Монолог и диалог как основные формы речи

Монологическая речь

Самой простой формой политической речи является монолог. Монолог - это речь одного оратора, который общается со слушателями и стремится к тому, чтобы добиться присоединения слушателей к позиции оратора. Монолог - самая простая форма публичного общения, поскольку программирование общения осуществляется самим оратором. Роль слушателей также проста - она сводится к восприятию содержания и формированию мнения, которое будет основой для принятия или отвержения позиции оратора.

Античная риторика исследовала модель монолога, считая ее основной формой общения. Считается, что Аристотель создал аналитическую риторику, а Квинтилиан — синтетическую. Система Аристотеля в основном исследует правила для слушающего, а Квинтилиана - для говорящего.

Аристотель придавал особое значение топике, учению о строении монологической речи. Топос с греческого переводится как «место». Речь моделировалась как род картографии, где каждый аргумент имел свое место. Это место должно быть общим как для говорящего, так и для слушающего. Исследование риторики позволяло учиться искусству моделирования монолога по определенной схеме. Содержание этой схемы представляет творческую деятельность оратора и понятно слушателям.

Квинтилиан усилил технологическую сторону моделирования монолога. В его технологию входило изобретение, расположение, словесное наполнение модели и исполнение речи. Самым ответственным этапом подготовки он считал изобретение. Для овладения содержанием изобретения Квинтилиан предлагал риторам овладевать профессией управленца или юриста. Обучение изобретению содержания выступления завершало образование управленца.

Обучение оратора для Квинтилиана предполагало изучение теории риторики, овладение лучшими ораторскими образцами, научение подражанию лучшим ораторам и создание собственного образа оратора.

К монологическому жанру относят доклад, лекцию, речь в суде и на площади, слово в публичной аудитории, проповедь и т. д. Каждый жанр монолога имеет свою специфику.

Самым популярным видом монолога в политическом пространстве является доклад. На самом деле это не совсем так. Следует этот вид официальной речи разделить на два подвида: доклад и сообщение. В обоих случаях этот вид речи представляет собой развернутое изложение содержания на научную, политическую или иную общественно значимую тему. Доклад отличается от сообщения выраженной содержательной инновацией. Тезис доклада должен быть продуктом оратора, который он излагает перед слушателями, защищая свою персональную позицию, отличающуюся от всех остальных позиций.

Подданнический тип общения, который господствует в российской культуре, основан на снижении уровня персональной инновационности. Эта деперсонализация проникла и в научно-общественную сферу, в которой доклад является распространенной формой общения. Наши доклады зачастую не содержат инновационности. Это обстоятельство связано с тоталитарными условиями культуры, которые допускали только санкционированную инновационность. В результате в общении был нейтрализован фактор инновационности, что сказалось на организации коммуникативных стереотипов.

Доклад не может не быть инновационным авторским продуктом. Сообщение менее нагружено инновационностью, поэтому многие «доклады» следует называть сообщениями и относиться к ним соответствующим образом. Молодым ораторам в особенности необходимо корректно относиться к внешней информации, обязательно делая ссылки на используемые источники, нужно ясно и четко 104

формулировать тезис своего выступления и создавать нормативно организованную ораторскую позицию, вокруг которой строится все выступление.

Политическая речь в форме лекции или наставления - один из самых распространенных монологических жанров, который основан на реализации воспитательно-образовательных функций общения посредством организации коммуникативной единицы, основанной на тождестве пафоса и этоса. Основная задача лекции - передача информации и создание условий для ее интеграции в ментальную структуру слушателей. Лекция как форма монолога предполагает гибкое общение со слушателями, обеспечивающее взаимопонимание и содержательный резонанс. Особенно этот аспект важен для ораторов-интровертов, которые склонны к субъективации содержания общения.

Монологические речи представляют собой выступления с четкой целевой организацией. Например, это могут быть разнообразные политические формы монолога, поздравительные, торжественные актовые, ритуальные, судебные, совещательные и иные выступления, которые ориентированы на специфическую цель общения. Одним из надежных приемов, которые позволяют реализовать специфическую цель общения, являются специально подобранные общие места, или топосы. В содержании топосов сконцентрированы культурно-исторические стереотипы, которые создают определенный настрой участников общения и эмоции, соответствующие цели и теме общения.

Вид монолога «слово» носит деперсонализированный характер и осуществляется в качестве озвучивания ритуальных действий. Слово может быть вступительным, заключительным, торжественным или прощальным. Продолжительность выступления в этом жанре обычно небольшая, оратор не столько реализует себя, сколько озвучивает ритуальные установки, которые превращаются в мотивацию для деятельности членов корпорации.

Проповедь как разновидность речи опирается на содержание, известное слушателям. Целью проповеди является развитие понимания слушателями какого-либо актуального сюжета. Проповедь обычно произносится авторитетным оратором. Как правило, проповедь связана с религиозной, мировоззренческой или этической проблематикой. Задача оратора-проповедника заключается в создании авторского образа речи с повышенным уровнем эмоциональности, основанного на личном опыте оратора. Опытные проповедники используют риторические вопросы, повторы, восклицания, обращения, сложные периоды, образную ритмику и другие технологические приемы. Если от докладчика требуется объективность как основа образа речи, от лектора-доступность, от оратора, произносящего речь, - соразмерная пафосность, то от проповедника слушатели ждут искренности и доверительного эмоционального общения.

Современные формы монолога основаны на использовании информационных технологий, которые при умелом и адекватном их использовании значительно увеличивают ресурсное обеспечение речи. Использование аудио- и видеоресурсов позволяет усилить воздействие оратора и неограниченно увеличивать количество слушателей.

Основная задача политического оратора в процессе осуществления монологического общения заключается в корректном программировании речедеятельности. Основная задача слушателей -раскодирование речи оратора, ее адекватная интерпретация и усвоение содержания в процессе присоединения к позиции оратора или отвержения ее. Слушание имеет свое содержание, технологии, и, если хотите, можно утверждать, что существует искусство слушания речи. Овладевая языком, мы учимся говорить и слушать. Овладевая культурой, учимся понимать речь, формулировать мысли и облекать их в коммуникативную форму.

Слушая речь, мы помещаем ее в стереотипные фигуры восприятия речи, которые у нас сложились раньше, в процессе подготовки к общению. Чем выше уровень культурного развития человека, тем разнообразнее и эластичнее его воспринимающие формы, которые существуют в нашем сознании в «ждущем» режиме. Появление речи актуализирует эти потенциальные структуры-ресурсы. Происходит сложный процесс раскодировки речи и усвоения содержания.

Существует выражение: «слушатель понимает с полуслова». Это означает, что его готовность воспринимать данное содержание уже почти актуализирована и требуется резонансный толчок, который побуждает нас осуществить «сотворение» речи вместе с оратором.

Отсутствие готовых речевых и содержательных стереотипов сознания делает человека глухим к излагаемому содержанию. Он не ждет его и не в состоянии адекватно воспринимать речь в силу иного развития и целеорганизации. Абстрактный слушатель может воспринимать речь только в тех пределах, которые обеспечиваются его непосредственным жизненным опытом. Конкретный слушатель подготовлен определенным воспитанием и образованием, владением языковыми средствами и содержательными ресурсами, которые включают опосредствованно речевые образцы и непосредственно стереотипы опыта.

Мы уже говорили, что Аристотель исследовал риторику слушающего и создал ряд категорий, или модельных форм, которые представляют алгоритм восприятия речи.

К формам анализа монолога со стороны слушателей античный философ отнес:

  • - образ оратора;
  • - виды речи;
  • - образ данной речи;
  • - речевую эмоцию;
  • - логическое содержание речи;
  • - композицию и стиль.

Приведенная схема, по замыслу Аристотеля, представляет собой субординированное (поэтапное) нисхождение аналитического сознания от общих параметров монолога к частным. При постоянном употреблении данной схемы анализа она становится привычной и осуществляется автоматически. В то же время польза от этой целенаправленной работы будет ощутимой только тогда, когда она осуществляется достаточно профессионально. Подобная экспертная оценка позволяет слушателю составить собственное мнение о том, насколько позиция оратора приемлема для него. Слушатель на основе анализа может сознательно присоединиться к позиции оратора, может ее отвергнуть персонально, но может принять решение, что необходимо бороться с этой позицией, если она вредна для корпорации. Таким способом в гражданском обществе происходит отбор корпоративных решений, которые в пространстве коммуникации проходят содержательную экспертизу.

В подданническом обществе отбором решений занимается элита, слушатели используются как субъект-объектные статисты и объект для мотивационной обработки. С этим связано то обстоятельство, что в нашем политическом общении до сих пор не обучают адекватно понимать речь и отвергать ораторские позиции, которые не совпадают с частными или корпоративными интересами.

В риторике сформулирован ряд правил, которые облегчают анализ речи:

  • - необходимо внимательно принять все содержание выступления;
  • - предположить, что в речи содержатся вредные, опасные соображения, которые, возможно, придется отбросить;
  • - с целью выяснения уместности содержательных элементов тезиса следует отделить содержание выступления от интересов оратора;
  • - распознать намерения и интересы оратора на основе информации о его характере, занятиях и свойствах его личности и ораторского образа;

выявить позитивный смысл тезиса и позиции оратора;

- если слушатель установил отрицательность тезиса и позиции оратора, то он обязан оказать сопротивление позиции оратора, не допустить давления на слушателей с целью вынудить их совершить неверный поступок.

Как видим из этих правил, образ слушателя критичен, основан на недоверии к оратору, нацелен на реализацию своих интересов и интересов корпорации. Слушатель, реализующий эти правила, не только умеет воспринимать обращенную к нему речь, но и в реальном времени успевает ее обработать, проанализировать, ос мыслить адекватно и принять личное мнение о содержании речи, позиции оратора и отношении к ней. Такая форма гражданской позиции слушателя является одной из базовых основ демократии и либеральной системы коммуникаций, которая минимизирует манипуляцию слушателями со стороны оратора. Для России проблема гражданского отношения к публичной речи является важной культурно-политической и риторической проблемой, которой пока внимания практически не уделяется.

Кроме навыка адекватного осмысления речи и выработки собственной позиции в отношении монолога, правила слушания позволяют оратору оценивать свою речевую деятельность и работать над ее совершенством. Саморефлексия по поводу собственной речи позволяет оратору объединить позиции говорящего и слушающего.

Анализ собственного ораторского образа является первым шагом к получению информации о своей речедеятельности. Образ оратора, как мы уже говорили, представляет собой основу монологического общения. Он оказывает влияние на слушателей и осуществляется за счет реализации множества ресурсов. Содержание образа оратора можно понимать как основной риторический капитал. Создавая образ, лучше осуществлять это в игровой форме, отрабатывая набор ролей, которые может воплотить в общении конкретный человек.

Выполнение одной из ролей в конкретном виде речи можно понимать как реализацию образа и одновременно как его создание через особую форму деятельности. В зависимости от вида речи мы можем создавать политическую позицию слушателей, передавать информацию, веселить, создавать различного вида эмоции, воодушевлять, воспитывать, создавать новые стереотипы культуры, менять структуру личности и т. д. Речь в зависимости от ее доминантной цели требует реализации образа. Чем сложнее речь, тем больше аспектов и ресурсов должен содержать образ. Поэтому произнесение речи - это ступенька в интеграции ресурсов в ораторский образ. Каждое выступление должно послужить эмпирическим материалом, позволяющим увидеть себя в зеркале слушателей.

Обращение внимания самосознания на воздействие, оказываемое оратором на эмоциональное состояние слушателей, позволяет оценить его влиятельность. Смех и слезы, любовь и ненависть, возникающие у слушателей в результате восприятия речи, говорят об умении речедеятеля воздействовать на людей при помощи своего искусства и реализации ресурсов.

Все аспекты, анализировавшиеся до сих пор, позволяли осмыслить влияние речи и образа оратора на слушателей без обращения к конкретному содержанию общения. Анализ логической структуры речи и качества ее аргументации - важнейший элемент влиятельности речи. Всем известна характеристика речи: «логично». Внутренняя стройность рассуждений, которые создают содержание тезиса, аргументируют позицию, доказывают истинность тезиса и позиции, действует на слушателей как мощный аргумент. Поскольку логика позволяет из истинных посылок получать истинные заключения, следование логическим стереотипам усиливает эффективность воздействия.

И наконец, понимание политическим оратором своих способностей в области реализации композиции и стиля позволяет сделать речь стройной, убедительной, доступной для восприятия, запоминающейся и действенной.

Многие политики боятся выступать из-за страха перед вопросами, которые задают слушатели. Этот страх является важнейшим стереотипом подданнического общения, который нейтрализует естественную активность его участников. В подданнической среде коммуникаций ее структура выполняет функцию организации обмена позициями. Такой обмен позициями обслуживает потребности элиты. Многие процессы осуществляются бессознательно. Одним из бессознательных механизмов является страх перед вопросами, позволяющий участникам общения уйти от нежелательной идентификации, которая влияет на лояльный образ оратора или слушателя.

Поскольку из человека, который боится общаться, оратора не получится, рассмотрим, что собой представляет вопросно-ответная форма общения в монологе. Под вопросом в логике понимают требование устранить познавательную неопределенность. Существует утверждение, что все высказывания эмпирических наук — гипотезы, поэтому каждое утвердительное предложение можно превратить в вопрос! Это означает, что вопросов может быть бесчисленное множество, и их бояться - все равно что опасаться окисления организма, которое происходит при дыхании.

Второе обстоятельство заключается в том, что всякий вопрос должен состоять из двух частей: констатации содержания, которое нуждается в уточнении, и собственно вопросительной части. Констатация содержания называется предпосылкой вопроса. Вопросы корректны, если их предпосылки ясны, являются истинными высказываниями. Вопросы, предпосылки которых неясны или ложны, являются с точки зрения логики некорректными вопросами. Поскольку многие вопросы, которые звучат в аудитории, нельзя отнести к разряду корректных, на эти вопросы давать ответы необязательно при соответствующей констатации. Можно предложить их откорректированную форму и отвечать на них. Такая ситуация усиливает позицию оратора, поскольку он проявляет свою культуру в области дискуссии, а также может создавать такую предпосылку вопроса, которая его больше устраивает.

Получив корректный вопрос, оратор должен выделить содержание его предпосылки и использовать его в качестве тезиса своих рассуждений, которые послужат основанием для ответа. Тезис вопроса может быть переформулирован, расширен, отвергнут или включен в позицию оратора. Кроме того, оратор может сознательно выбрать форму ответа. Ответы делятся на сильные и слабые. Сильный ответ полностью устраняет познавательную неопределенность, слабый — частично. Еще ответы бывают полными и неполными. Полный ответ содержит разъяснение по поводу всех подвопросов сложного вопроса, неполный - лишь их части.

В подданнической жесткой традиции предполагается, что на все вопросы есть ответы и оратор, который контролируется элитой корпорации, обязан знать ответы на эти вопросы. Причем многие любители подданнического общения требуют от «подчиненных»

Глава 3. Монолог и диалог как основные формы речи только «правильных» ответов. Подобная позиция консервативна и догматична, как правило, она бывает неадекватной по отношению к реальности.

В гражданской парадигме оратор, а не элита программирует общение. Поэтому он имеет право на выбор отношения к вопросам, их интерпретации и создания конкретной формы ответов на них. Само собой разумеется, что от содержания оратора, владения им темой выступления и развитости его культуры будет зависеть качество ответов на вопросы. Но попытка, из-за боязни выступать или отвечать на вопросы, «спрятаться», кроме отрицательного результата не дает ничего. Страх в результате уклонения от выступления только накапливается, антиораторская блокировка усиливается. Оратору все равно придется блокировку ломать и все начинать сначала.

В целом монолог в подданнической парадигме - спокойная форма общения, которая требует лишь соблюдения корпоративного ритуала. В гражданской форме общения организатор монологического процесса несет за его содержание и форму практически полную ответственность. Ответы на вопросы участников монологического общения оживляют ситуацию и приближают монолог к диалоговым формам, которые более продуктивны как средство организации корпорации, но и более сложны для реализации.

 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >