемых каждым государством — членом Таможенного союза при его вступлении в ВТО.

Так, учитывая вышеизложенное, можно отметить, что договорноправовая база Евразийского экономического союза не в полной мере защищена от периодического внесения в нее изменений, что связано с постепенным присоединением к ВТО государств — членов ЕАЭС.

В связи с этим наиболее эффективным видится применение указанного Договора на системной основе, в соответствии с которой обеспечивается приоритет применения международных обязательств, вытекающих из членства в ВТО. После того как в ВТО вступят все государства - члены Евразийского экономического союза, на системной основе возможно произвести необходимые изменения в общей договорно-правовой базе ЕАЭС.

Таким образом, международно-правовой анализ механизмов функционирования Евразийского экономического союза в рамках многосторонней торговой системы показывает, что наиболее эффективным способом совершенствования договорно-правовой базы ЕАЭС является внесение изменений в отдельные международноправовые акты на унифицированной основе после вступления в ВТО всех государств — членов Евразийского экономического союза. До этого момента в случае расхождения международных обязательств, вытекающих из членства в ЕАЭС и ВТО, должен быть обеспечен приоритет обязательств по ВТО в отношении государства, вступившего в данную международную организацию. Кроме того, целесообразно использовать специальные методы согласованного толкования в случаях, когда возможно применить международные договоры ВТО и Евразийского экономического союза как взаимосогласованные и взаимодополняемые.

Общее положение сводится к тому, что Российской Федерацией как государством — членом ЕАЭС и ВТО должны быть выполнены международные обязательства, вытекающие из членства в этих двух международных организациях. Международное право само по себе не устанавливает приоритетность международных обязательств, вытекающих из членства в каком-либо международном объединении, за исключением Организации Объединенных Наций, обязательства которой по Уставу обладают приоритетом по отношению к иным международным обязательствам.

Международные договоры ВТО такими характеристиками обладать не могут, однако ввиду универсального характера ВТО государства — члены Евразийского экономического союза отдают приоритет международным обязательствам по ВТО перед обязательствами, вытекающими из членства в региональных интеграционных объединениях, и прежде всего в Евразийском экономическом союзе.

Таким образом, государствами — членами Евразийского экономического союза, в частности Российской Федерацией, может быть применен следующий международно-правовой инструментарий выполнения международных обязательств, вытекающих из международных договоров ВТО и ЕАЭС:

  • • унифицированное внесение изменений в договорно-правовую базу Евразийского экономического союза, осуществляемое после присоединения к ВТО всех государств — членов ЕАЭС;
  • • использование механизма приоритетного применения международных договоров ВТО в случае, если ими установлены правила, отличающиеся от предусмотренных международными договорами Евразийского экономического союза, что способствует обеспечению выполнения обязательств ВТО и сохранению стабильности и устойчивости договорно-правовой базы ЕАЭС до того момента, как к ВТО присоединятся все государства — члены ЕАЭС;
  • • в случаях, когда это представляется возможным, использование механизма согласованного толкования международных договоров, действующих в рамках Евразийского экономического союза и ВТО;
  • • активное применение норм, предусмотренных международными договорами Евразийского экономического союза, когда ими установлены более либеральные правила, чем те, которые предусмотрены ВТО, в случае отсутствия их взаимного противоречия. Однако до этого момента следует провести мониторинг таких международных предписаний с тем, чтобы не были нарушены взаимно корреспондирующие международные обязательства, вытекающие из членства как в ВТО, так и в ЕАЭС;
  • • проведение правового мониторинга, в том числе на стадии разработки проектов международных договоров и решений органов Евразийского экономического союза, в целях их согласования с международными обязательствами, вытекающими из международных договоров ВТО. В связи с этим встает вопрос о целесообразности опубликования проектов международных договоров на официальном интернет-сайте, например, Евразийской экономической комиссии с тем, чтобы с ними могли ознакомиться все заинтересованные стороны (бизнес-сообщества, физические лица и т.п.). Разрешение данного вопроса возможно по аналогии с опубликованием проектов технических регламентов для публичного обсуждения.

  • [1] См. подробнее: Каширкина А.А., Морозов А.Н. Международно-правовые моделиЕвропейского Союза и Таможенного союза: сравнительный анализ / Отв. ред.А.Я. Капустин. М., 2012.
  • [2] Василевич Г.А. Основные принципы деятельности в Евразийском экономическомсообществе и возможные механизмы выполнения его решений государствами-участниками. В кн.: Международное право и национальное законодательство. М.,2009. С. 345.
  • [3] СЗ РФ. 2012. № 11. Ст. 1275. Российская Федерация ратифицировала Договоро Евразийской экономической комиссии в соответствии с Федеральным закономот 1 декабря 2011 г. № 374-ФЗ.
  • [4] Декларация о евразийской экономической интеграции принята в соответствиис решением Межгоссовета ЕврАзЭС (высший орган Таможенного союза) 18 ноября 2011 г.
  • [5] URL: http://govemment.ru/media/files/41d4696fa3e0cal03444.pdf
  • [6] Balandina G. Russia and the WTO. URL: http://www.legal500.com/assets/images/stories/firmdevs/pepe_wto.pdf
  • [7] См.: Слюсарь Н.Б. Мировой опыт в размещении государственных заказов, реализуемый в Таможенном союзе Беларуси, Казахстана и России // Государственнаявласть и местное самоуправление. 2012. № 11. С. 26—29.
  • [8] См.: Бакаева О.Ю. Проблемы таможенного регулирования в условиях членстваРоссии в ВТО. В кн.: ВТО и Таможенный союз: перспективы интеграционногосотрудничества: материалы IV Международной научно-практической конференции (Саратов, 27 мая 2013 г.). Саратов, 2013. С. 15.
  • [9] Интервью с Т.Д. Валовой. Союзное государство может быть двигателем и примером для Единого экономического пространства. URL: http://www.soyuz.by/ru/?guid= 117484
  • [10] Там же.
  • [11] См.: Вобликов В.Ю. Особенности правового регулирования установления ставокЕдиного таможенного тарифа Таможенного союза ЕврАзЭС в многостороннейдоговорной системе ВТО // Юрист. 2012. № 18. С. 21-26.
  • [12] Россия в ВТО и Таможенном союзе: карта конфликтов. URL: http://www.fpp.spb.ru/vto
  • [13] См., например: Borovikov Е., Evtimov В. Russia’s First Round of WTO Membershipand The Quest Of The Eurasian Customs Union. URL: http://whoswholegal.com/news/features/article/30989/; Tumbarello P. Regional Trade Integration and WTO Accession:Which Is the Right Sequencing? An Application to the CIS. URL: http://wwwlO.iadb.org/intaI/intalcdi/PE/2010/06077.pdf
  • [14] См.: Пазына O.E. Перспективы применения опыта правового механизма взаимодействия Европейского Союза и ВТО в Таможенном союзе в рамках Евразийского экономического сообщества // Вестник Саратовской государственной юридической академии. 2013. № 2 (91). С. 191.
  • [15] URL: http://www.tsouz.ru/MGS/MGS-15/Pages/P-87.aspx
  • [16] Там же.
  • [17] В связи с принятием Договора о Евразийской экономической комиссии от18 ноября 2011 г. полномочия Комиссии Таможенного союза перешли к Евразийской экономической комиссии.
  • [18] URL: http://www.tsouz.ru/MGS/MGS-15/Pages/P-87.aspx
  • [19] Там же.
  • [20] URL: http://www.tsouz.ru/MGS/MGS-15/Pages/P-87.aspx
  • [21] Мельников В.В. Проблема адаптации законодательства России в процессе присоединения к ВТО // Вестник Российского университета дружбы народов. Серия«Юридические науки». 2006. № 3. С. 93-94.
  • [22] См. сайт Министерства иностранных дел Республики Беларусь: http://www.mfa.gov.by/export/wto/accession/
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >