ПОЛИТИЧЕСКИЕ АЛЬТЕРНАТИВЫ РОССИИ В 1917 г.

В 1917 г.

Система двоевластия как результат Февральской буржуазно-демократической революции

К началу Февральской буржуазно-демократической революции в России продолжали действовать, умножаясь в числе, политические партии трех основных лагерей: помещичье-монархического (правительственного), либеральной буржуазии и революционно-демократического. Напомним, самыми последовательными борцами против самодержавия, как и раньше, являлись большевики. Несмотря на жестокие преследования со стороны царизма, они пришли к февралю 1917 г. наиболее организованной и сплоченной политической силой, имея Центральный комитет за границей, Русское бюро ЦК РСДРП в Петрограде, крупные партийные центры в Москве, на Урале, Украине, Кавказе, в Прибалтике и других районах.

Наряду с большевиками в стране действовали меньшевики, организации объединенных социал-демократов, трудовики, эсеры, народные социалисты, национальные партии социал-демократической и эсеровской ориентации. Практически все они занимали компромиссную позицию по отношению к буржуазии и ее партиям, что объяснялось их теоретическими установками и тактикой.

В национальных районах буржуазные партии были представлены кадетами, октябристами, прогрессистами - Демократической партией Литвы, Украинской радикальной демократической партией, Латышской народной партией, Мусульманской демократической партией «Мусават» и др. Они «давили» на правительство, требуя политических уступок, превращения самодержавия в конституционную монархию. Правда, после его падения они стали сторонниками республиканского строя.

На позициях сохранения самодержавия стояли монархические партии и организации: Союз русского народа, Русский народный союз Михаила Архангела, Русский монархический союз, Всероссийский союз земельных собственников, Всероссийский национальный союз, часть которого под названием «прогрессивных националистов» встала в оппозицию к правительству. Иными словами, в 1917 г. столкнулись силы, требовавшие более или менее радикальных общественных перемен, и силы, пытавшиеся сохранить самодержавную систему.

Февральская буржуазно-демократическая революция привела к глубоким сдвигам в соотношении классовых сил, изменилось и положение партий, отражавших интересы тех или иных классов и групп. Революция быстро смела монархические партии, по выражению современников, «они сразу все чудным образом исчезли». Перестали играть сколько-нибудь существенную роль и партии, близко стоявшие к ним (вроде октябристов). Вместе с тем кадеты из оппозиционной партии превратились в правящую: преимущественно ее лидеры составили Временное правительство, а место оппозиции после Февраля заняли эсеры и меньшевики.

Февральская революция разрешила вопрос о власти необычайно оригинально и противоречиво. В России после падения самодержавия сложились две власти, два правительства: буржуазное Временное правительство, которому принадлежала официальная государственная власть, и неофициальное правительство в лице Петроградского Совета рабочих и солдатских депутатов, опиравшегося на силу вооруженных народных масс. Временный исполком Совета состоял из 15 чел., которые все были социалистами, в том числе двое большевиков. Председателем стал меньшевик Н. С. Чхеидзе.

Система двоевластия сложилась и в регионах страны, в том числе в Енисейской губернии. Третьего марта в Красноярске вечером собралась городская дума с участием представителей общественных организаций. Заседание проходило в зале городского театра. При громе аплодисментов составлены были приветственные телеграммы в адрес Временного правительства. Был образован Комитет общественной безопасности, который возглавил Вл. М. Крутовский, ставший в апреле 1917 г. губернским комиссаром Временного правительства. Комитет призвал население выполнять свои гражданские обязанности, учреждения - работать в обычном режиме. Пятого марта прошло первое общее собрание Красноярского Совет рабочих, солдатских и казачьих депутатов, созданного группой социал-демократов во главе с меньшевиком-интернационалистом Я. Ф. Дубровинским. Товарищами председателя были избраны большевики Б. 3. Шумяцкий и Т. П. Марковский. В Совете в апреле 1917 г. большевикам принадлежало 154 места, эсерам - 87, беспартийным - 53. Исполком Совета состоял из 10 эсдеков, 6 эсеров, 4 беспартийных депутатов.

При Совете сформировали отряд Красной гвардии. Власть перешла к бюро из представителей Комитета и Совета. Десятого марта состоялось грандиозное народное празднество на горе. Три полка солдат, казаки, учащаяся молодежь, тысячная толпа народа - процессия растянулась на несколько верст. Около 30 тыс. чел. участвовали в митинге, на котором выра-зили положительное отношение к свержению самодержавия . Двоевластие в губернии сохранялось до мая 1917 г., а затем Совет, политику которого определяли большевики, стал фактическим хозяином в регионе.

Причиной этого своеобразного положения было то, что Февральская революция вышла за рамки чисто буржуазно-демократической революции,

42 Сибирь. 1917. 19 марта.

т. е. она привела к власти не только буржуазию, но и рабочих и крестьян. Одновременное существование и переплетение двух властей выражало собой переходный период в развитии революции, неустойчивость всего положения. «Не подлежит ни малейшему сомнению, - писал В. И. Ленин, -что долго продержаться такой “переплет” не в состоянии. Двух властей в государстве быть не может. Одна из них должна сойти на нет...».

Между тем борьба между Временным правительством и Советом не носила острого характера. Более того, Петроградский Совет, в котором из 36 членов 14 были меньшевиками и который фактически выполнял функции Всероссийского Совета, открыто поддерживал Временное правительство. Это объяснялось тем, что кадеты, составлявшие большинство в правительстве, а также меньшевики и эсеры, руководившие Советами, по многим вопросам, в том числе принципиальным, находили общий язык.

Необходимо отметить и следующую особенность политической ситуации в Енисейской губернии. В стране были сильны объединительные настроения в среде социал-демократов: из 68 губернских городов России в 54 существовали объединенные организации РСДРП. Но в Красноярске в марте 1917 г. группа большевиков во главе с Белопольским, Роговым, Шумяцким выступила с инициативой создания самостоятельной большевистской партийной организации. Второго апреля вышел первый номер газеты «Сибирская правда» - первой в Сибири газеты большевиков после их выхода из объединенной партийной организации. Выход новой большевистской газеты в противовес группе большевиков-примиренцев, издававших газету «Красноярский рабочий», поддержал Я. М. Свердлов. Он возвращался из ссылки и на собрании большевистского актива, заседании Красноярского Совета бичевал соглашательскую политику меньшевиков и эсеров.

Численность легального Красноярского комитета РСДРП большевиков составила около четырех тысяч человек. Влияние большевиков в губернии росло. Они широко использовали в своей агитации антивоенные лозунги, освободили политических заключенных, произвели учет оружия, арестовали губернскую и железнодорожную жандармерию. В городской думе настояли на полной отмене налогов с бедноты, изменении системы платы за бытовые услуги, введении общенародной милиции, провели учет и оценку товаров, находящихся в магазинах и на складах, установили контроль над их продажей, что было созвучно настроениям беднейших слоев населения. По решению Совета был введен восьмичасовой рабочий день, оказывалась помощь в создании профсоюзов. При нем была создана солдатская секция под руководством С. Лазо - члена организации эсеров-интернационалистов, которые поддержали большевиков. О росте авторитета большевиков свидетельствует и следующий факт. Общее собрание

1

Ленин В. И. Задачи пролетариата в нашей революции // Поли. собр. соч. Т. 31. С. 155.

30 августа офицеров Красноярского гарнизона - 15-го Сибирского стрелкового полка, Красноярского казачьего гарнизона - назвало Корнилова изменником Родины[1]. Это позволило губернскому исполкому Совета в октябре 1917 г. привести в боевую готовность революционные силы города.

Таким образом, в Енисейской губернии сложилась своеобразная ситуация после Февраля 1917 г.: одновременно существовали несколько центров власти - старая городская дума, Комитет общественной безопасности, Красноярский совет рабочих, солдатских и казачьих депутатов, комиссар Временного правительства, наделенный полномочиями губернской власти. Они имели диаметрально противоположные цели, опирались на определенные слои общества. Но реальная власть постепенно в городе переходила к Совету, социалистическому по составу. В него входили большевики, меньшевики, эсеры и анархисты-коммунисты. С мая 1917 г. Совет оттеснил на задний план комиссара Временного правительства и все больше превращался в полноправный орган власти. Такое соотношение сил показали итоги выборов в городскую думу в июле 1917 г. Выборы закончились победой большевиков. Они получили из 83 мест 41. Затем шли эсеры - 27, меньшевики - 7, кадеты - 9, внепартийные - 6. Городским головой был избран Я. Ф. Дубровинский.

Кроме того, в ходе выборов в губернии, самоопределения политических сил шло складывание радикального левого блока из большевиков, левых эсеров и анархистов. Блок стремился к углублению революции, негативно относился к социально-экономическому курсу Временного правительства.

Партия народной свободы. Что представляла собой Партия народной свободы - наиболее влиятельная партия буржуазии после Февральской революции? Судя по программным установкам, разработанным и принятым на VII съезде партии (март 1917 г.), кадеты провозгласили себя сторонниками республиканского строя. Они отказались от требования конституционной монархии, указав, что «Россия должна быть демократической парламентской республикой» во главе с президентом. Он должен избираться народным представительством (парламентом) на определенный срок и управлять страной посредством министерства, ответственного перед народным представительством». В ходе же революции лидеры кадетов стали подвергать ревизии это положение и возвращаться к своим прежним взглядам. С точки зрения Милюкова, изложенной в одном из его конфиденциальных писем ЦК партии кадетов (август 1917 г.), спасение России возможно лишь на путях возвращения к монархии, ибо народ, как считал он, не был способен принять свободу.

В этом русле следует рассматривать и программные требования кадетов об отчуждении помещичьих земель в пользу крестьянства «с вознаграждением нынешних владельцев по справедливой цене», принятие рабочего законодательства с гарантиями прав на «свободу» создания рабочих союзов, проведения собраний, забастовок, введения восьмичасового рабочего дня.

Кадеты также обещали гражданам России уничтожить сословные различия и привилегии, уравнять в правах все народы, населяющие страну, объявить свободу совести, слова, печати, собраний, политических партий и организаций, право свободного выезда за границу, отменить паспортную систему, расширить бесплатную медицинскую помощь и т. д.

Политический курс, выработанный партией после Февральской революции, предусматривал единовластие Временного правительства, в котором кадеты были призваны играть ведущую роль. Что касается Советов, то ЦК партии пытался определить их роль как совещательных, вспомогательных органов при Временном правительстве. Подчеркивая необходимость скорейшего осуществления социальных реформ, особенно в аграрном и национальном вопросах, кадеты высказывались против их проведения до созыва Учредительного собрания. Неотложной они считали лишь реформу местного самоуправления, в рамках которой сибирские кадеты и областники надеялись на то, что Временное правительство предоставит Сибири политическую автономию, Сибирской областной думе - законодательные права.

Во внешнеполитической области кадеты стояли на позициях продолжения войны до полной победы над Германией и верности России союзным обязательствам перед Антантой. Причем они полагали, что после Февраля характер войны изменился, поскольку она теперь велась в условиях общеевропейской революционной ситуации. В зависимости от ее перерастания в международную социальную революцию и роли в ней России они и определяли исторические перспективы развития страны. Так, в кадетской газете «Речь» от 18 апреля 1917 г. утверждалось: «В конечном счете в России одержат победу те силы, которым будет принадлежать господство в остальном цивилизованном мире. Если по окончании войны Европа и Америка вступят в фазу социальной революции, то переживет аналогичную ситуацию и Россия». То есть, кроме всего прочего, здесь содержался явный намек на участие России в разделе сфер влияния между «демократиями» западных стран. Кроме того, они считали, что победа в войне поднимет престиж России на международной арене, а внутри страны усилит волну патриотизма.

Как уже отмечалось, кадеты из оппозиционной партии превратились в правящую, ее лидеры наряду с представителями других буржуазных партий вошли в первый состав Временного правительства. Оно сформировалось из пяти кадетов, двух октябристов, прогрессиста, эсера, представителя группы центра и двух беспартийных, примыкавших к кадетам. Ключевые посты заняли: близкий к кадетам Г. Е. Львов - премьер-министр и министр внутренних дел, кадет П. Н. Милюков - министр иностранных дел и октябрист А. В. Гучков - военный и морской министр. Исключение составил только один - эсер А. Ф. Керенский на посту министра юстиции. Это обстоятельство в целом не меняло характера правительства как буржуазнодемократического .

С первых дней после победы революции кадеты развернули активную деятельность по укреплению своих позиций. Они значительно преуспели в вербовке в свои организации студентов и служащих, представителей городской и сельской интеллигенции, священников, незначительной части крестьянства. К ним потянулись члены бывших монархических партий, которые еще недавно критиковали их за либерализм. Однако среди рабочих, большинства крестьян, в армии позиции кадетов были слабы.

Родственные им партии октябристов и прогрессистов не представляли серьезной силы, находились в стадии реорганизации, пытаясь приспособиться к новым условиям. Большинство октябристских деятелей, сочтя нецелесообразным конкурировать с кадетами, всячески поддерживали их. К кадетам переметнулись и бывшие прогрессисты, основная часть которых стала выступать под названием Радикально-демократической партии.

Усиление кадетов за счет бывших правых беспокоило их лидеров, стремившихся завоевать авторитет в народе, и вынуждало искать поддержки у меньшевиков и эсеров. Еще в выступлении на четвертой сессии IV Государственной думы Милюков охарактеризовал их «полезным политическим орудием», без которого «веревку из народа не совьешь». А на одном из заседаний ЦК партии кадетов в марте 1917 г. был специально поставлен вопрос о блоке республиканских элементов страны, кроме большевиков. И в мае 1917 г. провозгласили тактику «левого блока», т. е. сотрудничества с социалистами, сформировав коалиционное правительство.

План кадетов «демократизировать» свою партию оказался нереальным, однако им удалось получить поддержку значительных слоев кадрового офицерства, известной части студенчества и учащихся старших классов средних учебных заведений. Большинство ЦК партии составляли профессора, писатели, журналисты, земские деятели. К осени 1917 г. кадеты имели около 350 местных организаций, в том числе в Петрограде и Москве. Общая численность партии (по разным подсчетам) составила от 80 до 100 тыс. членов. Красноярские кадеты в своих рядах насчитывали около 200 чел. Их поддерживали областники, организация которых возродилась в 1917 г. и насчитывала 40 чел. Они в журнале «Сибирские записки» требовали созыва Учредительного собрания, перехода к федеративному устройству России и предоставления Сибири широких прав самоуправления.

Находясь под постоянным давлением «снизу» и в определенной мере со стороны меньшевистско-эсеровского Совета, правительство Конституционно-демократической партии приступило к выполнению программы политических реформ демократического характера. Однако революция с самого начала поставила жгучие политические и экономические вопросы, требовавшие как можно скорейшего разрешения: о мире, земле, хлебе. Неспособность решить эти проблемы (формально до созыва Учредительного собрания) в конечном счете привела правительство к острой конфронтации с народом. Последовала серия правительственных кризисов, в результате которых кадеты, а также представители других буржуазных партий вынуждены были потесниться и уступить ключевые позиции в правительстве меньшевикам и эсерам. Они были двумя наиболее крупными революционно-демократическими партиями, выдвинутыми на авансцену политической жизни России Февральской революцией.

Меньшевики и эсеры. В течение всего периода от Февраля до Октября меньшевики и эсеры занимали видное место в политической жизни страны и большую часть этого периода (март - август 1917 г.) пользовались поддержкой значительной части народа. Их лидеры составили большинство в Петроградском Совете. Из 15 членов созданного им Исполнительного комитета 13 были меньшевиками и эсерами, 2 - большевиками (П. А. Залуцкий и А. Г. Шляпников). С конца февраля до начала сентября председателем Петроградского Совета, как уже отмечалось, являлся меньшевик Н. С. Чхеидзе. В сентябре - октябре 1917 г. во ВЦИКе Советов меньшевистская фракция была самая крупная - 124 чел. (эсеров было 119, большевиков - 67)[2].

И эсеры, и меньшевики считали, что они социалисты, что цель их деятельности - социализм. И хотя пути движения к социализму каждая из партий представляла по-своему, в 1917 г. в вопросе о его перспективах в России они были единодушны: поскольку начавшаяся революция буржуазная, следовательно, и власть должна перейти к буржуазии.

К этому общему выводу меньшевики и эсеры пришли по-разному. Главный аргумент против близкой социалистической революции меньшевики видели в социально-экономической незрелости России. Так Г. В. Плеханов писал в 1917 г.: «...если капитализм не достиг в данной стране той высшей степени, на которой он делается препятствием развития ее производительных сил, то нелепо звать рабочих, городских и сельских, и беднейшую часть крестьянства к его низвержению». Анализируя социальную структуру России, меньшевики указывали на преобладание в населении страны крестьянства, в социалистический потенциал которого не верили.

Но и сам рабочий класс меньшевики в 1917 г. считали слишком малочисленным и недостаточно подготовленным для социализма. По их мнению, в России могут созреть необходимые экономические и социальные условия для социализма только тогда, когда в результате развития капитализма исчезнет мелкое производство и все общество разделится на буржуа и организованный рабочий класс. Причем пролетариат будет составлять основную массу населения страны. Поэтому социалистическая революция виделась меньшевикам лишь как отдаленная перспектива, а не непосредственная задача. Эти теоретические посылки были положены в основу программных установок меньшевиков, принятых на Всероссийской конференции меньшевистских и объединенных организаций РСДРП в мае 1917 г.

Другая логика рассуждений была у эсеров. Если у меньшевиков курс на передачу власти буржуазии вытекал из всей совокупности их взглядов, то позиция эсеров в этом вопросе не выглядела столь последовательной. Изначально они считали, что свержение самодержавия создаст условия для построения социализма. Основным программным положением эсеров был тезис о социализации земли, которую они понимали как конфискацию помещичьей земли, ее обобществление и переход к уравнительному землепользованию. В свою очередь, социализация якобы создавала возможности для построения социализма в деревне и затем в городе. Оправдывая передачу власти буржуазии, они сначала говорили об опасности монархической контрреволюции и необходимости поддержать Временное правительство, в котором они видели главный орган власти и государственного управления страной и которое закрепит результаты революции. Двоевластия для них не существовало. Не было у партии социалистов-революционеров и организационного единства.

Между тем к лету 1917 г. стало ясно, что непосредственная опасность со стороны монархической контрреволюции не так уж велика, что огромное большинство крестьян готово поддержать эсеров, если те выступят за немедленную конфискацию помещичьего землевладения. Однако в этих условиях руководство эсеров фактически отказалось от своего главного тезиса (социализации земли), мотивируя это тем, что его реализация невозможна в связи с неорганизованностью «трудовой демократии», отсутствием у нее большинства в стране. Другими словами, лидеры эсеров в оценке перспектив революции стали переходить на меньшевистские позиции и подчеркивать необходимость длительного этапа буржуазной республики. Один из руководителей этой партии Н. Д. Авксентьев по этому поводу выразился следующим образом: «Еще нужно пройти длительный процесс самоорганизации демократии, нарастания творческих организационных сил у этой демократии, прежде чем она сможет позволить себе рос- 48 л-т

кошь откинуть все другие слои, ... и остаться действительно одна» . Нод демократией он имел в виду рабочих и крестьян. Другой идеолог эсеров В. М. Чернов утверждал, что «социализм в России слишком молод и обязательно провалится с треском, если сам попытается встать у государственного руля»[3] . Отсюда делался вывод о необходимости «урезать социальную программу» до пределов, не препятствующих «реальной коалиции всех классов». Таким образом, точки зрения меньшевиков и эсеров были едины в главном вопросе - о необходимости власти буржуазии.

Партии меньшевиков и эсеров никогда не отличались идейным и организационным единством. Еще с начала Первой мировой войны, как уже отмечалось, меньшевики раскололись на несколько групп. После Февральской революции произошло их объединение в рамках единой организации. Объединение было скорее формальным, на волне Февраля, а не по существу, что, впрочем, не мешало общему росту партии. «Кого здесь только не было! - писал позже один из меньшевистских лидеров. - И старые члены партии, когда-то игравшие в ней заметную роль, но уже давно отошедшие от всякой работы и числившиеся, так сказать, в партийном резерве, и долголетние обитатели тюрем и ссылок; и молодежь, впервые революцией разбуженная к политической активности; рабочие и интеллигенты, студенты и солдаты... Было и немало карьеристов, смотревших на партию, как на

~ 50

трамплин для продвижения по социальной лестнице» .

Правый фланг меньшевизма занимала группа «Единство» под руководством Г. В. Плеханова, издававшая газету под одноименным названием. Она стояла на позициях продолжения войны и отличалась антибольшевизмом. На близких к плехановцам позициях была группа оборонцев А. Н. Потре-сова и М. И. Л ибера, которая выпускала сборник «Самозащита». Далее следовали центристы во главе с Ф. И. Даном, И. Г. Церетели и Н. С. Чхеидзе, вставшие после Февраля на позиции «революционного оборончества», т. е. продолжение войны под предлогом защиты завоеваний демократии от германского милитаризма.

Левый фланг меньшевистской партии занимала группа меньшевиков-интернационалистов. возглавляемая Ю. О. Мартовым и А. С. Мартыновым. Она выступала против продолжения войны, однако во всем остальном разделяла основные позиции меньшевизма. Близко к этой группе были «внефракционные социал-демократы» - бывшие меньшевики-интернационалисты во главе с В. А. Базаровым и Н. Л. Сухановым. Они вышли из рядов партии в апреле 1917 г. и основали газету «Новая жизнь», которая занимала весьма неустойчивую позицию, выступая то против Временного правительства, то против большевиков. Одно время в газете сотрудничал А. М. Горький. Он был ее редактором вместе с Н. Н. Сухановым и В. А. Строевым.

Процессы, протекавшие в рядах эсеров, во многом были сходны с теми, что происходили у меньшевиков. Партия социалистов-революционеров стала быстро увеличиваться после Февраля за счет так называемых мартовских эсеров - чиновников, офицеров, торговцев, представителей разных слоев интеллигенции, которые нередко по своим взглядам мало чем отличались от кадетов. В то же время в партию пошли и крестьяне, которых привлекла перспектива социализации земли. Крестьяне записывались в партию целыми деревнями, а в армии - целыми ротами и командами. К лету 1917 г. в ПСР насчитывалось около 800 тыс. чел.

Как и меньшевики, эсеры не преодолели групповщины. Одни из них по-прежнему занимали позицию продолжения войны и поддерживали в этом вопросе Временное правительство (Н. Д. Авксентьев, Б. В. Савинков и др.). Умеренные интернационалисты, часть центристов осуждали войну, но выступали за сохранение единства партии (В. М. Чернов, М. А. Натансон) и поддержку Временного правительства. На III съезде ПСР была принята резолюция «Об отношении к войне», в которой доминировал лозунг «демократический мир всему миру». Но Чернов считал необходимым поддерживать обороноспособность России на должном уровне, так как в случае поражения вместе с Россией «будут растоптаны все зародыши чисто демократической культуры»[4]. Было довольно сильно и левое пробольшевистское крыло - левые эсеры, которые стали постепенно обосабливаться. На III съезде партий (май 1917 г.) они сделали шаг по пути оформления самостоятельной организации: избрали Оргбюро левого крыла ПСР.

Это были те эсеры, которые совместно с большевиками осуществят Октябрьскую революцию и затем на некоторое время войдут в состав Правительства РСФСР. Учредительный съезд партии левых социал-револю-ционеров-максималистов прошел 2 декабря 1917 г.. В результате к осени 1917 г. существовала не одна, а по меньшей мере три партии. И фактически было три центральных комитета. Раскол в рядах меньшевиков и эсеров содействовал ослаблению борьбы за власть, решимости выдвигать принимаемые большинством лозунги.

Как видим, меньшевики и эсеры (кроме той части, о которой упоминалось выше) несмотря на теоретические расхождения имели много общего и, прежде всего, в вопросе о социализме. Такая позиция объективно вела к сближению эсеров и меньшевиков с буржуазными партиями, особенно с кадетами. Поначалу оно выразилось в поддержке Советами Временного правительства, а затем и вхождении в него меньшевиков и эсеров. Напомним, что в первом составе Временного правительства из 11 министров 10 являлись представителями буржуазных партий - кадетов и октябристов (исключение составлял только трудовик А. Ф. Керенский). В первом же коалиционном правительстве, сформированном 5 мая в результате политического кризиса, из 15 министров шесть принадлежали к социалистическим партиям, семь - к буржуазным и двое были беспартийными.

Этот шаг - вхождение социалистов в буржуазное правительство - был связан с рядом причин: меньшевики и эсеры, осознавая свою неподготовленность к практическому управлению страной, стремились контролировать «изнутри» буржуазное правительство, сохранить единство здоровых сил общества и не допустить сползания страны в пучину гражданской войны; преодолеть хозяйственную разруху и обеспечить выход России из войны. Для самих партий этот шаг означал разрыв со сложившимися представлениями о них как партиях, сугубо оппозиционных буржуазии, и обусловил логику их поведения в последующих событиях.

Большевики. Эта партия сыграла главную роль в исторических судьбах страны. Большевики вышли из подполья сразу после свержения самодержавия. Партия к тому времени насчитывала около 24 тыс. членов. Менее чем через два месяца в ней состояло уже более 100 тыс. членов, а летом, к VI ее съезду, - 240 тыс., т. е. за пять месяцев численность партии выросла в 10 раз. По своему социальному составу она была рабоче-крестьянской. Более 60 % членов партии являлись рабочими, 7,6 % - крестьянами, остальные - служащими, учащимися, ремесленниками, представителями свободных профессий. Их работу направляли летом 1917 г. 8 областных, свыше 200 городских, более 300 районных и порайонных комитетов РСДРП. Наиболее крупными были Петербургская (40 тыс.) и Московская (15 тыс.) партийные организации.

По уровню организации и идейной сплоченности большевики действительно превосходили все другие политические партии. Однако вопреки сложившемуся представлению в ней, как и в других партиях, протекали сложные, неоднозначные процессы, а политический курс в новых, созданных Февралем условиях, вырабатывался в борьбе различных точек зрения и платформ. Еще до возвращения В. И. Ленина из эмиграции в РСДРП наметилось три течения, представители которых по-разному относились к Временному правительству и его политике, Советам и вообще перспективам революции. Первое течение (правое) - это те, кто поддерживал политику Исполкома Петроградского Совета, прежде всего его оборонческую линию, т. е. выступал за продолжение войны (В. С. Войтинский, Ш. 3. Элиава, П. Н. Севрук и др.). Второе течение - противоположное, левое. Его возглавили известные большевики А. М. Коллонтай, В. П. Милютин, И. А. Теодорович. Третьи стояли за «условную» поддержку Временного правительства (Л. Б. Каменев, И. В. Сталин). Они руководствовались формулой «постольку - поскольку». Поскольку Временное правительство борется с остатками царско-помещичьего режима и тем самым закрепляет шаги революции, постольку его необходимо поддерживать. Вскоре, правда, термин «поддержка» был заменен на «бдительный контроль над Временным правительством», что по сути было одно и то же и не очень расходилось с политической линией эсеро-меньшевистских Советов. Более того, на знаменитом «мартовском» (1917 г.) совещании большевиков И. В. Сталин занял по существу оборонческую соглашательскую позицию, выступив не только в поддержку антинародной политики Временного правительства, но и за возможность объединения с меньшевиками (И. Г. Церетели и др.), считая разногласия с ними «мелкими».

Все это в корне противоречило взглядам В. И. Ленина о тактике большевиков в условиях двоевластия, изложенным в его «Письмах из далека». Поэтому после возвращения в Россию (апрель 1917 г.) Ленину пришлось приложить немало усилий, чтобы изменить позицию ЦК партии, которую он считал глубоко ошибочной. Как позднее писал Ф. Раскольников, «приезд Владимира Ильича вообще положил резкий Рубикон в тактике нашей партии»[5].

Тактика партии, как она должна действовать в новых условиях, созданных Февральской революцией, изложена В. И. Лениным в «Апрельских тезисах». Центральный пункт тезисов, определявший стратегию партии, Ленин выразил в следующих словах: «Своеобразие текущего момента в России состоит в переходе от первого этапа революции, давшего власть буржуазии в силу недостаточной сознательности и организованности пролетариата, - ко второму ее этапу, который должен дать власть в руки пролетариата и беднейших слоев крестьянства». Таким образом, Ленин прямо ставил вопрос о переходе к социалистическому этапу революции.

Этот тезис встретил непонимание не только меньшевиков, но и значительной части большевиков, ибо перспектива непосредственного перехода к борьбе за власть обозначилась для них совершенно неожиданно, противореча устоявшейся традиции. А традиция состояла в том, что большая часть руководства партии мыслила категориями, изложенными в книге В. И. Ленина «Две тактики социал-демократии в демократической революции» (1905 г.). Тогда Ленин считал, что победа над царизмом могла быть полной лишь при установлении революционно-демократической диктатуры пролетариата и крестьянства. Если же к власти придет буржуазия, то буржуазно-демократическая революция останется незаконченной, поскольку русская буржуазия в силу своего объективного положения и склонности к сделкам с царизмом воспрепятствует установлению в России подлинно демократической власти.

Однако Февральская революция 1917 г. существенно «скорректировала» эти теоретические положения. В результате ее победы возникла не одна власть, а, как уже отмечалось выше, двоевластие, т. е. диктатура буржуазии (Временное правительство) и революционно-демократическая диктатура пролетариата и крестьянства в лице Петроградского Совета. В новых условиях Ленин посчитал буржуазно-демократическую революцию законченной (главное ее условие - свержение самодержавия) и в повестку дня поставил вопрос о переходе к пролетарскому этапу революции. Инструментом такого перехода согласно тактике Ленина являлась уже готовая власть (но еще не полная) - Советы рабочих и солдатских депутатов. Следовательно, задача состояла в обеспечении перехода всей власти в руки Советов (пусть эсеро-меньшевистских первое время). Ленин считал, что политический компромисс эсеров и меньшевиков с буржуазией рано или поздно приведет к потере поддержки их со стороны масс и вызовет перестановку сил в Советах в интересах большевиков.

Именно в Советах Ленин видел и будущую форму политической власти пролетариата: «...республика Советов рабочих, батрацких и крестьянских депутатов по всей стране, снизу доверху». Он считал советскую форму правления в большей степени отвечавшей интересам пролетариата, нежели парламентскую. Тогда закономерно вставал вопрос: как относиться к буржуазному Временному правительству? И Ленин ответил: «1) его надо свергнуть, ибо оно олигархическое, буржуазное...; 2) его нельзя сейчас свергнуть, ибо оно держится прямым и косвенным, формальным и фактическим соглашением с Советами рабочих депутатов...; 3) его вообще нельзя “свергнуть” обычным способом...». Понятно, почему нельзя было его свергнуть «обычным» способом: буржуазное правительство тогда еще поддерживали эсеро-меньшевистские Советы, а их в свою очередь поддерживали массы.

Отношение к буржуазной власти Ленин выразил в лозунге «Никакой поддержки Временному правительству!». Следовательно, он не призывал к немедленному свержению этого правительства в силу сказанных причин. Его лозунг означал разоблачение политики Временного правительства как не отвечавшей интересам народа, необходимость терпеливо и настойчиво разъяснять массам, что оно империалистическое и потому не способно удовлетворить коренные требования народа и, прежде всего, в вопросе о мире и земле. Другими словами, это была определенная установка на мирное перерастание буржуазно-демократической революции в социали

1

Ленин В. И. О двоевластии // Поли. собр. соч. Т. 31. С. 147.

стическую путем завоевания большинства в Советах, изменения его состава и политики.

В «Апрельских тезисах» разъяснялась тактика партии в отношении непрекращающейся войны. Ленин подчеркивал, что и при Временном правительстве война продолжала оставаться империалистической. «...Кончить войну истинно демократическим, не насильническим миром, - писал Ленин, - нельзя без свержения капитала», а потому «...недопустимы ни малейшие уступки “революционному оборончеству”»[6].

В «Апрельских тезисах» была разработана и экономическая платформа большевиков на переходный период. Она сводилась к следующим требованиям:

  • • в промышленности - введение контроля со стороны Советов за общественным производством и распределением продуктов, слияние всех банков страны в один общенациональный банк и введение советского контроля над его деятельностью;
  • • в аграрной области - конфискация всех помещичьих земель и национализация всех земель в стране, передача земли под контроль местным крестьянским Советам, создание на базе бывших помещичьих имений общественных хозяйств. Перечисленные меры не означали в полном смысле введения социализма в деревне, они скорее означали первые шаги к нему.

Таким образом, «Апрельские тезисы» были направлены не только против буржуазного Временного правительства - это как бы само собой разумелось, но и против меньшевиков, а также шли вразрез с первоначальной линией значительной части большевистского руководства. Л. Б. Каменев, один из близко стоявших к Ленину деятелей партии, писал в статье «Наши разногласия», что схема Ленина «представляется нам неприемлемой, поскольку она исходит от признания буржуазно-демократической революции законченной и рассчитана на немедленное перерождение этой революции в революцию социалистическую». Каменеву вторил А. И. Рыков, отмечавший отсутствие в России объективных условий для социалистической революции.

Однако не прошло и трех недель, как ленинские идеи, изложенные в «Апрельских тезисах», стали официальным партийным документом. Это показала VII Всероссийская конференция большевиков (24-29 апреля), которая единодушно одобрила ленинский план перехода к социалистической революции. В меньшевистской «Рабочей газете» отмечалось: «Знаменитые ленинские “тезисы” перестали быть продуктом личного творчества Ленина. 140 делегатов большевистской конференции, почти как один человек, приняли резолюции, которые в развернутом виде излагают основные мысли тех же тезисов».

Вскоре на ленинскую точку зрения о путях дальнейшего развития революции встали многие представители других политических течений и групп российской социал-демократии. Одним из первых среди них был меньшевик Л. Д. Троцкий. Он занимал в годы войны, по его собственному признанию, интернационалистскую позицию, близкую к ленинской, примкнув в организационном плане к межрайонцам.

Исходя из решений VII Всероссийской партийной конференций, партия развернула активную работу в массах. С апреля по июль 1917 г. в 69 ее печатных органах было опубликовано 175 статей и заметок Ленина. Все они содержали главную мысль: никакое коренное требование масс не может быть разрешено без перехода власти к Советам. Общий тираж большевистских газет составил 320 тыс. экземпляров. Характерной чертой агитационно-пропагандистской деятельности большевиков стала ее адресность: ориентация на солдат, женщин, рабочих, молодежь. В интересах организационной подготовки перехода к социалистической революции была перестроена и работа ЦК. При нем создан новый орган - Секретариат ЦК, а также два вспомогательных учреждения: Бюро военной организации для работы среди военнослужащих и Бюро печати.

  • [1] 2 4? Конституционно-демократическая партия. VII съезд. Стенографический протокол заседаний. М., 1917. С. 6, 7.
  • [2] Злоказов Г. И. Меньшевистско-эсеровский ВЦИК Советов в 1917 году. М., 1997. С. 239. 2 Цит. по кн.: Октябрьская революция. Вопросы и ответы. М., 1987. С. 54.
  • [3] Непролетарские партии России. Урок истории. М., 1984. С. 257. 2 Там же. С. 256. 3 Октябрьская революция. Вопросы и ответы. С. 57.
  • [4] м Чернов В. М. Социалистическая партия // Октябрьский переворот. Революция 1917 г. глазами ее руководителей. Воспоминания. М., 1991. С. 160.
  • [5] Раскольников Ф. Ф. Кронштадт и Питер в 1917 году. 2-е изд. М., 1990. С. 34. 2 Ленин В. И. О задачах пролетариата в данной революции // Поли. собр. соч. Т. 31. С. 114.
  • [6] Ленин В. И. О задачах пролетариата в данной революции. С. 113, 114. 2 Октябрьская революция. Вопросы и ответы. С. 68.
 
Посмотреть оригинал
< Пред   СОДЕРЖАНИЕ   ОРИГИНАЛ     След >