Методология эпистемологического анархизма П. Фейерабенда

Пол Фейерабенд (1924-1994) (рис. 3) исходил из того, что существует множество равноправных типов знания, и данное обстоятельство способствует росту знания и развитию личности. Он считал необходимым создание такой науки, которая бы принимала во внимание историю. Это путь для преодоления схоластичности современной философии науки. Пролиферация — максимальное увеличение разнообразия взаимно исключающих гипотез и теорий как необходимое условие успешного развития науки. Нельзя упрощать науку и ее историю. История науки, и научные идеи, и мышление ее создателей должны рассматриваться как нечто диалектическое — сложное, хаотичное, полное ошибок и разнообразия, а не как однолинейный и однообразный процесс. Наука, ее история и философия должны развиваться в тесном единстве и взаимодействии.

Методологическим кредо философа и методолога науки П. Фейерабенда было «Все дозволено!»

Рис. 3. Методологическим кредо философа и методолога науки П. Фейерабенда было «Все дозволено!»

«П. Фейерабенд считал недостаточным абстрактно-рациональный, т.е. неопозитивистский подход к анализу науки, развитию знания. Ограниченность этого подхода в отрыве науки от культурно-исторического контекста, в котором она пребывает и развивается. Чисто рациональная теория развития идей сосредотачивает внимание главным образом на тщательном изучении понятийных структур, включая логические законы и методологические требования, лежащие в их основе, но не занимается исследованием неидеальных сил, общественных движений, т.е. социокультурных детерминант развития науки. П. Фейерабенд считал односторонним социально-экономический анализ социокультурных детерминант развития науки, так как этот анализ впадает в другую крайность — выявляя силы, воздействующие на наши традиции, забывает, оставляет в стороне понятийную структуру последних. Он ратовал за построение новой теории развития идей, которая была бы способна сделать понятными все детали этого развития. А для этого она должна быть свободной от указанных крайностей и исходить из того, что в развитии науки в одни периоды ведущую роль играет концептуальный фактор, в другие — социальный. Вот почему всегда необходимо держать в поле зрения оба фактора и их взаимодействие. Изменение, развитие научного знания есть одновременно и изменение научных методов, методологических директив, которые П. Фейерабенд не отвергал, но и не ограничивал их только рациональными правилами. Его методологическое кредо «Все дозволено!» означало, что исследователи могут и должны использовать в своей научной работе любые методы и подходы, которые представляются заслуживающими внимания. П. Фейерабенд резко выступал против неопозитивистского схоластического конформизма с его требованием оставлять все так, как есть. Он подчеркивал, что методологические директивы не являются статичными, неизменными, а всегда носят конкретно-исторический характер. Наука, как сложный, динамический процесс, насыщенный неожиданными и непредсказуемыми изменениями, требует разнообразных действий и отвергает анализ, опирающийся на правила, которые установлены заранее без учета постоянно меняющихся условий истории. Данные истории играют решающую роль в спорах между конкурирующими методологическими концепциями» [53]. И, кроме того, эти данные служат той основой, исходя из которой можно достоверно объяснить эволюцию теории.

Соединение у П. Фейерабенда плюрализма теорий с тезисом об их несоизмеримости порождает анархизм. Каждый ученый, по П. Фейе- рабенду, может изобретать и разрабатывать свои собственные теории, не обращая внимания на несообразности, противоречия и критику. Деятельность ученого не подчиняется никаким рациональным нормам. Поэтому развитие науки, по П. Фейерабенду, иррационально: новые теории побеждают и получают признание не вследствие рационально обоснованного выбора и не в силу того, что они ближе к истине или лучше соответствуют фактам, а благодаря пропагандистской деятельности их сторонников. В этом смысле наука, считал П. Фейерабенд, ничем не отличается от мифа и религии. Поэтому следует освободить общество от «диктата науки», отделить науку от государства и представить науке, мифу, религии одинаковые права в общественной жизни. Он вводил правило контриндукции, которое гласит, что необходимо вводить и разрабатывать гипотезы, несовместимые с хорошо обоснованными теориями, существовавшими ранее, с фактами и данными экспериментов. В теории, по его мнению, не менее, а, может быть, более важную роль играют внерациональные элементы, зачастую противоречащие элементарной логике.

В этом смысле история науки — это история проб, ошибок и заблуждений, она гораздо сложнее и интереснее, чем ее последующие рационалистические реконструкции. П. Фейерабенд считал, что, по сути, истина навязывается. Из разнообразного исторического дискурса вычленяются только те факты, которые работают на современный стандарт, а все конкретно-индивидуальное и психологичес- ки-личностное отбрасывается как случайное и несущественное. Оформляющийся при этом образ науки наделяется характеристиками высшего арбитра в вопросах познания, а это, как убеждал мыслитель, категорически недопустимо. Своими установками на объективацию и стандартизацию знания наука пресекает гуманистический интерес к личности, индивидуальности, загоняя человека в искусственные тиски всеобщих истин и штампов. Методологический анархизм, провозглашаемый П. Фейерабендом, выступает тем самым как способ преодоления консервативных и антигуманных традиций научной рациональности. Итак... все дозволено. «Мы, — говорил П. Фейерабенд, — можем использовать гипотезы, противоречащие хорошо подтвержденным теориям или обоснованным экспериментальным результатам. Можно развивать науку, действуя контриндуктивно». Таковы в общих чертах основные характеристики программы методологического анархизма П. Фейерабенда.

Эпистемология неявного знания М. Полани

Британский ученый и философ Майкл Полани (1891-1976) настаивал на том, что человеку свойственно не абстрактное проникновение в существо вещей самих по себе, а соотнесение реальности с человеческим миром. Поэтому любая попытка элиминировать человеческую перспективу из нашей картины мира ведет не к объективности, а к абсурду.

Философ исходил из существования двух типов знания: центрального или главного, и периферического, неявного, скрытого. Причем неявный элемент познавательной активности субъекта трактовался не просто как неформализуемый избыток информации, а как необходимое основание логических форм знания. Неявное знание личностно по определению. М. Полани утверждал, что главным фактором, определяющим принятие ученым той или иной научной теории, является не степень ее критического обоснования, а исключительно степень личностного «вживания» в эту теорию, степень неявного доверия к ней. Категория веры является основой для понимания познания и знания. Она заменяет, вытесняет механизмы сознательного обоснования знания. Исходя из этого, М. Полани делал вывод: критериев истины и лжи не существует.

Литература

Демин В.И. Идеология и наука: Э. Агацци Versus П. Фейерабенд // Наука XXI в.: актуальные направления развития. Материалы Международной заочной научно-практической конференции. — Самара: СГЭУ, 2015. — С. 128-136.

Лахути Д.Г. Милль, Пирс и Поппер о логике научного открытия // Вопросы философии. — 2012. — № 3. — С. 101-109.

Нугаев Р.М. Почему одна фундаментальная научная теория сменяет другую? // Stredoevropsky Vestnik pro Vedu a Vyzkum. — 2015. — T. 80. — C. 96.

Филатов T.B. Виртуальное теоретическое знание в концепции истории Имре Лакатоса // Клио. — 2012. — № 9 (69). — С. 29-31.

Эминов Х.Г., Тишков Д.А. К. Поппер как представитель критического рационализма // Научный аспект. — 2012. — Т. 1. — № 4. — С. 122-124.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >