Психология терроризма и массовых беспорядков

Наиболее социально вредной разновидностью насильственных преступлений, совершаемых как в группе, так и в одиночку, является терроризм — крайнее проявление экстремизма: взрывы, поджоги, использование радиоактивных и сильнодействующих веществ, организация аварий и катастроф, вывод из строя жизнеобеспечивающих объектов, создающих опасность гибели людей, захват и уничтожение заложников — действия, совершаемые в целях нарушения социальной безопасности, устрашения населения, оказания воздействия на принятие решений органами власти.

В психологическом плане терроризм опасен не только крайне негативными его конкретными последствиями, но и нарушением психологического баланса в обществе, нарушением спокойного существования людей, порождением всеобщей тревожности и страха, ожидания угрозы, дестабилизацией общественной жизни. Опасно и побуждение власти к принятию угодных для террористов решений. В ряде случаев терроризм связан с обострением межэтнических отношений, отношений между странами и мировыми регионами, со стремлением региональных экстремистских групп отобрать у центральной власти право распоряжаться местными ресурсами.

Активизацию терроризма вызывают и новые глобальные проблемы современной реальности. Терроризм как проявление «социального хищничества» возникает с появлением так называемых серых зон, «зон неправа», контролируемых криминальными структурами, кланами, «приватизировавшими» государственную власть.

Терроризмом манипулируют и отдельные социально безответственные политики. Как видим, природа терроризма многолика.

Мотивы терроризма всегда неадекватны: они располагаются в диапазоне от личной обиды, жизненной неустроенности до сложных политических хитросплетений. Терроризм опутан пластами псевдозащитной мотивации, обесцениванием и обвинением жертв, личностным самооправданием человеконенавистнических действий. В ряде случаев террористом движет чувство мести, драматизм отдельных социальных коллизий, ущемлен- ность прав национального меньшинства (баски, ирландцы и т. п.), ложно понятая национально-освободительная миссия, религиозная девиация.

В большинстве случаев в акт террора имплицитно (скрытно) включен упрек, претензии: нас не понимают, с нами не считаются, нас дискриминируют и ущемляют. И тогда кровавая месть получает соответствующее самооправдание.

Наряду с политическими, идеологическими, этнопсихологическими и религиозными предпосылками поведение террористов обусловлено и их индивидуально-психологическими особенностями.

Общей психологической особенностью террористов является их экстремистская акцентуация, эмоционально-конфликтная направленность в разрешении жизненных проблем. Акцентуи- рованность личности террориста проявляется в гипертрофированном стремлении к самоутверждению, предельно завышенном уровне притязаний, в доминировании в его психике политических и этнопсихологических амбиций, в принятии на себя ореола мученика за «идею». Для всех террористов характерна гипертрофия узкогрупповых ценностей. Весь мир категорически подразделяется на своих и чужих, гипертрофируется опасность чужеродного влияния. Формируется конфронтационная поведенческая установка, легко переходящая в насильственную направленность.

Узкогрупповой фанатизм большинства террористов основан на их вере в свою абсолютную истину, в убежденности своего мессианского предназначения. При этом выдвигаются идеологические постулаты: спасение нации, чистота религиозных воззрений, святость традиций, харизматическое обожествление лидеров. Идейные террористы обрастают группой попутчиков — группой легко внушаемых лиц.

Сознание террористов глубоко мифологизировано. Мифологизированные символы блокируют доступ в их психику реальных проявлений окружающего мира. Закрытость личности террориста крайне затрудняет какие бы то ни было переговоры с ним. Попытки разрушить «глухую» оборону чаще всего приводят к обратным результатам.

Постоянно соприкасаясь со смертельной опасностью, террорист перестает бояться смерти, легко идет ей навстречу; притупляется инстинкт самосохранения; адреналиновый допинг становится постоянной потребностью.

Личность «врагов» полностью обесценена. Отсюда — особая жестокость в их экстремистских акциях. Основной особенностью их эмоциональной сферы является асинтонность — эмоциональная тупость, отсутствие какого бы то ни было сострадания к другим людям.

Для большинства террористов характерно мизантропическое мироощущение, стремление к диктатуре над всем остальным миром. Любые деструктивные действия террориста оправданы его искаженным императивом — «Я хороший, весь мир плохой». Терроризм — способ деструктивной самореализации социально ущемленной и фанатичной личности.

Подавляющее большинство террористов не признает своей вины и не сожалеет о совершенном террористическом акте. Они легко идут на контакт с прессой в надежде на более широкое распространение своих идей. Глубокая ненависть ко всем «чужим» не покидает их и в местах лишения свободы, что крайне затрудняет процесс их ресоциализации.

Психика террориста ригидна и в некоторых случаях паранойяльна. Однако психические аномалии не являются основной отличительной особенностью террористов. Уровень их общего образования несколько выше, чем уровень образования бытовых убийц. Доминирующий мотив экстремистского поведения — месть за утраченные ценности — «установление справедливости», беспощадная борьба за торжество своих убеждений. Большинство из них четко осознают свои цели и осознанно руководят своими действиями. Несколько завышен уровень истерической самореализации в момент совершения ими террористического акта. В большинстве случаев их преступное поведение программируется на установочном уровне, без четкого осознания мотива конкретного действия.

Крайне общественно опасна сама личность террориста. Руководители преступных террористических групп отличаются высоким групповым статусом, авторитарным стилем руководства. Высокоразвит в этих организациях групповой центризм и межгрупповая дискриминация.

Психическими особенностями личности террориста являются преданность идее, дисциплинированность и готовность к самопожертвованию, повиновение лидеру, «синдром зомби» (постоянная готовность к запрограммированной самореализации), «синдром Рэмбо» (готовность самопожертвования за идею), постоянный поиск возможности эффектной реализации своей миссии. Его «высокая цель» оправдывает все средства.

Сущность террористических актов состоит в дезорганизации жизнедеятельности общества, нанесении ущерба его базовым социальным ценностям, жизненным интересам. Свое противостояние существующему порядку террористы оплачивают жизнью и здоровьем ни в чем не повинных людей, дезорганизуя их жизнедеятельность средствами массового устрашения. Дестабилизация общественной жизнедеятельности экстремистскими способами — основная направленность их преступной деятельности.

Современная разновидность терроризма в ряде случаев является инструментом взаимодействия различных мировых политических сил.

В своей основе терроризм направлен против существующего общественного порядка. Идеологи современного терроризма стремятся девальвировать базовые социальные ценности современного мира, противопоставляя им архаичные ценности отдельных регионов, их исторически сложившиеся фундаментальные устои — фундаментализм.

1

Еще недалеко то время, когда терроризм считался одним из инструментов тоталитарных диктатур. Выступая как орудие обиженных, ущемленных, терроризм во многих случаях не порицался теми, кого он не затрагивал. Любопытен в связи с этим так называемый «синдром заложника» — оправдание освобожденными заложниками насильственных действий террористов, обвинение властей. Это свидетельствует о возникновении посттеррористической психопатологической симптоматики.

Терроризм — политический экстремизм, направленный на дестабилизацию общественного порядка. Масштабность своих идей и целей террористы утверждают масштабностью своих террористических актов. В последнее время терроризм приобретает черты профессиональной деятельности, усложняется изощренность его методов. События сентября 2001 г. в США показали мировой масштаб современного терроризма. По количеству жертв он вышел на уровень регулярных боевых действий.

Борьба против терроризма сложна и специфична. Здесь необходимы тончайшие аналитические средства, разработка эффективных методов идеологического противодействия.

Современные политики должны профессионально анализировать причины терроризма, последовательно нивелировать все то, что приводит к расколу общества и мира.

В борьбе с терроризмом нет одного узкоспециализированного средства. Для его преодоления необходимо соответствующее умонастроение общества.

Гарвардский философ Ян Шрайбер как-то заметил: «Терроризм силен не числом и умением, а общественным мнением». Всемирное героическое шоу делают из терроризма средства массовой информации. Они сторицей удовлетворяют жажду террористов в общественном звучании.

По своему психическому складу террорист всегда должен быть на арене. Его «дело» должно громко звучать. Как без публики не может быть тореодора, так и террорист не может жить без массового резонанса. (Когда немецкие газетчики бастовали, террористка У. Майнхоф покончила с собой в тюремной камере: нечем было «духовно» питаться. Глубокая депрессия начиналась у террористов, когда СМИ переставали муссировать их «дела». Наперебой сыпались их признания, лишь бы всплыть на поверхность общественного внимания.)

Излюбленным приемом террористов является захват заложников с предъявлением политических требований. Все знают, что захват заложников, как правило, обречен на неуспех. Но зато как мощно и широко будет оповещен об этом весь мир.

Преодоление терроризма требует экстраординарных системных усилий многих государств. При этом необходимо знание его внутренних механизмов, владение средствами воздействия на его причины. И конечно, понимание того, что обычными армейскими зачистками нельзя уничтожить многоголовую гидру этого самого опасного социального зла.

Необходима хорошо организованная психологическая служба антитерроризма, эффективное воздействие на истоки его возникновения.

С терроризмом граничат массовые беспорядки, которые также сопровождаются насилием, погромами, поджогами, уничтожением имущества, применением огнестрельного оружия, взрывчатых веществ, взрывных устройств, оказанием вооруженного сопротивления властям. Большую общественную опасность представляют призывы к насилию над определенной частью граждан.

Массовые беспорядки в публичных местах возникают и осуществляются по законам поведения людей в неорганизованных общностях — в толпе. Поведение людей в условиях толпы отличается повышенной подражательностью, некритичностью, подверженностью призывам ситуативных лидеров, социальной безответственностью и чувством вседозволенности и безнаказанности. Не погашенная в самом начале, эта массовая стихия приобретает колоссальную разрушительную силу. Толпа легко поддается подстрекательским призывам совершать противоправные действия — призывам к хищению, терроризму, нападению, убийствам, поджогам и погромам.

Организаторы массовых беспорядков искусно используют психологические механизмы толпообразного поведения людей, разжигая инстинкты агрессивности и вандализма. Возникает массовое сопротивление представителям власти. Лавинообразно усиливается ситуация криминального ажиотажа. И часто трудно отделить активных участников массовых беспорядков от лиц, случайно втянутых в водоворот этих стихийно протекающих антисоциальных событий.

Органы власти должны прогнозировать возможность таких событий и принимать все необходимые профилактические меры. А при подавлении массовых беспорядков умело использовать приемы последовательного расчленения больших масс на локальные группы с использованием шоковых средств воздействия.

Принципиально важно наказание всех участников массовых беспорядков, а не только их организаторов. В большинстве случаев массовые беспорядки паразитируют на слабости власти. В целях общей превенции необходимо широко освещать в средствах массовой информации правовые последствия уличных беспорядков. Закон обеспечивает суровое наказание за организацию и участие в массовых беспорядках.

Статья 212 УК РФ. Массовые беспорядки: «1. Организация массовых беспорядков, сопровождавшихся насилием, погромами, поджогами, уничтожением имущества, применением огнестрельного оружия, взрывчатых веществ или взрывных устройств, а также оказанием вооруженного сопротивления представителю власти, —

наказывается лишением свободы на срок от четырех до десяти

лет.

2. Участие в массовых беспорядках, предусмотренных частью первой настоящей статьи, —

наказывается лишением свободы на срок от трех до восьми лет.

3. Призывы к активному неподчинению законным требованиям представителей власти и к массовым беспорядкам, а равно призывы к насилию над гражданами —

наказываются ограничением свободы на срок до двух лет, либо арестом на срок от двух до четырех месяцев, либо лишением свободы на срок до трех лет».

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >