ЧТО ТАКОЕ МЕДИЙНАЯ ГРАМОТНОСТЬ?

Медийная грамотность в России и за рубежом

В современном мире СМИ во многом предопределяют то, что люди знают и думают о политике. Но, к сожалению, в силу самых разных причин далеко не всегда транслируемый мас- смедиа контент в полной мере соответствует реальности. А значит, не имея возможности воочию наблюдать происходящие в окружающем мире события и процессы, конкретный человек и общество в целом становятся своего рода заложниками журналистов и того, каким образом — под каким углом, в чьих интересах и насколько объективно — они расскажут, покажут или напишут о наблюдаемых ими явлениях.

Способен ли индивид снизить собственную зависимость от работников медиа-индустрии? В состоянии ли человек самостоятельно ориентироваться в постоянно увеличивающихся потоках окружающей его информации? Может ли рядовой гражданин сам определить, где ложь, правда, полуправда или, как все чаще говорят в последнее время, «постправда»? Очевидно, что все это абсолютно реально при наличии у личности определенного набора знаний, умений и навыков в отношении «переработки» медиатекстов. В самом общем виде все это принято называть медийной грамотностью.

В России данная тематика чаще всего рассматривается в контексте педагогики и медиаобразования. Наши ученые активно изучают зарубежный и отечественный опыт разработки соответствующих учебных программ[1], анализируют усилия международных организаций по продвижению идей медиа- и информационной грамотности[2], дискутируют о соотношении используемых в этой сфере терминов[3], исследуют информационные компетенции отдельных социальных групп[4] и т. д. Кроме этого, иногда вопросы медийной грамотности косвенно затрагиваются в контексте используемых журналистами манипулятивных технологий и особенностей восприятия медиатекстов аудиторией[5].

Отдельно хотелось бы отметить вклад в разработку данной проблематики А. В. Федорова. Будучи президентом Ассоциации кинообразования и медиапедагогики России, главным редактором журнала «Медиаобразование» и экспертом Программы ЮНЕСКО «Информация для всех», Александр Викторович на протяжении нескольких десятилетий досконально изучает специфику медиаобразования в России и за рубежом, способствует популяризации идей медиакомпетентности в нашей стране, объединяет вокруг себя единомышленников и по праву считается «локомотивом» отечественных научных изысканий в этой сфере. При этом стоит заметить, что термину «медийная грамотность» А. В. Федоров предпочитает «информационную компетентность» и «медиакомпетентность», считая их более точно отражающими суть способностей человека по анализу получаемой им информации[6].

В настоящий момент в российской коммуникативистике отсутствует единое и устоявшееся понимание сути медийной грамотности. Более того, объем внимания, уделяемого этому феномену в отечественной науке (и, прежде всего, — в политологическом контексте) значительно меньше, чем на Западе. Поэтому остановимся подробнее на том, как трактуют медийную грамотность европейские и заокеанские ученые.

В зарубежной науке существует достаточно много определений медийной грамотности. При этом авторство большой части из них принадлежит не конкретным ученым, а самым различным общественным структурам, фондам и организациям, так или иначе занимающимся распространением идей и принципов грамотного отношения к медиатекстам. Представляется, что данное обстоятельство весьма красноречиво свидетельствует о том, насколько важными такие умения считаются на Западе.

Большинство определений медийной грамотности в той или степени опираются на дефиницию, впервые сформулированную по итогам Национальной конференции по лидерству в сфере медийной грамотности в 1993-м году. Автор доклада по итогам конференции П. Ауфдерхайд определила тогда медийную грамотность как «способность найти (получить доступ), проанализировать, оценить и передать информационное сообщение во всем многообразии его форм»[7]. Став достаточно популярным, в дальнейшем это определение (с незначительными корректировками или без оных) нередко использовалось другими учеными[8].

  • [1] Гендина Н. И. Можно ли измерить информационную грамотность (культуру)? // Образование в документах. 2009. № 20 (213). С. 58-62; Левицкая А. А.Формирование медийной грамотности и медиакритика в Канаде // Медиаскоп. 2016. № 1; Федоров А. В. Медиаобразование в зарубежных странах. М.:Директ-Медиа, 2013. 139 с.; Якушина Е. В. Разработка курса «Медиа-информационная грамотность и информационная безопасность» // Социальный компьютинг: основы, технологии развития, социальногуманитарные эффекты (ISC-14): Матер. III Междунар. науч.-практ. конф. М.:Изд-во МГГУ им. М. А. Шолохова, 2014. С. 346-362.
  • [2] Жилавская И. В. Проблема формирования понятийного аппарата медиаобразования в условиях конвергенции медиа- и информационной грамотности // Фундаментальные исследования. 2014. № 5-1. С. 213-217; Федоров А. В. Медиаобразование: история и теория. М.: МОО «Информация длявсех», 2015. 450 с.
  • [3] Мукам Н. В., Фучила Е. Н. Определение понятия «информационная грамотность» // Сборники конференций НИЦ Социосфера. 2014. № 31. С. 147-149;Федоров А. В. Медиаобразование и медиаграмотность. М.: Директ-Медиа,2013.343 с.
  • [4] Киреева Н. Н. Информационная культура и информационные предпочтениямолодежи в медийном пространстве // Социально-гуманитарные знания.2015. №10. С. 305-313.
  • [5] Вырковский А В., Любимцева М. А. Восприятие аудиторией различных видовтекста в российских деловых интернет-СМИ // Вестник Московского университета. Серия 10: Журналистика. 2015. № 2. С. 143-167; Ильченко С. Н. Фейк в практике электронных СМИ: критерии достоверности // Медиаскоп. 2016. № 4.
  • [6] Fedorov А. (2015) Media literacy education. Moscow: ICO «Information for all». P. 7.
  • [7] Aufderheide Р. (Ed.) (1993). Media literacy: A report of the national leadershipconference on media literacy. Aspen, CO: Aspen Institute.
  • [8] См., напр.: Christ W. G., Potter W. J. (1998). Media literacy, media education, andthe academy .Journal of Communication, 48, 5-15; Hobbs R., Jensen A. P. (2009).The past, present and future of media literacy education. Journal of Media LiteracyEducation, 1(1), 1-17.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >