Меню
Главная
Авторизация/Регистрация
 
Главная arrow Социология arrow Гуманитарный вектор, 2015, вып. 3(43) -

СОЦИАЛЬНАЯ ИСТОРИЯ

SOCIAL HISTORY

УДК 348.06 ББК 284

Светлана Зиннатовна Ахмадулина,

кандидат исторических наук, Бурятский государственный университет (670000, Россия, г. Улан-Удэ, ул. Смолина, 24 а), e-mail: Этот адрес e-mail защищен от спам-ботов. Чтобы увидеть его, у Вас должен быть включен Java-Script

Формирование российского законодательства о свободе совести и религиозных организациях в 90-е гг. XX века: исторический анализ и политико-правовой аспект

В статье анализируются процессы формирования российского законодательства о свободе совести и религиозных объединениях в 90-е гг. XX в., политико-правовые аспекты государственно-конфессиональных отношений. Автор отмечает, что рассматриваемый период времени в вырабатывании законотворческой политики стал ключевым при переходе от советского религиозного прошлого к новому конфессиональному пространству России, формированию государственной вероисповедной политики, государственно-церковных и межконфессиональных отношений.

В статье обозначен ряд проблемных вопросов, связанных с противоречивыми и напряжёнными процессами формирования законодательства в области религиозного права ввиду отсутствия первоначального видения и механизмов реализации нового правительственного курса. Об этом свидетельствуют более восьмидесяти нормативно-правовых актов, в той или иной степени касающиеся вопросов свободы совести и религиозных объединений, принятых за краткий исторический период (1990-1997 гг.), которые зачастую вступали в противоречие с действующим религиозным законодательством. Основной акцент делается на сравнительном анализе принятых законов, которые существенным образом изменили условия функционирования религиозных объединений, религиозную ситуацию в стране и характер взаимоотношений между церковью и государством.

По итогам проведённого анализа отмечено, что формирование российского законодательства в области религиозного права в 90-е гг. XX в. было нацелено на мирный межконфессиональный диалог, предотвращение конфликтов на религиозной почве, что было особенно важно в условиях национальных и историко-культурных особенностей страны, а также активизации миссионерской деятельности иностранных проповедников. Создание новой правовой модели вероисповедной политики российского государства выявило ряд спорных вопросов, которые в конечном счёте остаются актуальными и в настоящее время.

Ключевые слова: свобода совести, религиозное законодательство, государственно-конфессиональные отношения, религиозная ситуация, традиционные религии, новые религиозные движения.

Svetlana Zinnatovna Akhmadulina,

Candidate of History, Buryat State University (24A Smolin St., Ulan-Ude, Russia, 670000), e-mail: Этот адрес e-mail защищен от спам-ботов. Чтобы увидеть его, у Вас должен быть включен Java-Script

Formation of the Russian Legislation on Freedom of Conscience and Religious Organizations in the 1990s: Historical Analysis and Political-Legal Aspect

The article analyzes the process of formation of the Russian legislation on freedom of conscience and religious associations in the 1990s, political and legal aspects of Church-state relations. The author notes that the period considered in developing the legislative policy was key in the transition from the Soviet religious past to a new confessional space of Russia, formation of the state religious policy, stateChurch and interconfessional relations. The article outlines a number of problematic issues associated with controversial and intense processes of formation of legislation in the field of religious rights because of a lack of initial vision and mechanisms for implementing the new government’s policy. This is evidenced by more than eighty normative-legal acts, in varying degrees, on questions of freedom of conscience and religious associations adopted during a brief historical period (from 1990 to 1997), which often came into conflict with the existing religious laws. The main emphasis is on a comparative analysis of the laws that fundamentally changed the conditions of the functioning of religious associations, the religious situation in the country and the nature of the relationship between Church and state. According to the results of the analysis carried out, it should be noted that formation of the Russian legislation in the field of religious law in the 1990s was focused on peace interconfessional dialogue, conflict prevention on religious grounds, which was especially important in the context of national, historical and cultural features of the country, and advancing missionary activities of foreign preachers. The creation of a new legal model of religious policy of the Russian state has identified a number of issues that, ultimately, remain relevant today.

Keywords: Freedom of conscience, religious

traditional religion, new religious movements.

Процесс нормализации государственно-религиозных отношений, начавшийся с середины 1980-х гг., длительное время испытывал трудности в связи с отсутствием необходимой правовой базы. На протяжении продолжительного периода в Советском государстве отсутствовал специальный закон, регулировавший взаимоотношения между государственными и религиозными структурами.

Формирование новой конфессиональной ситуация в стране в обозначенный период времени существенно изменило подходы государственных органов власти в отношении к религиозным организациям и их последователям. Вспомним важное событие - празднование 1000-летия Крещения Руси, в которое вошла встреча Генерального секретаря КПСС М. С. Горбачёва с членами Священного Синода Русской православной церкви. На этой встрече представители церкви среди прочих вопросов высказывали просьбу о том, что необходим новый закон, который бы в изменившихся условиях регулировал отношения между властью и религиозными институтами.

Одним из важных итогов начавшихся перемен в государственно-конфессиональных отношениях стали принятые в 1990 г. союзный Закон СССР «О свободе совести и религиозных организациях» и республиканский (РСФСР) Закон «О свободе вероисповеданий» [5; 2], которые существенным образом изменили условия функционирования религиозных объединений, религиозную ситуацию страны и характер взаимоотношений между церковью и государством.

Сменившая собой Постановление ВЦИК и СНК РСФСР «О религиозных объединениях» от 8 апреля 1929 г., новая законодательная база юридически закрепила отход от политики государственного атеизма, принцип равноправия, невмешательство государства в деятельность религиозных организаций и

law, Church-state relations, religious situation,

аккумулировала целый ряд принципиальных новаций, отменяющих дискриминационное положение в стране верующих граждан и религиозных организаций [5, с. 3-10]. Таким образом, религиозное законодательство страны было приведено в соответствие с общепринятыми в мировом сообществе нормами и не противоречило тем международным обязательствам, которые принял на себя Советский Союз.

Верующим были предоставлены широкие права. В частности, они без каких-либо ограничений могли принимать участие в общественной и политической жизни страны. Термин «наравне» встречается в тексте прямо или косвенно. К примеру, религиозные организации и их члены вправе использовать наравне с общественными объединениями средства массовой информации, были предоставлены права и льготы учащимся специализированных учебных заведений по отсрочке от воинской обязанности, признанию времени обучения в трудовом стаже. Были сняты ограничения на культовую деятельность религиозных организаций, упрощена процедура регистрации обществ, отменены запреты на социальную, хозяйственную и иную некультовую деятельность и др.

В прежних положениях, имевших юридическую силу, статус многих религиозных структур никак не был обозначен. Были упомянуты лишь религиозные объединения и общества. В новом законе чётко определён статус не только религиозных объединений и обществ, но и управлений, центров, монастырей, религиозных братств, миссий, а также издательских, полиграфических, производственных, реставрационно-строительных, сельскохозяйственных и других предприятий, благотворительных заведений, больниц, учебных заведений для религиозного образования детей и взрослых. Одним из важных результатов явилось получение религиозными объединениями статуса юридического лица. За ними законодательно было закреплено право на благотворительную и миссионерскую деятельность.

Закон обозначил и имущественный статус религиозных организаций. Он признал их право собственности на культовые здания и другое имущество. И опять мы здесь встречаемся с новым положением о том, что в собственности этих организаций может быть имущество, в том числе находящееся за границей.

В целом, новый законодательный проект можно было определить как идеологически нейтральный. Он равно относился как к религии, так и к атеизму. Государство не финансировало ни деятельность религиозных организаций, ни, соответственно, пропаганду атеизма. При этом самостоятельность религиозных структур заключалась в праве заниматься своими внутренними делами без какого-либо вмешательства со стороны государства.

Последующие исторические события, связанные с изменением правового статуса российского государства и принятием Конституции, создали условия для изменения и ужесточения вероисповедной политики.

Конституция Российской Федерации 1993 г. закрепила в качестве государственной основы такие нормы, как светскость, равенство граждан вне зависимости от их религиозной принадлежности и декларировала принцип равенства религий перед законом. Был подведён итог противоречивому процессу выработки конституционных положений о свободе совести. Основной закон России включил в себя все достижения современного международного и национального правоведения, соответствуя общепризнанным принципам и нормам международного права, относящимся к регулированию и обеспечению свободы совести. В Конституции проводится разграничение прав и свобод человека и прав и свобод гражданина, что в свою очередь является следствием разделения собственно гражданского общества и государства.

Отметим, что после принятия Конституции РФ ряд положений действующего Закона СССР «О свободе совести и религиозных организациях» вошёл с ней в противоречие. В частности установленный государственный контроль в сфере свободы совести и вероисповеданий был возложен законом на Совет народных депутатов, и поэтому с 1993 г. как таковой контроль отсутствовал, что привело к появлению конфликтов на религиозной почве, связанных с широким распространением ряда новых религиозных движений [1, с. 92-93; 3, с. 179]. Нуждались в усовершенствовании порядок регистрации религиозных организаций, терминологический аппарат, критерии религиозности и др. Соответственно, российский закон 1990 г. недолго просуществовал в правовом пространстве, так как уже после 1993 г. началась эпопея его доработок и включения дополнительных статей.

Новый федеральный закон «О свободе совести и религиозных объединениях», принятый в 1997 г., конкретизировал общие демократические принципы и положения: право на свободу совести и свободу вероисповедания, светскость государства, невозможность установления государственной или обязательной религии, отделение религиозных объединений от государства и их равенство перед законом; право на получение религиозного образования, создание религиозных образовательных учреждений [7].

Однако, несмотря на декларируемые демократические принципы, закон в некоторой степени ущемлял права верующих людей. В преамбуле религиозное разнообразие России представляется как иерархия религий с признанием особой роли православия в истории России, в становлении её культуры и духовности, при этом отмечается уважительное отношение к христианству, исламу, буддизму и иудаизму и другим религиям, которые составляют неотъемлемую часть исторического наследия страны. Подобная позиция вызывает у некоторых исследователей неоднозначную оценку, так, по мнению М. Штерина: «Закон вводит то, что можно назвать “квази- официальной религией”. Несмотря на то, что подобное признание не имеет прямого правового действия и имеет схожие черты с законодательством западноевропейских стран, его символизм может поставить российские религиозные меньшинства в уязвимое положение, так как в деятельности российской юридической системы идеологические соображения могут иметь большую силу, чем правовые процедуры» [7, с. 202-203].

Закономерный отказ действующего правительства от предшествующей советской модели религиозного законотворчества предопределил вектор её развития в сторону возрождения особых отношений с Русской православной церковью. По мнению известного российского исследователя государственно-конфессиональных отношений М. И. Одинцова: «Такой поворот событий был воспринят другими религиозными организациями как рецидив “имперской политики”, как вольное или невольное намерение восстановить институт государственной церкви, как навязывание гражданам новой обязательной конфессиональной идеологии - православной» [4, с. 183].

При этом в принятом законодательном акте были ужесточены условия процедуры регистрации и деятельности новых религиозных движений, большинство из которых распространились благодаря усилиям иностранных проповедников [2, с. 161-184]. Права юридического лица были предоставлены только тем религиозным объединениям, которые смогли подтвердить факт существования на территории нашей страны не менее пятнадцати лет. Подобные религиозные объединения были названы «религиозными организациями», в отличие от «религиозных групп», которые не соответствуют установленному временному рубежу. Отсутствие статуса юридического лица серьёзно затрудняет религиозную деятельность в связи с тем, что группа не имеет право на собственность, образовательные учреждения, предпринимательскую деятельность, налоговые льготы, определённые финансовые операции, а также отсутствует возможность устанавливать и поддерживать международные контакты и связи, приглашать иностранных граждан в целях занятия религиозной, проповеднической деятельностью.

Отдельной статьёй (Ст. 13) были ограничены функциональные полномочия представительств иностранных религиозных организаций, которые впредь не могли заниматься культовой и иной религиозной деятельностью, так как на них не распространялся статус религиозного объединения, установленный настоящим Федеральным законом.

Существенно были расширены пункты, касающиеся приостановления и запрета на деятельность религиозных объединений, организаций и групп, в случае нарушения ими российского законодательства. Содержание зачастую расплывчато и в большей степени направлено против новых религиозных движений (нарушение общественного порядка и безопасности, отказ по религиозным мотивам от оказания медицинской помощи, отказ от исполнения установленных законом гражданских обязанностей, нанесение ущерба нравственности, использование психотропных средств, гипноза и др.).

В качестве примера приведём положения вероучения религиозной организации позднепротестантской направленности - Свидетелей Иеговы. Одним из уникальных постулатов учения Свидетелей Иеговы является запрет на переливание крови, документально оформленный в виде так называемого «медицинского документа», который имеет каждый адепт. Известно немало случаев в новейшей мировой истории, когда подобные религиозные убеждения приводили к гибели людей. Следующий постулат, который связан с отказом от исполнения установленных законом гражданских обязанностей - запрет на военную службу (даже альтернативную), на признание символов государственной власти (флаг, гимн и все атрибуты государства). Таким образом, ключевые тезисы вероисповедной доктрины данной организации изначально входят в противоречие с действующим российским законодательством.

В связи с этим важным нововведением в религиозном законодательстве стало принятое в июне 1998 г. Постановление Правительства РФ «Порядок проведения государственной религиоведческой экспертизы». Для реализации данного законодательного акта были сформированы Экспертные советы, в состав которых вошли высококвалифицированные специалисты разных профилей: учёные-ре- лигиоведы, историки, философы, юристы, государственные служащие. Основными задачами деятельности советов стали определение религиозного характера регистрируемых организаций на основании представленных учредительных документов, проверка достоверности информации об основах вероучения и культовой практике. И на сегодняшний день благодаря работе Экспертных советов снимаются многие вопросы, связанные с регулированием деятельности религиозных организаций.

В заключение отметим, что рассматриваемый период времени в вырабатывании религиозной законодательной политики стал ключевым при переходе от советского религиозного прошлого к новому конфессиональному пространству России, формированию государственно-церковных и межконфессиональных отношений. Однако данные процессы были противоречивыми и напряжёнными ввиду отсутствия первоначального видения и механизмов реализации государственного курса вероисповедной политики. Об этом свидетельствуют более восьмидесяти нормативно-правовых актов, в той или иной степени касающиеся вопросов свободы совести и религиозных объединений, принятых за краткий исторический период (1990-1997 гг.), которые

Гуманитарный вектор. 2015. № 3 (43). Социальная история

зачастую вступали в противоречие с действующим религиозным законодательством. Однако в целом формирование российского законодательства о свободе совести и религиозных организациях в 90-е гг. XX в. было нацелено на мирный межконфессиональный диалог, взаимопонимание, согласие и предотвращение конфликтов на религиозной

Список литературы

  • 1. Арзуманов И. А. Методологические концепты вероисповедной политики России в Восточной Сибири XVIII—XXI вв.: философско-правовой аспект исследования. Улан-Удэ: Изд-во БНЦ СО РАН, 2007. 191 с.
  • 2. Ахмадулина С. 3. Нетрадиционные религиозные объединения в Бурятии в 1990-е- начале 2000-х гг. Saarbrucken: LAP LAMBERT Academic Publishing, 2012. 225 c.
  • 3. Ахмадулина С. 3. Правовые основы свободы совести и деятельности религиозных объединений в современной России // Православие и дипломатия в странах Азиатско-Тихоокеанского региона: материалы междунар. науч.-практ. конф. Улан-Удэ: Изд-во Буряток, госун-т, 2013. С. 178-186.
  • 4. Одинцов М. И. Вероисповедные реформы в Советском Союзе и в России. 1985-1997 гг. М.: Рос. объедин. иссл. религии, 2010. 444 с.
  • 5. Религия и церковь в России и за рубежом: информ.-аналит. бюл. № 9-10. М.,1997. С. 3-10.
  • 6. Религия и закон. Конституционно-правовые основы свободы совести, вероисповедания и деятельности религиозных организаций: сб. правое. актов с коммент. / сост. А. О. Протопопов. М.: Паллада, 1996. 128 с.
  • 7. Штерин М. Взаимоотношения между церковью и государством и религиозное законодательство в России в 1990-х годах / Фурман Д. Е., Каа- риайнен К. Старые церкви, новые верующие: Религия в массовом сознании постсоветской России. М.; СПб.: Летний сад, 2000. 248 с.

Источники

  • 8. Закон СССР от 01.10.1990 г. № 1689-1 «О свободе совести и религиозных организациях».
  • 9. Закон РСФСР от 25.10.1990 г. №267-1 «О свободе вероисповеданий».
  • 10. Федеральный закон от 25.09.1997 г. № 125-ФЗ «О свободе совести и о религиозных объединениях».

почве, что было особенно важно в условиях национальных и историко-культурных особенностей развития нашей страны. Создание новой правовой модели вероисповедной политики российского государства в обозначенный исторический период выявило ряд спорных вопросов, которые в конечном счёте остаются актуальными и в настоящее время.

References

  • 1. Arzumanov I. A. Metodologicheskie kont- septy veroispovednoi politiki Rossii v Vostochnoi Si- biri XVIII—XXI vv.: filosofsko-pravovoi aspekt issle- dovaniya. Ulan-Ude: Izd-vo BNTs SO RAN, 2007. 191 s.
  • 2. Akhmadulina S. Z. Netraditsionnye religio- znye ob”edineniya v Buryatii v 1990-e- nachale 2000-kh gg. Saarbrucken: LAP LAMBERT Academic Publishing, 2012. 225 s.
  • 3. Akhmadulina S. Z. Pravovye osnovy svobody sovesti i deyatel’nosti religioznykh ob”edinenii v sovre- mennoi Rossii // Pravoslavie i diplomatiya v stranakh Aziatsko-Tikhookeanskogo regiona: materialy mezh- du-nar. nauch.-prakt. konf. Ulan-Ude: Izd-vo Buryatsk. gosun-t, 2013. S. 178-186.
  • 4. Odintsov M. I. Veroispovednye reformy v Sovetskom Soyuze i v Rossii. 1985-1997 gg. M.: Ros. ob”edin. issl. religii, 2010. 444 s.
  • 5. Religiya i tserkov’ v Rossii i za rubezhom: in- form.-analit. byul. № 9-10. M.,1997. S. 3-10.
  • 6. Religiya i zakon. Konstitutsionno-pravovye osnovy svobody sovesti, veroispovedaniya i deya- tel’nosti religioznykh organizatsii: sb. pravov. aktov s komment. / sost. A. O. Protopopov. M.: Pallada, 1996. 128 s.
  • 7. Shterin M. Vzaimootnosheniya mezhdu tserkov’yu i gosudarstvom i religioznoe zakonoda- tel’stvo v Rossii v 1990-kh godakh / Furman D. E., Kaariainen K. Starye tserkvi, novye veruyushchie: Religiya v massovom soznanii postsovetskoi Rossii. M.; SPb.: Letnii sad, 2000. 248 s.

Istochniki

  • 8. Zakon SSSR ot 01.10.1990 g. № 1689-1 «О svobode sovesti i religioznykh organizatsiyakh».
  • 9. Zakon RSFSR ot 25.10.1990 g. №267-1 «О svobode veroispovedanii».
  • 10. Federal’nyi zakon ot 25.09.1997 g. № 125- FZ «О svobode sovesti i о religioznykh ob”edineni- yakh».

Humanitarian Vector. 2015. No. 3 (43). Social History

УДК 316 (571.54/55)

ББК 60.542.5 (2 Рос-4 Чит) / C 542.5 (2 Рос-4 Чит)

Валентина Юрьевна Золотарева,

аспирант,

Забайкальский государственный университет (672007 Россия, г. Чита, ул. Чкалова, 150-63),

e-mail: Этот адрес e-mail защищен от спам-ботов. Чтобы увидеть его, у Вас должен быть включен Java-Script

 
Посмотреть оригинал
Если Вы заметили ошибку в тексте выделите слово и нажмите Shift + Enter
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ ОРИГИНАЛ   След >
 

Популярные страницы