Предисловие

Борьба с бедностью — одна из острейших социальных целей мирового сообщества. Низкий уровень доходов бедных семей в сочетании с чрезмерной поляризацией благосостояния различных слоев населения обусловливает социальный разлом общества, вызывает социальную напряженность, что препятствует успешному развитию страны.

Экономист А. Сен из Индии, лауреат Нобелевской премии по экономике, показал^[1], что массовый голод не обязательно связан с нехваткой продовольствия в стране или с количеством товаров (шире — благ), а определяется социально обусловленными возможностями людей получить доступ к этим благам. Даже богатые страны поражены так называемой структурной бедностью.

По типу распределения благ общественное устройство России резко отличалось от общественного устройства западных стран. Традиционные культурные установки, крестьянский общинный коммунизм и русская православная философия трактовали бедность как несправедливость, зло.

Однако та часть высшего русского общества, которая ориентировалась на Запад и исповедовала его морально-нравственные ценности, в отличие от народной массы воспринимала бедность в духе протестантской этики скорее как наказание за недостаточное радение, за леность и прочие пороки своих соотечественников из крестьянской и люмпен-пролетарской среды. Когда же бедность настигала их самих, что с развитием капитализма и разрушением традиционного помещичьего уклада происходило все чаще, нерадивые наследники былой славы дворянских родов всеми ершами стремились скрыть от окружающих свое постыдное бедственное положение.

Таков герой картины П. А. Федотова (см. обложку) — молодой аристократ, бездумно промотавший доставшееся от предков состояние, но продолжающий изо всех сил поддерживать внешний блеск своей потускневшей светской жизни.

Едва заслышав в прихожей шаги нежданного визитера, растерянный жалкий фигляр прикрывает первым, что попалось под руку, — раскрытой посередине книгой свой жалкий нищенский завтрак: ломоть зачерствелого черного хлеба... Единственное, на что хватает молодого аристократа, — это стыдливо сокрыть от посторонних глаз свое жалкое состояние. Вряд ли найдет он в себе силы устранить глубинные, сущностные причины беды, упорным трудом переломить, исправить ситуацию.

Картина Федотова «Завтрак аристократа» — это не только в наибольшей мере присущий художнику изобразительный сатирический памфлет, но и исполненный в живописной художественной форме социальный приговор уходящему с общественно-политической арены Российской Империи некогда могучему классу.

Советский строй, реализовавший приоритет общественного над частным, ставивший интересы общества и государства выше интересов личности, с неизбежностью порождал массовую бедность. При этом в СССР фундаментальные показатели образа жизни — низкие цены на жилье, транспорт и необходимые продукты — почти уравнивали людей с невысокими доходами с их зажиточными соотечественниками. Государственное регулирование цен «вытягивало» человека из бедности.

В советской экономике дефицита доход напрямую не влиял на характер потребления. Его формировали блат, связи, должностные преференции в виде пайков, ордеров, доступа в специальные магазины, лечебные и санаторные учреждения, возможность пользоваться персональным легковым транспортом, приобретать по брони билеты на транспорт и развлекательные мероприятия и т. д. Так закреплялась зависимость привилегированного социального слоя от власти. В плановой экономике СССР эта прослойка хотя и обладала некоторыми чертами классического среднего класса, но не имела шансов превратиться в полноценный средний класс.

В конце 80-х — начале 90-х гг. XX в. в ходе либерализации и внедрения рыночных отношений советские принципы были отвергнуты, а Запад был взят за образец «правильного» жизнеустройства.

Рыночные реформы взвинтили цены на продукты первой необходимости. К концу 2004 г. хлеб подорожал в 4—5 раз, а проезд на метро — в 30 раз. Больше всего подорожали лекарства.

В СССР фондовый коэффициент дифференциации (отношение доходов 10,0% высокооплачиваемых граждан к доходам 10,0% низкооплачиваемых) составлял примерно 3,3. К 1995 г. он подскочил до 13,5 (с учетом теневых доходов — до 30—40) и продолжал расти, в 2009 г. достигнув показателя 16,7.

Неолиберальные реформаторы России рассматривали бедность как полезный социальный механизм. Массовое обеднение населения предусматривалось доктриной реформ. Бедность была буквально построена, в том числе политическими средствами. Искусственное создание бедности в нашей стране — жесточайший эксперимент над человеком. В результате реформы возникла устойчивая бедность для большой части населения. По данным социологов, только 10,0% бедняков в России могут, и то лишь теоретически, увеличить свой доход за счет повышения трудовой активности.

В Российской Федерации возникла уникальная, невиданная ранее категория «новых бедных» — большие группы работающего населения, которые по своим образовательному уровню и квалификации никогда и нигде в мире не могут быть бедными.

Из различных возрастных категорий сильнее всего обеднели дети в возрасте от 7 до 16 лет. Примерно треть их находятся за чертой бедности, причем более половины из них относятся к крайне бедному населению — к тем, чей уровень дохода в 2 и более раз ниже прожиточного минимума (ПМ).

Наконец, возникла крайняя бедность. В результате реформ в России образовалось «социальное дно», составляющее около 10,0% городского населения, или 11 млн человек. Это нищие, бездомные, беспризорные дети и уличные проститутки. Многие из них имеют среднее и среднее специальное образование, а 6,0% — высшее. Такого «дна» не бывало в истории человечества ни в одной стране.

Сложилось «придонье» численностью в 5,0% населения. Находящиеся в нем люди живут в постоянном страхе нищеты. Им все труднее удерживаться даже на этом уровне. Тревогу постоянно испытывают 83,0% неимущих россиян и 80,0% бедных.

В начале первого десятилетия XXI в. обнищание угрожало 29,0% крестьян, 44,0% неквалифицированных рабочих, 26,0% инженерно-технических работников, 25,0% учителей, 22,0% творческой интеллигенции. Сейчас эти показатели несколько уменьшились, но принципиально состояние не изменилось. «В обществе действует эффективный механизм «всасывания» людей на «дно», главными составляющими которого являются методы проведения нынешних экономических реформ, безудержная деятельность криминальных структур и неспособность государства защитить своих граждан»^[2].

«Отверженных» остальные демонстративно не считают своими согражданами. Им отказано в конституционном праве на медицинскую помощь, хотя практически все бездомные больны (среди беспризорников больны 70,0%). Половина бездомных — бывшие заключенные и беженцы — находятся в постоянном конфликте с властью, так как не могут легализоваться и невольно нарушают правила регистрации.

Государственная помощь оскорбительно ничтожна. Удел бедных — убийственное пьянство. Алкоголизм тесно связан с бедностью. Если в областных центрах за 1994—2002 гг. потребление чистого алкоголя выросло с 13 до 16 л на душу населения, то на селе — до 29 л^[3]. Алкоголь «выкашивает» русских крестьян.

В нашей стране после распада СССР произошли коренные изменения в сфере собственности, в формах хозяйствования, во взаимоотношениях хозяйствующих и социальных субъектов, федерального центра и регионов. Это сопровождалось ослаблением регулирующей роли государства, неэффективностью рыночных механизмов управления социальными процессами. Как следствие, уровень жизни большинства граждан снизился.

Теоретики рыночных реформ предсказывали рост бедности части населения в первые годы перехода к капитализму и дальнейший бурный экономический рост как следствие эффективности рынка по сравнению с плановой командной экономикой, а как результат — сокращение бедности. Этого не произошло. Спустя 20 лет после «шоковой терапии» бедность остается главной проблемой российского общества. Несмотря на ^прекращающийся приток нефте- и газодолларов, численность населения, живущего в бедности, сокращается очень медленно, а социальное неравенство — разрыв в уровне благосостояния богатых и бедных — только увеличивается.

В настоящей монографии исследован феномен бедности в России как социальном государстве. Огромная территория страны, ее природные и хозяйственные особенности обусловливают различный уровень жизни в регионах. Особое внимание уделено анализу, определяющему кризисные и остропроблемные регионы по комплексу показателей.

Раздел II посвящен исследованию понятия бедности и критериев ее измерения, эволюции. На основе анализа межбюджетных отношений и фактического потребления домашних хозяйств предложены пути снижения этого негативного явления за счет поддержки малоимущих со стороны государства, а также участия их в адресных программах для бедных.

В работе использованы публикации отечественных и зарубежных авторов, материалы Росстата.

Особая благодарность автора научному консультанту на протяжении многих лет, академику РАН Геннадию Васильевичу Осипову, который не только сейчас, но и в трудные 1990-е гг. находился рядом.

Многие проблемы, затронутые в исследовании, обсуждены с коллективом ученых, работающих под руководством члена- корреспондента РАН Н. М. Римашевской, доктора экономических наук, профессора А. Ю. Шевякова, доктора экономических наук, профессора Л. Л. Рыбаковского.

Огромная благодарность всем коллегам, в течение многих лет поддерживающим научные исследования, направленные на решение одной из самых специфичных и сложных проблем современного российского общества.

Автор: Богданов И.Я.

• [1] Книга «Бедность и голод» («Povertyand Famines») написана А. Сеном позаказу Международной организации труда (МОТ) в 1981 г.
• [2] Тихонова Н. Е. Малообеспеченность в современной России. Причины иперспективы // Социологические исследования. 2010. № 1. С. 5.
• [3] Данные российского мониторинга экономического положения и здоровья населения (1994—2003).