Изменённые состояния сознания как инструмент контроля когнитивных процессов и состояний

В статье рассматривается одна из малоизученных функций изменённых состояний сознания (ИСС): контроль, регуляция когнитивных процессов и когнитивных состояний. Наличие данной функции отмечается в отдельных психологических, психиатрических, нейронаучных исследованиях. В современной психологии аддиктивное поведение связывается с изменёнными состояниями сознания. Целью аддиктивного поведения и, следовательно, изменённых состояний сознания некоторые исследователи считают структурные преобразования личности и когнитивной сферы с целью устранения психологического дискомфорта, снятия психического напряжения, то есть, иными словами, контролируемую сознанием, целенаправленную трансформацию психических процессов и состояний. В психиатрии выдвигалась идея экзистенциальной адаптации как основной функции изменённых состояний сознания, что также может быть интерпретировано в терминах направленных, контролируемых изменений когнитивной сферы для достижения прагматических (экзистенциальных) целей. На нейрофизиологическом уровне нейрологические корреляты ИСС фиксируются в моменты перехода к новому функциональному состоянию когнитивной системы, затрагивают другие регуляторные, в том числе контролирующие физиологические процессы, системы организма. Изменённые состояния сознания «ответственны» за качественные характеристики (феноменальные содержания) опыта сознания. Творческие ИСС, согласно свидетельствам от первого лица, также служат цели контроля состояний психики и сознания. Таким образом, разнообразие когнитивных состояний, выражающееся в наличии множества доступных изменённых состояний сознания и основывающееся на естественной изменчивости сознания, предстаёт в качестве необходимого условия целенаправленной регуляции когнитивной сферы.

Ключевые слова: сознание, состояния сознания, изменённые состояния сознания, функции изменённых состояний сознания, когнитивные процессы, когнитивные состояния

Тезис о том, что одна из основных функций сознания - регулятивная, является общеизвестным и общепринятым. При этом обычно речь идёт о регуляции поведения человека. Гораздо реже в учебной и справочной литературе можно встретить не менее оправданное утверждение, согласно которому регулятивная функция распространяется на когнитивные процессы (например, мышление) и когнитивные состояния, включая состояния психики и психические процессы [5]. Также общепринятой является констатация связи между регулятивной функцией сознания и способностью сознания к целеполага- нию и оцениванию: сознание осуществляет контроль (регуляцию) поведения человека и когнитивных процессов и состояний преимущественно путём постановки целей и процедур оценивания.

Статья посвящена проблеме роли изменчивости сознания, которая находит своё выражение в дифференцированном множестве доступных состояний сознания, в осуществлении регулятивной функции.

В конце прошлого века отечественный эпистемолог И. П. Меркулов выдвинул тезис, согласно которому одной из когнитивных функций изменённых состояний сознания является контроль когнитивных состояний. Также он предложил описание «механизмов», благодаря которым опыт ИСС усиливает сознательный контроль психических состояний, мышления и т. п., то есть одну из важнейших функций сознания.

Эволюционная эпистемология, - направление, в рамках которого работал И. П. Меркулов, - разделяет основоположения теории эволюции, в частности, утверждение о том, что дифференциация является основой развития. Когнитивное разнообразие в рамках представлений о когнитивной эволюции - необходимое и достаточное условие когнитивного развития. Этот тезис подкрепляется указаниями на широкую представленность когнитивного разнообразия на биологическом и социокультурном уровнях. Когнитивное разнообразие может быть представлено внутри одного и того же социокультурного контекста

© Ярославцева А. В., 2017

в форме доминирования у индивидов «правополушарного» и «левополушарного» типов мышления [6, с. 62]. Поскольку состояние сознания зависит от состояния когнитивной системы в целом, а также находит своё выражение в состоянии когнитивной системы, в этом случае получающие преимущественное распространение состояния сознания могут различаться [12]. И. П. Меркулов также отмечает, что люди мыслят оппозициями - минимальной, простой формой разнообразия [6, с. 48, 85], причём мышление оппозициями представлено не только в логике архаического мышления. Существует генетическая предрасположенность людей к выдвижению бинарных альтернатив: «Оперирование оппозициями - это, скорее всего, устойчивый элемент бессознательной стратегии образного мышления, присущая ему особенность обработки когнитивной информации» [6, с. 86]. Источником когнитивного разнообразия и дифференциации с биологической точки зрения также является межполушарная ассиме- трия [6, с. 56]. Биологически обусловлено (поскольку проявляется у многих наиболее эво- люционно близких к людям животных) удовольствие от изобретения нового, играющее огромную роль в увеличении многообразия культурных содержаний [6, с. 127-128]. Помимо перечисленного, среда обитания требует когнитивного разнообразия: необходимость творчества, варьирования когнитивных состояний и вытекающего из этого получения новых когнитивных результатов, вызывается, требуется быстрыми изменениями окружающей среды [6, с. 133].

Существенная укоренённость когнитивного разнообразия в биологических структурах, сложившихся в ходе эволюции, и его представленность в обществах и культурах ставит перед нами вопрос о том, каким образом когнитивное разнообразие, выражающееся, в том числе, в спектре доступных изменённых состояний сознания, может оказаться условием контроля, целенаправленной трансформации когнитивных процессов и состояний.

И. П. Меркулов пришёл к выводу о том, что осознание негативных состояний, ситуаций и положений дел создаёт непосредственную угрозу жизни, здоровью и психике как современных, так и первобытных людей [6, с. 90]. Более того, контроль психических состояний, состояний сознания необходим именно формам жизни с высокоразвитой психикой и сознанием, поскольку среди множества доступных состояний далеко не все

позволяют эффективно действовать и даже выживать. С точки зрения И. П. Меркулова,изменённые состояния сознания выступали в качестве постоянного и контролируемого источника положительных эмоций [6, с. 91- 92], что являлось действенным инструментом контроля состояний психики и сознания.

Примечательно, что современные психологи несколько иначе интерпретируют функции изменённых состояний сознания, однако также приходят к выводу о том, что одной из функций ИСС является контроль состояний психики (и сознания). В современной психологии аддиктивное поведение связывается с изменёнными состояниями сознания, с одной стороны [7, с. 7], и с контролем психических состояний, направленным на устранение дискомфорта, - с другой.

Так, Д. Н. Долганов утверждает, что девиации в целом, как одна из форм когнитивного разнообразия дают возможность контроля психики в следующем смысле: аддиктивное поведение рассматривается автором как частный случай изменений в состоянии сознания (частный, поскольку гениев автор не относит к лицам с аддиктивными реализациями по причине социальной значимости результатов их деятельности). Тем не менее, общая парадигма такова: «В ходе аддиктив- ных реализаций фиксируются изменения не только на уровне личности, но и на уровне сознания, поскольку личностные особенности в определённой мере влияют на формирование сознания субъекта, предопределяя субъективное мировосприятие... в ходе аддик- тивных реализаций вслед за деформацией личности происходит перестройка сознания и восприятия окружающей действительности... аддиктивная личность формирует принципиально новый когнитивный образ мира, который, представляя собой определённую информацию о внешнем мире, отражает явления сознания». Аддиктивное поведение он относит к «способам устранения психологического дискомфорта», «устранения... психического напряжения» [2, с. 27]. Долганов ссылается на работы новосибирского психиатра и психотерапевта Ц. П. Короленко, одного из основателей современной аддиктологии, и психолога Н. В. Дмитриевой, которые также считают, что аддиктивное поведение является одним из связанных с изменением состояния сознания средств для решения психологических проблем, устранения психологического дискомфорта [4].

Сходное понимание изменённых состояний сознания находим в психиатрии.

С. В. Дремов и И. Р. Семина отмечают, что изменённые состояния сознания можно рассматривать не только как негативный процесс. Именно маргинализация ИСС в психиатрии, их интерпретация в рамках клинической парадигмы привела к «неразработанности проблемы сознания в психиатрии» [3, с. 3]. Авторы отстаивают необходимость междисциплинарного подхода к сознанию, развития психиатрического понимания сознания «в русле общефилософского и общепсихологического знания» [3, с. 4], - и выдвигают идею «адаптивности» изменённых состояний сознания. Экзистенциальная адаптация, - специфически человеческий способ приспособления, первичный и наиболее значимый план психофизиологической и социальной адаптации [3, с. 87], - базируется на естественной способности сознания изменяться. Способность сознания к изменению является способом преодоления экзистенциальных проблем. Психиатры часто сталкиваются с вызванными нарушением этой способности сознания экзистенциальными тупиками - результатами нерешённых экзистенциальных проблем. Аддиктивное поведение, в частности, «алкогольные эксцессы могут быть представлены в этом контексте как компенсаторный способ искусственного изменения сознания, который, однако, не способствует новым конструктивным самоидентификациям» [3, с. 94], - в отличие от «нормальной» и «естественной» изменчивости сознания.

В нейронауке также отмечается наличие функции контроля у изменённых состояний сознания. П. В. Хало, В. Л. Сахаров и Ю. М. Бородянский, исследуя пароксизмальную активность неэпилептических диапазонов в изменённых состояниях сознания, в конечном счёте приходят к выводу о том, что пароксизмальная активность мозга может быть рассмотрена как способ «оптимизации функциональных состояний человека и произвольной активации его резервных возможностей» [8]. Церебральные неэпилептические пароксизмы наблюдаются при генерализованных тревожных расстройствах, посттравматических стрессовых и дистимических расстройствах, экстернализированных тревожных расстройствах (в частности, обсес- сивно-компульсивном), - а также отмечались в исследованиях «творческих состояний, вызванных гипнотическим трансом», «психотехник циклического дыхания», парадоксальной фазе сна, при сенсорной депривации, исследованиях феноменов «кожного зрения» и во многих других исследованиях необычных когнитивных состояний [8], - т. е. в очень широком спектре изменённых состояний сознания, что позволяет говорить о пароксизмальной активности как о корреляте упомянутых состояний сознания.

С другой стороны, исследования показывают, что пароксизмальная активность является «ЭЭГ-коррелятом перехода к новому функциональному состоянию, в частности, к состоянию активации резервных возможностей человека» [8], к новому функциональному состоянию мозга. Учёт феноменальных переживаний в отдельных случаях даже позволяет делать заключение о глубине функциональной перестройки организма: «В исследованиях П. В. Быкова не до конца понятна роль наличия переживаний кинестетической модальности на сессиях циклического дыхания. Можно предположить, что корреляция между повышением пароксизмальной активности с наличием переживаний кинестетической модальности на сессиях циклического дыхания говорит о более глубоких функциональных перестройках организма»

[8]. Анализ локализации пароксизмальной активности позволяет делать заключение о масштабности и системности перестройки систем, регулирующих процессы, протекающие в организме в целом, которая оказывается, таким образом, неразрывно связанной с нейрологическими коррелятами и феноменальными проявлениями изменённых состояний сознания: при выходе из психотехнически индуцированного трансового состояния творческой активности «наблюдалось усиление а-пароксизмов в обеих затылочных областях, т. е. происходил перебор в хаотической деятельности мозга различных программ выхода из транса и формирование нового системо- генеза, в результате чего мозг через пароксизмальную активность начинал работать в новом адекватном адаптивном режиме без функциональной латерализации. Центром этого процесса очевидно является гиппокамп с последующим вовлечением гипоталамуса, вместе они включают и регулируют нейроэндокринную и иммунную системы» [8]. Пароксизмальная a-активность также наблюдалась при переходе к рассматриваемому трансово- му состоянию.

Одновременно мы сталкиваемся с изменёнными состояниями сознания, выступающими в качестве средств контроля состояний психики и сознания, не только в интерпретациях ситуаций, требующих психологического или психиатрического вмешательства или в контексте специализированных нейрофизиологических исследований. Сон - известное всем людям ИСС - выступает в качестве достаточно хорошо изученного инструмента контроля физиологических состояний и состояний психики/сознания. Нарушение биологически предусмотренного цикла изменений состояний сознания путём чередования периодов сна и бодрствования ведёт к многочисленным соматическим (увеличивается риск возникновения сахарного диабета, ожирения, сердечно-сосудистых заболеваний) и когнитивным (от раздражительности и нарушений памяти до клинических форм депрессии) проблемам [13]. Из чего следует простейший вывод: естественные циклические изменения состояний сознания - важнейший механизм контроля физических и когнитивных внутренних состояний. Что, помимо прочего, никоим образом не противоречит утверждениям о том, что сон - источник положительных и поэтому ценных, священных, способствующих выживанию, сохранению и развитию общества и культуры эмоций [6, с. 95], но согласуется с ними.

Выходя за рамки психологии, психиатрии и нейрофизиологии с их специфическими предметными областями, мы обнаруживаем, что, в частности, «ощущение интеллектуального дискомфорта и даже состояние фрустрации, появляющееся в результате несогласованности перцептивных и вербальных репрезентаций, образного и речевого понимания, периодически могут возникать не только у детей, но и у взрослых - эти ощущения, в частности, нередко выступают побудительными мотивами творческих поисков учёных, поэтов и писателей» [6, с. 142] - и дают возможность контроля состояний сознания. Зачастую творчество, которое неразрывно связано со вхождением в ИСС [11], выступает механизмом контроля внутренних состояний. Подтверждения этому можно найти в отчётах от первого лица: так, в турне по Америке Джо Кокера и группы «Бешеные псы и англичане» Кокер как- то сказал: «Если бы я не был певцом, я бы, наверное, убил кого-нибудь. Потому что накипело...» (“if I hadn’t been a singer, I would probably have murdered somebody. Because the sort of amount of...”, - на тридцать девятой минуте документального фильма “Joe Cocker - Mad Dogs and Englishmen (Live 1970)”). В данном случае творчество явным образом трансформирует и направляет «душевные порывы», которые в противном случае могли бы принять социально-опасную форму.

Состояние сознания - это не только состояние физических, химических, биологических аспектов когнитивной системы. Оно включает в себя и такой аспект, как феноменальные содержания сознания [12]. Затрагивая ситуацию творчества, нельзя не отметить такую особенность ИСС, как их способность выступать в качестве средства обогащения и моделирования феноменального опыта сознания, то есть в качестве одной из форм контроля, регуляции содержания опыта сознания.

Уже отмечалось, что изменённые состояния сознания в архаический период были основным источником когнитивного разнообразия феноменальных содержаний опыта сознания. Поскольку отличающиеся от обыденных квалиа воспринимались людьми как достоверные свидетельства о реальности (а не как, например, симптомы наличия «сбоев» в когнитивной системе), новая когнитивная информация, обретаемая в опыте изменённых состояний сознания, оказывалась источником формирования архаических форм мировоззрения и систем знания [10, с. 108-109].

П. А. Гордеев утверждает, что у членов общества есть потребность в новом [иррациональном] опыте, «необычных переживаниях», - изменённые состояния сознания решают задачу удовлетворения этой потребности. Он также отмечает, что иррациональный опыт индивидуумов может быть «окультурен», обогатить человеческую культуру, - эта задача решается при условии институционализации ИСС. Таким образом, индивидуальная и социокультурная значимость опыта изменённых состояний сознания сводится преимущественно к обогащению феноменальных содержаний опыта сознания и пролиферации их объективированных (т. е. культурных) форм, -т. е. к функции модуляции и контроля содержания опыта сознания [1].

Согласно К. В. Шитихиной, принятие положений о том, что состояние сознания включает в себя феноменальные аспекты субъективного опыта, и о том, что они трасн- формируются вслед за изменением «причинно-механического контекста, в котором феноменальные содержания сознания вызываются» или «бессознательных механизмов репрезентации в головном мозге», опосредующие отношения между миром и сознанием, влечёт за собой в качестве вывода тезис, согласно которому получение новой информации - основная функция изменённых состояний сознания. Одновременно К. В. Шитихина полагает, что в ИСС на основании предыдущего опыта происходит моделирование и разрешение ситуаций в субъективной реальности. Таким образом, речь идёт уже не только о контроле внутренних состояний, или о «решении научных и творческих задач», упоминаемых автором, но об адаптации к объективной реальности и когнитивном контроле объективно сущих ситуаций и положений дел [9], который в эволюционной эпистемологии рассматривается в качестве важнейшей, обеспечивающей адаптацию и выживание, функции сознания и когнитивной системы в целом [5, с. 53].

Обобщая ранее изложенное, отметим, что рассматривая регулятивную функцию сознания применительно к множеству ИСС, мы наблюдаем не только то, что делает сознание, но и как оно это делает, - изменяясь. В качестве одного из основных инструментов сознательного контроля, регулятивной функции сознания выступает изменчивость сознания, обеспечивающая контроль и целенаправленную трансформацию когнитивных процессов и состояний. Одной из функций изменённых состояний сознания оказывается модуляция, контроль, регуляция феноменальных качеств опыта сознания, состояний психики и сознания, с целью адаптации к естественной и социокультурной среде, её когнитивного контроля.

Список литературы

  • 1. Гордеев П. А. Институциональное измерение изменённых состояний сознания // Исторические, философские, политические и юридические науки, культурология и искусствоведение. Вопр. теории и практики. 2014. № 1: в 2 ч. Ч. 1. С. 61-64.
  • 2. Долганов Д. Н. К вопросу о перспективах изучения системы личных конструктов при аддиктивном поведении // Сиб. психол. журн. 2006. № 23. С. 27-32.
  • 3. Дрёмов С. В., Сёмин И. Р. Изменённые состояния сознания: психологическая и философская проблема в психиатрии. Новосибирск: СО РАН, 2001.204 с.
  • 4. Короленко Ц. П., Дмитриева Н. В. Психосоциальная аддиктология [Электронный ресурс]. Новосибирск: Олсиб, 2001. Режим доступа: http://www.studfiles.ru/preview/2243538/ (дата обращения: 25.08.2016).
  • 5. Меркулов И. П. Когнитивная модель сознания // Эволюция. Мышление. Сознание. (Когнитивный подход и эпистемология). М.: Канон+, 2004. С. 35-64.
  • 6. Меркулов И. П. Когнитивная эволюция. М.: РОССПЭН, 1999. 310 с.
  • 7. Руководство по аддиктологии / под ред. В. Д. Менделевича. СПб.: Речь, 2007. 768 с.
  • 9. Шитихина К. В. Возможность получения информации в ИСС//Акад. вести. 2011 № 3. С. 135-138.
  • 10. Ярославцева А. В. Изменённые состояния сознания как эпистемологическая проблема. Saarbrucken: LAP LAMBERT Academic Publishing, 2012. 124 c.
  • 11. Ярославцева А. В. Функции изменённых состояний сознания в культуре: творчество // Вести. Челябинского гос. ун-та. Филос. науки. 2016. Вып. 40, № 5. С. 69-74.
  • 12. Revonsuo A., Kallio S., Sikka Р. What is an altered state ofconsciousness? // Philosophical Psychology. 2009. April. Vol. 22, No. 2. P. 187-204.
  • 13. Sleep disorders and sleep deprivation: an unmet public health problem / Committee on Sleep Medicine and Research, Board on Health Sciences Policy; Harvey R. Colten and Bruce M. Altevogt, editors. N. W.; Washington: The National Academies Press, 2006. 404 p.

Статья поступила в редакцию 28.01.2017; принята к публикации 26.02.2017

Библиографическое описание статьи

Ярославцева А. В. Изменённые состояния сознания как инструмент контроля когнитивных процессов и состояний // Гуманитарный вектор. 2017. Т. 12, № 3. С. 91-96.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >